Глава 3. Жуй!

  Первым, что я увидела, когда очнулась, был потолок с полопавшейся штукатуркой. Она слезала с него, как шкурка со змеи. В нос врезался запах хлорки и постных щей. Ну, все ясно, я в больничке.

  Окинув взглядом комнату, заметила, что в палате было всего пять человек, включая меня. Напротив меня, молодая женщина кормила какой-то кашей свою жутко непоседливую дочку. Левее, девушка с перебинтованной головой заправляла свою койку. А на кровати у окна спала какая-то закутавшаяся в одеяло кучка.

  Жутко пересохло в горле. В непривычной обстановке среди незнакомых людей мне всегда страшно было обратить на себя чье-либо внимание. Но лежать в одном  положении неизвестно сколько-себе дороже. Попробовала повернуться на бок. Острая боль волной прокатилась по телу. Мм, прекрасно. Что может быть лучше, чем стать овощем, который даже встать за водичкой не может. Ладно. Спасибо на том, что у меня все на месте. Вчера мне казалось, что к концу отвалится что-то непременно.

-Вам чем-нибудь помочь? — поинтересовалась молодая мамочка. Она смотрела на меня с сожалением и  какой-то нежностью.

Бррр, это чувство для меня настолько чужое, что мысленно я вся передернулась. 

-Нет, спасибо, — прохрипела я. «Жуть, что с моим голосом. А ещё эта интонация. Ааа, зачем я отказала. Мне же на самом деле нужна помощь. Молодец, Лесь. Обратиться самой к кому-то-настоящее испытание. Теперь придется переступить через себя. Ты вечно все усложняешь.»

Женщина поднялась с кровати и вышла из палаты. Только бы на обратном пути она позвала медсестру. 

-Очнулась? Ну Слава Богу! — как удивительно и вместе с тем приятно было слышать этот голос в таком унылом месте. В палату вошла моя преподавательница по специальности. — Олеся, ну умеешь ты приключения себе найти на одно место. Негодница. 

-Наталья Николаевна, любименькая, как я рада вас видеть! Как вы узнали, где я нахожусь?

-А, тот парень позвонил мне с твоего номера. Я уже собиралась лечь спать, а тут телефон зазвенел. Думаю, что ж так поздно, случилось что?.. Он большой молодец, не растерялся в такой ситуации. Объяснил конструктивно что и как, куда ехать..

Цветущая выглядела уставшей. 

-Вы пробыли в больнице ночь? — спросила я.

-Не могла оставить тебя здесь одну. В любой момент могла ведь очнуться.

-Спасибо Вам.

-Мне это не за что говорить, не я спасла тебя от тех ненормальных. В любом случае, у меня бессонница, подумай лучше о себе.

Она не спросила, почему та банда накинулась на меня, и я была благодарна за это. Объяснить в чем по-настоящему обстоит дело я бы не смогла даже ей. 

Однако теперь, в беспорядке моих мыслей затерялась фигура, отвлекающая меня он собственных переживаний. 

-А тот… парень.. Как он?-поинтересовалась я у Цветущей.

-Выглядит получше тебя. Правда потрепали его знатно. Но мужчин шрамы украшают. Да и аппетит у него зверский. Уже сам раз десять сбегал в буфет. Тебе тоже надо поесть.

-Да мне не особо хочется… 

-Захочется. Надо сил набираться. Пойду что-нибудь раздобуду. 

  Она протерла шарфиком свои запотевшие очки, одернула свитер и начала копаться в своей необъятной сумке. Выудив оттуда белую миску, ложку и маленькую железную кружку, она встала и отправилась на поиски женщины, развозящей еду. Ещё недавно та гремела в коридоре своей тележкой с обедом…

  Уехала Наталья Николаевна поздно вечером, перед этим подружившись со всеми моими соседками. Она умела находить подход к любому. Настоящий психолог! Перед уходом наказала медсестре звонить ей и сообщать о моем состоянии, а каждую из обитательниц палаты попросила помогать мне, чем сможет. «С меня сочтется, дамочки!» — бросила она им напоследок.

   Следующие несколько дней почти не вставала с кровати.  Тело ныло, каждое движение было испытанием. Но все же, постепенно я начинала восстанавливаться.  Соседки по комнате по очереди приносили еду и с таким же успехом её потом выбрасывали. У меня не было аппетита.

  Отец ни разу не пришёл ко мне. Просто написал как-то сообщение: «Дочь, никак не удаётся забежать, Инна заболела, не могу оставить её одну. Наталья Николаевна говорила, что навещает тебя каждый день, если что-то будет нужно, попроси у неё, скину ей на карту. Поправляйся скорее. Мы тебя очень любим!»

  На тот момент мне не было грустно или обидно из-за такого отношения отца ко мне, как будто душа была под наркозом. Это всего лишь моя жизнь,  стоило идти дальше. Возможно мне не суждено быть счастливой, но я могу сделать счастливым кого-то другого. Помочь ему в борьбе с этим миром. Это моя цель, моё предназначение… 

  Как-то после обеда, когда все жители моей палаты разбрелись по процедурам, я сидела на большом подоконнике  и пыталась зарисовать понравившуюся мне сцену за окном: девочка в фиолетовой курточке бегала по парковым дорожкам и ловила руками белые снежные хлопья. Для прохожих это было каторгой-снег залеплял глаза, невозможно было понять-куда ты идёшь. А маленький человечек так радовался природному явлению, будто это не просто замерзшая вода, а волшебная пыльца, которая поможет ей открыть лазейку в другую, прекрасную реальность. 

Постучали в дверь. Странно, может к кому-то пришли посетители. 

-Кто там? — выдавила я.

  У меня не очень хорошая зрительная память. Музыку, голоса-запоминаю прекрасно, но восстановить картинку в голове стоит усилий. Однако почему-то его я узнала сразу. Парень, который не позволил тем «мясникам» превратить  моё тело в паштет.

  Невысокого роста. Худощавую фигуру скрывала свободная одежда. Его лицо нельзя было назвать красивым, но оно излучало столько тепла и дружелюбности, что все видимые недостатки сглаживались на их фоне. Мне показалось, что в палату вошёл мой старый друг, с которым мы не виделись лет так сто.

-Привет!

-И тебе, — протянула я. 

Легкой походкой он прошёлся вдоль коек  и завалился на мою. Да уж, видимо робость-не его конёк.

-Как тебе незапланированные каникулы?- спросил мой «старый друг» . 

-Мм?-как всегда в ситуации резкой смены обстановки мой мозг начал говорить «до свидания». 

-Ну ты же ещё в школе учишься, правильно? — начал помогать он. 

-А.. О, просто чудесно….

-Ах да, где мои нормы приличия,- соскользнув с кровати, он подскочил к окну и протянул мне руку.-Трофим Карпов. Можно просто-Троф.

-Олеся, — выдавила я. Так приятно было пожимать горячую ладошку. Эх, мне бы такое кровообращение. 

-Твоё имя я уже знаю, а ещё то, что ты скрипачка.. оой, пианистка, и судя по всему, — он бросил взгляд на мой нетронутый обед, -устроила голодовку.

-Глупости, просто нет аппетита… 

Роф взял с тумбочки мою ложку, зачерпнул ею картофельное пюре и с успехом отправил его в рот. Тут же физиономия у него скривилась, будто от кисло-горкой настойки. 

-Всё ясно. Согласен, еда тут временами просто «замечательная». Никуда не уходи. Сиди на месте, я скоро вернусь, — сказав это, он быстрой походкой выпорхнул из палаты.

-Ну и что это было? — когда  волновалась, всегда начинала разговаривать сама с собой вслух. — Куда он, пошёл? Даже не успела «спасибо» ему сказать. Всё не вовремя делаю…

Трофим вернулся где-то через двадцать минут. Наверное больничный буфет в этот день получил знатную прибыль, так как в руках у Карпова, казалось, было все, что там продавалось.

-Ну, выбирай, что больше нравится. Не знал, что ты любишь, поэтому купил всего понемногу. Котлету в тесте не трогай. Она моя любимая,- сказав это, он вывалил на кровать, все, что обременяло руки. Здесь были: сникерсы, сосиски в тесте, пирожки с картошкой, коробочки с какими-то напитками, видимо с соком. Даже булочка с корицей лежала теперь на сером покрывале.

Раньше я редко проявляла свои эмоции, но сейчас все получилось самой собой. Нижняя челюсть сама поехала вниз.

-Это что, все мне?!-выпалила я. 

-Всё, кроме котлеты, — при этом Троф вытянул её из съестной кучки, и спрятал в кармане брюк. — Ешь давай, и пойдём прогуляемся хотя бы по корпусу, а то ходить разучишься, если постоянно будешь тут тухнуть. 

-Как только будет возможность, верну тебе все… — мне было неловко в этот момент. Даже родители покупали мне что-то за какие-то заслуги, а тут, мало знакомый человек.. 

-Мне ничего не надо, всего в достатке, — ответил он. — Только давай скорее начинай пополнять свой организм калориями и пойдём. В шесть часов придёт медсестра с капельницей. Мне надо будет смыться. 

-Постараюсь,-я взяла картофельную булочку и выудила из «горки» одну из картонных коробочек. — О, морковный сок! Мой любимый. 

  У меня резко разыгрался аппетит. Так происходило всегда, когда мне было либо очень весело, либо очень грустно. Откусив необъятной кусок булки, я решила как-то сподвигнуть себя на разговор. — Почему не хочешь делать капельницу? Тебе необходимо лечиться. 

-На мне заживает все как на собаке. Их иголки только портят внешний вид моих вен,- ирония, судя по всему, была его неотделимой частью. — Хватит болтать. Поговорим по дороге. Жуй!

22.03.2021
avataravataravatar
Hina Hee
287

просмотров



2 Комментариев

    • Большое спасибо за отзыв) Думаю, мне ещё совершенствоваться и совершенствоваться. Нравятся ваши стихи, к сожалению прозу ещё не было возможности прочитать (

Оставить комментарий
Войти или зарегистрироваться: 

Свежие комментарии 🔥



Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

    Войти или зарегистрироваться: 

Закрыть