— Сашка, чего такая грустная? — Таня удивленно смотрит мне в глаза.
Я задумчиво осматриваю мой вновь опустевший бокал. Моя верная подруга тут же вливает в него остатки вина. Я улыбаюсь. Впервые за этот вечер.
— Я не грустная, — решительно отвечаю я, отпивая добрый глоток.
В голове, словно рой обиженных пчел, вновь теснятся темные мысли. Я так хотела сбежать от них. Я так хотела хорошо напиться.
Таня ждет моих объяснений. Но что я могу ей сказать?
— Ты завтра официально станешь невестой! — она игриво поднимает бокал. За это стоит выпить!
Она права. Нужно думать о хорошем. Слава сделал мне предложение! Завтра, как только он прилетит из очередной командировки, мы пойдем подавать заявление в ЗАГС.
Я люблю его! Мы вместе уже четыре года. Боже, как я его люблю. Вот только… Нет. Я не буду об этом думать.
— У тебя кроме некалорийных йогуртов, есть другая еда? —Таня роется в холодильнике в поисках съестного. Мы опустошили уже три бутылки вина на двоих, и мой желудок тоже страстно просит кушать. Я достаю из шкафа чипсы, орешки, шоколадные конфеты и новую бутыль. Напиваться так с музыкой.
Пока мы грызем чипсы, Таня умиленно болтает о свадебных платьях. Я изредка киваю, пытаясь, как можно скорей опустошить очередной бокал.
— Саша, — Таня смотрит мне в глаза, — что с тобой такое?
Вино имеет вредную особенность развязывать язык. Я никому еще не рассказывала о своей проблеме.
«Она сочтет тебя сумасшедшей», — шепчет инстинкт самосохранения.
— Знаешь, — аккуратно начинаю я, — мне в последнее время все время снятся кошмары…
Последние 4 года. С первой встречи со Славой. Я медленно сглатываю слюну. Но комок в горле не проходит. Таня с интересом ждет продолжения.
— В общем… Я не высыпаюсь и…
— Сашуль, что тебе собственно снится?
— Ну…
Ладно. Инстинкт самосохранения уже явно притуплен вином. Завтра я буду об этом жалеть. Но так хочется разделить свой столь длительный и липкий кошмар.
— В общем, это всегда похожий страшный сон, — я отпиваю вина и начинаю грызть уже довольно обглоданный ноготь, — словно я в каком-то темном подвале. Связанная. Во всяком случае, не могу пошевелиться. И… и меня кто-то мучает… бьет…
Я нерешительно замолкаю. Таня смотрит на меня во все глаза. Я начинаю трезветь и понимаю, что больше ей ничего не скажу.
Мы еще около двух часов обсуждаем кошмарные сны. Затем Таня дает мне телефон психолога. Я вновь и вновь натягиваю на себя улыбку и киваю, как китайский болванчик в такт ее словам.
Когда она уходит, я долго готовлюсь ко сну. Допиваю начатую бутылку вина. Иногда, когда мне удается очень хорошо напиться, кошмар не приходит.
Но не в эту ночь.
Мне холодно. Я сижу на холодном полу, чувствуя, как мелкие, но острые камушки врезаются в кожу. Мне неудобно, но я никак не могу пошевелиться.
Вокруг темно. Лишь дорожка лунного света слегка разгоняет окружающий мрак. Я различаю где-то вдалеке темный силуэт.
Он здесь. Мне страшно.
Как же хочется проснуться. Я хочу проснуться!
Он подходит ко мне.
Как всегда, я пытаюсь молиться, но нужные слова никак не приходят в голову. Я лишь повторяю один и тот же вопрос: «Господи, за что?»
Он наклоняется, и я чувствую его горячее дыхание на замерзшей щеке. По телу бегут мурашки.
— Скучала по мне? — в его голосе скользит насмешка. Я молчу, опустив глаза. Резкий удар в плечо заставляет меня вскрикнуть от боли. Я падаю спиной на холодный каменный пол.
Проснуться. Как же мне проснуться?
— Я спросил: скучала ли ты?
Я очень хочу ответить. Но во сне мое тело мне не принадлежит. Вновь удар. И еще. Я уже не чувствую холода. Тело горит, словно один большой ушиб. Он наклоняется к моему лицу. Близко-близко. Я вновь чувствую его дыхание: запах мятной жевачки и табака щекочет в носу.
— Посмотри на меня!
Он кричит, и я стараюсь подчиняться. Медленно, с огромным усилием, я открываю заплывшие от слез и ушибов глаза.
Лунный свет падает на его лицо. Я вижу широкий нос. Тонкие губы. Небольшую родинку на щеке. И огромные темные глаза.
Слава.
Мой жених.
Я начинаю кричать еще перед тем, как он наотмашь бьет меня по лицу.
— Нет! Нет! Нет!
В ужасе проснувшись, я привычно утыкаюсь носом в несчастную, мокрую от слез подушку.
За окном рассвет вступает в свои права. Я безразлично гляжу на крыши домов, слегка светящиеся от лучей небрежного утреннего солнца.
Голова раскалывается. Вино имеет еще одну вредную особенность: похмелье. Я заставляю себя вылезти из постели и ползу искать аспирин. Тело болит, словно меня и правда избивали всю ночь.
Что со мной не так?
Этот вопрос не дает мне покоя уже четыре года.
— Скучала по мне?
Я вздрагиваю, услышав те же слова, что и в ночном кошмаре. Слава с улыбкой заключает меня в свои объятия.
— Милый, ты вернулся! Я не слышала, как ты вошел…
Прижавшись к нему всем телом, я полностью отдаю себя во власть его губ. Остатки ночного кошмара неохотно ускользают. Он ласково целует меня в губы, в подбородок, в шею. Я вздыхаю. Все будет хорошо. Он здесь. Он прогонит мои сны.
***
За неделю до свадьбы я в первый раз в жизни иду к психологу. Ванесса. Та самая, номер которой мне дала Таня. Нерешительно присев на краешек кресла в небольшом и уютном кабинете, я отдаюсь во власть ее медицинских чар.
— Расскажите мне о своих снах, — у нее приятный голос и добрые карие глаза.
Мне не хочется, чтобы она сочла меня сумасшедшей, но и выбора у меня нет.
Хотя, возможно, в глубине души, я надеюсь, что она отправит меня в психиатрическую лечебницу. В принципе, я готова на все, чтобы положить конец этим мучительным ночам.
И я говорю. Я рассказываю ей о Славе. О том, как сильно я его люблю. И о том, как он истязает меня в моих снах.
— Вы давно знакомы?
— Четыре с половиной года.
Она кивает, словно ей вдруг все стало понятно.
— Как Вы познакомились?
— В интернете, — я начинаю нервно грызть ноготь, посылая к чертям свой свадебный маникюр. — Мне было 17 лет. Ему – 23. Я очень любила страшные рассказы, фильмы ужасов… А он писал необычные истории. Безумно интересные.
Ванесса вновь кивает. Когда она улыбается, то все ее лицо покрывается мелкой сетью морщинок. Глупо, конечно, но это внушает мне доверие.
— Мы долго переписывались, — продолжаю я, заставляя себя перестать обгладывать пострадавший ноготь, — затем встретились. Сходили вместе на какой-то ужастик. Смеялись и ели мороженое. Он проводил меня до дома и в первый раз поцеловал…
Я улыбаюсь. Я влюбилась в него в тот самый вечер. Сразу и навсегда.
И даже тысяча ночных кошмаров не сможет нас разлучить.
— А потом я вернулась домой, уснула и… — я нервно сглатываю нарастающий в горле комок.
— И? — психолог внимательно смотрит мне в глаза. Мне не страшно рассказывать ей о своих самых потаенных кошмарах. Но, это все же чертовски неприятно.
— И я в первый раз увидела этот сон.
Я грустно смотрю на изувеченный маникюр. Тысяча рублей коту под хвост. Вздохнув, я убираю руки в карманы пиджака.
— Сначала все было, как в тумане. Мне снился какой-то заброшенный подвал. Холод. И странная фигура в темном плаще. Постепенно сны стали более яркими. Фигура подходила все ближе. В одну из ночей я рассмотрела лицо…
— И это был Слава?
Я киваю не в силах ответить. Язык прилип к небу и жутко хочется пить. Словно прочитав мои мысли, Ванесса тянет мне стакан с водой. Я жадно пью, но чувство жажды не проходит.
— Как часто Вам снятся кошмары?
— Почти каждую ночь.
Психолог вновь задумчиво кивает. Я знаю, что, на самом деле, она не в силах мне помочь. Но я смогла рассказать. И мне стало легче от того, что в мире есть человек, который знает.
— Почему же Вы не уйдете от Славы? — Ванесса смотрит мне прямо в глаза. На долю секунды меня охватывает вязкое чувство паники.
Я не знаю, что ответить. Но тут же приходит устрашающая уверенность. Нет. Я знаю.
— Я его люблю, — шепчу я, безотчетно вгрызаясь в новый ноготь. — Он – моя жизнь.
***
Проснувшись в день нашей свадьбы, я долго безразлично смотрю в потолок.
Он ударил меня ножом. Сон был столь реальным, что бедро до сих пор пульсирует от боли. Славы со мной нет – он ночует у родителей. Глупая предсвадебная традиция.
Он мне так нужен. Здесь и сейчас.
Я вздыхаю, откидываю одеяло и в ужасе замираю. Вся кровать пропитана чем-то красным.
Огромная рана на ноге до сих пор истекает кровью. Боль вдруг возвращается пульсирующими обжигающими волнами. Я в ужасе кричу, пытаясь выбраться из обволакивающих, тяжелых простыней.
И вновь открываю глаза. За окном брезжит рассвет. Нога все еще болит. Но это был всего лишь сон. Нет никакой раны. Нет крови. Опять кошмар.
***
Совершенно разбитая, я медленно шагаю к Славе под марш Мендельсона. Слова Ванессы крутятся в голове, терзая мою столь хрупкую уверенность. «Почему же Вы не уйдете от него?»
Я его люблю. Я улыбаюсь ему сквозь складки фаты. Люблю.
Бедро до сих пор болит.
«А если бы вы расстались?» — шепчет мне маленький противный голосок. — «А вдруг твои кошмары бы закончились?»
Нет.
Я никогда его не брошу. Я умру, если он вдруг исчезнет из моей жизни. Плевать на кошмары. Это лишь плата за настоящую любовь!
Крик. Словно в тумане я слышу громкий и протяжный крик. Гости вдруг вскакивают со своих мест и бегут ко мне. Испуганная и обескураженная, я все же пытаюсь улыбаться. Опускаю глаза. И вижу огромное пятно крови, расплывшееся на моем белом платье.
Как же больно! Нет, этого не может быть. Это всего лишь сон.
Я должна проснуться. Швырнув в сторону свадебный букет, я со всей силы щипаю запястье.
Перед тем, как провалиться в пустоту я вижу Славу. Он не бежит ко мне. Он стоит. Он улыбается.
***
Я просыпаюсь, чувствуя резкую и мерзкую боль. Подвал. Все тот же черный подвал. Только сейчас в нем светло.
Я слышу крики и быстрые шаги.
— Нет, отпустите меня! Отпустите! — это Слава, я узнаю его голос. Я хочу понять, что происходит. Но глаза, опухшие от побоев и слез, не хотят открываться.
Я хочу проснуться! Я хочу вернуться в свой самый прекрасный день. Я хочу сказать Славе ДА.
Кто-то слегка бьет меня по щекам.
— Девочка, проснись! Пожалуйста, проснись!
Я, наконец, раскрываю слипшиеся веки.
— Она жива! — кричит все тот же голос. — Врачей! Скорей врачей!
Сквозь пульсирующую боль я слышу голоса. Они подбадривают меня. Они хотят, чтобы я выжила.
А я просто хочу проснуться.
***
Мы познакомились со Славой в Интернете. Мне было 17 лет. Ему – 23. Я очень любила страшные рассказы, фильмы ужасов… А он писал необычные истории. Безумно интересные.
Мы долго переписывались, затем встретились. Сходили вместе на какой-то ужастик. Смеялись и ели мороженое. Он проводил меня до дома и в первый раз поцеловал…
Но в ту ночь я так и не вернулась домой. Когда я полезла в сумку за ключами, он ударил меня по голове. Затем погрузил в багажник машины и увез в какой-то заброшенный дом.
Он поселил меня там, привязав к батарее в холодном и темном подвале. Он приходил истязать меня каждую ночь.
Так прошло четыре года. Четыре года я спасалась от кошмара, придумывая себе другую реальность. И четыре года я любила этого подонка из своих снов.
А сегодня нас нашли. Полиция.
Я лежу на больничной койке, безразлично рассматривая потолок. Мне больше никогда не будут сниться кошмары.
07/06/2014
Ekaterina Peronne

0
07.05.2020
avataravatar
Екатерина Перонн

Начинающий писатель, который любит смешивать мистику и истории о любви, не боится экспериментов и обожает своих придуманных героев.
Внешняя ссылка на социальную сеть Проза
57

просмотров



Добавить комментарий

Войти или зарегистрироваться: 

Свежие комментарии 🔥



Рекомендуем почитать

Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

    Войти или зарегистрироваться: 

Закрыть