Кап-кап-кап! Алые капельки крови одна за другой падают в прозрачную воду, образуют ярко-красные круги на водной глади, размывающее бледное отражение девушки, склонившейся над ванной. С её рук стекают алые струйки крови, вокруг глубоких царапин появляются фиолетовые пятна. Девчонка сбито дышит, сжимает пальцами жёлтую кофточку, под которой бешено бьётся сердце. Не дай Бог, кто-нибудь услышит её сердцебиение! Вместе с кровью в ванную падают и слёзы. Чёрные, голубые, белые слезинки, окрашенные остатки вечернего макияжа, покусанные губы дрожат, жадно ловят воздух. Сколько часов она здесь сидит? Пару часов так точно… На краю белоснежной ванны лежит окровавленное лезвие — её единственное оружие для расправы с собственной личностью.

— Как же я устала… — еле слышный шёпот слетает с губ.

В глазах начинает темнеть, хочется спать. Продолжать бороться с неведомой силой невозможно, лучше отдохнуть немножко. Завтра можно будет продолжить орудовать лезвием на руках. Наступит ли завтра, вообще? Ай, всё равно уже! Пусть не наступает! Девушка закрывает глаза и быстро засыпает, не слыша больше биение своего сердца.

***

Холод. Темнота. Что-то холодное и мокрое упало на её тело. Девушка заёрзала, провела рукой по поверхности. Гладкая. Она упала на кафель? Блин, похоже вода стала вытекать с ванны! Надо было закрутить кран, прежде чем отключиться! Девичья рука тянется к крану, которого никак не может найти. Где же он, чёрт побери?! Она открывает глаза: вокруг бедняжки темнота, лишь небольшой кусочек освещён светом, который проникает из небольшой дырки сверху. Стоп! Это никакая уже не ванная! Под ладонями облупленный бетон, сверху из дырки торчат острые ржавые концы арматуры, с которых падают прозрачные капельки воды.

Девушка вскрикнула, но с губ слетело невнятное мычание. Она взглянула собственные руки. Светлая кожа стала бледно-серой с выпуклыми фиолетово-чёрными венами, чёрными пальцами и острыми ногтями. Где?! Где же зеркало?! Что случилось? У неё заражение крови? Что?! Что же делать?! Девушка встала с холодного пола и на ощупь пошла к выходу из заброшенного дома. Кое-как она смогла дойти до дверного проёма. Бедняжка вышла наружу, огляделась.

В заброшенных полуразрушенных домах почти не было стёкол. Где оно и осталось, были кровавые следы чьих-то рук, словно кто-то пытался выбрать из здания, просил помощи. Кучи мусора валялись на дороге, остатки от разбитых всмятку машин уже стали покрываться коричневым слоем ржавчины. Здесь всё было безжизненным: даже деревья стояли голые, пусть уже давно наступила тёплая весна, ни птицы, ни животные не обитали в городе. Девушка осторожно спустилась по остаткам ступенек на серый асфальт. Все её движения были несуразными, медленными и неловкими, словно всё тело не могло больше двигаться.

Она замерла. Рычание. Страшное рычание заставило бедняжку остановиться. Непонятное существо медленно брело по улице в нескольких шагах от неё. Его бледно-серая кожа с чёрными сосудами и ужасными нарывами вызывало непередаваемое чувство отвращение. Существо мотало головой из стороны в сторону, принюхивалось. Видимо, оно не видело окружающего мира своими тёмными глазами, затянутыми пеленой. Оно приблизилось к незнакомке, принюхалось и пошло дальше.

Бедняжка облегчённо вздохнула. Хотя бы ужасные монстры не собираются съесть её на ужин. Бах! Раздался выстрел. Девушка была готова бежать обратно в заброшенное здание, но мимо неё с рёвом проехал бронированный грузовик и остановился в паре сотни шагов от девушки. Из машины вышел военный с пистолетом. Он медленно приблизился к незнакомке, которая застыла словно изваянная статуя.

— Ещё один зомби… Она не собирается нападать, — сказал мужчина в сторону машины.

Стекло водительского места опустилось. Водитель снял с лица очки, ухмыльнулся, блеснув светло-зелёными глазами.

— Она поджидает. Не приближайся к ней больше ни на шаг. Давай уже ей тест и прострели ей в башке красивую дырку от не менее красивой пули, Ник, — ехидно ответил другой военный, обнажив ряд белоснежных зубов.

Незнакомец не сводил дуло пистолета с застывшей девушки и бросил ей большой теннисный мячик. Он упал прямо около её ног. Девчонка не знала, как поступить. Она слышала про пулю в голову и боялась сделать резких движений. Мужчина насторожено смотрел на зомби, которая тоже не сводила взгляда с чёрного дула оружия. Она медленно наклонилась к мячику и бросила его обратно. Глаза военных округлились.

— Ёлки-палки! Она разумная! Быстро пакуем её, — водитель открыл дверцу и достал из кармана пистолет.

Девушка изо-всех сил стал пытаться подниматься по ступенькам, чтобы спрятаться в заброшенном здании, однако большая сетка быстрее упала на её голову и прижала к земле. Незнакомцы с лёгкостью скрутили её на земле, что-то металлическое почувствовалось во рту, крепкие кожаные ремни держали толстый стержень, разделяющий два ряда зубов, крепились на затылке и сильно давили на него. Ещё что-то железное наподобие брекетов неприятно касалось десны. Бедняжка смогла издать лишь недовольное рычание, но это не помогло.

— Боже, может мне в этот раз повезёт! Пусть это будет она. Я так долго ищу свою малышку, — сквозь слёзы шептал себе под нос военный.

— Забудь про неё! Все, кто выжил, сидят в штабе. Все, кто помер, слоняются по улицам и получают дырки во лбах. Твоя малышка либо шатается где-то, либо уже сгнила до самых костей. Хватит тешить себя надеждами! Лучше вколи нашему зимородку усыпляющее, только один укол. В штабе с ней будет разговаривать Роза, — резко сказал товарищ, не отвлекаясь от дороги.

Острый кончик шприца с лёгкостью вошёл в чёрную вену. Снотворное быстро растеклось по тёмной крови, вызывая у девушки непреодолимое желание спать. Она решила не сопротивляться желанию.

***

Разум постепенно возвращался к девушке. Темнота начинала отходить, веки приподнимались. Сначала всё вокруг казалось мутными пятнами, которые то сливались в единое цветное пятно, то разрывались на тысячи маленьких ярких пятен. Вместе со зрением возвращался и слух. Неизвестные резкие звуки вмиг наполнили всё пространство: дребезжание каких-то склянок, шуршание бумаг, жужжание и писк приборов, чей-то приятный голос, напевающий ласковую мелодию. Со временем непонятные пятна превратились в образы: прозрачные и заполненные цветными жидкостями пробирки стояли на белом столе, жужжал широкий прибор, похожий на большую кастрюлю, за столом сидела пышная женщина и писала что-то, напевая себе под нос мелодию.

Незнакомка очень понравилась сразу девчонке. Пусть они ещё ни разу и не разговаривали, однако нутро подсказывало зомби о том, что эта женщина очень приятная. Её пышные светлые волосы волнами спадали на короткие пухлые плечи, коротенькие ручки с толстенькими пальчиками быстро-быстро выписывали буквы на бумаге. И тут незнакомка подняла взгляд. Два светло-голубых глаза с добротой и дружелюбностью глянули на бедняжку. Женщина отложила в сторону красную ручку, вышла из-за стола и поправила слегка помятый белоснежный халат, который ещё больше подчёркивал её пышную фигуру.

— С добрым утром, дружок! Наконец-то, ты проснулась и я могу с тобой поговорить, — незнакомка села на стул рядом с кушеткой. — Меня зовут Роза Цветкова, я твой лечащий врач. Я хотела бы с тобой подружиться и сотрудничать. Понимаю, что болезнь сильно изменила твой внешний облик и подкосила здоровье, однако ты, дорогуша, осталась разумной девочкой. И такие разумные как ты нужны людям. Ты помогаешь мне, а я люди не вредят тебе. Смекаешь? Жить ты теперь всё равно будешь в нашем штабе, поэтому и ко мне сможешь заглядывать в любое удобное тебе время. И сейчас я хочу рассказать…

— Привет, Роза! О, наша соня проснулась. Поедем тогда в грязный блок, — в кабинет вошёл знакомый девушке военный, который был водителем машины.

— Подожди, милый! Она только-только проснулась и я не рассказала ей всех деталей! Мы не можем просто вот так прервать общение с разумной, — возмущалась женщина, наблюдая, как мужчина, поднимает ещё обездвиженную девушку с кушетки.

— Тогда скажи ей всё по-быстрому. Нет у меня времени устраивать вам чаепития. К тому же, этот Макс!.. — злился военный, привязывая зомби к другой кушетке ремнями.

— Это возмутительно! Короче, деточка, каждое утро ты должна сдавать анализы. Если себя будешь плоховато чувствовать, то я могу делать тебе укольчики. Иногда я провожу полный осмотр заражённых, но это бывает редко, — затараторила Роза, загибая пухлые пальчики в кулачок. — Основные моменты я тебе сказала по своей части… Миша, передай привет Максу от меня. И не злись на него больше. Всё давно прошло.

С этими словами двери кабинета захлопнулись. Колёса кушетки заскрипели, покатились по ровному полу длинного коридора. Одиночные лампы тускло освещали коридор. Всё тело девчонки болело от крепких ремней. Во рту всё ещё был толстый стержень, который мешал смыкаться челюстям. Руки и ноги были закованы в кандалы, которые крепко сжимали запястья и ноги. Кушетка остановилась, загорелась красная лампочка. Приехал лифт и громко пискнул, открылись двери и быстро закрылись. Лифт ехал вниз.

09.05.2021


Войти или зарегистрироваться: 

Свежие комментарии 🔥



Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

    Войти или зарегистрироваться: 

Закрыть