Приговорённые к Аду. Глава 25. Беллор (18+)

— Слушай, я не нанимался таскать твои ящики! Как, интересно, ты собираешься их переправлять? По воздуху потащишь?

— Именно! Привяжу к тебе на хребет, и парочку дам в руки! Так и полетишь, Табрис!

— Смейся — смейся! Только не рассчитывай, что Афаэл выделит нефилимов. Они все заняты на стройке…

Голоса то приближались, то удалялись, вызывая раздражение и навязчиво вторгаясь в затуманенное сознание.

Послышался грохот, потом ругательства и чьи-то шаги. Белл поморщился, закрутил головой, пытаясь разогнать окутывающую его тьму, и, наконец, открыл глаза. В первый момент он не мог ничего разглядеть в тусклом свете свечей, расставленных по углам какого-то тёмного помещения. Над головой висел неровный потолок из чёрного базальтового камня, эхом отражавший звучавшие голоса. Рядом стояли какие-то ящики; заваленный пробирками и странными инструментами стол; книги, сложенные в аккуратные стопки, располагались прямо на полу.

Белл попробовал пошевелить рукой, но тело оцепенело настолько, что почти не слушалось. Страшно хотелось пить, в голове что-то гудело и пульсировало, в глазах по-прежнему всё расплывалось.

Невольно вспомнилось заточение в «Тёмной грани», где после двухнедельного пребывания Белл почти потерял себя. Только там он висел на цепях, а здесь лежал на чём-то твёрдом, но весьма удобном, заботливо укрытый до плеч мягким шерстяным пледом.

Не представляя, где находится, блондин попытался вспомнить, как сюда попал, но не смог. В голове проносились отдельные картинки последних событий, поднимая в груди болезненные отголоски глухого отчаяния. Всё, что хотелось стереть из памяти, упрямо являло себя, пробуждая уснувшую было боль. Белл вспомнил всё, что произошло, и мысли об Авроре и дочери, безжалостно вонзались прямо в сердце, рвали его на части, превращая в непрерывно кровоточащую рану. К ним примешивались и мысли о Нигаре, которые вызывали смешанные чувства тоски, потери, и зарождающейся ненависти. Нет, Белл не мог ненавидеть брата по-настоящему, как бы ни хотел этого, но и забыть тех слов, что произнёс Нигар там, на дне пропасти — тоже не мог. Неизвестно, знал ли младший, что брат слышит его, или, как обычно, бормотал вслух свои мысли, но Белл их запомнил. И не сможет забыть никогда. Даже не уверен теперь, что сможет простить… Только одно он знал точно: больше у него не осталось в этой жизни никого. Да и эта жизнь ему не нужна. Она пуста и бессмысленна, как этот проклятый мир. Белл не хочет больше жить. Не хочет бороться. Он хочет быть рядом с Авророй и дочкой. И если ради этого нужно спуститься в Ад, то он туда придёт. И пусть Люцифер отпразднует победу! Пусть получит своё — Белл уже готов на всё. Он покорится судьбе и покорно исполнит свою миссию. Устроит в Раю Апокалипсис, уничтожив всё, что когда-то любил. Подчинится отцу, залив все миры кровью, чтобы после в этой крови утопить и его самого! Теперь Белл знал, что на это способен. Чувствовал внутри пробудившуюся силу, устоять перед которой не сможет никто в целом свете. И зовётся этой сила — Смертью, Пустотой, Безмолвием, Бесконечностью…

— Армисаэль, какие ящики грузить? — прозвучавший совсем рядом голос, заставил Белл-Ориэля вздрогнуть, оторвавшись от своих мыслей. — У тебя их тут в пять рядов наставлено!

Кто-то вошёл в полутёмный зал и начал суетиться рядом со сваленными в угол вещами.

Белл скосил взгляд, наблюдая за незнакомцем, осторожно передвигавшим ящики к проходу в стене. Тут незнакомец поднял голову, и резко обернулся. Его тёмные брови удивлённо взлетели, а на круглом, добродушном лице отразилось изумление.

— Эй, док! — через секунду крикнул он, делая шаг к ложу, на котором находился раненый. — Твой полудохлик очнулся! — он улыбнулся, разглядывая Белл-Ориэля. Затем подошёл ближе.

Тут в тёмную келью пещеры влетел Армисаэль, и, обогнув Падшего, приблизился к раненому. Недолго думая, водрузил на его лоб ладонь, и замер, к чему-то прислушиваясь.

— Ну, наконец-то! — облегчённо вздохнув, пробормотал он, убрав ладонь и потянувшись за кружкой с водой, стоявшей рядом на столе. — Ты едва не скомпрометировал меня, как непререкаемого профессионала, парень! — усмехнувшись, прибавил доктор. — Никто, кроме меня, уже и не верил, что ты сможешь очнуться после стольких ранений!

— Нужно сказать Даниилу, — на лице другого Падшего появилась ехидная ухмылка, а в зелёных, как весенняя трава глазах, запрыгали чертенята. — Вот, он взбесится, когда узнает, что ты оказался прав, Армисаэль! Теперь он тебе должен своё оборудование!

— Отдаст, раз проспорил, — доктор уверенно кивнул, приподнимая голову Белла и поднося к его губам кружку с водой. — Давай, мальчик, пей! — тихо проговорил он, следя, как раненный делает осторожные глотки. — Теперь тебе нужно много пить… Как тебя зовут-то?

— Белл-Ор… — попробовал прошептать тот, но язык не слушался. Слова застревали в горле, которое саднило так, что темнело в глазах. — Белл-Ор… — снова попытался было выдавить блондин, но сил не хватило, и он замолчал, откинув голову.

— Беллор? — переспросил Армисаэль, внимательно следя за пациентом. — Тебя зовут Беллор?

Чувствуя, как вокруг всё снова затягивается мглой, и не в силах спорить, Белл чуть заметно кивнул и провалился в пустоту.

***

— Привет, красавчик! — в комнату, временно заменявшую больничную палату в недавно отстроенном деревянном доме вошёл высокий ангел с жёлто-зелёными глазами, и, задорно улыбнувшись, приблизился к кровати, на которой лежал Белл-Ориэль. — Не надоело валяться? — спросил Офаниэль, водружая на стол рядом с койкой пару красных румяных яблок. — Армисаэль сказал, что тебе пора подниматься и разминать кости. Прошло уже несколько месяцев, а ты всё ещё изображаешь из себя умирающего. Может довольно?

— Да я бы рад, но чёртовы мышцы не слушаются, — Белл скривился, медленно подвигав руками. — А ноги вообще трясутся, как у паралитика.

— Ослабли, правильно, — ангел понимающе кивнул. — И совсем ослабнут, если ты перестанешь их нагружать. Давай-ка, мы с тобой попробуем подняться, и выйти на улицу, — неожиданно предложил он. — Посмотри, какая чудесная погода! Птички поют, травка зеленеет! Тут климат просто идеальный. Лето и тепло здесь держится большую часть года. Афаэл специально такое место выбрал, чтобы общину организовать. Вот Даниилу повезло меньше. Ему сектор севернее достался, но зато он выбил под свою опеку тропический остров. Теперь будет где крылышки погреть… Кстати, а как твоё крыло? Отрастает?

— Растёт потихоньку, — блондин кивнул, позволяя змеиному ангелу помочь ему приподняться.

— Вот, и хорошо. Значит, пришла пора двигаться вперёд, Беллор. Крылья скоро тебе весь организм восстановят. А теперь, давай, попытайся опереться на ноги, — он помог блондину сесть, а потом аккуратно подняться. — Уже стоишь — это замечательно, — подбодрил Офаниэль. — А сейчас обопрись на меня и шагай потихоньку… Раз… Два… Получается!

Шаг за шагом они преодолели небольшой коридор, и вышли на крыльцо, где Офаниэль помог Беллу усесться на стоявшую там короткую лавочку.

Погода, и правда, была чудесной. Тёплый ветер шелестел свежей листвой, неся с собой упоительные запахи цветов, скошенной травы, и реки, что разливалась неподалёку.

Офаниэль уселся рядом с блондином на лавку и глубоко вдохнул, втягивая в себя ароматы природы. Заметив, что Белл задумался, вновь погрузившись в какие-то свои тягостные мысли, ангел тоже молчал, не решаясь нарушить повисшую тишину.

— Зачем ты это делаешь? — вдруг спросил Белл, хмуро взглянув на Падшего.

— Что делаю? — змеиный ангел спокойно обернулся.

— Возишься со мной?.. Зачем вообще ты вмешался тогда, Офаниэль?.. Для чего подставился ради меня?

— Ну, на самом деле, я не планировал умирать вместо тебя, приятель, — поразмышляв немного, Падший криво усмехнулся. — Хотел лишь помешать Светлому насадить тебя на острие своего меча, но Светлая тварь оказалась неимоверно быстрой. Он увернулся, и я не успел заблокировать удар. Всё, что я успел, это упасть между ним и тобой. И если бы не Аспид, — Офаниэль взглянул на запястье и нежно погладил обернувшегося вокруг него змея, — Мы бы оба с тобой отдыхали сейчас в Аду. Так что благодари его, а не меня.

— Он ядовитый? — Белл и сам не понял, как его пальцы коснулись блестящей кожи змея и погладили его прохладное тельце. Брови Офаниэля поползли вверх, и он изумлённо посмотрел на собеседника.

— Аспид ещё никому не позволял до себя дотронуться! — обескураженно заметил он, став растерянным и задумчивым. — С тобой что-то не так, блондин…

— Просто я и раньше имел дело со «змеями», — хмыкнув, мрачно пошутил Белл. — Видимо Аспид это чувствует.

— Возможно… — рассеянно протянул Падший, опуская рукав тоги, и пряча питомца под ним. Потом вновь взглянул на блондина. — Не хочешь рассказать, что с тобой случилось? — чуть слышно спросил он. — Может, тебе станет легче, если ты поделишься своей болью?

— Нет никакой боли, Офаниэль! — мгновенно обрубил Белл, и его взгляд заледенел. — Больше нет!

— Ладно, как скажешь, — ангел покладисто кивнул.

Белл долгое время молчал, глядя куда-то вдаль и на его скулах нервно перекатывались желваки. Потом всё же обернулся и чуть слышно спросил:

— Что стало с телами?.. Ты знаешь, Офаниэль?.. Где мои… девочки?

Падший вздохнул и немного помолчал прежде, чем ответить.

— Я знаю, что нас с тобой забрали оттуда Даниил и Армисаэль, блондин. Они бросились на помощь, как только началась эта… аномалия с погодой. Я был без сознания, и очнулся только спустя сутки. Мне не рассказали, что стало с телами твоих близких, но ты можешь спросить о них сам.

— А как мы очутились здесь, ты знаешь? — обдумав слова Падшего, вновь заговорил Белл. — Мне казалось, мы были в пещере…

— Сначала в пещере, а после заключения договора нас переместили сюда.

— Договора? — Белл поднял голову. — Какого договора?

— О перемирии… Ах да, ты ведь ничего не знаешь! — опомнился Офаниэль. — Афаэл и Михаил заключили договор о перемирии. Теперь Падшие не смеют нападать на Светлых, если те не пересекают границы клана, оговорённые заранее. С недавних пор мы на Земле обитаем на законных основаниях и в относительной безопасности. Михаил смирился с этим, и вынужден был принять условия, которые выдвинул Афаэл. Считается, что мы проиграли, но по факту — мы одержали победу, отстояв свою независимость и получив право существовать так, как сами того желаем.

— Значит, война окончена? — Белл неожиданно побледнел. — Светлые вам больше не враги?

— Ещё какие враги! — помрачнев, с ненавистью прошипел змеиный ангел. — Пусть только сунутся на нашу территорию — мы тут же всё им разъясним!..

— Почему вы ушли из Рая, Офаниэль? — после долгой паузы решился вновь спросить Белл. — Зачем?

— Ну, у каждого ангела своя причина, — Падший неопределённо повёл плечами. — Кто-то захотел власти, как Люцифер и Афаэл. Кто-то искал свободы, устав от вечного превосходства Архангелов. Некоторые, как Даниил, жаждали получить заслуженное признание своих неординарных способностей, а кое-кому просто захотелось драки.

— А ты?

— У меня тоже было полно амбиций, мой друг, — ангел улыбнулся. — Но, к сожалению, я слишком отличался от остальных моих братьев, чтобы рассчитывать на принятие меня, как равного. В конце концов, мне надоело, что от меня шарахаются, как от прокажённого, и я присоединился к бунтовщикам.

— И здесь к тебе стали относиться по-другому?

— О, здесь мои способности оказались чертовски важны! — Падший рассмеялся. — Настолько важны, что моя специфическая внешность перестала иметь значение. Теперь меня берегут, как зеницу ока. Не дают и шагу ступить без охраны — я от этого уже зверею. Хорошо, что с тобой удалось вырваться — хоть какое-то развлечение!

— Ты и сейчас считаешь, что на Земле лучше? — Белл прищурился.

— Для меня лучше, — посерьёзнел Падший, уверенно кивнув. — Особенно теперь, когда мы выползли из наших нор, и получили возможность жить свободно. Пока ты валялся без памяти, мы вовсю отстраивались, Беллор. Нефилимы и Младшие трудились круглые сутки, чтобы поскорей воздвигнуть поселение и основать общину. То же происходило и в других секторах. Афаэл назначил в каждом секторе главу общины, и лично следил за обустройством. Сейчас уже у многих Падших есть свои дома. Мы продолжаем строиться, чтобы обеспечить жильём каждого. Тебе тоже построим, если ты решишь остаться в клане.

— С чего ты взял, что я захочу остаться? — мгновенно вскинулся Белл.

Офаниэль долго молчал, спокойно глядя ему в глаза, затем пожал плечами.

— А куда ты ещё пойдёшь, парень? — устало заключил он. — Или у тебя есть дом, куда ты можешь вернуться?

— Это никого не касается! — глухо выдавил Белл, и, стиснув зубы, встал на ноги.

Офаниэль покачал головой, понимая, что Белл не желает говорить на эту тему и бесполезно и дальше его расспрашивать. Молча закинув руку блондина себе на плечо, змеиный ангел повёл того обратно в дом.

***

— Мне сказали, ты уже достаточно окреп, чтобы ходить самостоятельно, — заглянув в палату, обратился Афаэл к Беллу, который только проснулся, и теперь стоял возле окна, разглядывая серый рассвет. — Не против прогуляться со мной немного? — он кивнул на дверь.

Блондин чуть помедлил, но всё же направился за Правителем на выход.

Деревня уже пробудилась. Хлопали калитки, стучали топоры, кудахтали куры, и горланили петухи, приветствуя первые солнечные лучи, проглядывающие над горизонтом.

Белл и Афаэл не торопясь двигались по широкой утоптанной тропинке вдоль реки, а им навстречу всё время попадались ангелы, направляющиеся куда-то по своим делам. Они здоровались с Афаэлом, бросали быстрые пронзительные взгляды в сторону сопровождающего его блондина, и продолжали путь.

Белл молчал, ожидая, когда Афаэл заговорит сам, и, прикидывая, о чём пойдёт разговор.

— Мне сказали, что тебя зовут Беллор, — наконец, прервал молчание Правитель, повернув голову, и с интересом разглядывая собеседника.

— Да, — подтвердил Белл, решив, что этот вариант имени вполне сойдёт для тех, кому необязательно знать больше.

— Я — Афаэл, Правитель клана Падших. Как ты понимаешь, у меня к тебе есть вопросы. И первый из них: откуда ты?

— Как и все — из Рая, — Белл пожал плечами, устремив взгляд на бесконечные поля, тянувшиеся вдали.

— Что умеешь?

Блондин помолчал. Потом посмотрел в глаза Афаэла.

— Убивать, — коротко отозвался он.

— А ещё?

— Убивать, — повторил блондин, и в его зеркальных зрачках полыхнул мрачный огонь.

— Допустим, — Правитель кивнул, и вновь зашагал по тропе. — Пока ты валялся в отключке, Тадиэль, наш Жрец, пытался определить твои характеристики, но не смог. Хотелось бы знать, почему?

— Может, потому, что у меня нет особых характеристик? — Белл с вызовом улыбнулся.

— Или они скрыты так глубоко, что их не определить, — в тон ему бросил Афаэл. — Тадиэль также сказал, что ты — наполовину Светлый. Это означает, что ты не сам ушёл из Рая, а тебя вышвырнули… За что, можно узнать?

— Скажем так: я дружил не с теми парнями, — невозмутимо ответил блондин, даже не смутившись. Он знал, что рано или поздно ему придётся отвечать на подобные вопросы, потому заранее подготовился к ним.

— Тебя выгнали за связь с бунтовщиками? — переспросил Правитель и Белл кивнул. Даже если Афаэл может различать ложь, такой ответ, так или иначе, соответствовал истине, а значит, подловить собеседника на лжи ему не удастся. — А девушка, что была с тобой, — кто она?

— Это не твоё дело! — мгновенно ощерился Белл, и его зрачки угрожающе сузились. Афаэл остановился, и несколько секунд хмуро разглядывал блондина, затем всё же кивнул.

— Ты прав, не моё, — покорно согласился он. — Но я спросил не из любопытства… Мне рассказали твою историю, и я тебе сочувствую, Беллор.

— Тебе известно, что стало с телами моих… Моих девочек, Афаэл? — не ответив, сдавленно спросил ангел.

— Известно.

— О них позаботились?

— Понимаешь, — Афаэл помрачнел, и замялся. — Дело в том, что заботиться было не о чем, блондин… Тело твоей… подруги… превратилось в пепел…

— Что?! — Белл подскочил, став белым, как мертвец.

— Слышал про Адского Жнеца? — понизив голос, продолжил Правитель. — Он крадёт душу из тела, после чего оно сразу обращается в прах… Похоже, там, в горах, вы были не одни, блондин. Трупы твоих врагов тоже превратились в прах, как и тело твоей подруги.

— А ребёнок? — Белл покачнулся, чувствуя, как перевернулся мир, и едва удерживался на ногах.

— Тело ребёнка мы не нашли, — ответил Афаэл, подхватив блондина за локоть и не давая тому упасть. — Держись, красавчик, — пробормотал он, волоча Белла за собой к краю дороги, где усадил того прямо на траву. — Похоже, ты ещё не слишком окреп, — обеспокоенно заметил он. — Мы потом договорим. А сейчас я прикажу нефилимам проводить тебя обратно в больницу. Посиди здесь, я скоро, — и он ушёл, оставив Белла одного.

***

— Говорят, ты всё же решил оставить клан? — Офаниэль встретил Белла у дверей больницы, когда тот, получив, наконец, разрешение от Армисаэля летать, собирался потренироваться.

— Мне нужно закончить кое-какие дела, — нехотя отозвался блондин, досадуя на то, что не успел проскочить незамеченным.

Он был благодарен Офаниэлю за то, что тот его спас, но каждый раз, видя змеиного ангела, Белл испытывал чувство неловкости от того, что его благодарность за самопожертвование была неискренней. На самом деле блондин сожалел о том, что не погиб тогда вместе с Авророй и дочерью. И не понимал заботы Падших, которые так упрямо вытаскивали его из лап смерти. Больше всего на свете Беллу хотелось, чтобы его оставили в покое, и он не чувствовал себя обязанным за спасённую жизнь, которая ему не нужна. Единственное, что пока заставляло смириться с необходимостью жить — это появившаяся внезапно надежда, что дочка не погибла. Когда Афаэл рассказал, что тела девочки они не нашли, Белл с трудом удержался, чтобы не отправиться на север сразу же, пешком, не дожидаясь, пока отрастёт отрубленное крыло. Он почти решился на этот безрассудный поступок, но, едва добравшись до края деревни, рухнул без сил и свалился в канаву, где и пролежал до заката, пока его не нашёл Офаниэль. Он и уговорил блондина дождаться полного выздоровления прежде, чем отправляться в путь.

С того дня Белл занимался лишь тем, что разрабатывал и укреплял ослабшие во время болезни мышцы. Он нагружал и тренировал их с утра до ночи, думая лишь о том, что забрать дочку из пропасти мог лишь один человек — его брат. А если Нигар сделал это, то возможно потому, что Ната была ещё жива. От этой мысли замирало сердце и перехватывало дыхание. Неужели малышка выжила? Неужели он сможет увидеть свою доченьку, и вновь прижать её груди? Обнять? Поцеловать? Полюбоваться на маленькое личико, которое так похоже на лицо Авроры? Неужели судьба смилостивилась над ним в этот раз, и оставила крохотный лучик счастья? Белл был готов умереть тысячу раз, лишь бы это оказалось правдой. «Пусть Ната выживет! Пусть живёт! Хотя бы она! Пожалуйста!..» — он отчаянно молил об этом небеса, больше не думая о том, что его не услышат. Он готов был сделать всё: умереть, воскреснуть, полюбить весь мир или разрушить его до основания. Всё, что потребуется, чтобы вернуть дочку, и больше не чувствовать этой боли! Не ощущать одиночества, которое оказалось страшнее, чем сама смерть…

Душа Белла изнывала от нетерпения, а сердце разрывалось от невозможности обрести покой. Крыло отрастало слишком медленно. Потребовалось ещё два месяца, чтобы вновь научиться летать. Всё это время ангел не терял надежды, и не мог думать ни о чём и ни о ком, кроме малышки.

Тем временем над кланом Падших нависла новая угроза. Стали пропадать патрульные, дежурившие на границе. Позже их находили мёртвыми, с истлевшими костями и вывернутой грудной клеткой. Пошли разговоры о Поющем Карлике, который открыл сезон кровавой охоты. Страшные предположения подтвердил Тадиэль, определив, что души ангелов исчезли, так и не достигнув Ада. Афаэл ходил мрачный, а нервозность в клане достигла предела, когда на краю деревни нашли труп Илизара — Падшего из местной общины.

Собрали команду из шести воинов, чтобы разыскать Карлика, но всё оказалось безуспешным. Пока группа разведчиков прочёсывала окрестности с одной стороны, у реки обнаружились трупы двух нефилимов, отправившихся на рыбалку. Их истлевшие тела с трудом удалось опознать.

Падшие стали бояться покидать дома. Некоторые улетали в горы, надеясь укрыться в катакомбах глубоких пещер. Деревня быстро пустела.

 Белл заметил неладное, когда в один из дней Армисаэль появился в больнице мрачный и задумчивый. Осматривая крыло блондина, он даже не бурчал по привычке и ничего не комментировал. Не выдержав, Белл поинтересовался, в чём дело.

— Похоже, уходить нам отсюда придётся — вот, в чём дело, — пробормотал доктор, тяжело вздохнув. — Шестнадцать ангелов в клане убито, и четверо нефилимов. Если так и дальше пойдёт, скоро Падших вообще не останется.

— Кто нападает, Армисаэль, вам известно? — Белл невольно нахмурился.

— Известно. Только ведь на эту тварь нет управы. Он может находиться в этой комнате, а мы даже не заметим. И защититься не сможем, потому что от его поганого свиста всё тело цепенеет и на куски разваливается.

— О ком ты сейчас говоришь, док? — Белл аж привстал, мгновенно насторожившись.

— О Поющем Карлике, конечно. Слышал о таком?

— И даже видел, — хмыкнул блондин себе под нос, тут же о чём-то задумавшись. — Когда начались убийства? — неожиданно спросил он.

— Три дня назад… И уже столько трупов, — посетовал доктор, покачав головой. — Вчера Офаниэль чуть не попался. Он зашёл в дом к Илии, а тот мёртвый. И кровь капает с костей, даже свернуться ещё не успела. Пришёл бы Змей на пару минут раньше — его бы тоже мёртвым нашли.

— Где Афаэл? — Белл внезапно вскочил, больше не слушая ангела. — Он мне нужен! Срочно!

— Афаэл полетел в соседнюю общину, чтобы назначить Сбор и решить, что делать, — растерялся от его напора Армисаэль. — Тебе придётся подождать его, блондин.

— Некогда ждать! — схватив одежду, Белл стал одеваться. — Как крыло? — вдруг спросил он.

— Уже в порядке, только не перетруждай.

— Ясно, — Белл поспешно кивнул. — Вот, что, док… Передай Афаэлу, когда тот вернётся, чтобы ничего не предпринимал, и никаких Сборов не устраивал! Там вполне может появиться Карлик! И пусть не пробуют его ловить, понял?!

— Куда ты собрался? — согласно кивнув, в свою очередь поинтересовался Армисаэль. — Я не для того тебя столько месяцев выхаживал, блондин, чтобы ты так глупо помер! От Карлика нет спасения, я ведь сказал!

— Сиди дома, и не выходи, — вместо ответа, негромко попросил блондин. — А я попробую прекратить всё это.

— Но как???

Однако его вопрос остался без ответа. Белл уже выскочил из дома, и с быстротой молнии исчез в небесах.

***

— А вот и ты, братишка! — раздался спокойный голос Нигара, едва Белл-Ориэль пересёк порог импровизируемой гостиной в чреве ледяной горы. — Знаешь, было даже интересно, сколько понадобится трупов Падших, чтобы выманить тебя из их логова и заставить навестить меня.

— Зря старался, Гин. Я и так собирался сюда прийти. Просто не мог из-за крыла, — Белл не смотрел на брата, с трудом заставляя себя говорить.

— Так значит, ты всё же скучал? — младший ухмыльнулся, поднимаясь со стула и беря в руки кувшин, стоявший на столе. — Тогда давай отпразднуем твоё возвращение! Знаешь, я изготовил потрясающее вино! Ты такого не пробовал даже в Раю — можешь мне поверить! Первая моя партия разлива тысяча четыреста пятидесятого года Новой Эры. Это по земному календарю. А по Великому… — Нигар на мгновенье задумался, потом махнул рукой. — А, впрочем, какая теперь разница, какой год в Раю! — небрежно фыркнул он, разливая вино по кружкам. — Главное, что это пойло — лучшее, что когда-либо было создано! — Нигар жестом пригласил брата к столу, но тот даже не шелохнулся.

— Где моя дочь? — больше не в силах сдерживать рвущуюся из сердца тревогу, выдохнул Белл. — Я знаю — это ты забрал её!

Нигар замер. Лицо его потемнело, во взгляде на миг промелькнула растерянность. Он медленно поднёс кружку с вином к губам и сделал глоток.

— Я ведь сказал тебе, Белл — им не было места рядом с нами! — наконец, мрачно отчеканил он, тут же растеряв всю свою доброжелательность. — Твоя дочь мертва. Так же, как и Аврора!

Белл отпрянул, как от удара. Потом провёл дрожащей рукой по лицу, и покачнулся.

— Нет… — прошептал он, замотав головой и попятившись. — Это неправда!.. Ты лжёшь мне, Гин!.. Это неправда!!!.. Нет!!!

Белл сглотнул, ощущая, как в эту минуту, вместе с утраченной надеждой из него уходит жизнь. Как умирают последние чувства, как сменяет их пустота, погружая сознание в непроглядную мглу. Как леденеет в груди, и душу заполняет холод, покрывая сердце коркой вечного льда. Он побелел, как мертвец, и казалось, ещё секунда, и Белл просто свалится бездыханным у ног брата. Фиалковые глаза потускнели, губы посинели и, забыв, как дышать, ангел стал задыхаться. Судорожно хватаясь за шершавую каменную стену ослабевшими пальцами, он сполз по ней на пол, и, согнувшись, схватился за голову, завыв, точно зверь. Потом вдруг смолк, разом оцепенев, и долго сидел неподвижно, убрав ладони с лица, на котором застыли слёзы, а мёртвые глаза глядели куда-то прямо перед собой.

Нигар смотрел на брата и не шевелился. Он чувствовал боль Белла, видел, как того раздирает отчаяние, но не пытался помочь. Не торопился, как когда-то в детстве, разделить его страдания, утешить, уверить в том, что всё будет хорошо. Нет, сейчас младший думал о том, что опять ошибся, решив, что за прошедшие месяцы Белл успел пережить потерю и смириться с тем, что дороже брата у него на этом свете нет никого. И не будет никогда…

Наблюдая, как близнец безмолвно корчится в муках, Нигар не ощущал ничего, лишь досаду и злость: на брата, на себя, и на то, что опять всё пошло не так…

— Зачем ты забрал тело моей дочери? — раздавшийся внезапно глухой голос Белл-Ориэля, заставил младшего вздрогнуть, оторвавшись от своих мыслей. Вслед за этим Белл вдруг поднялся на ноги и шагнул к нему. — Отвечай, Гин! — рявкнул он, угрожающе замерев.

— Какая тебе разница? — огрызнулся Нигар, игнорируя его грозный вид. — Девочка была мертва! Ты ведь не собираешься поклоняться трупам так же, как это делают люди?!

— Где-её-тело? — по слогам повторил Белл-Ориэль, внезапно схватив младшего за грудки, и, выдернув из-за стола, одним махом припечатал к стене. — Лучше скажи мне, Гин! — он встряхнул его. — Говори! — прошипел он.

— Я сжёг все тела, — помолчав, выдохнул тот, небрежно поведя плечами.

Белл замер на мгновение, сверля близнеца тяжёлым, ледяным взглядом, и пытаясь разобрать, насколько тот искренен.

— Что ты сделал с душами? — угроза в голосе возросла, вместе с тьмой, разверзшейся в глазах. — Я знаю, ты забрал душу у Авроры! Где она?.. Где души Авроры и моей дочери?!

Нигар долго молчал, словно выбирая, сказать или нет, затем его взгляд потускнел, став упрямым и вызывающим.

— Они в Аду, — небрежно бросил он, решительно перехватив запястье брата и оторвав того от себя. — Я был уверен, что и ты придёшь к ним, Белл, — отворачиваясь от него, добавил Нигар. — Или ты передумал?

— А если передумал? — лицо блондина застыло холодной маской. Он в упор взглянул в глаза брата. — Если скажу, что не собираюсь идти на поводу у ваших с Люцифером амбиций, что тогда? Что ты придумаешь ещё, брат, чтобы заманить меня в Ад?

— Значит, ты не хочешь отомстить, Белл? — Нигар позеленел от злости, его щёки побелели, покрывшись красными пятнами, но он уверенно держал себя в руках. — Даже теперь, когда по приказу Михаила убили твою семью? Или тебе наплевать на это? На то, что Аврора и дочь будут расплачиваться в Аду за твои несуществующие идеалы?.. А может, ты просто струсил?

— А может, мне просто убить тебя, Нигар, и навсегда закрыть эту тему?! — не среагировав на язвительное подзуживание близнеца, в тон ему бросил Белл.

— Так тебе действительно всё равно? — перестав ёрничать, младший склонил голову на бок и прищурился. — Не хочешь увидеть Аврору и дочь?

Белл разом как-то дёрнулся, обмяк, его взгляд стал беспомощным.

— Хочу, — чуть слышно обронил он, его кулаки сжались, а в глазах опять отразились все муки преисподней. — Очень хочу, Гин… — обречённо повторил он.

— Я открою портал, — удовлетворённо кивнув, Нигар тут же принял деловой вид. — Мы отправимся туда вместе, так что не переживай!.. Только кое-что захвачу. Подожди меня здесь! — попросил он, и исчез, скрывшись в тёмном коридоре пещеры.

Через пару минут он вернулся, держа в руках какой-то свёрток, и коротко кивнул брату на выход.

— Идём!

Они прошли по лабиринтам катакомб довольно далеко, прежде чем оказались у разветвления боковых коридоров. Нигар уверенно свернул в правый из них, и Белл уже хотел было последовать за ним, но тут его внимание привлёк яркий голубоватый свет, струившийся откуда-то сбоку. Блондин остановился, невольно заглядевшись на свечение, и вдруг почувствовал непреодолимое желание подойти ближе. Забыв про Нигара, увлекаемый странным гипнотизирующим светом, Белл направился в левый коридор. И чем ближе подходил к источнику загадочного света, тем явственнее ощущал незримую связь и необъяснимое единение с ним. Словно вдруг отыскал что-то дорогое, потерянное, близкое и родное, как половинка его собственной души.

— Белл! — Нигар нагнал брата, когда тот уже подходил к залу, открывшемуся перед ним в конце коридора. — Белл, мы должны идти! — схватив блондина за локоть, младший потянул было того обратно, прочь от источника сияния, но Белл не двинулся с места. Молча высвободив локоть, брат решительно шагнул в зал, и тут же поражённо замер.

Перед ним, упираясь в высокий каменный свод пещеры, росло огромное дерево. Его молодой коричневый ствол крепкими корнями уходил в вечную мерзлоту, а длинные, сильные и гибкие ветви змеями опутывали потолок, прошивая насквозь тяжёлый камень. Дерево мягко мерцало, зеленея свежей изумрудной листвой, щедро усыпающей ветви, на которых зрели невиданные плоды. Средние по размеру, по форме напоминающие груши, они казались прозрачными, и источали то самое голубоватое сияние, что привлекло внимание Белла.

Словно заворожённый, блондин сделал шаг вперёд, ступил на сочную траву, окружавшую ствол, потянулся и осторожно коснулся ладонью блестящей коры.

— Нет! Не трогай! — Нигар метнулся было к брату с намерением помешать, но было поздно. Дерево содрогнулось от корней до макушки, и Белл отчётливо ощутил, как под слоем коры, ожило и застучало маленькое сердечко. Словно крохотная пичужка, пойманная в силки, оно сначала испуганно дёрнулось, потом на миг смолкло, затем забилось быстро-быстро, излучая на ладонь ангела нежное тепло. Не понимая, что происходит и не в силах одёрнуть руку, повинуясь какому-то внутреннему порыву, Белл трепетно обнял гладкий ствол дерева и прижался щекой к его тёплой коре. Тут же на него нахлынуло чувство безмерной тоски, и нерастраченной нежности, тяжёлой удушливой волной затопившей душу. Взгляд проскользил по гибким ветвям и задержался на одном из чудесных плодов. Несколько секунд ангел всматривался в сияющий в нём чистый огонёк света, затем закрыл глаза, и, сжав кулаки, зарычал от безысходной ярости и нахлынувшего вдруг осознания. Оторвавшись от дерева, Белл одним прыжком оказался возле Нигара, и, схватив того за горло, шарахнул о стену.

— Зачем??? — закричал он, тряся брата и продолжая колотить того о стену. — Зачем ты это сделал, Гин?!.. Почему?!.. Для чего, скажи?!

— А ты хотел, чтобы они оказались в Аду?! — рявкнул Нигар, пытаясь разогнать искры, посыпавшиеся из глаз. — Я дал им вторую жизнь! Позволил твоей малышки жить вечно!.. Чем ты недоволен, Белл?! Тем, что они не попали в лапы демонов и не стали их рабами?!

— Ты сказал, что они в Аду! Что мы сможем встретиться!

— Да, я так сказал! И что?! — Нигару всё же удалось вывернуться из хватки брата и оттолкнуть его. — Иначе ты не пошёл бы со мной к отцу! Разве нет?!

— Ах, ты — мерзкая, лживая, бездушная тварь! — с расстановкой прошипел Белл-Ориэль, окончательно рассвирепев. — Ты продал меня! За что?.. За рецепт паршивого пойла или ещё дешевле? Ответь мне, Гин! Скажи: что пообещал тебе Люцифер за то, чтобы ты меня предал и затащил в Ад?!

— Ты первый меня предал, Белл! — губы младшего задрожали, глаза полностью утонули во тьме. — Променял меня на кратковременную иллюзию семьи! Ты меня бросил!.. Я только хотел, чтобы ты вернулся! Чтобы занял в этом мире место, которого поистине заслуживаешь… Хотел, чтобы мы снова были вместе, и…

— Больше никогда не приближайся ко мне! — перебил блондин, и его взгляд почернел, заполнившись расплавленным огнём. — Никогда не смей называть меня своей семьёй! Отныне мы чужие, Гин! И если хочешь жить — забудь само моё имя! У тебя больше нет брата по имени Белл-Ориэль! Я — Беллор! Запомни! И я останусь им навсегда! — сказав это, блондин выхватил меч, который вспыхнул ядовито-алым пламенем, и шагнул к дереву.

— Нет! — Нигар бросился ему наперерез, и встал на дороге, загородив дерево собой. — Не смей его трогать! — прорычал он так яростно, что сам воздух завибрировал от исходящей от него ненависти.

— Прочь с дороги! — недолго думая Белл приставил меч к горлу брата. — Прочь, Гин, иначе клянусь…

— Нет, это я клянусь, братец, — сделав ударение на последнем слове, вскинулся младший. — Если только дотронешься до Древа своим чёртовым мечом, я не остановлюсь, пока не перебью всех твоих новых дружков до последнего! И начну с того Падшего, который очень хотел за тебя умереть в прошлый раз! Пусть Люцифер познакомится и лично разберётся с тем, кто испортил ему всю игру!

— Только попробуй сунуться к Офаниэлю, и я…

— Убьёшь меня?! — подсказал Нигар, презрительно фыркнув. — Ну, давай! — он сложил руки на груди, вызывающе замерев перед братом.— Убивай, кто тебе мешает? Разруби меня на куски, а потом и это дерево к чертям собачьим! А свою дочь с Авророй собственноручно отправь в Преисподнюю! Убей их ещё раз! Давай, ты ведь этого добиваешься, да?

Белл не ответил. Повисла тяжёлая пауза, во время которой блондин сверлил брата взбешённым и одновременно беспомощным взглядом, затем опустил меч, цедя проклятия.

— Не попадайся мне на глаза! — рыкнул он напоследок, развернулся и быстро зашагал прочь из зала. — И не смей приближаться к клану, Нигар! Я буду там! И если сунешься — вернусь! И тогда ты пожалеешь!..

Младший не ответил. Проводив брата тёмным, угрюмым взглядом, он подошёл к дереву и, вздохнув, задумчиво погладил его по чуть шершавой коре. Древо затрепетало, отзываясь на прикосновение лёгкой пульсацией и нежным теплом.

— Змей! — чуть слышно окликнул Нигар, вдруг почувствовав себя глубоко несчастным и бесконечно одиноким.

Ему никто не ответил. Младший судорожно выдохнул, вдруг испугавшись, что остался совсем один.

— Змей! — всхлипнув, громче позвал он, покрываясь холодным потом. — Змей, ты здесь?

— Ну, чего орёшь?! — прошелестел в голове недовольный голос. — Слышу я!

— Ничего не вышло, — задрожав, пробормотал Гин, понуро опустив голову. — Я не смог привести Белла к отцу!

— Да, я уже в курсе твоего провала, — пробурчал голос в голове, и вновь воцарилась тишина, от которой Нигару стало совсем плохо.

— И что теперь делать? — не выдержал младший. — Белл ненавидит меня! Он запретил мне приближаться!..

— Пусть пройдёт время, Нигардиэль, — после очередной долгой паузы, всё же отозвался змей тихим шипением. — Наберись терпения!.. Ничего ещё не потеряно… Напротив, всё только начинается!..

— Конец —

Дорогие наши читатели! Вот, и закончена очередная книга из серии «Кровь ангела», над которой мы долго трудились, стараясь сделать её интересной для вас! Не оставьте без ответа наши старания, и напишите несколько строк о прочитанном! Нам очень важно знать, понравилась ли вам наша работа! С нетерпением ждём откликов, и благодарим всех, кто был рядом с нами всё это время!

05.04.2021
avatar
Светлана Фетисова
112

просмотров



Оставить комментарий
Войти или зарегистрироваться: 

Свежие комментарии 🔥



Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

    Войти или зарегистрироваться: 

Закрыть