пропавшая без вести

Прочитали 235








Оглавление
Содержание серии

Несколько лет назад у нас в посёлке пропала девушка, девчонка лет тринадцати. Её искали долго, всем посёлком, родные давали объявления в газете, искали зацепки, развешивали листовки, обращались в органы, искали её, как могли. Всех этих действий оказалось недостаточно: девочку так и не нашли. После в нашем небольшом посёлке был траур. Дети не могли поверить в случившееся, а родители боялись их выпускать за порог. Мужчины и жён опускать боялись. В посёлке не сговариваясь все ввели негласный комендантский час.
В семье девочки настало горе; что такое потерять ребёнка, возможно, представить получится, но очень сложно и не в полной мере. Мать повесилась спустя неделю, отец же спился и замёрз на морозе зимой того же года. Старший брат этой девочки спустя пару лет застрелился. Парень этой девушки бросился под машину — слава богу, спасли.
Я был с ней знаком. Она всегда была маленькой, хрупкой и до жути бледной — серая мышка, которую обычно не замечают. Из девочек подростков у нас в поселке была она и Ирка Пращина из «зелёного забора». Ирка отличалась плохим характером разбалованной девчонки и лишним весом. Не удивительно, что все шесть парней-подростков, включая и меня, хвостиком ходили за худенькой девочкой-отличницей.
Марина, так звали девочку, была гордостью семьи. Старший брат Максим, который был старше на шесть лет, всегда был её телохранителем и защищал эту гордость. В их доме всегда царила чистота, пахло выпечкой. В её комнате было полно мягких игрушек, всяких гирлянд. В школе хорошо училась, помогала учителям и занималась дополнительно с малышами. И на лицо девочка была красивая, с густыми чёрными волосами и пронзительными карими глазами.
Её пропажа, а после призвание мёртвой судом, буквально убило целую семью. Участковый сразу сказал: «Скорее всего, мёртвая где-то в канаве лежит, собаки загрызли». Мать поверила и не выдержала. Отец не мог свыкнуться с мыслью, что потерял двух своих девочек. Держался только Макс, он был словно местный герой: сам держался, не дал глупость совершить бывшему Марины, ещё и выходил бабушку по материнской линии, у которой случился инсульт после произошедшего. Но затем бабушка умерла, а суд признал девочку мёртвой — Макс застрелился. Его хоронили всем посёлком. Добрый, весёлый. Все понимали, что у него на душе твориться такое… Но он улыбался, он вселял всем надежду, которой у самого уже не было.
Семья-то хорошая была. Мать — заботливая женщина, работала учительницей у нас в школе музыки. Отец — тракторист, но не пил. От этого все женщины в посёлке локти кусали. Максим учился на врача. Девочка хотела быть тоже или врачом, или учителем.
В этом году начали наконец переделывать дорогу к посёлку, из-за чего убирали слишком высокие деревья, освобождали электропровода, парасоль выкорчёвывали, убирали мусор. И в одном месте нашли разложившийся труп. Почти разложившийся. Там осталась одежда, немного телесных тканей, рюкзак и кости. По одежде, рюкзаку и серёжкам из белого золота, местные опознали Марину. Эти серёжки купил сестре Макс на свою первую зарплату. И тетрадки были подписаны.
По результатам осмотра и вскрытия сказали, что, скорее всего, зимой в гололёд она упала, сломав лодыжку, потеряла сознание из-за холода и затем замёрзла насмерть. Но лишь один из возможных вариантов. Одежда не тронута, другие кости не переломаны, так что её либо пырнули ножом в живот — что мало вероятно, — либо она упала. Возможно, её толкнули. Но после стольких лет мы не узнаем правды.
Она лежала там всё это время. Лежала возле дороги, по которой мы ходили в школу. Если бы мы повнимательнее смотрели по сторонам, то Мариша осталась бы жива. И её семья тоже. У неё бы уже были свои дети, она бы была хорошей мамой, заканчивала учёбу. Она бы точно вырвалась из этого посёлка.
Я был её другом, считал себя её другом. И даже не додумался посмотреть возле того места, где мы вдвоём поскальзывались и чудом не падали. Это наша вина? Нет. Этот красный гроб, который закапывают под груды земли, — моя вина. Мы проводили время вместе. Мы вместе росли. Мы были соседями всю жизнь, как только сюда переехали из города. Часто вместе проводили вечера, гуляли. В детстве я даже надел на неё колечко. Это колечко так и осталось у неё дома. Этот дом никто не тронул, не разбил окно. И даже не взяли из открытого двора лопаты. Мы все верили, что она жива и вернётся домой.
Мы открыли дверь ключами из её рюкзака. Это колечко я надел Марише на палец перед захоронением. Родная, прости. Я виноват в твоей смерти.
Её могильную плиту я мою до сих пор. Не смогу я её отпустить. Нет. Я верю, что это не Марина. Не может, не может быть. Это другой человек. Она скоро вернёться. Совсем скоро…

16.12.2022
Энни Ковтун

Не хочу загонять в себя рамки шаблонов или того что популярно. Я буду писать как и что хочу я, это у меня получается лучше.
Внешняя ссылк на социальную сеть Мои работы на Author Today Litres Litnet Проза Стихи YaPishu.net


Похожие рассказы на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

Закрыть