Приговорённые к Аду. Глава 15. В плену

— Рамдэль, ты как? — едва Нигар исчез из вида, растворившись в мерцающей чёрной дымке, Лариил обернулся к другу, слабо шевельнувшемуся за его спиной. Рамдэль выглядел полностью измождённым. Его длинные светлые волосы слиплись и упали на лоб, почти закрывая выразительные голубые глаза, лихорадочно сверкавшие на осунувшемся лице.

— Плохо, — простонал он, сплёвывая кровавую пену и дрожащей рукой обтирая мокрый лоб. — Похоже, мне уже не выкарабкаться.

— Не говори глупостей, Михаил тебя вылечит! Нам бы только добраться до Рая, — Лариил, шатаясь, поднялся на ноги, перевёл дыхание, и огляделся. — Кто такой этот Нигар? — вдруг спросил он, содрогнувшись от вида распростёртых на земле останков Неллиэля. — Вы были знакомы?

— Нет. Просто Неллиэль когда-то рассказывал про одного ангела, который вечно попадал в переделки. Они учились вместе и Нигар дружил с девушкой, которая нравилась самому Неллиэлю — Олиэн, кажется… Парень был хилым и нелепым, поэтому остальные вечно дразнили его…

— Вот, и додразнились, — Лариил помрачнел.

— Они дали ему прозвище «Поющий Карлик», и всё из-за того, что парень ростом не вышел, да и петь не умел. Крылья, говорят, у него так и не выросли, и не стали нормальными.

— Он и без крыльев нас уделал, — выругался воин, всё ещё тяжело дыша. — Нужно обязательно рассказать Михаилу о том, что здесь случилось. Ты полежи пока, восстановись немного, а я постараюсь Святым огнём избавить землю от трупов.

— Нет, Лариил, не трать напрасно силы! — Рамдэль схватил друга за край тоги, не давая

уйти. — Ты помнишь Падшего, что мы видели, когда летели сюда? Он был один, и поэтому поспешил удрать, но он может вернуться с подкреплением! Нам нужно улетать, пока есть возможность, иначе в таком состоянии мы станем лёгкой добычей!

— Ты прав, — поразмышляв немного, Лариил кивнул, — Нужно улетать, — он склонился над раненым, — Давай, обхвати меня покрепче, — приказал он, приподнимая друга под мышки.

Рамдэль потянулся было к нему, но вдруг позеленел и, откинув голову, затрясся в жестоком припадке. Лариил держал его за плечи, пока воина выворачивало так, что скрипели кости.

— Да что же это! — с отчаянием выдохнул Светлый, прижимая друга к себе, чтобы тот не бился о землю.

Приступ Рамдэля продолжался довольно долго, но, в конце концов, стал ослабевать, и воин задышал спокойней, а потом и вовсе открыл глаза.

— Слава Создателю! — облегчённо выдохнул Лариил, и улыбнулся, хотя его глаза оставались слишком серьёзными. — Ты меня напугал, Рамдэль! А теперь, давай, пора убираться отсюда! — он сделал ещё одну попытку приподнять друга, но тут в вышине раздались пронзительные крики ангелов.

— Поздно! — скривился раненый, поднимая глаза на прозрачную синь небес. — Это Падшие, Лариил!

— Значит, нужно торопиться! — воин вновь попытался подхватить товарища, но тот отстранился.

— Нет! Если ты потащишь меня, нам не уйти! Возвращайся один, Лариил! Ты самый быстрый из нас — ты сможешь!

— Я тебя не оставлю! — воин решительно качнул головой, потянувшись к другу. — Я спасу тебя, Рамдэль!

— Ты уже спас меня, когда заслонил собой от Карлика! — раненый умоляюще вцепился в руки товарища. — Моя душа в безопасности, а значит, мы однажды встретимся, друг мой! Прошу тебя: лети! Ты обязан предупредить Михаила и всех наших! Они ведь не знают, о той ужасной опасности, что ожидает при встрече с Нигаром! Передай, что я идентифицировал одну из его характеристик, когда тот превратился в змею и заглотил душу — это «Адский Жнец», Лариил! Самая страшная характеристика в любом из миров! Ты должен… Должен их предупредить!

— Рамдэль, но…

— Лети же! — раненый резко оттолкнул товарища, и упал, откинувшись на спину.

Лариил поднял голову и взглянул на небо. Чёрные крылья Падших, которых было не меньше десятка, заслоняли солнце и быстро приближались.

— Я буду ждать тебя в Раю, друг мой, — дрогнувшим голосом прошептал Лариил, прощальным пожатием стиснув кисть товарища. — Прости! — и он стрелой взмыл в небеса, исчезая в ледяной белизне облаков.

***

— Афаэл! — Сариил, один из самых сильных и опасных воинов клана Падших, бегом ворвался в полутьму естественных катакомб, пролегающих внутри горной гряды, где, вот уже несколько столетий, скрывались Отступники. — Хемах с отрядом вернулись! Они притащили Светлого!

— Неужели? — Афаэл, оторвал взгляд от какой-то книги и удивлённо приподнял брови. Его чёрные, как ночь глаза, остановились на двухметровом воине, который был лишь ненамного ниже его самого. — Где они его нашли?

— В поселении людей, на юге, Правитель, — Сариил обошёл вокруг стола и решительно ткнул пальцем в разложенный на нём свиток с картой. — Светлых было двое, но один успел уйти. Наши чуть-чуть не успели. А вот второй оказался сильно ранен. Думали, сдохнет, пока летели сюда, но пленный ещё держится.

— Хемах узнал, кто его ранил? — помрачнев, задал вопрос Афаэл.

— Нет, Светлый молчит. Им сейчас доктор Армисаэль занимается.

— Что ж, идем, посмотрим на вашу добычу, — Афаэл не спеша свернул карту, аккуратно поместил её и книгу в каменную нишу и, не торопясь, направился к разветвлению узкого коридора. Сариил последовал за Правителем.

Падшие шагали по лабиринту поземных пещер, огибая скалистые выступы и едва не касаясь головами нависшие сталагмиты. Одетые в добротные кожаные доспехи, с одинаковыми, убранными в хвост чёрными волосами, Афаэл и Сариил выглядели настоящими великанами, и перед ними безропотно расступались все, кто оказывался на пути. И если в Сарииле Падшие признавали силу и мастерство бойца, то Афаэла в клане по-настоящему уважали и побаивались. Он имел не только мощное, покрытое стальными мышцами тело, но и множество других достоинств, которые использовал для достижения непререкаемой власти среди ангелов, не последовавших за Люцифером, а пожелавших остаться на Земле. Среди таких ангелов были и Хемах с Сариилом, быстро завоевавших себе славу сильнейших в клане воинов, и по праву занявших места помощников и телохранителей у четырёхкрылого Афаэла, полное имя которого звучало как Афаэлон. Поговаривали, что многие ангелы поначалу так же метили на пост Правителя, но вид жутких смертей, постигших не самых слабых конкурентов Афаэла, отбил у всех охоту переходить тому дорогу.

Проделав довольно долгий путь в глубину катакомб, Афаэл с Сариилом добрались наконец до отсека, выделенного под больничное крыло, где единолично хозяйничал доктор Армисаэль. Этот Падший был чрезвычайно талантлив в области медицины и очень быстро завоевал уважение всех ангелов клана, несмотря на то, что был рождён уже на Земле, а не в Раю, и, значит, считался только Старшим, а не Высшим, как все остальные.

Армисаэль, в отличие от остальных, не выглядел натренированным бойцом и имел гораздо более скромную фигуру, но зато обладал невероятной интуицией и исследовательским азартом. Он собирал сведения о медицине везде, где только мог, и радовался как ребёнок, если ему в руки попадало нечто новое и непонятное. В такие моменты красивое лицо доктора, обрамлённое гривой вьющихся каштановых волос, светилось от счастья, а его умные, с вечным прищуром, карие глаза вспыхивали удовольствием. Открытая белозубая улыбка, ямочки на щеках и природный шарм дополняли образ, и доктор вполне бы мог претендовать на титул Казановы, если бы не его страсть к профессии, которой он посвящал всё свободное время. Пропадая в лаборатории сутками напролёт, Армисаэль превращался в сухого, брюзжащего индивидуума, ревностно охраняющего только ему одному ведомые секреты. Лишь изредка Армисаэль допускал в свою вотчину посторонних, предпочитая разбираться в загадочных болячках самостоятельно, смакуя мельчайшие подробности, педантично занося данные о симптомах и найденном лечении в собственный архив.

Но сегодня доктору всё же пришлось потесниться, допустив в святая святых помощников, поскольку то, что доставили Хемах и компания из очередной вылазки, нельзя было назвать живым существом в полном смысле этого слова. Светлый ангел, которого они подобрали, тоже относился к типичному представителю воинов. Он был идеально сложен для бойца Великого Воинства: высокий, с широкими плечами, узкой талией, крепким прессом, сильными ногами, и внушительной мускулатурой. В остальном пленный, пожалуй, мог бы служить эталоном для всех ангелов, явившихся из Рая: высокие скулы, почти прозрачная кожа лица, шёлковые пепельные волосы до плеч, большие голубые глаза, обрамлённые густыми ресницами, прямые брови и идеально вылепленные губы — не портила даже запёкшаяся на них кровь. Однако сейчас Рамдэль был так плох, что приходилось удивляться, как он до сих пор ещё жив.

Едва бросив взгляд на пациента, Армисаэль был настолько потрясён, что вызвал в помощь не только Ангела Жертвы — Тадиэля, но и специалиста по генетике и всяким аномалиям — Даниила. Все трое внимательно обследовали раненого, но так и не пришли к однозначному выводу о том, кто или что смогло нанести такие чудовищные поражения всему организму.

Падшие пытались расспросить самого Светлого, но тот, то ли не хотел, то ли просто не мог отвечать на вопросы. Время от времени пленник терял сознание или бился в конвульсиях очередного припадка, после каждого всё тяжелее приходя в себя. Когда явился Афаэл, раненый находился в полубреду и уже почти не реагировал на прикосновения Падших, суетившихся над ним.

— Что это… такое? — бросив первый взгляд на пленника, привязанного цепями к столу, Афаэл невольно сглотнул появившийся в горле жёсткий комок, и попятился.

— Я бы тоже хотел знать, — мрачно огрызнулся Армисаэль, ощупывая живот Светлого. — У него такая температура, словно кровь внутри кипит.

— Боюсь, что так оно и есть, — задумчиво заметил Даниил, ковыряясь в останках Неллиэля, лежащих на другом столе.

Даниил не так давно присоединился к клану Падших, и сразу же заявил, что предпочитает науку войне. И хотя его железным бицепсам, твёрдой руке и отточенной до совершенства технике боя мог позавидовать любой воин, Даниил не спешил восхищать своими подвигами членов клана. Поначалу некоторые горячие головы пытались спровоцировать новичка, и даже обозвать того трусом, но быстро притихли, стоило миролюбивому красавчику взять в руки меч и оставить парочку смельчаков без конечностей. Афаэл тогда жутко разозлился, но выяснив в чём дело, запретил задевать Даниила, позволив тому соорудить собственную лабораторию подальше от любопытных глаз. Новичок ушёл в самую глубь катакомб, где обустроил себе жилище и место для своей исследовательской деятельности, в важности которой сумел убедить даже Правителя.

Даниил слыл одиночкой. Он не лез в вотчину Армисаэля, не интересовался его изысканиями и не претендовал на авторитет. Он вообще не любил чем-то походить на других, и потому, сбежав из Рая, сразу же отрезал свои роскошные тёмные волосы, сделав короткую стрижку, и оставив длинной лишь чёлку, которая падала на глаза, закрывая больше половины лица. Работая, ангел скручивал чёлку в узел, и, чтобы не мешалась, закалывал каким-то нехитрым, но довольно изящным приспособлением собственного изобретения. Сейчас Даниил скрупулезно копался в трупе Неллиэля, то и дело, чертыхаясь и нервно заправляя непослушную чёлку за ухо. На его породистом лице, украшенным тонкими прямыми чертами, сквозили раздражение и нетерпение одновременно. Синие глаза то и дело щурились, а на высоком лбу собрались напряжённые морщинки.

— Здесь внутренности просто сварены, словно кто-то залил внутрь кипящего масла, — без всякого выражения констатировал он. — Там, кстати, — он кивнул Афаэлу на соседнюю келью, — ещё десяток трупов — наши приволокли. Только там люди — не ангелы. У всех одно и то же.

— У людей не совсем та же картина, Правитель, — доложил Ангел Жертвы Тадиэль, внезапно появившись в дверях. — Человечки умерли быстро — у них мозг сварился.

— Сварился?! В каком смысле? — ахнул Афаэл, потрясённо застыв.

— В прямом, — Тадиэль прошёл и небрежно бросил на поднос, извлечённый из трупа серый кусок непонятного желе. — Вот, взгляните, что стало с беднягой. Судя по всему, ему хватило десяти секунд, чтобы расплавиться.

— Тадиэль, не порти мне материал! — поморщился доктор, с досадой кусая губу. Он неодобрительно взглянул на Падшего, но тот сделал вид, что этого не заметил.

Тадиэль вообще предпочитал не замечать таких мелочей. Являясь единственным Ангелом Жертвы в клане, он пользовался едва ли не большим авторитетом, чем сам Правитель, и почти неограниченной властью. Вся эта мишура, вроде накаченных мускулов и мощного торса была ему не нужна, потому что её с лихвой заменяла магия. Тадиэль был Жрецом. Но Жрецом не простым, а невероятно сильным. Он знал тысячи заклинаний, обрядов, и умел управлять душами умерших на расстоянии. Без его контроля и одобрения не проводился ни один ритуал. Ни один суд не вершился, если на нём не присутствовал Ангел Жертвы. И даже принимая решение на Сборе Падших, Правитель был вынужден учитывать мнение Тадиэля.

Сейчас Жрец был не в лучшем настроении, что всегда отражалось на благополучии окружающих. И хотя внешне Тадиэль не выглядел угрожающе, от него исходили почти осязаемые, зловещие волны потусторонней силы, от которой холодело в груди и мурашки бегали по телу.

Ростом чуть выше среднего, обычного телосложения, но, как и все ангелы, очень красивый внешне, этот Падший ничем бы не выделялся среди людей, если бы не его тяжёлый взгляд, мрачно полыхающий язычками кровавого пламени. Этот жуткий, леденящий душу, завораживающий огонь, горел в его тёмных зрачках всегда, и был готов в любое мгновение вырваться из плена, превратив недруга в пылающий факел. А уж учитывая непростой нрав Тадиэля, его злопамятность и коварство, в клане Жреца откровенно боялись, предпочитая, по возможности, вообще с ним не связываться.

Пожалуй, доктор Армисаэль был единственным, кто воспринимал Тадиэля на равных, и то лишь потому, что в силу своего полного погружения в науку, просто иногда забывал, кто перед ним.

— Этого материала целое поселение, — буркнул Тадиэль, давно смирившись с тем, что у доктора напрочь отсутствует чувство самосохранения, когда тот чем-то увлечён. Он снисходительно простил Армисаэлю непочтительность, лишь скривился, устало опускаясь на стул. — Ты не успеешь и половины исследовать, так что не жадничай, док.

— Ты говоришь, что все в поселении мертвы?! — Внезапно очнулся Афаэл, встряв в разговор. Его чёрные, как бездонная воронка глаза, стали огромными. — Но… кто?!

— Сейчас только он один может об этом поведать, — Даниил оторвался от останков Неллиэля и приблизился к раненому, внимательно его разглядывая.

— Знакомы? — заметив, как сузились зрачки Падшего, вдруг спросил Афаэл.

Даниил пожал плечами.

— Возможно, встречались, — ответил он уклончиво. Потом обернулся к Армисаэлю: — Можешь привести Светлого в чувство?

— Попробую, — доктор неуверенно кивнул. — Только предупреждаю: времени будет не так много, и второй раз его расшевелить у меня не получится.

— Тогда вам всем лучше отойти пока, — скомандовал Даниил, обменявшись взглядом с Правителем. — Попробую разговорить беднягу по старой памяти.

Ангелы отошли к стене, и только Армисаэль, распустив свои широкие чёрные крылья, ловко выдернул из них перо и растёр его в ладонях. Угольная пыль окрасила его пальцы, после чего доктор осторожно сдул её пациенту в приоткрытый рот.

Рамдэль вскрикнул и дёрнулся, бешено забившись в цепях. Его голубые глаза распахнулись, обводя полубезумным взглядом келью и останавливаясь на Данииле, склонившемся над ним.

— Ты?! — внезапно выдохнул пленник, и его дыхание смешалось с булькающим звуком крови в горле. — И ты с ними, Даниил?! — его зрачки потрясённо расширились. — Но как же так?!.. Почему?!

— Так случилось, — Даниил сухо повёл плечами, но его голос при этом всё же немного дрогнул. — Я с трудом узнал тебя, Рамдэль, — после паузы, продолжил он. — Скажи: что случилось с тобой и с твоими спутниками в том поселении? Кто на вас напал?

— Дьявол! — после долгой паузы, прохрипел Светлый, обессиленно откинув голову. — Не знаю, как ещё можно назвать эту тварь…

— Так это демон? — тут же вскинулся Даниил. — Вы его видели?

— И даже разговаривали, — раненый криво усмехнулся. — Его зовут Нигар… Только он не демон, Даниил, а ангел, вроде нас.

— Ни у одного ангела в Раю не было подобной силы — я бы знал! — Падший недоверчиво качнул головой. — Ты уверен, что речь идёт об ангеле?

— Да, с характеристикой Адского Жнеца.

— Нет!!! — тут уж пришла очередь Тадиэля подскочить, его лицо внезапно окаменело, посерев от ужаса. — Эта характеристика невозможна! Ни одно живое существо не может питаться душами — это немыслимо! Адский Жнец — выдумка, которой пугают детей в Раю!

— Твоя выдумка у меня на глазах перевоплотилась в змею и сожрала душу Неллиэля, — хмыкнул Светлый, скосив взгляд на соседний стол с останками. — И эту самую выдумку ещё в Раю дразнили «Поющим Карликом», потому что парень был невысоким и не умел петь. Мой товарищ был из тех, кто сильно досаждал Нигару, поэтому и поплатился за свои насмешки первым.

— Но как?.. Как этот… Карлик сотворил с вами такое?! — Армисаэль не выдержал и тоже подошёл к раненому.

— Обычный свист… — Рамдэль перевёл дыхание, которое становилось всё тяжелей. — Нигар просто посвистел и нас мгновенно скрючило. Начались судороги, дыхание застряло в горле, кровь засочилась из горла и ушей. Мы не могли ничего!.. Ни дышать, ни шевелиться, ни воспользоваться магией… Все функции организма просто отключились, словно что-то разорвало тело изнутри. И даже когда свист прекратился, мы не сразу смогли прийти в себя. Тогда Карлик вдруг исчез, превратившись в маленькую змею.

— Маленькую? — вновь переспросил Армисаэль, побледнев ещё больше. — Но как он смог, ведь цель перевоплощения должна быть соразмерна носителю — это закон!

— Кажется, Карлик не слышал об этом законе, — Рамдэль вымученно улыбнулся и из уголков его губ заструился ручеёк крови. — Потому что змея укусила Неллиэля в пупок, после чего мой товарищ просто рассыпался прахом, а его душа исчезла в чреве гадины, так и не достигнув небес.

— Но этого не может быть! — всё ещё не в состоянии поверить, Даниил в шоке глядел на Светлого. — Ты уверен, что ничего не путаешь, Рамдэль?

— Если бы всё было иначе, думаешь, я стал бы вам рассказывать? — раненый болезненно сморщился. — «Поющий Карлик» — настоящее Зло, Даниил, которое пришло в этот мир и угрожает всем! Ему нет дела до наших распрей, поверь мне. Похоже, Нигар одинаково ненавидит всё живое, и способен уничтожать души как Светлых, так и Падших ангелов. Он запросто убивает людей и учится наслаждаться своей властью.

— Но почему тогда он не тронул тебя и того Светлого, что сбежал?

— Потому что Карлик хотел, чтобы… мы рассказали обо всём Архангелу Михаилу, — запинаясь после каждого слова, уже едва слышно прошептал Рамдэль. Потом вдруг безмятежно улыбнулся, и даже расслабился. — Теперь можете меня прикончить, — прикрывая веки, устало разрешил он. — Сами знаете: больше я всё равно ничего вам не скажу.

— О, нет! Ты ещё поговоришь с нами, приятель! — разозлился Афаэл, решительно шагнув к раненому и резко растормошив того за плечо. — Рано прощаться! Нам ещё интересно узнать, кто был в вашем отряде. Сколько вас? Где остальные?.. Ну?.. Отвечай!

Но Светлый молчал, и сейчас в его потускневших от боли глазах горело презрение.

— Тадиэль! — коротко бросил Правитель, кивнув Ангелу Жертвы на раненого. — Займись им!

Падший шагнул к пленнику и опустив кончики пальцев на его лоб, замер, прикрыв ресницы.

— Странная характеристика, — спустя несколько секунд констатировал Тадиэль, недоумённо приподняв брови. — Впервые такую встречаю… Слишком много ненависти для Светлого в показателях. Склонность к насилию, нетерпимость, вспыльчивость и завышенная самооценка… Да ты любопытный экземпляр, Рамдэль! — ухмыльнулся ангел Жертвы, отчего пламя в его серых глазах рассыпалось яркими искрами. — Не поделишься секретом, как с такой характеристикой ты ещё не вылетел из Рая? Неужели Михаил не разглядел в тебе столь «потрясающих» качеств?!

— Михаила они вполне устраивают, Падший, — несмотря на всё одолевающую слабость, Рамдэль нашёл в себе силы с бесстрашным вызовом встретить взгляд врага. — И в моей характеристике нет никакого секрета. Она называется — Инквизитор. По-другому — Чистильщик Рядов! Я отлавливаю в Раю таких предателей, как вы, и передаю в руки Святого Правосудия, чтобы там успели покарать Отступников прежде, чем те сбегут на Землю и забьются в норы, как поганые крысы!

— Зачем же ты пришёл на Землю? — вмешался Афаэл, побелев от гнева, после слов Светлого, но тот лишь презрительно хмыкнул и отвернулся. Афаэл зарычал, и дёрнулся было с намерением вырвать ему сердце, но тут чья-то рука железной хваткой окольцевала запястье Правителя, не давая тому прикоснуться к пленнику. Афаэл резко обернулся, и его разъярённый взгляд встретился с Даниилом. Несколько долгих секунд они мрачно смотрели друг другу в глаза, пока Даниил, с совершенно невозмутимым видом, не качнул головой.

— Не стоит, Афаэл, — проговорил Падший бесстрастным тоном, выпуская, наконец, запястье Правителя. — Если ты позволишь, я бы ещё поработал с нашим гостем, пока он не стал варёной падалью, подобно своему дружку. Может, узнаю ещё что-то интересное, о чём сразу же тебе сообщу. Только позволь забрать Светлого в мою берлогу, а то тут довольно неуютно, и трупами воняет так, что глаза слезятся.

— Мне тоже нужен Светлый! — рявкнул Армисаэль, понимая, что источник вожделенных открытий в области медицины вот-вот уплывёт из рук. — Я не согласен, Афаэл!

— Ну, что ты так нервничаешь, док? — Даниил примирительно улыбнулся, начиная отстёгивать цепи пленника. — Обещаю: труп Рамдэля будет в твоём полном распоряжении. А пока он ещё дышит, есть парочка способов его разговорить. Это же в общих интересах, правда, Афаэл? — он обернулся к Правителю, внимательно следившему за их перебранкой.

— Хорошо, — выдержав тяжёлую паузу, Афаэл задумчиво кивнул, подтверждая его доводы. — Попробуй свои способы, Даниил, но труп вернёшь доктору, ясно?

— Без проблем, — тот лишь хмыкнул, после чего подхватил раненого на руки и унёс в глубину катакомб.

***

— Ты не можешь всерьёз надеяться, что я выдам тебе всю информацию о моих собратьях, Даниил, — прошептал Рамдэль, как только они оказались в достаточно просторном помещении, освещаемом множеством горящих свечей и факелов.

— Конечно, нет, — Падший усмехнулся, укладывая Светлого на стол и вновь его привязывая.

— Тогда зачем всё это? Нравится мучить пленных?

— Мучить? — Даниил, казалось, слегка удивился. — Нет, мой друг, я не получаю наслаждения от страданий и криков моих жертв, и с удовольствием избегал бы их, если бы было возможно. Но к сожалению, без этого не обойтись при моей работе…

— Работе? — щека Рамдэля дёрнулась, словно тот пытался рассмеяться. — О чём ты вообще? Ты же пел в хоре, в Раю! Вся твоя работа заключалась в том, чтобы не сфальшивить! А теперь, что? Нашёл своё призвание Палача?

— Палача?.. Ну, что ты! — Падший возмущённо фыркнул. — Поверь мне, Рамдэль: моя работа не имеет ничего общего со столь мрачной профессией… Что же касается музыки, здесь ты прав. Я обожаю музыку! — его бездонные, как океан глаза вспыхнули в свете свечей и затуманились блаженством. — Пожалуй, это единственное удовольствие на свете, от которого я никогда не смогу отказаться… Музыка для меня всё! Ничто не сравнится с её совершенством — даже Вечность! — Даниил застыл, и некоторое время молчал, витая в собственных грёзах. — Но, мы отвлеклись, — наконец, очнувшись, одёрнул он сам себя, вновь становясь холодным и собранным. Подойдя к одному из многочисленных стеллажей, заполнявших комнату, ангел сгрёб с него поднос с очень странными инструментами и водрузил на стол рядом с пленником. После чего притащил множество колб, пробирок, трубок, и, расставив, начал переодеваться в плотную защитную одежду.

— Боюсь тебя разочаровывать, но думаю, я умираю, Даниил, — зайдясь в кашле, просипел Рамдэль, и из уголков его губ вновь потекла кровь. — Так что вряд ли ты успеешь получить ответы на свои вопросы.

Падший взглянул на подопечного, зачем-то пощупал ему шейные позвонки и покачал головой.

— Ты ошибаешься. У тебя полно времени, чтобы насладиться всеми прелестями жизни, — спокойно заявил он. — Понимаешь, Рамдэль, дело в том, что петь в хоре мне, конечно, нравилось, но музыка — это далеко не единственный мой талант. Просто в Раю мои способности никого не интересовали. Проще говоря, они там пришлись не ко двору. Вся моя сущность требовала деятельности, мечтала проявить себя в чём-то по-настоящему значимом. В том, где я смог бы использовать свой истинный талант, показать высший результат, добиться заслуженного признания. Но с моими характеристиками в Раю было запрещено заниматься профессией, так что я оставался не у дел — что меня дико раздражало и навевало тоску. Пришлось воспользоваться случаем и присоединиться к бунтовщикам, чтобы покончить с бесконечной скукой и однообразием. Так я и оказался здесь. И теперь имею возможность заниматься любимым делом, и даже делаю маленькие открытия, когда попадаются такие интересные экземпляры, как ты, — Даниил ослепительно улыбнулся, потом продолжил: — Так что не спеши умирать, мой друг. Знаю, тебе не терпится в Рай, но придётся отложить возвращение на неопределённый срок.

— Я чувствую, что конец близок, — Светлый облизал пересохшие губы и затрясся в ознобе. — И ты не сможешь мне помешать, Падший. Моя душа в безопасности — она вернётся домой совсем скоро, а значит, и я туда вернусь.

— Прости, но я совсем забыл назвать тебе свои характеристики, Рамдэль, — спохватился Даниил, и его бархатный, чуть насмешливый взгляд стал вдруг ледяным и бездонным, как жерло потухшего вулкана. — Ты, я помню, и сам способен определить их, но сейчас тебе вряд ли до этого. Поэтому, я тебе помогу… Я — нейрогенетик, дружок… И некродемонолог… Некромант, если изъясняться языком людей. Я могу удерживать тебя на грани смерти вечно, просто наблюдая, как с тебя сползает кожа, плавятся твои органы и разжижаются мозги. Поверь, после недели таких ощущений, ты будешь умолять меня отправить тебя куда угодно, даже в Ад, лишь бы прекратить мучения… Но повторяю: мне не доставляют удовольствие страдания других, а значит, я не буду причинять тебе лишнюю боль, если ты согласишься сотрудничать.

— И что ты от меня хочешь? — пленный стиснул зубы, настороженно наблюдая за манипуляциями Падшего.

— Мне нужны твои крылья, — небрежно отозвался Даниил, приподнимая голову раненого и беря в руки идеально заточенный штырь, под наклоном закреплённый на деревянной подставке. — Будь благоразумным — распусти их сам. Не заставляй меня усугублять твои страдания.

— Ты — чёртов безумец, Даниил! — вместо ответа огрызнулся Рамдэль, прожигая врага полным ненависти взглядом. — Но что бы ты ни делал, запомни: однажды я вернусь, и мы встретимся с тобой при других обстоятельствах!

— Значит, не хочешь мне помочь? — не обратив внимания на угрозы, Даниил остался совершенно спокойным. — Жаль… — удручённо вздохнул он, за волосы поднимая голову раненного и устанавливая подставку со штырём так, чтобы тот оказался напротив шейных позвонков. Потом одним решительным движением Падший опустил голову пленника вниз, нанизывая его шею на штырь.

Хрустнули кости, Светлый взвился дугой и закричал от невыносимой боли. Потом сразу ослаб, неподвижно застыв на столе, и часто дыша.

— Знаешь, я провёл несколько опытов и узнал, что если воздействовать на некоторые рецепторы в шейном отделе позвоночника, можно довести ангела до пика нервного возбуждения за несколько минут, — бесстрастно сообщил Даниил, наблюдая, как по телу пленника пробегает крупная дрожь. — И ты не сможешь с этим справиться, Рамдэль — крылья сами раскроются. Так что не нужно было упрямиться и разыгрывать героя. Я всё равно возьму то, что мне надо — запомни это на будущее.

— Проклятый ублюдок! — стуча зубами, простонал Светлый, подняв затуманенный взор к своду пещеры. Его губы шевелились в беззвучной молитве, а тело дёргалось в тщетных попытках обуздать стремительно нарастающее возбуждение. Послышался хлопок, и огромные белоснежные крылья вырвались из плена, заставив Рамдэля взвыть от отчаяния.

— Ну, вот, видишь, как просто, — улыбнулся Даниил, мгновенно ухватив оба крыла и защёлкнув их скобой над головой раненого. — Кстати, прекрасное изобретение — эти скобы, — довольно заявил он. — Михаил превзошёл сам себя, придумав столь эффективное приспособление, чтобы не давать ангелам распрямить крылья. Если б ты только знал, сколько таких штук мы поснимали с тех, кого выкинули из Рая за связь с бунтовщиками!.. О! Нет-нет! Не теряй сознания — ещё рано! — увидев, как Светлый побелел и закатил глаза, Даниил схватил со столика какую-то склянку с тёмно-бордовой жидкостью, и, недолго думая, плеснул из неё пару глотков раненому в рот. Тот передёрнулся и застонал, широко распахнув глаза.

— Зачем ты это делаешь? — морщась от прикосновений Падшего, который деловито ощупывал его крылья, скривился Рамдэль. — Для чего тебе крылья?

— Хм, тебе интересно? — синие глаза Даниила оживлённо блеснули. Он по-мальчишески откинул тёмную чёлку с лица, потом улыбнулся, демонстрируя откровенное расположение к собеседнику. — Я знал, что ты сможешь оценить мои труды! — с гордостью признался он. — Поэтому, с удовольствием расскажу тебе о них! — Падший сделал паузу, при этом ни на миг не прекращая подготавливать различные приспособления для своих опытов, присоединяя какие-то трубки и смешивая растворы в колбах. — Дело в том, — продолжил он спустя время. — Что с некоторых пор, нам, Падшим ангелам, стало трудно найти себе пару. С Отступниками на Землю ушло слишком мало самок, и потому неизбежно началось кровосмешение. Вместо ангелочков стали рождаться низшие демоны. Я, как генетик, пытаюсь исправить ситуацию, но для этого необходимы свежие образцы ДНК. А ещё чистая кровь, которую может обеспечить слияние нашей ДНК с людьми.

— Люди не совместимы с ангелами! — рыкнул Рамдэль, позеленев от ярости. — Как ты можешь смешивать Божественное с человеческим?! Хочешь расплодить на Земле грязных Нефилимов?!

— Ну, это было бы слишком просто, — философски оборвал Даниил, подходя к пленному и протыкая здоровенной иглой переборку его крыла.

Раненый зашипел, его лицо исказила мука.

— Спокойно, — осадил Падший, присоединяя к игле трубку, по которой заструилась золотистая жидкость. — Это лишь лёгкая рана, Рамдэль. — взгляд Даниила вновь посерьёзнел и стал холодным и сосредоточенным. Несколько секунд он наблюдал, как жидкость наполняет зелёную колбу, затем вновь обернулся к Светлому. — Генетика — наука довольно занимательная, — продолжил он, одновременно разрезая на пленнике тогу, в которую тот был одет. — Я провёл множество экспериментов и изучил кучу материала прежде, чем убедился в том, что ангелы не так уж и отличаются от людей. Фактически, это те же самые люди, только с крыльями. Но в этом, как выяснилось, вся загвоздка, мой друг… Крылья — это, своего рода, отдельный организм, живущий собственной жизнью. В них содержится всё, что нужно ангелу: могущество, сила, бессмертие, и даже Святой Огонь излучают тоже они. Именно он содержит в себе искру Божественного, а всё остальное, как оказалось, безумно сложный, но при этом достаточно примитивный набор химических элементов, который, при желании, вполне возможно воспроизвести. Ты следишь за моей мыслью?

Оторвавшись от пробирок, Даниил взял маленький острый клинок и начал надрезать кожу вокруг пупка пленника. Тот чуть дёрнулся, но не издал ни звука.

— Так вот, — беря вторую длинную иглу, продолжил Падший. — Для того, чтобы поднять человека на одну ступень с ангелом, необходимо найти способ передать ему ДНК наших крыльев. И здесь вырисовывается большое и жирное «НО»! Секрет в том, что соединить несоединимое способен только Святой Огонь, заложенный в нас при рождении. В Падших ангелах, стараниями Михаила, Божественного Огня уже нет. Зато он есть В ТЕБЕ, мой дорогой, Рамдэль! — Даниил торжествующе улыбнулся, подводя итог своей лекции. — И теперь остаётся лишь извлечь его из твоих чудесных белых крыльев!

— Ты совсем рехнулся, Даниил?! — Светлый с ужасом и недоверием смотрел на Падшего, который прицелившись, глубоко вонзил иглу ему в пупок. Рамдэль подскочил, изо всех сил пытаясь сдержать стон.

— Хочешь сказать, что у меня не получится? — ощерился Падший, выдёргивая иглу и вставляя вместо неё расширитель. — Брось, Рамдэль, разве мы этого уже не проходили? Могу поспорить на что угодно, что ты сам отдашь мне это чудо, когда я попрошу.

— Ни за что на свете! — внезапно взъярился пленник, изо всех сил забившись в путах. — Тебе не видать Святого Огня, грязная вонючая тварь! Я скорее сдохну в Аду, чем позволю тебе коснуться Божественного своими нечистыми лапами!!!

— И всё же ты позволишь, — мягко заметил Даниил, однако в его голосе прозвучало столько неподдельной угрозы, что волосы на затылке Светлого встали дыбом.

Перестав ёрничать, Падший несколько секунд как-то странно смотрел пленнику в глаза, затем отошёл к дальней стене и вернулся с небольшим хрустальным кубом в руках. Поставив куб на стол, он взял пинцет и извлёк наружу чёрную склизкую тварь, тут же огласившую пещеру оглушительным верещанием.

— Помнишь, я рассказывал тебе о низших демонах, рождающихся от кровосмешения? — вкрадчиво спросил Даниил. Потом поднёс существо к самым глазам Светлого, чтобы тот разглядел покрытое жёстким ворсом тело, четыре кривых лапы с острыми когтями, удлинённую голову с ядовито-красными глазками, два ряда иглоподобных клыков, и длинный язык с присосками, торчавший из пасти.

— Познакомься, Рамдэль — это Жерх. Название для этих уродцев мы сами придумали. Обычно мы засовываем Жерхов в пасть мелким животным или птицам. Они ассимилируются с ними, как паразиты, и живут внутри, пока носитель не сдохнет от старости. Тогда чёрная душа демона отправляется прямиком в Ад. Другим способом Жерха невозможно вытащить из носителя… Его также невозможно ассимилировать с ангелом, ведь мы не выносим друг друга. Я один раз подселил Жерха в тело Светлого, и скажу тебе — это было то ещё зрелище! Как же бедный ангел орал, когда тварь, обезумев, металась по его кишкам, выгрызая их заживо! Но, самое главное, Жерх не мог выбраться наружу, поскольку кожа ангела источает Божественный Свет, сквозь который демону не прорваться.

— Нет! — у Рамдэля перехватило дыхание, и он зажмурился, уже понимая, куда клонит Падший. — Ты не посмеешь, Даниил!..

— Я и не собираюсь повторять тот опыт, мой друг, — Даниил убрал демона от лица раненого, небрежно швырнув обратно в хрустальный куб. — Тогда я выяснил всё, что хотел, и расточительно тратить драгоценное время на устаревшие исследования. Нужно двигаться дальше, чем я и собираюсь сейчас заняться. Но сначала вопрос… Скажи: ты никогда не задумывался, зачем ангелу пупок?.. Звучит смешно, правда? — он криво ухмыльнулся, заметив, как напряжённо дёрнулся Светлый. — Но я тебе всё же отвечу… Оказывается, пупок у ангела приделан не просто так. И душа, которой так дорожат высшие создания, находится вовсе не в сердце, и не в голове, и даже не в груди… Душа располагается в пупке! Там сосредоточена юдоль нашего сознания — наша Святая Колыбель. Это открытие я сделал совсем недавно, и теперь хочу выяснить, что будет, если подселить демоническую сущность в это священное место? Интересно: Жерх способен осквернить Душу Светлого, если их на неопределённое время поместить рядышком? И самое главное: сможет ли такая Душа вернуться в Рай, после того, как её испоганили?

После этих слов, Даниил решительно вынул из куба Жерха и расширителем стал растягивать Рамдэлю отверстие в пупке.

— Нет!!! — тот дёрнулся как от удара электричеством, и заметался, пытаясь скинуть руку Падшего. — Нет!.. Не делай этого!.. — почти завизжал он, как бешеный, извиваясь в путах. — Не надо, Даниил! Остановись!.. Не надо!!!

— Ты готов мне помочь? — замерев на мгновение, Даниил чуть склонил голову на бок, насмешливо наблюдая, как его жертва, потеряв остатки достоинства, и обезумев от ужаса, бьётся в истерике. — Твоя последняя возможность, Рамдэль…

— Да! — едва не рыдая, выплюнул Светлый, заскулив от отчаяния. — Но будь ты проклят, ублюдок!

— Давно бы так, — рассмеялся Падший, и, возвратив демона на место, подал пленнику прозрачную колбу, заставив крепко сжать ту в кулаке. — А теперь сделай мне «Рамистар», Рамдэль! — мгновенно посерьёзнев, уже сухо и по-деловому приказал он. — Ты ведь умеешь превращать свою кровь в сосуд для Святого Огня?.. Это умеют все рождённые в Раю, так что не стесняйся! — и Даниил, приподняв раненому голову, выдернул из шеи злополучный штырь, потом одним рывком сорвал с его рук путы.

Рамдэль помедлил, смерив врага тусклым взором, источавшим откровенную ненависть, затем проткнул когтем запястье и, накапав несколько капель в пробирку, сжал ту в кулаке. Между его пальцами яркой молнией взорвалось свечение, и тут же погасло. Светлый разжал кулак и положил рядом молочно-белый камень овальной формы.

— Теперь назови код, который даст мне доступ к содержимому, — кивнув на камень, жёстко потребовал Даниил, не спуская с побелевшего, как смерть, пленника цепкого взгляда. — Ты должен был вплести его в процессе создания!.. Быстро, Рамдэль, пока я не передумал! — с недвусмысленной угрозой поторопил он.

— Venit in Lucem! (Войди в Свет!) — сквозь зубы прошипел Светлый и передёрнулся, увидев торжествующую ухмылку на губах Падшего.

Даниил провёл ладонью над созданным Рамистаром, прошептал код, и уже потянулся, чтобы взять камень, но вдруг заметил, как в глазах Светлого быстро промелькнул странный отблеск призрачного, почти неуловимого огня. Он вспыхнул и исчез почти мгновенно, но Падший всё же успел его разглядеть. Даниил побледнел и застыл, явственно ощутив ловушку, и внимательней вглядевшись в лицо Светлого. В следующую секунду Падшего перекосило от неистовой, по-настоящему безумной ярости. Стремительно одёрнув руку, Даниил зарычал подобно взбесившемуся демону, и бросился на пленника. Тот был готов. Путы больше не сдерживали Рамдэля, и он вложил всю свою ненависть, всю злость и отчаяние в эту последнюю схватку. Сцепившись в борьбе, ангелы скатились со стола и грохнулись на пол, с остервенением молотя друг друга кулаками и раздирая железными когтями плоть. Стол опрокинулся, рухнули колбы, разлетаясь по полу дождём из стекла. С полок осыпались инструменты, упал и разлетелся вдребезги хрустальный куб, из которого с визгом выскочил ошалевший Жерх. Даже не заметив этого, ангелы продолжали драку, безжалостно громя всё вокруг. Несмотря на то, что Рамдэль был ранен, безудержная ярость придавала ему сил, а отчаяние и страх снова оказаться в руках некроманта, заставляли сражаться на пределе возможного. В конце концов, ему удалось извернуться и, стиснув шею Даниила двумя руками, несколько раз приложить Падшего затылком о пол.

Даниил вырвался, но посыпавшиеся из глаз искры, помешали ему предотвратить очередную атаку врага. Рамдэль схватил валявшийся рядом нож и нанёс стремительный удар, намереваясь перерезать Падшему горло, однако промахнулся, распоров лишь воротник плотного защитного костюма. Даниил резко отклонился в сторону, выбив нож из его руки, и в следующее мгновение ударил сам, вонзив клинок в сердце Светлого.

Рамдэль сильно дёрнулся, оцепенел на миг, и на его губах проступила неожиданная слабая улыбка.

— Спасибо! — едва слышно прошептал он. Потом взгляд его голубых глаз застыл, и голова безвольно упала на грудь.

***

— Забирай! — угрюмо буркнул Даниил, брезгливо скидывая тело Рамдэля на стол в лаборатории.

— Что, опять облом? — насмешливо поинтересовался доктор, окинув быстрым взглядом порванную одежду некроманта. — Говорил же я тебе, Даниил, брось ты эту затею! Светлых нельзя сломить — ты же сам это знаешь.

— В этот раз всё почти получилось, — раздосадовано бросил ангел, нервно барабаня пальцами по столу. — Он даже сделал Рамистар, представляешь?..

— И что? — лицо Армисаэля стало откровенно ехидным. — Получил Святой огонь?

— Ага, едва не «получил»! — мрачно съязвил Падший, недобро сверкнув синими глазами. — Почти поверил, что код настоящий! Ещё бы немного, и ты собирал бы мои угольки по всем катакомбам.

— Неужели он так ничего больше и не сказал? — в дверях неожиданно появился Афаэл, вклиниваясь в разговор.

— Нет, — Даниил сокрушённо качнул головой. — Ты был прав, Афаэл: Светлые либо говорят правду, либо молчат. Я никогда не смогу изменить этот факт.

— Какие твои годы! — бодро заметил Тадиэль, подойдя к Даниилу и хлопнув того по плечу.

— Правильно, не сдавайся! — поддакнул доктор, ободряюще кивнув.

— Хватит веселиться! — осадил Афаэл, окинув присутствующих неодобрительным взглядом. — Лучше делом займитесь! Мы должны выяснить как можно больше про этого Карлика. Кто он, откуда взялся, и куда пропал. Хотелось бы и про его силу узнать побольше. Надеюсь, хоть здесь Светлый был с нами откровенен.

— Был, не сомневайся, — доктор сразу помрачнел. — Судя по тому, что мы уже выяснили, этот Свистящий… Пьющий Карлик…

— Поющий! — поправил Ангел Жертвы, но Армисаэль лишь отмахнулся.

— Этот Нигар, — уточнил он. — Действительно обладает удивительными характеристиками. Его свист при коротком воздействии парализует, а при длительном — разрушает структуру всех органов. А вот яд чудесной маленькой змейки, в которую Карлик так легко перевоплощается, даже в малых дозах способен запросто убить Архангела… Я поискал душу этого Светлого — Неллиэля, но её нигде нет. Ни в Аду, ни в Раю. Отсюда неутешительный вывод: Адский Жнец, увы, больше не является выдумкой. Им является Нигар!

— Хотел бы я с ним встретиться и поговорить по душам, — чуть слышно пробормотал Афаэл, задумчиво поглядывая вдаль и сосредоточенно о чём-то размышляя.

Все дружно уставились на Правителя, но предпочли за благо промолчать и возвратиться к своим делам.

0
12.12.2020
avatar
Светлана Фетисова
171

просмотров



Добавить комментарий

Войти или зарегистрироваться: 

Свежие комментарии 🔥



Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

    Войти или зарегистрироваться: 

Закрыть