Слезы Энкиль Часть первая Медлар (Глава пятая. Посланник.)

Прочитали 60
12+

   Вечернее солнце уже не так нещадно палило, а легкий ветерок, принесший с собой запах далекой грозы, приятно обдувал загорелое лицо Гайрона — мчавшегося по западному пути для того, чтобы скорее предупредить Уилфода и остальных о поджидающей их опасности в Милиноре.
По прибытии на постоялый двор, капитан был не мало удивлен тем состоянием трактира, который стал местом взрывных испытаний не далее, как вчера. Осведомившись, что хозяина нет, он узнал от его сыновей о вчерашнем отбытии отца в компании неких людей, по всей видимости именно тех, кого он и искал. Гайрон оплатил еще пару свежих лошадей и тут же продолжил путь.
  Вдобавок ему стало известно, что в трактире были обеспокоены странным исчезновение младшего сына хозяина Эдгана, который пропал спустя некоторое время после отъезда отца. Капитан пообещал помочь в поисках, как только он выполнит свое задание. Но что-то ему подсказывало, что найдя отца он найдет и сына.
  Размышляя об этом, он ясно вспомнил, как и сам таким же мальчишкой покинул отчий дом и отправился в поисках приключений, плохо себе представляя, где их вообще возможно встретить.
Но приключения начались так неожиданно, что еще юный Гайрон, оказался к ним совсем не готов.
Проходя через огромное кукурузное поле, он беззаботно шагал улыбаясь жаркому летнему солнышку, жуя при этом ломоть вкусного торкийского хлеба с куском, таявшего во рту, перинского сыра, который он взял с собой в путешествие. Перед тем как покинуть родное гнездо, он подумал, что негоже искать приключения на голодный желудок, поэтому собрал с собой внушительную торбу с провиантом. К тому же он благополучно стянул у отца острый, солдатский нож, оставшийся еще со службы в сторожевом полку Лиэрсуола, трубку и кисет с изрядным количеством забористого табака, которого он на нюх не переносил. Но, тем не менее, Гайрон почти что наверняка знал, что настоящий герой обязательно должен курить трубку и ходить при оружии…
Выйдя из зарослей, почти уже спелой, а кое-где вполне себе зрелой, кукурузы Гайрон, был схвачен за шкирку незнакомцем, как показалось ему тогда, трех метрового роста, с большими длинными, мохнатыми лапами вместо рук, и страшными кривыми, острыми клыками.
— Ах ты, маленький засранец! — прокричало чудовище, дыша ему в лицо стойким перегаром, — Вот кто ворует у меня кукурузу! А ну выворачивай свою сумку иначе я сверну тебе шею!
— Ой, мамочки! — завопил до смерти испугавшийся, Гайрон. — Не надо не ешьте меня, умоляю! Я ничего не крал!
— Ба, да это же щенок Вигурда! Теперь то твой папашка ответит мне сполна! А ну пошли, змеёныш!
От неожиданности, так быстро встретить приключения, Гайрон сразу не узнал в этом чудище, вечно пьяного Пакурта Нука, живущего по соседству с их домом и постоянно обвинявшего их семейство во всех неудачах, происходивших с ним и его собственностью, будь то скотина, птица или урожай.
Через некоторое время юный герой, был уже дома зализывая живописные отцовские разъяснения оставившие свой след на его тощей заднице.
Пьяному Пакурту досталось не меньше. Он поначалу петушился обвиняя по привычке во всем отца Гайрона, а потом перешел к грубым оскорблениям и когда речь зашла о матери мальчика, которую тот назвал потаскухой, Вигурд отделал соседа так, что он еле ноги унес оставив россыпь своих гнилых зубов у них на дворе.
Потом у Гайрона были еще попытки уйти из дома, но они всегда заканчивались одинаково плачевно для его задней части. Пока в возрасте тринадцати лет юный искатель приключений не попался в руки мериагорских работорговцев и был продан ими после долго морского перехода с еще дюжиной таких же несчастных, на столичном базаре Мушихана одному тамошнему знатному вельможе.
Гайрон тяжело переживал воспоминания о годах прожитых под ярмом подлого хозяина. Единственным светлым пятном той жизни была младшая дочь вельможи, прекрасная Шади, которую он полюбил сразу, как только увидел, насколько мог любить мальчишка в его возрасте.
Да и она приметила этого симпатичного чужестранца, отличавшегося от остальных темными, как у нее, волосами и ясными голубыми глазами диковинными среди местных жителей.
Десять долгих лет провел он на чужбине, вынужденный влачить тяжелую участь раба и если бы не Шади, неизвестно смог бы он выжить, а в последствии и бежать из этого проклятого места и вернуться домой.
Но и дома его ждала беда. В очередной раз Касурдтерр воевал с Кирхироном, под знаменами которого собиралось все нечестивое отродье, обитавшее к югу от мутного моря.
Деревню, в которой он родился сожгли незадолго до его возвращения. Родители пропали без вести, как и его младшие сестры. Оставалась надежда на то, что они укрылись в осажденном Лиэрсуоле.
В город Гайрону пришлось пробираться сквозь вражеский лагерь, и это ему удалось. Да, так удачно, что в руках у него оказался пленённым пьяный офицер, которого он благополучно доставил в замок.
Полученные сведения из уст пленника позволили, защитникам крепости совершить ночью удачную вылазку, после которой нападавшие так и не смогли оправиться, до прихода помощи осажденным.
Так Гайрон оказался на службе у лорда Мортигана под командованием Брина…

Добравшись до местечка под названием Весфок глубокой ночью, капитан решил остановиться здесь на ночлег.
Он понимал, что нужно нагнать Уилфода, как можно быстрее, но проведя почти сутки в пути без сна и до этого почти столько же не спав при защите крепости, Гайрон подумал, что нужно поспать хотя бы несколько часов.
Деревушка встретила его приезд беспокойным лаем собак и только. Большинство дворов имели высокий забор с массивными воротами, из-за которого и слышался собачий брёх.
Постучавшись сначала в одни ворота, потом в другие и не услышав ответа, капитан двинулся дальше по деревне в надежде найти крышу над головой и горячий ужин.
Проехав почти до конца, он увидел дом, из окон которого пробивался тусклый свет, а печная труба вовсю коптила, выбрасывая густой белый дым и приятные запах готовящейся еды. Ему даже будто бы послышались голоса нескольких человек сильно вздоривших друг с другом, и он не ошибся.
Через мгновение дверь дома открылась и на улицу вылетела чья-то фигура в неестественной позе и сделав невообразимый кульбит плюхнулась прямо в огромную лужу, не высохшую после дождя.
— Давай второго! — послышалось из открытой двери. После чего еще одно тело выскочило из дома прилетев через порог и приземлившись все в ту же лужу.
— Грязные воры! Будет вам урок! Теперь надолго запомните старика Ульга! — говорил пожилой мужчина появившийся в дверном проеме в след за вылетевшими вон, судя по всему, разбойниками. Он огляделся по сторонам и увидев одинокого всадника в лице Гайрона крикнул ему: — Кто таков?!
— Простите уважаемый, я был долго в пути и теперь ищу ночлег, по возможности с ужином. Я хорошо заплачу! — не растерявшись ответил капитан.
— Ну, что-ж, добро пожаловать в мою скромную обитель! Но учти если ты окажешься пройдохой, то тебя ждет точно такая же участь, как и у ентих двух недотеп! — указывая на лежавших в луже незнакомцев, сказал старик.
— Я все понял! Простите как вас зовут?
— Макорн Ульг зовусь я, а твое имя мне без надобности! — отвечая на вопрос Гайрона, старик сразу избавил его от необходимости представляться. — Иди за мной!
Капитан спрыгнул с лошади и оставил ее во дворе предварительно привязав к столбу, а затем вошел в дом.
Переступив через крутой порог, он сразу же оказался в небольшом, слабо освещенном помещении, где из всей нехитрой утвари имелись три стола и несколько стульев вокруг них. Вдоль стен стояли длинные, грубо тесанные скамьи, накрытые цветными покрывалами. На одной из них в самом углу комнаты седело нечто отдаленно напоминающего человека.
При виде вошедшего в комнату Гайрона оно встало заставив его застыть на месте и открыть от испуга рот.
— Спокойно, сынок! Поди, принеси холодного пива гостю и скажи старухе пусть накроет на стол! — обратился к чудищу хозяин.
Гайрону показалось, что он видит перед собой не сына старика, а какого-то былинного персонажа ужасного и свирепого. Роста детина был неимоверного, стоя он немного сгибал голову, чтобы не упираться ей в потолок. Огромный горб на его спине и длинные крючковатые руки с большими кулачищами, предавали ему ужасающий вид.
Судя по всему, те двое вылетевшие с крыльца были работой этого молодца. И не удивительно, что старик грозился Гайрону тем же, если он окажется вдруг негодяем.
Когда же монстр вышел, старик по-дружески хлопнул по плечу капитана и сказал, чтобы он не боялся, так как сын слушался его беспрекословно и исполнял все, что тот скажет.
— Я вижу в тебе военную выправку и под накидкой офицерский камзол. Ты верно из гарнизонной службы? — спросил хозяин дома, когда капитан сел за стол.
— Так и есть! Я капитан стрелков Лиэрсульской стражи. — ответил Гайрон и тут же спросил: — Простите, а кто те двое счастливчиков, коим удалось так быстро покинуть ваше заведение прямо перед моим носом?
— Странные людишки и точно не местныя. — говорил старик. Видно, как он раздумывал над теми посетителями. — Зашли молча, уселися за стол, потом потребовали есть и пить, а когда пришло время до грошей, грубо изругались и сказали, что это я им ешо должен и будто скоро все в Лиэрсуоле и его землях будуть им платить! Кому им? Можа ты скажешь, воин?
— Чтоб я провалился! Они так сказали?! — вдруг вскочил с места возбужденный Гайрон. — Я то думал они простые пьяницы! А они вон что! Нужно их задержать!
Капитан выхватил меч и оттолкнув старика выскочил на улицу, но тех двоих уже след простыл и его лошади тоже. Он топнул в сердцах ногой и бросив меч, схватился за голову обеими руками.
Старик выскочив следом, был весьма удивлён происходящим и даже прибывал в сильном раздражение.
— Ты чего, милок, сдурел что ли? Кидаешься вон как полоумный! Ну-ка объясни толком, хто ита енти разбойнички?
Гайрон взглянул на хозяина дома и неожиданно сказал:
— Старик, утром собирай всех в деревне, берите пожитки и уходите в лес на болота! Скоро здесь будут тысячи разбойников!
— Ну, Ривгур тебя дери! Ты что несешь?! — взбеленился старик.
— Послушай, верь мне и обещай, что так и сделаешь! Война никого не пощадит!
— Неужто Кирхиронские разбойники снова напали на нас?! — округлил глаза Ульг.
— Хуже!
— Что-ж ешо хуже?
— Не могу тебе всего рассказать. Просто поверь мне и делай так, как я говорю! Видно не придётся мне поспать! Нужно ехать! Прошу тебя продай мне лошадь и еды, нет времени больше объясняться!
— Будет тебе лошадь и еда! Стой здесь, я щас!
Старик тут же исчез в доме, из которого послышался шум.
Не прошло и десяти минут, как Гайрон сидел на лошади снабженный увесистой сумкой с едой и не большой флягой с пивом.
— Вот возьми! — он протянул три золотых монеты старику, что было в десять раз больше чем стоили еда и лошадь. — И делайте так, как я сказал иначе не спасётесь. Замок уже в осаде с восточной стороны и сюда скоро заявятся враги. Ну, прощайте! Хотя постой…
Гайрон вдруг вспомнил про Уилфода и решил спросить у старика, не видел ли он людей, путешествующих на запад.
— Были сегодня днем, двое верхом и повозка. Один из всадников кейстуг Пантихара, другой вроде бы знатного рода, но сильно потрепан. Купили у меня провизии и отправились дальше.
— Отлично! Значит я их нагоняю! — проговорил капитан. — Ну ладно, старик, спасибо тебе и прощай!
Он пришпорил лошадь и помчался прочь словно и не устал вовсе.
Дальше тракт пересекал небольшую, но довольно густую рощицу, преимущественно состоящую из деревьев хвойных пород, по среди которой находилось озерцо с чистой прозрачной водой питающееся многочисленными родниками, бьющими прямо со дна. Это озеро называлось Навбаш, что означало первоисточник.
Дорога огибала водоем с южного, более крутого берега и в некоторых местах проходила по самой кромке. Бывали случаи, когда подвыпившие или просто заснувшие от долгой дороги путники срывались с обрыва в студеную воду, плохо прогревающуюся даже летом из-за своих холодных ключей. Упавшим в озеро было очень трудно потом выбираться на крутой берег.
Проскочив пролесок, Гайрон выехал к озеру и осадил лошадь перейдя на шаг, дабы не рисковать и не сорваться вниз. Купаться в холодной воде сейчас явно было не к чему.
Проехав шагов триста, его внимание привлек хруст веток, доносившийся со стороны леса. Он насторожился положив руку на эфес своего клинка, и каким-то внутренним чутьем почувствовал, что ему надо вдруг пригнуться. Гайрон так и сделал, и не ошибся. Тотчас над его головой просвистела стрела, пущенная из кустов, и в тот же момент оттуда выскочил всадник. Размахивая увесистой палицей, он громко кричал.
Увернувшись от первого удара, Гайрон выхватил меч и наотмашь плашмя врезал нападавшего по голове, на которой был одет кожаный шлем. Удар получился настолько сильным, что не оставил всаднику шансов удержаться в седле. Через мгновение из кустов была выпущена еще одна стрела, на этот раз зацепившая Гайрона попав ему в левую ногу, вызвав лишь сильную боль, но не обезоружив его. Наоборот он резко выхватил длинный солдатский нож из-за спины и метнул его в те самые кусты, после чего оттуда раздался утробный крик и на дорогу выпало уже бездыханное тело.
Очнувшийся от крепкого удара по голове, тот что напал верхом на лошади, увидел своего товарища мертвым. Он попытался было рвануться с места, но холодная сталь клинка Гайрона прикоснувшаяся к горлу, остудила его пыл.
— Ненавижу охотников до чужого добра, да еще таких наглых! — рявкнул Гайрон. Он узнал свою лошадь, украденную в деревушке и понял, что нападавшие были те самые люди, которых он хотел схватить и допросить. — Увели у меня одну лошадь, теперь понадобилась еще одна, и моя жизнь в придачу? А ну говори, кто таков, падлюка?! А, то заколю!
— Нойд Ренсиг, мое имя! Я, я служу лорду Тугиту!
— Тугиту?! Ха! Не может быть! А, почему ты не со своим лордом в Лиэрсуоле?! Говори!!!
— Мы с напарником ждали вестей из замка и должны были передать их в Милинор, но никого не было долгое время, и мы решили немного расслабиться. Но Свур… — он посмотрел на лежавшее рядом бездыханное тело, поежившись и продолжил, — как всегда напился и начал болтать лишнее, а потом это чудище выкинуло нас на улицу…
— Каких вестей вы ждали! Хотя подожди, хочешь я сам тебе скажу?! Взятие крепости! Ну, угадал?!
Разбойник смотрел на Гайрона с удивлением, но понимал, судя по всему что-то видимо пошло не так, раз он знал о их планах в мельчайших подробностях.
— Что вытаращился? Твой тупой лорд-изменник заключен под стражу и его ждет смерть, как предателя! И ты пощады не жди! — Гайрон поднял кончиком меча его подбородок, заставив трясущегося Нойда привстать.
— Не убивай, я умоляю! У меня осталось четверо детей в Валираде! Я очень хочу вернуться домой!
— Ты предал короля, да еще и нагло разбойничаешь! За такую подлость тебя ждет смерть, но я тебе дам шанс, раздевайся!
— Не понял?! — удивился пленник.
— А, что тут не понятного! Скидывай свои манатки до самого срама! Не испытывай мое терпенье!
Нойд испуганно стал раздеваться не совсем понимая, для чего это.
— Вот так, хорошо! — сказал Гайрон, когда была снята последняя деталь скромного туалета его пленника, оставшегося совсем голым и прикрывавшего руками свое причинное место.
— А теперь сигай в воду! Живо!
— Но вода же ледяная! — воскликнул Нойд.
— Сигай, я сказал! Это твой единственный шанс выжить иначе я снесу твою никчёмную башку. А так у тебя есть возможность уповать на милость Харуда, и может быть он оставит тебя в живых. Ну, прыгай!
Обреченному на верную смерть на берегу, Нойду ни чего больше не оставалось, как прыгнуть в холодную воду. И он с криком: » Будь ты проклят!» бросился вниз, исчезнув в полумраке.
Гайрон слышал всплеск воды и ругательства, которыми тот сыпал барахтаясь в ледяной воде. Так продолжалось недолго. Потом, в один миг все стихло. Он стоял замерев, прислушиваясь к ночному лесу, но больше ничего подозрительного так и не услышал.
Решив обыскать вещи утопшего, капитан спрыгнул с лошади и тут же повалился на землю почувствовав острую боль в левой ноге. В пылу боя он совсем забыл про стрелу, попавшую в него.
— Ах, ты гадина! Я совсем про тебя забыл! — воскликнул Гайрон, обламывая стрелу, глубоко засевшую в его голенище. — Неприятность, хорошо хоть кость не задела.
Он обмотал оставшийся обломок оторванным куском рубахи, и с силой дернул его. Через мгновение наконечник был вырван и кровь потекла тонкой струйкой из открывшейся раны. Это было сделано ловко, видимо не в первый раз за долгую солдатскую жизнь приходилось Гайрону извлекать из себя такого рода предметы.
Тщательно перевязав рану, капитан порылся в вещах, брошенных Нойдом и не найдя ничего интересного принялся обыскивать труп.
Здесь его ждала удача. Он нашел письмо, написанное рукой лорда Тугита, в котором говорилось, что предъявитель сего, действует от его имени и по его прямому указанию. А так же гербовую печать лорда.
Положив находки за пазуху, он поторопился сесть на коня. Это получилось у него не сразу, из-за полученной раны. Но сделав еще одну попытку, приложив при этом не малые усилия, он смог запрыгнуть в седло. Нужно было торопиться.
Посчитав, что он отстает от Уилфода примерно на полдня пути, Гайрон повел лошадь быстрее, решив, что таким образом он нагонит его к полудню, если конечно ничего не случиться.
Через полчаса он минул рощу и скакал уже через пустырь.
В утреннем небе медленно тускнели звезды, прячась кое-где за облаками, окрашенными в розовый цвет. Радуясь новому дню, потихоньку просыпались птицы. Перекликаясь с неугомонными сверчками, еще не закончившими свою ночную трель, они заводили свои звонкие песни.
Природа, повинуясь тысячелетнему укладу, в отличии от человека, жила своей обычной, размеренной жизнью…

15.11.2021
illustratorSV


Свежие комментарии 🔥



Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

Закрыть