Запах

Глава 1

Эдельвуд – столица префектуры Такао, а по совместительству – «город больших возможностей». Ну, или, по крайней мере, его так презентуют вам. Огромный, с населением порядка 150 тыс. жителей разных мастей и пород. Населяют его йонна – человекоподобные звери (зверолюди). Чтобы было понятней, представьте оборотня. Наденьте на него костюм, научите говорить и «вуаля».  

Однако наш рассказ начинается не здесь. Пройдя немного дальше по длинным улицам и косым переулкам, идущим в гору, вы окажетесь в месте, что отличается от серой и скучной массовки города. Высокие, метров под 5, бетонные стены ограждают вас, мешая пройти дальше. Присмотревшись, вы можете разглядеть верхушки деревьев, невысоких, но довольно плотно засаженных. Массивный, зелёный парк окутывает спиральную дорогу, что медленно поднимается вверх. Подняв голову примерно на середине своего пути, массивный шпиль визуально старого здания может привлечь ваше внимание. Вы поднимаетесь дальше, в попытке приблизиться к нему. Становится тяжело. Но воздух чист и свеж. Немного отдаёт пресным, слегка сырым запахом опавшей очень давно листвы. Ближе к вершине парк становится реже. И вот уже на вершине взору открывается полная картина.  

Шпиль, что нагромождал голубое небо, являлся частью громоздкого здания. Оно выглядело не менее старым. Будто прибыв из далёкого Ренессанса, огромные колонны окаймляли величественный фасад бронзово – песчаного цвета, выложенного из монолитных каменных глыб. Четыре этажа аккуратно умещаются в компактной конструкции, ещё больше возвышая её. По обе стороны от сего архитектурного шедевра, соединённые уже более современными мостиками, находятся ещё две постройки. Они гораздо меньше, чем то, что находится в центре. Да и возведены были не так уж и давно. Но сделаны добротно. Их приятный голубовато – металлический цвет идеально сливался с окружением. Пространные и монолитные окна, приятно поблёскивая в лучах света, не скрывая внутреннего пространства, дополняли картину, хоть и не вяжутся с средневековым стилем. Для простоты, эти здания были прозваны корпусам.  

Первые полгода в них кипела работа. Недавние школьники, поступившие в академию, согласно закону, были разделены на две большие группы – травоядные и плотоядные. Первые экзамены быстро отмели тех, кто не имеет желания учиться. Оставшихся, всё так же продолжали сгорать в библиотеках и классах, выкладывая остатки сил.  

Но, среди огромного обилия блуждающих по коридорам и залам зверей, наше внимание привлек один волк. Неестественно высокий. Под два метра ростом. Довольно худой. Немного сутулый, покрытый темновато – серой шерстью. На груди его красовался белёсый воротник, что со стороны больше напоминал маленький и аккуратный кроличий или заячий хвост. Темно – синие брюки облегали тонкие ноги, от чего те совершенно теряли форму. Светло-бежевая рубашка, идеально выглаженная, на фоне тёмного меха становилась более блёклой и серой. Короткие, закрывавшие половину плеча, рукава так же плотно опоясывали суховатые руки. Хоть они и выглядели тонко, но были довольно мускулисты и жилисты. Фирменный жилет с гербом академии лишь придавал его виду официальности. Но даже так, впечатление о складывалось весьма двояким.  

Он сидел поодаль от остальных, читал книгу или же просто смотрел в неё. Лекс, кажется, так его зовут. Первогодка в академии. Скромный и немного пугливый, но ужасно ответственный.  

Любой день его всегда начинается одинаково. Сосед по комнате, а по совместительству и лучший друг волка – Рю, каждое утро, вставая с кровати, приводит растрепавшийся за ночь мех в порядок, после чего без зазрения совести выплёскивает стакан холодной воды, заранее наготовленный на столе, на мирно спящего. Только так эту тушу можно разбудить. Лохматый частенько сидит допоздна, читая книги или наблюдая за луной. Ложится под утро. Тут друг и приходит ему на выручку.  

Наконец разбудив абсолютно заспанного волка, оба с неохотой собираются.  

Завтрак. Как много приятного в этом слове. Уже сейчас, говоря его, вспоминается запах маминых блинчиков по утрам. Толпы голодных, разъярённых студентов рвутся занять ближайшее место в очереди, чтобы получить заветное пиршество. И хоть плотоядные и не особо жалуют растительную еду, но ради заветного кусочка стейка или рулета это можно и перетерпеть. Из-за Лекса, парочка всегда приходит к полному аншлагу. Огромный буфет набит до отказа. Едва ли к середине завтрака им, наконец, удаётся добыть свои порции. Небольшие контейнеры для бэнто до отказа набиты рисом, овощами и каким-то странноватым на вид соусом. Отдельно подают напитки и довольно крупный свёрток фольги. Именно там находится то, ради чего все плотоядные посещают буфет. Ну, или почти все. Лекс с самого рождения рос в семье волков, где мясо было прерогативой старших. До своего совершеннолетия ему было запрещено есть мясо в любом его виде. А потому все свёртки он раздавал рядом сидящим, либо и вовсе откладывал, чтобы после отдать его соседям по комнате.  

Учёба – самое скучное время. Рю и Лекс не выделялись выдающимися познаниями. А потому лишь старались держать планку и не проседать. Последние несколько месяцев перед летней сессией все студенты без объяснения причин вынуждены заниматься в центральном здании. Оно на порядок отличается от тех, в которых ребята занимались ранее. Всё здание разделено на две идеально ровные части, которые для простоты назвали крылом. Все классные комнаты здесь напоминают большие лекционные, строго разделённые на сектора. Первый сектор – для студентов маленьких размеров. Ласки, хорьки, мышки и им подобные. В виду своей крохотности, их сектор во всех классах находится ближе к лектору. Вторым сектором, на который отведена половина аудитории, является сектор травоядных. Оставшаяся же половина – сектор плотоядных.  

Сектора как и само здание делится толстым пятидесяти сантиметровым пластиковым стеклом. И всё это исключительно ради безопасности. Только вот чьей? Это уже другой вопрос.  

Лекции идут удивительно медленно. Словно их нарочно оттягивают во времени. Атмосфера постепенно угнетает. И только звонок, разбудивший спящих на задних партах, разводит томное напряжение. Перемена слишком коротка для прогулок. Её времени едва хватает, чтобы не спеша переметнуться из класса в класс и занять более удобное и невзрачное место. Вся труппа зверей, облегчённо вздохнувшая от спавшего с плеч напряжения, медленно, с неохотой собирает вещи и удаляется в коридор. Из наиболее больших секторов, а именно второго и третьего, есть два выхода. И хоть половина плотоядных ничем не отличается от противоположной. Но всё же где-то в глубине каждому хотелось бы пройтись там, не опасаясь, что тебя турнут. Длинные коридоры ведут дальше. Мимо внутреннего сада, от которого отходит пара аркообразных аллей, украшенных обильно цветущими лилиями и жасмином. Каждая приведёт вас только в два места. Спортивный комплекс и ОВШК – отделение внутришкольных кружков. И если с первым всё понятно, то второе явно вызвало у вас вопросы. Кружков не так уж и много: рукоделие, хореография, актёрский, вокальный и садоводческий. Все они имеют своих постоянных участников, а потому вряд ли когда-либо закроются.  

Коридор, ведущий к большой лестнице, имеет в своём распоряжении ещё три аудитории. Все они устроены одинаково и рассказать о них и вправду нечего.  

Звонок прозвучал, как и всегда, на пару минут раньше. Яркий и кристальный звук заполнил здание, вызвав шум. Аудитория постепенно наполнялась уже успевшими заскучать студентами. Лекс, придерживая дверь в качестве жеста вежливости, в аудиторию вошел последним.  

– Лекс Отами. – мягко отозвался стоявший за кафедрой довольно молодо выглядящий барс, по всей видимости не так давно работающий здесь.  

– Да? – волк немного напрягся.  

– У меня для вас будет задание. Мне нужно срочно отлучиться по делам. А, как назло, мои коллеги сейчас все заняты. Не могли бы вы провести пару?  

– Что? Я? – опешил парника немного отступив назад.  

– Не волнуйтесь. Ничего сложно здесь нет. Вам нужно будет всего-навсего прочитать текст и вовремя перелистывать слайды.  

– Но… Я же…  

– Учитель! Это не справедливо! Почему это он должен вести пару? – встав с места, за возмущалась газель.  

– Если это хотите сделать вы, мисс Сой, я с удовольствием дам вам такую возможность. – этот барс довольно и демонстративно улыбался, оголяя на удивление белые клыки.  

– Я… Нет сэр. – уже не так грозно произнесла девушка потупив взгляд.  

– Что ж. Раз уж с этим разобрались – предлагаю вам, Лекс всё же начать.  

Ответственность этого типа просто поражала своим отсутствием. Собрав часть бумаг в небольшой дипломат, он спокойно удалился, слегка хлопнув волка по плечу. Воцарилась недолгая тишина. Стоя за кафедрой бедняга от стеснения не мог найти места. Вдох. Выдох. Кажется, так его научили справляться с волнением. Взяв листы бумаги, парень начал. Природа явно не обделила его голосом. Ораторские способности были на зачаточном уровне. Но при должном направлении он мог побороться за место «Голоса школы».  

На удивление спокойной была и аудитория. Будто все с интересном слушали немного суховатый текст, считанный с бумаги. Иногда, наиболее умные студенты, делали пометки в тетрадях и задавали вопросы. Но что странно, Лекс отвечал на них, будто уже знал ответ.  

Занятие оставило двоякие чувства. Для остальных тихоня предстал в новом ключе. Былая скромность, которая отличала «свирепого» по определению зверя, в момент пропала. Хотя как сказать пропала. По окончании пары, сложив все материалы в небольшую тумбу кафедры, волк, явно расслабившись, задрожал как осиновый лист на ветру. Волнение – неприятная штука. Это было последним занятием на сегодня. Рю встретил друга у выхода. Он бы хотел сказать что то, хоть как-то помочь. Но в таком состоянии Лексу могло помочь только время. Сжав в злобном порыве кулаки, лис, опустив голову, просто прошёл мимо. А волк, в свою очередь, немного удручённый, отправился в излюбленное им место пришкольного сада, где и пробыл до заката.

Глава 2

День уже близился к завершению, когда волк, снова видимо зачитавшись, пришел в комнату. Его не часто можно увидеть так рано. Но сегодня предстоял сложный вечер. Обычно, ближе к началу лета, прям как сейчас, начинается суета среди студентов. Толпы неоспоримых умников вперемешку с теми, кому просто не хочется вылететь, терроризируют бедных преподавателей, сдавая долги и дополнительные задания. Но сегодняшний день судьбоносный. Ведь завтра…  

Едва только прозвучал будильник, комнату заполнил свежий и прохладный воздух. Казалось, будто вместе с воздухом в комнату проник и утренний туман. Он медленно заполнял лёгкие, оставляя внутри приятный прохладно – влажноватый холодок. Те, кто предпочёл не спать эту ночь, вышли на утреннюю пробежку, в попытке взбодриться. Остальные же, лениво потягиваясь, поднимались с постели и как зомбированные направлялись в ванные комнаты, принять душ и просто привести себя в порядок.  

– Лекс! Сколько можно спать? Поднимай свою ленивую задницу! Сегодня важный день! – сорвался лис, вскакивая с кровати.  

– Уже… – монотонный, немного грубый голос Лекса аккуратно заполнил пространство комнаты, когда тот показался в дверном проёме.  

– Ого… Неожиданно видеть тебя так рано, да ещё и в таком бодром виде. Это точно тот Лекс которого я знаю? – с явным сарказмом спросил друга Рю, надевая рубашку.  

– Извини… Пришлось подняться раньше. Очередь, сам ведь понимаешь.  

– Да всё нормально! Готов?  

– Уф…- Лекс фыркнул, надевая нетипичный его стилю парадный наряд, брюки, рубашка, жилет и довольно симпатичный галстук монотонного чёрного цвета.  

Сегодня был самый важный день для любого зверя, что учится в академии. Переводной экзамен всегда считался высшим испытанием для студентов. И подготовка к нему всегда велась серьёзно. Собранные в большом холле, разделённым на две части таким же стеклом, что и аудитории, звери суетились и перешёптывались между собой. Холодный ветерок, что пробирался в подшёрсток и пробирал до мозга костей, гулял среди большой толпы первогодок. Сегодня решится их дальнейшая судьба. Но тогда они ещё не знали, что их ждало…  

После стандартного досмотра всех запускали в аудитории. Дальнейшее действо было одинаковым. Преподаватели рассаживали студентов достаточно далеко друг от друга. Раздавали бланки с вопросами о морали современной действительности и о законах, которые она диктует. Всего вопросов около двадцати. Но каждый из них, похоже, испытывал на прочность. Знания на этом экзамене играют меньшую роль. Здесь каждый сам выбирает свою линию поведения, пользуясь только собственными законами морали и нравственности. Этот экзамен куда сложнее обычного среза знаний. Это способ определить вашу готовность к дальнейшей жизни. Первым из своей аудитории выше Рю. Напряжение ощущалось тяжёлым комом в горле. Воздух был очень плотным и неприятным, несмотря на свою утреннюю свежесть. Медленно подойдя к перилам, что окаймляли внутренний сад, лис томно выдохнул, в надежде спихнуть этот балласт с плеч. Звери постепенно начинали покидать аудитории. Мелкими группами или в одиночку, уходя вглубь коридора, они разбредались. Рю терпеливо выжидал, когда выйдет Лекс, чтобы подробнейше расспросить его.  

Свою аудиторию волк покинул последним. Но, что странно, он выглядел на удивление спокойным. Хотя розоватая кожа на скулах, что хорошо проглядывалась сквозь светло – серый мех, выдавала его волнение, как и бегающий из стороны в сторону хвост.  

– Ну как? Написал? – довольно восторженно расспрашивал только что вышедшего волка Рю.  

– Было не просто… Но д…да – голос Лекса явно дрожал, но это была лишь приятная тревога и волнение. Не более того.  

– Ну что, теперь в буфет? – произнес лис, вскакивая с небольшой деревянной скамьи.  

– Да, наверное…  

Ожидать результатов предстояло целый день. А потому, стремясь провести его с пользой, Рю и Лекс, после довольно вкусного обеда, решили заняться делами в секциях, в которых состояли.  

Лис направился в небольшое деревянное здание, выкрашенное в монотонный коричневато – бордовый цвет. Это здание кружка актёрского мастерства. На первом этаже его расположены зал хореографии, большая четырехместная гримёрка, и выход в небольшой зал с полу округлой маленькой сценой, которой всегда было достаточно для репетиций. Лестница же на второй этаж приводила на просто громаднейший чердак, где располагались массовка, декорации и костюмы. Рю был специалистом по свету и частенько проводил время, разбирая старые прожекторы и собирая из них новые, рабочие, которых не всегда хватало на сцене. В распоряжении актёрского всегда было лишь четыре прожектора, два из которых собрал лично лис.  

Лекс же, в виду своей скромности, редко посещал актёрское, в котором частенько подрабатывал в качестве декор-дизайнера. Огромное количество своего времени он проводил в одной из многих маленьких комнат кружка рукоделия, занимаясь то вышивкой, то пошивом, то сборкой и покраской декораций к предстоящим выступлениям. Лишь иногда он приходил на актёрское, чтобы расспросить побольше о декоре и костюмах, большую часть из которых волк всего за почти год обучения сделал сам.  

Критику он всегда воспринимал довольно остро. А потому мог без проблем просидеть ночь за проектом, который просто назвали «он хороший, но…».  

Как и ожидалось, на актёрском в то время никого не было. Пустые помещения, отдающие пресновато мокрым запахом всегда напоминали о времени, когда здесь, вместо тишины и скрипа половиц, отовсюду доносились звуки кипящей работы. Рю медленно прошел на второй этаж деревянного здания, достал пару коробок с кучей непонятных проводов и механизмов и принялся оживлять уже давно мёртвый прожектор холодного света, который пришёл в негодность задолго до появления здесь лиса.  

Лекс же, сидя в небольшой каморке, больше похожей на коробку, доделывал костюм, который был заказан актёрским для большого показательного выступления. Стежок за стежком, он аккуратно стягивал бархатно – багровую ткань рукава, подгоняя его под заданные размеры. Неделя работы не могла пройти даром. Костюм Альтего, из пьесы «Вознесение», вышел на удивление похожим на описанный. Багрово-бархатный балахон с небрежно рваными окаймлениями рукавов и глубоким, скрывающим лицо, капюшоном. Закончив, Лекс аккуратно повесил его на плечики, прибрал рабочее место, взял костюм и, закрыв каморку, направился в сторону актёрского.  

Солнце уже перекатило за линию горизонта, когда волк добрался до места. Аккуратно открыв шумно скрипящую дверь, он вошёл внутрь. Обычно именно сейчас на сцене разворачиваются баталии и интриги, за которыми можно даже сейчас наблюдать с замиранием сердца. Сегодня в актёрском были лишь старшекурсники, которые прогоняли свои монологи и работали над дикцией. Даймон, довольно статусный лев – третьегодка, который и будет играть роль Альтего, как раз репетировал свой длиннейший монолог на сцене. Стараясь не шуметь и не мешать происходящему, Лекс медленно пробрался за кулисы, которые были заставлены декорациями и реквизитом. Осторожно шагая через кучи картонных стеллажей, неловко оступившись, он с грохотом упал на сцену. Даймон и другие, бросив работу, пришли на помощь бедняге.  

– Ты как? В порядке? Ничего не сломал? – явно переживая, расспрашивал волка Даймон, попутно помогая тому встать.  

– Д.. да. Все хорошо. Простите… я не хотел мешать – робко отводя взгляд ото всех, пробубнил Лекс, медленно вставая на ноги. –Я… пошил костюм, который вы заказывали  

Волк медленно расправил немного сутулую спину, протянул лапу и отдал немного смятый после падения костюм в лапы Даймона.  

– Ты… серьёзно? – лев был явно удивлён, что костюм был пошит так быстро.  

– Да… Я добавил большой золотистый узор, а ещё, как и просили, 5 внутренних карманов для реквизита.  

Лекс всегда довольно скованно говорил с другими. Но когда дело касалось его работы, он без лишнего стеснения рассказывал о всех мелочах.  

– Лекс…Ты просто чокнутый. Я и не надеялся, что ты сделаешь его настолько быстро. Сколько же ты времени за ним проводил? Боже… Я… У меня слов нет… Это шикарная работа! Молодчина! – не скрывая восторга и эмоций, говорил Даймон, попутно рассматривая работу в ярком свете софита.  

– Ну… Я пожалуй пойду… Ещё раз извините за сорванную репетицию.  

Волк робко и осторожно прибрал упавшие вместе с ним вещи и реквизит, и поспешно направился к выходу.  

Солнце уже успело скрыться, оставив за собой предночной сумрак. Воздух стал прохладным и свежим. Выйдя из здания, парнишка томно вздохнул, ощущая некую неловкость. Но после, отдышавшись и собравшись с мыслями, он приободрился и направился в сторону аркообразного выхода в сад.  

Таинственный вход был на удивление не знакомым. В темноте мало что видно. Волк уверенной поступью шагал по опавшей и шелестевшей листве, блуждая по извилистому ходу, стараясь выбраться. Выход. Он медленно приближался, делая видимым часть арки.  

– Что это за место? – пронеслось в голове парня, когда он наконец добрался.  

Небольшая поляна, окружённая ровно постриженными кустами, была усеяна добротно высаженными цветами. В свете луны они отливали голубовато – синим, и были похожи на водную гладь. Посреди поляны, в свете той же луны стояла… девушка. Маленькая, с аккуратными пропорциями, и длинными ушками, она бережно срывала цветы, укладывая их в корзину.  

– Что за…? – мысль не успела закончиться в голове, когда странный запах прервал её. Он, был приятным. Чертовски приятным! И… вызывающим. Мысли волка путались в тумане пьянящего аромата. Он взывал к самой сути зверя. Побуждал кровь закипать в жилах, клыки нервно скалится. Пасть наполнило тошнотное чувство. Глаза были прикованы лишь к источнику.  

Легкий хрип в ночной тиши, заставил девушку обернуться. Сверкание голубоватых глаз последнее, что она видела.  

Рывком разорвав землю, волк в момент оказался рядом с жертвой. Лапы небрежно и плотно схватили беззащитное тело. Мягкое. Приятное и теплое. Запах сводил волка с ума. Воздух плотным комом застрял в горле, мешая дышать и глотать. Истекая слюной, волк смог рассмотреть её. Вблизи она казалась ещё меньше. Хрупкая, невинная девушка, немногим старше Лекса. Одетая в непонятного цвета платье она… не шевелилась. Дышала. Но не шевелилась. Даже звука не издавала.  

Холодный и прохладный воздух, медленно обдувал волчью шерсть. Не желая этого, парень грубо опрокинул тело на мягкую траву и навис над ним. Глаза, на которых проступили слёзы, были закрыты.  

–Потеряла сознание? – проясняя разум, пронеслось в голове.  

Склонив голову, и оголив клыки, Лекс медленно…. Медленно приближался к хрупкому тельцу. Запах! Он становился всё сильнее! Он сводил с ума! Когтями вонзаясь в почву, недалеко от плеча беззащитной, волк томно и перебивчиво дышал, сохраняя капли оставшегося в голове рассудка.  

–Давай! Сожри её! СОЖРИ! – проносилось в голове, не давая и шанса хищнику успокоиться!  

Время, казалось, остановилось. Найдя в себе силы, Лекс вырвал свои когти из земли, оцарапав плечо девушки.  

Он взвыл. Так естественно. Так зверски. Истошный крик разорвал тишину. Он убежал. Подальше…. Подальше от неё. Недоумение. Смятение. Он бежал очень долго. Рассудок начал понемногу возвращаться. Дышать становилось всё труднее. Сад наконец выпустил пленника, заставив его рухнуть без сил на землю. Её прохлада чётко ощущалась горячим телом. Дыхание мешалось с рыком и хрипом. Оно было сбивчивым. Неприятной сухостью отдавало в горло. Волка стошнило. А мерзкое чувство всё так же блуждало по телу, иногда вновь подкатывая к горлу.  

Час. Примерно столько понадобилось Лексу, чтобы как следует успокоить свой пыл. Ночь уже вступила в законные права, когда парень показался в дверях общежития. Вахтёр, окинув взглядом волка медленно, перевёл его на журнал.  

– Опять допоздна работаешь – осуждающе произнёс грубый и немного хриплый голос вахтёра – пса.  

– Да. Простите.  

–Не перенапрягайся ты так. Едва ноги волочишь за собой. Поберёг бы себя. Статный самец, да и гены тоже не плохи. – продолжал свою стандартную эпопею старик. Но Лекс его не слушал.  

Луна холодным светом освещала комнату. Сняв одежду и умыв лицо, бедняга медленно перебирая ногами двигался к постели, где вновь и вновь прокручивал события этой ночи. Одежду он убрал подальше, опасаясь, что запах той девушки остался на ней. Собравшись с мыслями, волк занавесил окно тёмными шторами и уткнулся носом в подушку, всё ещё содрогаясь от событий, и продолжая ощущать его… Её дурманящий запах…

Глава 3

Утро следующего дня началось с бодрых и шумящих голосов из соседних комнат. Каждый обсуждал, что же ждёт их дальше. Строились теории, догадки. Ведь именно сегодня решится их дальнейшая жизнь. Оставалось лишь ждать.  

Сквозь тоненькую щель в занавешенном шторами окне лучик света мягко проникал в комнату, наполняя её ощущением тепла и спокойствия. Лекс проснулся ближе к обеду. События прошедшей ночи сказались. Заспанный, немного неряшливый, с всклокоченным мехом, он занял ванную комнату на долгих 10 минут. Хотелось бы ему поговорить об случившимся. Но… С кем? В этом он был одинок. Любые проблемы он старался решать сам. Какими бы тяжёлыми они не были.  

Закончив уже стандартный утренний туалет, он собрал испачканный костюм и другие вещи в небольшую пластиковую корзину. От серебристо – черного жилета и белой рубашки вперемешку со свойственным волкам «ароматом» он улавливал его, запах – который всего пару часов назад сорвал ему крышу. Запрятав эти вещи на самое дно корзины, Лекс приоделся в нечто повседневное и направился в прачечную. Пустоватая подвальная комната, оборудованная восьмью – десятью машинами для стирки. В выходные это своеобразное место встреч. А сейчас здесь нет ни души. Сложив вещи в одну из машин, Лекс плотно закрыл дверцу, засыпал беловатого цвета порошок, что стоял здесь для общего пользования и стал ждать, присев на довольно удобные перила. За книгами всегда время летело быстрее. Но… Не в этот раз. Волк не мог сосредоточиться. Картина прошлой ночи, как бельмо, всплывала, мешая думать. Он помнил её отчётливо. Ему стало дурно. В попытке сдержать рвоту волк выбежал на улицу. Было тепло. Приветливое солнце горячими лучами зазывало пройтись по парку, ну и словить очередной перегрев или солнечный удар. В тени было на удивление прохладно. А воздух был горячим и тяжёлым. Лекса стошнило. Оправившись и прибрав за собой, волк направился в сторону автомата с холодными напитками. И хоть 60 юми было дороговато, но деваться особо некуда. Прохладная вода аккуратно стекала по горлу волка, охлаждая и без того горячее тело. Футболка, как собственно и шорты покрылись мокрыми пятнами. Практически залпом опустошив бутыль, Лекс одернул лапу, вытирая капельки с меха. С большой неохотой, парень закинул ещё 60 юми в автомат, купив баночку холодного зелёного чая. Понимая, что полдник был нагло пропущен по причине собственной лени, парень расслабился и медленным шагом отправился в прачечную забрать вещи и скрасить ожидание обеда.  

Как и ожидалось, стирка завершилась достаточно быстро. Сложив вещи во всё ту же корзину, волк направился к большим развесным лескам на заднем дворе. Свежий запах порошка приятно щекотал нос. От едва заметного запаха той девицы остались лишь воспоминания. Закончив с бельём, Лекс быстрым шагом направился в комнату, чтобы переодеться и успеть хоть что-то ухватить в буфете. Как и ожидалось, многие уже пообедали. Взяв привычную для себя порцию и поблагодарив поваров за чудесный обед, Лекс приступил к еде. Рис с овощами и соевым молоком, холодный зелёный чай и сверток с очередным мясным изделием. Овощи были приготовлены на пару, и слегка обжарены, а рис бэнто, оставшийся с ужина, был мягким, но рассыпчатым. Соевое молоко только подогревало аппетит своей сладковатостью и приятным сливочным вкусом. Что же до свёртка. Развернув его, мягкий аромат горячего стейка из говядины заполнил небольшое пространство. Лекс уже хотел было убрать его, но… Учуяв запах, волк едва не подавился слюной. Это было для него впервые. На протяжении года обучения он не прикасался к мясу, но сейчас. Очень странное бурлящее ощущение подстрекало его попробовать. Укус… За ним ещё один… И ещё… Стейк закончился быстро. Даже слишком быстро. А запаха в воздухе дразнили аппетит и заставляли волка истекать слюной.  

Оставив поднос с остатками еды и ещё раз поблагодарив поваров за их труд, он направился в главный холл школы. Как и ожидалось, огромная толпа нервно высиживала минуты в ожидании результатов. В холл вошли учителя. Гордые. Невозмутимые. Один из них, проходя медленно и демонстративно, держал заветные бумаги. Все с замиранием сердца выжидали момента. После чего, как сорвавшиеся с цепи бешеные собаки, рванулись с места, выискивая свои имена. Волк с недоумение смотрел на толпу, трепетно ожидая, когда рассосётся толпа. Ажиотаж на имена постепенно спал. Размеренно, нервно сглотнув вставший в горле ком, Лекс всё же двинулся к спискам. Первый. За ним второй. Третий. Четвёртый. Нигде нет.  

В списках на вылет волк был единственным среди хищников.  

Мир вокруг рухнул в одночасье. Он потерял всякую надежду. Он был подавлен. Но… спокоен. Подойдя к одному из учителей, парень тихим и монотонным голосом задал вопрос:  

– Почему? – сжимая кулаки и вонзая когти в собственную плоть, волк стоял, опустив взгляд в пол. – Почему я не прошёл?  

– Оу. Так это ты. Послушай, такое случается иногда. Мы все проверяем работы отдельно и…  

– Лекс! Иди – ка сюда на минуту – прервал отвечавшего волку учителя до боли знакомый голос.  

– Д… Даймон? Что ты?..  

– Сказал же, пойдём выйдем! Есть разговор! – вновь прервал вопросы парня тот самый лев-третьегодка с актёрского.  

Собравшись с мыслями, волк пошёл вслед за львом. Тот был явно на взводе, а потому серый сторонился его и держался подальше.  

– Прости Даймон… Я… я не успею закончить приготовления к выступлению… – явно расстроенным голосом пробормотал волк, стыдливо опуская глаза.  

– Я переговорил с учителями. Они сказали, что пересмотрят своё решение. Когда именно не знаю, но я буду до конца стоять на том чтобы…  

– Не н-надо. – неожиданно прервал льва Лекс. – Ты не обязан этого делать. Это ведь моя головная боль и моя про…  

–Ты понимаешь, что говоришь?! – Даймон вскрикнул. – Есть те, кто куда более чем достоин вылететь! Но уж явно не ты! Я добьюсь того, чтобы решение пересмотрели! Я обеща…  

Глухой скрежет динамиков прервал обоих.  

– Внимание! Всем ученикам первокурсникам, а также третьекурсникам Даймону Тетсуми и Одаоки Микава проследовать в главный холл!  

– Идем. – уже более спокойным и монотонным голосом сказал лев, взяв волка за лапу.  

В холл оба вернулись достаточно быстро. Лохматый собрался с мыслями и встал к остальным.  

– Ле-екс! – в толпу на почти всей скорости ворвался Рю. – Лекс! Ты как?! Где ты был?! Я чуть с ума не сошёл, идиот! – лис был явно растерян и взволнован, но своим поведение он старался перевести ситуацию в шутку.  

– Ой… Прости – прости. Я был немного занят. – неловко улыбаясь и отводя взгляд пробормотал волк.  

– Ещё раз ты так сделаешь и я…  

Научение бесстыжего волка прервал довольно грубый, но по-своему чарующий, голос директора. Статный и уже не молодой тигр громогласно попросил тишины, после чего начала свою речь.  

– Я приветствую вас в этом холле снова, друзья. Казалось бы, всего год назад вы были маленькими неотёсанными детишками, и вот, уже сейчас я вижу полноценных членов нашего общества. Этот год был трудным для каждого из вас. Каждый стал лучше, сильнее, умнее. Но главное – научился самостоятельности и усердию. Правила, в которые вас поставила эта школа, были тяжелы. Но почти все из вас, несмотря на эти трудности, дошли до конца. Как вы заметили, лишь некоторые не смогли пройти дальше. Лекс Отами, Аои Мируко, Сиба Ишики, Томимару Кодаке, Рё Шитотсуки, Рё Дейсан, Канами Мизуко и Унена Сой. Не считайте, что ваш путь оканчивается здесь. Перед вами открыто множество других, неисследованных троп. И я надеюсь, что ваши имена мы ещё не раз услышим в будущем.  

Воцарилось глубокое молчание. Лекс, сдерживая слёзы, старался дышать ровно. За стеклом небольшая толпа принялась возражать. Но директор продолжил.  

– Однако. В свете последних событий и с не самой лёгкой подачи наших старших учеников решение об исключении некоторых было отклонено. Лекс Отами, Аой Мируко и Унена Сой. За заслуги перед школой, активное участие в её жизни и добросовестный труд решение о вашем исключении было пересмотрено. Я искренне надеюсь, что вы и дальше будете усердно работать на благо нашей школы. Что же теперь. Вы вступаете в новую веху своей жизни, которая будет на порядок сложнее, но от того не менее интересной. Господа третьекурсники. Дело за вами.  

В небольшом проёме, одетый в рабочую робу, показался Даймон. В его лапах был огромный молот, с которым лев гордо подошёл к стеклу. Ровно в противоположной стороне показался одетый в такую же форму высокий, покрытый темно – каштановым мехом бык, который так же держал в руках точно такой же молот. В одномоментье переглянувшись, оба замахнулись на стекло и одним ударом заставили его расколоться на мелкие осколки. В воздухе повисло молчание. Все были в недоумении от произошедшего. Лев и бык, что стояли друг напротив друга, медленно опустили молоты на каменный пол, сняли перчатки и пожали руки.  

– Эта разрушенная стена станет новым этапом вашей истории. Как Даймон и Одаоки, ваша история будет о сотрудничестве двух враждующих сторон – хищники и добыча, плотоядные и травоядные. Именно вам в дальнейшем писать историю этого мира.  

Шум начинал нарастать. Третьегодки попросили всех выстроиться в шеренгу. А после, пожать травоядным лапы.  

Такого никто из нас не мог ожидать. Второй год обучения станет ещё более сложным, чем он был. Ведь теперь хищников и травоядных более не разделяет толстое стекло. Теперь, обеим сторонам придётся заново учиться жить, учиться смелости и смирению, самоконтролю и воле. Теперь жизнь каждого изменится и более уже не будет прежней.

Глава 4

Вечер этого дня был на удивление шумным. Ведь это было впервые, когда звери встретились лицом к лицу. Заинтересованные друг другом, они сбивались в небольшие группы, по три – пять человек. Расспрашивали о том, что уже очень долгое время волновало. Тут и там можно было наблюдать картину, где хищник, гордо разинув пасть, оголял беловатые клыки. А мелкие и более крупные зеваки с пытливым интересом рассматривали их, чуть ли не сами залезая внутрь. Самки, хоть и пугливо, ощупывали мужественные, суховатые тела самцов, медленно водя по меху ну руках и щеках. Кто-то откровенно фанател от хвостов, что, не скрывая восторга своих владельцев, бегали из стороны в сторону. Здоровый интерес проявляли и хищники. По сравнению с ними, травоядные были куда меньше. А некоторые и вовсе крохотными. Не обходилось и без попыток завязать куда более приятные и близкие знакомства. Но, по большей части, всё заканчивалось там же, где и начиналось. Где – то в небольшом углу холла волк отчаянно пытался навязать свою персону небольших размеров выдре, рассказывая небылицы о том, что он вегетарианец вовсе, и что испытывает отвращение к мясу, повествуя о своих заслугах перед школой и о том, что вообще очень хороший парень. В другой же стороне сильная и независимая львица спорит с быком о том, кто из них сильнее. Но как бы там ни было, атмосфера была не из приятных. В воздухе чувствовалось напряжение, натянутость и страх. Некоторые наиболее нерешительные сбивались в стаи и группки, не принимая посторонних в свой круг общения. Другие и вовсе находились в гордом одиночестве. Лекс и Рю были из таких. Они сидели на перилах, в полголоса обсуждая последние события. Не предпринимая и попытки завязать беседу, парочка отстранённо уходила даже от тех, кто сам решался подойти. Но сложнее всего здесь было именно Лексу. И дело не в его скромности. Запахи. Они были повсюду. Их были сотни. Сотни новых запахов, каждый из которых был уникален по-своему. Казалось, ещё пара минут такого плотного «общения» и волк точно сойдёт с ума. Прямо как в ту ночь.  

Дышать становилось трудней. Томный и плотный воздух пробивал зажатый лапами нос. Мерзкое чувство постепенно, будто издеваясь, накатывало и отступало. Больше здесь было невыносимо находиться.  

– Извини. Я отойду ненадолго. – едва сдерживая злобный рык произнес волк.  

– Эй. Лекс, с тобой всё нормально. Ты с того момента как стекло разбили себя странно ведёшь. – озадаченно осматривая парня заметил лис.  

– Да, да. Мне просто нужно подышать свежим воздухом.  

– Ну, ладно.  

Рю проводил парня взглядом до ближайшего выхода. Помочь рыжий сейчас ничем особо не мог. И оставалось только лишь ждать.  

Дверь с шумным скрипом захлопнулась, оставив позади тонну тяжёлой смеси. Ком в горле постепенно растворился в потоках прохладного воздуха. Глубоко вдыхая полной грудью, волку ничего более не оставалось, как пойти в излюбленное им место. Блуждая по пустым коридорам, он, наконец, выбрался в сад. Хотя садом это назвать было довольно сложно. Небольших размеров округлая площадка окружённая стенами здания и поросшая большим количеством зелени. Три лавки стояли вокруг небольшого деревца сакуры. Напротив одно из них располагался небольшой аркообразный ход, что вёл в относительно никуда. Стояла приятная погода. Понемногу начанало смеркаться. Солнце бежевым светом разлилось по небу, выявляя приятную дымку облаков, знаменуя завершение дня. Сев на небольшую деревянную скамью, волк расслабился, облокотившись на спинку. Запахов здесь было гораздо меньше. А цветущие там лилии и вовсе перебивали их.  

–Ох-ох-ох… – неожиданно раздалось в небольшой, аркообразной аллеи. – Кто здесь садовод-то? Я бы ему лапы с корнем вырвала!  

Голос доносился из глубины. Не сильно далеко, но достаточно. Он был раздражён, немного взбешён, но даже так казался на удивление мягким. Всё так же продолжая бранить нерадивого садовника, голос становился громче. Лекс напрягся. В миг принюхавшись, он почуял довольно стойкий острый запах, мешавший различить, кто это. Но как только этот кто-то оказался в метре от выхода Лекс обомлел.  

–Это… она… – на мгновение пронеслось в голове, когда запах стал более чётким и ясным.  

Что за глупое стечение обстоятельств? Какого черта она здесь делает? Лапы нервно вздрогнули. Сердце билось слишком быстро, чтобы не заметить этого. Казалось, его барабанный стук мог услышать любой. По телу пробежали мурашки.  

– Беги.. давай же…. Вставай! Вставай! – раз за разом вторил разум.  

Но тело перестало слушаться. Сбивчивое дыхание предательски сжимало лёгкие, не давая и шанса вдохнуть полной грудью и успокоиться. Лекс сидел, замерев на месте. Пот мелкими пятнами выступил на надетой рубашке. Он ждал. Сам не зная чего, но ждал…  

Из аллеи показалась небольшая кроличья лапка. Крохотная, почти миниатюрная она ловко держалась за ветку куста лилий. Показались ушки. Столь же миниатюрные и аккуратные. С лёгкой розовостью внутри и довольно плотным белым мехом, который аккуратно окаймлял само ушко. А после показалась и сама крольчиха. В свете луны её мех белоснежного цвета переливался оттенками. Сейчас же он был приятно-бежевого почти телесного цвета. Маленькая, аккуратненькая мордочка с розоватым носиком и небольшим тёмным пятном отлично вписывалась в общее впечатление. Глаза, которые Лекс видел только закрытыми, были преисполнены доброты и заботы, хотя и отражали своеобразную уверенность. Их нежно розовый оттенок ещё больше сочетался с возникшим образом. Тело же соответствовало запросу большого числа парней. Приятные формы, небольшая грудь и бёдра. Слегка отставленная назад попка, казалось, держит на себе аккуратный хвостик. Ножки были довольно хрупкие, но для её комплекции подходили как нельзя кстати. На ней было надето бежевое платье, с небольшим бантом на воротничке, короткими рукавами и витражными кружевами по краям. Платье ей очень шло. Казалось, она родилась в нем. Оно ловко облегало и без того приятные глазу формы, очень грамотно подчёркивая все достоинства.  

Волк смотрел на неё как завороженный. Он не мог оторвать взгляда. Запах словно лассо схватил за шею, не давая и шевельнуться.  

Завидев Лекса, девушка немного опешила. Но после добродушно улыбнулась:  

–Ой. Простите. Я не хотела мешать. – всё с той же милой улыбкой произнесла она, слегка отряхивая подол от навалившейся сухой листвы.  

–Ни… ничего. Вы, не помешали. – выдавил волк, сдерживая дрожь своего голоса.  

–С вами всё хорошо? Вы неважно выглядите… – озадаченно разглядывая зверя, произнесла крольчиха.  

Попробуй тут быть в порядке! Запах сводит с ума, а мерзкое ноющее чувство всё больше подбивает нервы. Сосредоточившись, Лекс собирался с силами, чтобы, казалось бы, уже ответить. Но него мысли прервало лёгкое касание.  

Это… была её лапка. Крохотная, мягкая и тёплая. Она медленно коснулась плеча, а сама крольчиха аккуратно, без осознания опасности, глядела в глаза волка.  

–Прекрати! Прекрати меня трогать, дура! Беги, спасайся! Беги! – хотел было кричать во всё горло волк, но тело его не слушалось.  

Она ведь была так близко. Лапа невольно схватила беззащитное тельце, от чего крольчиха оторопела, и постаралась вырваться. Волк был готов биться в конвульсиях. Тело более не подчинялось разуму. Оно аккуратно сжимало хрупкую девушку в лапах. Ощущение тепла и мягкости изводило волка ещё больше. Крольчиха ощущала горячее дыхание зверя. Ощущала сильные лапы и приятно колючий мех. Её было страшно. Сердце в маленьком теле забилось чаще. Неожиданно для себя, Лекс смог вернуть контроль, после чего отпустил девушку. Она быстрым, но хромающим шагом попятилась назад.  

– У…ходи… Бы…быстрее! – из последних сил держа себя выдавил Лекс, сжав собственные лапы и нервно содрогаясь.  

– Н… Нет! – довольно строго и броско ответила крольчиха  

– Ты что?! Совсем дура! Уходи! Я не смогу сдерживать себя ещё дольше! Беги!  

– Какой смысл!? – куда уже более громко вскрикнула крольчиха. – Какой смысл бежать?.. Я не смогу уйти далеко… – немного присев, она помяла колено, которое, по всей видимости, болело. – Я дважды стала добычей… Так какой смысл продолжать жить дальше… Если я убегу сейчас, то потом кто-то другой съест меня … Это неизбежно. И раз уж всё так сложилось, то сделай это ты… Я не против такой смерти, если это поможет кому-то утолить свой голод…  

Лекс более не мог держаться. Резким движением, он дернулся в сторону девушки, в одномоментье повалив её на траву. Всё было так же, как и в ту злополучную ночь. Только сейчас она смотрела волку в налитые кровью и жаждой глаза.  

–Д…давай… – очень тихо, едва слышно сказала она, взяв волка за небольшие баки и закрыв глаза, на которых, как и тогда, выступили слёзы. Тихие всхлипы едва слышно нарушали создавшуюся тишину. Сердца обоих бились в бешеном ритме. Волк медленно опустил морду к шее и сделал тяжёлый, но глубокий вдох.  

Он был слишком близко, чтобы не чуять её запаха. Аромат заполнил лёгкие, где недолго задержался. Горячее дыхание вновь обдало шею девушки, вызвав у неё мурашки. Мелкая шёрстка встала дыбом. Волк выдержал паузу. Приблизил клыки к шее. Тело бедняжки задрожало. А волк… аккуратным движением провёл языком по её шее, от чего та издала приглушённый стон.  

– Прости, но я не тот, кто сделает это. – монотонно, немного игриво, но мягко и тепло сказал Лекс, отстранившись.  

– Почему?.. Почему ты не сделал этого?.. – спрашивала девушка, недоумевая, дрожа, и продолжая смотреть в глаза волка, которые резко изменились. Они стали светлыми. В них отражалась приятная голубизна, вселяющая надежду.  

– Я просто не смог… – на лице хищника появилась… неподдельная улыбка. Он продолжал нависать над беззащитной девчушкой, смотря в её бежевые глаза и… тихо, но заметно урча.  

– Давай, я взгляну. – отсев подальше, сказал Лекс, всё так же нелепо и по-своему мило улыбаясь.  

– Скажешь, если будет больно. – всё тем же монотонным голосом произнес он, аккуратно и медленно согнув маленькую белую лапку в колене.  

– Ай… – не выдержав, вскрикнула девушка, схватившись за большие серые лапы.  

– Похоже на растяжение. Подожди секунду.  

Из невзрачного серого рюкзака, украшенного небольшими значками, парень достал странноватый на вид свёрток ткани. Она была тёмная, немного потёртая, но идеально накрахмалена, держа заданную форму. В свёртке, находились какие-то таблетки, ампулы, шприцы, вата и бинты. В отдельном кармашке, аккуратно сложенный, лежал серовато-жёлтого цвета плотный кусок материи. Достав его, Лекс ловким движением обернул больное колено и немного туго затянул его.  

– Вот. Сейчас должно быть немного легче. – всё так же добро отзывался волк, продолжая держать улыбку.  

– Почему? Какой в этом смысл? Зачем тебе это? Я ведь… – не успев договорить, девушку подняли на руки. С такого ракурса волк казался огромным величественным колоссом. Его толстый мех прокалывал тонковатую ткань платья, приятно щекоча.  

– Я лишь хочу помочь бедному беззащитному зверьку. Разве я не могу этого сделать просто так? – смотря вперёд, проговорил Лекс. – Этими вопросами ты лишь ещё больше доведёшь себя. Если ты осталась в живых, значит, на то были причины. Давай-ка я отнесу тебя в лазарет.  

Медленным шагом волк направился в сторону небольшого одноэтажного здания, что находилось буквально в паре метров от главного корпуса. По инерции девушку немного вмяло в грудь парня, заставив немного плотнее прижаться к нему. Сердце волка стучало всё так же. Но… он был спокоен. От былой ярости и жажды крови остались лишь воспоминания. Запах влажного меха вперемешку с приятными древесными нотками немного бил в нос. Он был ненавязчивым, и даже, можно сказать, приятным. До лазарета оба добрались довольно быстро. Придумав стройную легенду о падении со ступенек и отважном герое, фельдшер принял крольчиху, оставив волка ненадолго в гордом одиночестве. Немного погодя, тот показался в дверном проёме, сказав, что всё хорошо и это и вправду небольшое растяжение.  

Вздох облегчения был удивлением для волка. Он что, и вправду переживал? И что это вообще было? Выйдя на улицу, Лекс сделал глубокий вдох. Остывшее к тому моменту тело охватила дрожь. Волнение? Беспокойство? Страх? Что же это было за чувство? Странно.  

Не найдя более лучшего выхода, парнишка направился обратно.  

Холл опустел. Видимо все уже разбрелись по своим комнатам, собирая вещи для скорейшего отъезда. Экзамен сдан. Все переведены.  

Воспоминания о сегодняшнем дне чётко отпечатались в памяти волка. Но, вспоминая это –он лишь улыбался. По живому. Впервые за столь долгое время. В комнатах была суета. Все приезжие, включая Рю, собирали вещи. Завидев счастливую морду волка домочадцы с недоумением смотрели на него. После чего принялись расспрашивать, что же в итого произошло. Но Лекс лишь отнекивался, говоря, что у него просто хорошее настроение. Он не мог рассказать о том, что случилось. О том, как он чуть не погубил чью-то жизнь. О том, как впервые за свою жизнь, он испытал непохожее ни на что чувство. Названия его он не знал, но всё его нутро желало испытать это снова.

Глава 5

Глава 5

Ночь выдалась не самой простой для нашего волка. Уснуть не получалось, как бы тот не пытался. Вертелся в постели, старался угомонить эмоции. В голову лезли мысли. Их было слишком много, чтобы можно было что-то разобрать. Но достаточно, чтобы получить бессонницу.  

С кровати парень встал аккуратно. Будить никого не хотелось. Надев довольно лёгкую, но длинную футболку, он спустился на первый этаж к автоматам с напитками. В общежитии стояла гробовая тишина. Лишь лёгкий скрежет открытого окна изредка разбавлял давящее чувство. Вахтер, уже немолодой медведь – гризли, сидел, тихо попивая чай у себя в коморке. Он был единственный, кто ни слова не говорил коменданту об поздних приходах Лекса. А относительно недавно он становился и причиной этих приходов.  

–Доброй ночи, господин Гин.  

–О, Лекс! Чего это ты не спишь так поздно? – явно готовясь к разговору, медведь достал небольшую пиалу, выделанную из приятного по ощущениям дерева. – Садись, в ногах правды нет. – сказал он, указав взглядом на стул.  

–Не знаю. Сегодня много чего произошло. В голове сейчас столько мыслей, что словами не пересказать. – Лекс довольно тихо и скромно сел на предложенное место, ещё раз оглядев каморку. Хоть она и была маловата, но уюта в ней предостаточно. Всё стояло именно на своём месте. Небольшая тумба с запасом набитая чаем и вкусностями к нему. Небольшой шкаф, в который едва помещалась хотя бы одна куртка. Пара вешалок для рабочей одежды и мелкого инструментария в виде фонарика и дубинки.  

Осторожным движением медведь взял стоящий на столе небольшой фарфоровый чайничек. Склонив носик его над пустующей пиалой, зеленовато-жёлтая жидкость медленно лилась в сосуд, постепенно заполняя его. Аромат стоял дикий. Нотки огромного числа трав вплетались в довольно плотный аромат чая, а лёгкий запах ягод раззадоривал и без того разыгравшийся аппетит.  

– Сегодня без жасмина? – довольно тонко подметил волк, слегка двинув краем губ.  

– Да, жасмин в том чае был явно лишним. – ухмыльнувшись, произнес медведь.  

Господин Гин сам выращивает и собирает чай. Иногда его эксперименты заходят далеко за рамки. Но от этого он не менее интересен. Именно благодаря ему Лекс стал больше импровизировать, не боясь провала.  

– Чего как не родной? – потягивая тёплую жидкость, хмыкнул вахтёр.  

– Простите.  

Лекс довольно медленно взял пиалу и поднёс её к губам. Аромат плотным паром ударил в нос. Вблизи полифония становилась чётче, ярче. Глоток. Приятный тёплый, слегка сладковатый и более похожий на сироп чай медленно заполнил пасть. Взрыв разных вкусов буквально разрывал привычные шаблоны на мелкие кусочки. Если кто-то скажет, что чаем нельзя насытиться, он просто не пробовал этого. Букет самых разных вкусов мелкими и более крупными нотками разливался по пасти, переходя в горло. Вздох облегчения. Выдохнув горячий пар, казалось, что с ним ушло и всё остальное. Груз мягко спал с плеч волка. Ему было хорошо.  

– Вижу понравилось. Давай налью ещё.  

– Что вы у меня же ещё…  

Пиала была пуста.  

–Что? Когда я успел? – пролетело в голове волка, немного нагоняя тревогу.  

– Расслабься, дружок. Чай это последнее о чем стоит думать. – довольно плотная и мужественная лапа протянула чайничек к пиале, вновь наполнив её.  

–Лучше расскажи мне, что это была за крольчиха, с которой ты был?  

Лекс в момент обомлел. Неужели он знает? Он всё видел? Что же делать? В голове возникла паника. Дрожащей рукой, парнишка взял пиалу и сделал глоток, в надежде, на приход прежнего спокойствия. Но ничего не произошло. Чай был всё так же вкусен, но волнение и паника никуда не делись. Всё теми же дрожащими лапами Лекс поставил пиалу на стол.  

– Я… Это… Это знакомая… – стараясь понять, на каком моменте их застали, проговорил волк.  

– Что же с ней такого случилось, что ты её на руках нес? – мягко и, казалось, с небольшой подстрекательской издёвкой спросил Гин, добивая чай.  

– Фух… Слава Богу, он видел только это. – с облегчением пронеслось в голове парня, от чего тот довольно шумно выдохнул.  

– Она очень неудачно упала со ступенек. Я просто оказался рядом и помог добраться до лазарета.  

– Надо же. Как благородно, – всё так же попивая чай, сказал старик. – Ладно. Думаю, тебе всё же стоит пойти и отдохнуть.  

Медведь осторожно поднялся с кресла, в котором привык сидеть. Надев фуражку и взяв фонарь, он вышел из коморки, ожидая Лекса.  

– Спасибо большое за чай. – сказал волк, ловко перевернув пустую пиалу дном вверх.  

– Не за что, дружок.  

Небольшое молчание продлилось чуть дольше. Оба начали расходиться.  

– Ах, и ещё. Не забудь навестить свою подругу завтра. И в следующий раз будь с ней понежнее. – вслед уходящему волку сказал медведь, удаляясь в глубину тёмного и непроглядного коридора.  

Лекс вновь замер.  

– Значит и вправду видел… – едва шепотом произнес волк, слегка вздрогнув.  

– Подождите… – разрывая тишину и отдавая эхом вскрикнул парнишка, уже бегом приближаясь к старику. – Это не то о чем вы…  

– Я видел всё, дружок. Твой взгляд. Оголённые клыки. Сопротивление самому себе. Хотел уже было вмешаться, но ты вовремя остановился. – в лапах медведя тусклым светом горела папироса. – Я не скажу о том, что видел, в обмен на обещание, что и ты никому не расскажешь. Своего зверя нужно усмирять, а не выпускать наружу. Запомни это, дружок. А теперь отправляйся в постель. И не переживай. Я храню много секретов, и твой тоже останется при мне.  

Тёмная и массивная фигура постепенно удалялась вглубь коридора, пока и вовсе не растворилась в нём. Лекс ещё несколько минут стоял в шоке от услышанного. Но в этой ситуации делать что-либо было уже бесполезно. Оставалось лишь принять слова Гина за чистую монету.  

Шумный торговый автомат с неприятным для тишины грохотом выдал прохладный напиток. Лекс ещё долго обдумывал слова и то, как теперь ему нужно вести себя с этим медведем. Мысли хоть и забивали голову, но их было уже гораздо меньше. Приятный лунный свет заполнял пролёт между этажами сквозь открытое окно. Было прохладно. Даже имея столь толстый мех, холодок ощущался, но был скорее приятным. Опёршись спиной о перила, волк смотрел на луну, сквозь открытое настежь окно. Делать было нечего. Пришлось возвращаться. В комнате же было на удивление душно. Запах мокрой шерсти, пота и приятных снов явно взрослого содержания витал в воздухе. Ну а что вы хотели? Такими вот бывают подростки.  

Сквозь открытую форточку запахи, которых и так было немного, постепенно и вовсе улетучились. Именно такую картину волк наблюдал каждый свой поздний приход. На часах уже три. А сон будто и не знает, что его здесь ждут. Всё так же ворочаясь, парень лежал, не смыкая глаз. Сквозь открытую форточку в комнату пробрался ветер. Мягкий, довольно прохладный, он легонько обдул паренька, заставив его вздрогнуть. Нет. Не от холода. Это был едва уловимый, долетевший до носа запах. Её запах. Сердце немного ёкнуло и забилось чуть быстрее. До лазарета отсюда слишком далеко. Не думаю, что это была она. Но… Запах точно был. Волк мог различить его среди сотни других. Подойдя к окну, он глубоко вдохнул. Ничего. Ещё раз. Снова ничего. Ветерок вновь забрался в комнату, обдав волка приятным бризом. Снова мимо.  

– Видимо совсем головой поехал. – постановил парнишка, улыбнувшись.  

Он снова лёг. Сон всё так же не приходил. В попытке хоть как-то уснуть, он лёг в другую сторону, переложив подушку поближе к окну.  

– Вот он! – неожиданно отозвалось в голове, когда Лекс лёг и… вновь учуял запах.  

В углу двухъярусной кровати был небольшой гвоздик, куда можно было свесить свои вещи. Это был жилет. Сомнений не было, запах был от него. Он был слабее, перемешан с запахом самого волка. Но то, что это был он, её запах, сомнений точно не было. Тихо стянув жилет, Лекс прислонил его к носу. Глубоко вдохнул. Закрыл глаза. Лёгкое чувство эйфории залило сознание и тело. Сердце забилось чаще, а дыхание стало немного сбитым. В таком же положении он и заснул, проспав так до самого утра.  

Сквозь распахнутое окно ветер вновь ворвался в комнату. В какой уже раз? Пятый? Десятый? Точного числа не упомнить. В полудрёме каждый такой рывок заставлял волка содрогаться. Казалось, он заснул всего пару секунд назад, а уже утро. Скомканный жилет лежал на всё том же месте, прикрывая нос. За столь долгое время запах уже успел раствориться. Лекс поднялся раньше остальных. На часах 6 утра. Солнце едва – едва показалось из-за горы, наливая небо своим теплом. В комнате стоял лютый холод. Но поднять свою задницу и закрыть окно никто из обитателей так и не сумел. Они лишь укутывались покрепче в одеяло, продолжая посапывать и урчать. Волк довольно медленно поднялся с кровати. Его сосед сверху спал без задних ног. Как собственно и все здесь. Через пару минут после закрытия окна той слегка морозной свежести больше не было. Ещё пару минут спустя сони и вовсе заёрзали, распутывая укутанные в одеяло тела. Первым встал Грог. Молодой ястреб, высокий, атлетичного телосложения с буровато-коричневыми перьями. За спиной его красовались два довольно больших, но аккуратно уложенных крыла. Но что и было интересно, так это процедура надевания одежды. Грог был слишком горд, чтобы просить помощи, но смотря за его потугами самостоятельно одеться, было сложно сдержать смех и не прийти на помощь.  

– Давай помогу. – сказал Лекс, дав понять, что пернатого спалили с поличным.  

– Я и сам неплохо справляюсь – отозвался Грог довольно грубым баритоном.  

–Расскажешь мне это, когда сможешь достать крылья из футболки.  

Уже зная, что делать, волк, ловко орудуя стяжками, вынул оба крыла из-под плотной ткани. Со свитером были проделаны ровно те же манипуляции.  

– Спасибо… – смущённо поблагодарил помощника ястреб, натягивая довольно узкие классические брюки.  

–Нет проблем – теперь уже искренне улыбаясь, отозвался Лекс.  

Такая улыбка была для Грога в новинку. Раньше он всегда видел натянутую, неестественную, фальшивую улыбку. Но сейчас в его глазах волк был поистине живым. На улыбку было решено ответить улыбкой. С клювом это получалось не совсем естественно, но стоит привыкнуть, и заметно этого уже не будет.  

Следующим проснулся Ласт. Мелковатого вида помесь койота и шакала. Стараясь дать ему, достойное название вся комната перебрала кучи вариантов. Шайот? Кокал? Остановились на том, что просто будем звать его Ласт, хоть в шутку иногда и произносились эти нелепые надуманные названия. По своей комплекции он был довольно худ. Ростом метр пятьдесят девять. Откуда такие подробности? Всё довольно просто. Прибыв сюда, всех самцов отвели на медосмотр. Стандартные и нестандартные процедуры, одной из которых был ростомер. Когда подошла очередь Ласта, его рост был всего метр пятьдесят. Оттого за ним, негласно, в нашем кругу закрепилась кличка «полторашка». Использовали её редко. Но Ласт здорово бесился с этого и в течение полугода старался вырасти хотя бы на сантиметр.  

– Доброе… – лениво потирал глаза Ласт, медленно спускаясь со второго яруса.  

– Доброе – дружным хором ответили все трое.  

В поднявшемся лёгком шуме сложно было словить дремоту. А та ещё, как назло, медленно отступала, оставляя спавшего на втором ярусе лиса без приятного пробуждения.  

Делать было нечего. Пришлось вставать.  

Все четверо, несмотря на недосып, чувствовали себя достаточно бодро. Общей оравой в неторопливом темпе они пошли на завтрак. Общежитие понемногу пробуждалось. То и дело из комнаты в комнату бегали студенты, кто-то шумно кричал на соседей, что нагло воспользовались чьим-то чёсом для меха. В душевых же кто-то и вовсе устроил музыкальный конкурс «Кто кого переорёт» дружно напевая хиты и старые песни.  

–Доброе утро, молодняк! – довольно шумно и немного весело поприветствовал группу, что только собралась выйти, Гин.  

– И вам доброе утро. – почти хором отозвались все. Кроме Лекса.  

Лекс прошел мимо, тихо поздоровавшись. Ему было стыдно за эту ночь. Он боялся встретиться с медведем глазами. Такое поведение удивило парней, ведь Лекс обычно здоровался первым. А тут… На это немолодой вахтёр лишь понимающе прикрыл глаза.  

За завтраком расспрашивать о том, что случилось, никто не хотел. Но меню порадовало. Картофельное пюре, немного тушёных овощей и огромная свиная отбивная. Все ели молча. Никто особо не хотел нарушать создавшуюся обстановку.  

– Отъезд ведь сегодня? Да? – довольно приободрённо спросил Лекс, уминая сладковатое на вкус пюре.  

– Да. А ты разве не едешь? – спросил лис, переведя взгляд на волка  

– Нет. Я решил остаться на подработку. Третьегодкам нужна помощь, вот я и пошёл.  

– А. Этот тот самый добровольный отряд, который они набирали? – неожиданно вспомнил Ласт.  

– Да. Я тоже хотел пойти, но потом понял, что вряд ли смогу. – неловко оправдываясь, подметил Грог.  

– Это понятно. У всех свои планы на это лето. Я вот хочу поехать в префектуру Кошики. Говорят, летом пляжи там забиты до отказа. – доедая остатки завтрака, высказался Рю.  

– Значит, до следующего учебного года? – на лице Лекса неожиданно для все появилось какое-то странное выражение. Хотя оно скорее было странно естественным. Непохожим на то, что они видели раньше.  

– Расслабься, выезд будет вечером, а пока мы можем неплохо так повеселиться. – ехидная улыбка Рю никогда не предвещала ничего хорошего.  

Волк доел последним. К отбивной он даже не притронулся, хотя и довольно жадно поглядывал на неё.  

Последний день в академии друзья решили провести на полную. Не зря есть поговорка – «правила созданы для того, чтобы их нарушать». Закрытый на летний сезон спорткомплекс в умелых лапах Ласта стал открытым. Волейбол, футбол, теннис, бег наперегонки, а после и вовсе побег от охранника. Далее лаз по окнам женского общежития, получение нагоняя от добренькой вахтёрши, которая хоть и грозится рассказать всё комендантше, но, видимо, и сама в юности была не без греха. Уморительное купание в фонтане, где к шумной компании присоединилась кучка зевак, которую благополучно облили. Это был их первый конец учебного года в этой академии. И потому провести они его хотели как можно ярче.  

Вечер нагрянул слишком скоро. Травя байки, ребята лежали в комнате, ожидая приезда автобуса. Прощание было не самым тяжёлым. Все понимали, что встретятся в следующем году. Но нотки грусти и своеобразной тоски прослеживались в каждом. Автобус с последними пассажирами уехал далеко за вечер. Солнце лишь своим едва заметным тёплым сиянием освещало небо. Сумерки подступали со скоростью несущегося впопыхах гепарда. Лекс, проводив друзей взглядом, медленным шагом пошел в направлении общежития. Тоска немного съедала его. Сейчас ему точно не хотелось быть здесь одному. Помимо Рю, Ласта и Грога друзей у него особо не было. Разве что Даймон. Но тот птица недосягаемого для него полёта. По крайней мере так думал сам волк. В попытках развеять скуку, Лекс снова решил пройтись по парку. Воспоминания с ним были связаны не самые приятные. Здесь он дважды чуть не погубил…  

– Точно… Я совсем забыл. – паренька внезапно осенило.  

Быстрым, но робким шагом, тот направился к лазарету. Свет там всё ещё горел. И хоть солнце уже совсем скрылось за горизонтом, а на небе появилась приятная синева, Лекс питал надежду, что он успеет.  

Суховатая деревянная дверь открылась с противным скрипом и скрежетом. Ненадолго задумавшись, парнишка вошёл внутрь.  

– Чего вам? – старой закалки курица довольно грубо поприветствовала волка.  

– Простите, я пришел навестить девушку – крольчиху. Она вчера попала к вам с растяжением. – голос Лекса звучал крайне взволнованно.  

– Нет её здесь. – не отрываясь от бумаг, проговорила фельдшер.  

– Как нет? – волк немного растерялся.  

– Ну, вот так вот. Сказала, что стало лучше и попросила выписать.  

– И вы её отпустили?!  

–Не повышайте голос, молодой человек! – осадила она строптивого юнца. – Я проверила, всё ли в порядке. И ничего серьёзного не обнаружила. Так что сейчас ничем помочь не могу. Всего доброго.  

Женщина вновь уставилась в свои бумаги, словно специально игнорируя волка.  

– Большое спасибо и простите, что сорвался… – глубоко выдохнув сказал Лекс.  

– И не таких выслушивали. Зовут её… – достав стандартную для таких мест карточку болезней, она вычитала, – Аой Мируко. Завтра можешь спросить у вахтёрши женского общежития.  

– Большое спасибо! – приободрившись, сказал парень, заелозив по полу хвостом и благодарно поклонившись.  

– Иди уже, если больше ко мне дел нет! – демонстративно и немного раздражённо произнесла курица, после чего продолжила заполнение бумаг.  

– Аой Мируко, значит. – говоря сам с собой, произнёс волк.  

Ночь уже успела вступить в свои законные права, когда Лекс добрался до общежития. В комнатах украдкой горели огоньки. Изредка мелькали силуэты тех, кто остался. Но всё же большинство комнат так и стояли в холодном свете. Немного собравшись с духом, серый зашёл в здание. Гин, что сидел у небольшого светильник, читая книгу, дружелюбно улыбнулся. Но даже так парню было не по себе.  

– А вот и наш блуждающий Дон Жуан. – ехидно сострил старик, как только Лекс взглянул на него. Но сделал он это на удивление тихо.  

– И долго вы будете меня подкалывать? – будто обидевшись произнес волк, подходя чуть ближе.  

– Ну не я же заставляю девушек себя ждать? – на лице медведя мельком появилась добрая, но по-своему ехидная улыбка.  

– О чем это в…  

Лекс всё понял куда раньше, чем договорил. Хотя правильней сказать, учуял.  

– Разминулись значит. – досадой произнес Лекс, на губах которого появилась улыбка, едва заметная в темноте, но живая.  

Крольчиха мирно, свернувшись в маленький комочек, спала на небольшом диванчике, изредка подёргивая лапками и ушами. Но приятнее всего было наблюдать за волком. Он едва ли не светился от радости.

Но вот голоса обоих прервали безмятежный сон. Будучи спросонья, потирая маленькие глазки ещё более маленькими лапками, она вызывала лишь умиление.  

– Простите, господин Гин… Я не думала, что усну. – робко извиняясь, девушка, аккуратно спустила ножки с дивана.  

– Всё в порядке, тем более твой ухажёр только что смел явиться. Так что не страшно. – голос старика был на удивление мягок, но отдавал излишней насмешливостью.  

Оба смутились.  

– Я же говорила, не ухажёр он мне. Просто знакомый. – всё так же робко и неуверенно произнесла крольчиха, сползая на пол.  

– Вот. – в её маленькой лапе лежал тот самый лоскут ткани, которым Лекс ещё недавно перевязал колено бедняжки. Она осторожно протянула его волку, но при этом смотрела тому прямо в глаза.  

– Да. Спасибо, но не стоило. – скромно отозвался парень, беря в лапы кусочек ткани.  

– Так, детишки! Время уже позднее. Так что давайте-ка решайте свои проблемы побыстрее. – выражая явно наигранное нетерпение произнёс Гин.  

– Да простите… – поклонившись, извинилась девушка. – Я уже ухожу.  

– Стой, ты что, пойдёшь в такую темень одна? – настороженно спросил волк.  

– Есть предложения получше? – явно съязвив, отозвалась крольчиха.  

Парень немного потупил взгляд.  

– Господин Гин. Могу я проводить её? – больно настойчиво произнёс Лекс, взглянув на немолодого медведя.  

–Боюсь, что нет. Комендантский час, есть комендантский час.  

– Но Гин! – возразив, отозвался волк.  

– Я же сказал. – уже грозно рявкнул гризли. – Комендантский час, есть комендантский час. В это время запрещено свободно разгуливать по территории школы, а также покидать пределы общежития. Иными словами я вас обоих не могу выпустить. Сделаем так. Комендант общежития приходит в 12 часов дня. До этого времени, вы, – неожиданно перекинув свой взгляд на крольчиху, произнес Гин, – юная леди, должны будете покинуть общежитие.  

Слов не было ни у кого из них двоих. Оба явно боялись просто спросить, а уж возразить и подавно.  

– Если вы не против, я бы хотела потеснить вас и занять место на кресле. – робко и едва слышно произнесла крольчиха.  

– Ну, ты же пришла к нашему юному Дон Жуану. Вот пусть он и определяет тебя с ночлегом. – опять, явно с издёвкой, сказал медведь, откладывая книгу в сторону.  

– Чего?! – взвизгнул волк, совершенно не ожидая такого исхода.  

– Комната у тебя пустая. Соседей нет. Переночует у тебя, а там спокойно выйдет. – довольно логично постановил вахтёр, поднимаясь с кресла. – Ладно, детишки. Притомили вы меня. Давайте – ка расходиться. Спокойной ночи.  

Как и в ту ночь, Гин медленно удалялся в темноту, но всё же напоследок, едва заметно, бросил одобрительную улыбку, будто говоря «Теперь дело за тобой».  

Парочка осталась наедине. Оба боялись сказать друг другу и слова. Молчание немного давило на уши.  

– Идём, я провожу… – явно смутившись и немного сбито дыша произнёс Лекс, нарушив тишину.  

– Д… да… – послушно отозвалась крольчиха, взяв волка за край темной футболки. Все три пролёта оба шли молча, и достаточно тихо. Ночная прохлада уже успела охватить здание, заполняя его и остужая после знойного дня. Добрались до комнаты достаточно быстро. Через открытую дверь веяло сквозняком. Окно в комнате было открыто. И потому весь ночной холод буквально пропитал четырёхстенку. Поток прохладного воздуха порывом обдул парочку. И если парень был привычен к таким вот выходкам шалуна – ветра, то крольчиха явно нет. Её тело резко вздрогнуло.  

– Прости. Я сейчас. – легким движение оставив девушку, Лекс двинулся к окну, чтобы закрыть его, а заодно и включить свет. Настольная лампа мягко освещала стол. Отражаясь от его лаковой поверхности, свет заполнял пространство комнаты. Взяв один из матрасов, что лежали в специальном комоде, волк уложил его на пустующую кровать.  

– Прости, другого нет… – сказал он, застилая постель.  

– Всё в порядке. – девушка выдержала паузу. – Прости. У тебя не будет футболки или чего-то такого? Я не особо привыкла спать в платье…  

–А… Да конечно, сейчас.  

Волк был на взводе. Ведь это первая его ночёвка в одной комнате с девушкой. Гормоны шалили в голове. А вот, кое-что другое шалило уже в другом месте. Найдя самую маленькую футболку из имеющихся, Лекс вручил её крольчихе. Маленькие лапки аккуратно взяли вещь, и немного оценивающе ощупали.  

– Прости за запах, если он есть… – всё так же смущённо проговорил волк, уже заканчивая приготовления.  

– Вот. Это твоя… – обратив взгляд на девушку, сердце парня, казалось, на мгновение остановилось. Сняв платье, она стояла перед лежащей на спинке стула футболкой, с непониманием смотря на неё. Волк замер. В тусклом желтоватом свете лампы крольчиха выглядела ещё более привлекательной и… соблазнительной? В голову волка полезли мысли, заставив его буквально гореть от стыда.  

– А да, спасибо. Не поможешь? – будто совсем ничего не произошло, отозвалась девушка. – Как её надевать?  

– Там есть я… ярлык… Он должен быть на спине. – едва выдавив из себя хотя бы это, произнёс Лекс.  

– А. Вот нашла. Спасибо. – надев футболку, девушка мило улыбнулась. – А ты был прав, она и вправду пахнет.  

– П… Прости… – отводя взгляд произнёс парень.  

– Не подумай, всё хорошо. – девушка вновь мило улыбнулась и выдержала паузу. – Не самое удачное время и место для знакомства я выбрала. Но, меня зовут Аой. А как зовут тебя? Прости за спонтанность. Просто, ты мне уже дважды помог, а я даже имени твоего не знаю.  

– Л… Лекс, – всё так же робко ответил парнишка.  

– Точно, тебя ведь тоже хотели исключить.  

– Да, точно… – стыдливо отозвался волк, всё так же отводя взгляд.  

– Ой, прости, я не хотела обидеть, – с каким-то мягким сожалением в голосе произнесла крольчиха.  

– Да нет, что ты. Всё хорошо, – выдавив довольно нелепую улыбку, ответил парень. – Ладно, уже довольно поздно.  

– Да. Спокойной ночи. И угомони свой хвост, – подметила Аой, тихо хихикнув.  

– Как будто, только его здесь нужно угомонить – фыркнул на себя же Лекс в собственной голове, попутно схватив хвост.  

– Извини за неудобства. Спокойной ночи.  

Свет, наконец, погас. Луна достаточно ярко освещала комнату, чтобы видеть всё. Волк не мог сомкнуть глаз. Его голова и тело были заняты совершенно другим. Возбуждение приятным жаром разливалось по телу. Для него это было абсолютно точно впервые. Аромат, от которого ему некогда снесло крышу, заполнял комнату. Медленно, словно яд. Попытки хотя бы просто закрыть глаза, наконец, увенчались успехом. Ушами он слышал, как она ворочается. Но больше этого он слышал только своё собственное сердцебиение. Сосредоточившись на нем, парень постепенно успокаивался. Иногда, на мгновение, он проваливался на дрему. Выходил из неё, и снова проваливался. Так продолжалось ровно до одного момента. Мягкая и маленькая лапа осторожно коснулась плеча Лекса, от чего тот мгновенно проснулся.  

Близко. Она была слишком близко. Дыхание парня перехватило. Он с тихим ужасом ожидал, что же будет дальше. Бедро медленно скользнуло по телу волка, вызвав у него неподдельную дрожь. После маленькие лапы упёрлись в грудь. Сердце волка выбивало чечётку. Казалось, оно сейчас и вовсе выпрыгнет. Второе бедро так же медленно скользнуло по телу. Крольчиха оказалась на Лексе. Всего на мгновение задержавшись, она перемахнула лапу, аккуратно оказавшись между волком и стеной. Лапа волка невольно приобняла девушку. Аой так же медленно легла на его грудь, положив маленькую лапу туда же.  

Лекс и вовсе потерялся. Что делать? Как поступить? Голова совершенно не варит. Сердце бешено стучало. Единственное, до чего додумался его скудный мозг, укрыть её одеялом. Такой подставы волк совершенно не ожидал, тем более от своей же головы. Маленькое бедро крольчихи аккуратно легло где-то в области «концентрации напряжения». Казалось, ещё немного, и парня и вовсе разорвёт. Он томно дышал, стараясь успокоиться. Постепенно, вновь нахлынувшее возбуждение, начало сходить на нет. Боясь даже шевельнуться, волк лежал неподвижно, изредка поправляя затёкшие конечности. Мягкое пушистое тело крольчихи приятно грело. Запах взрывал воображение, но был по-своему спокойным и уникальным. Лекс слышал тихое и милое сопение. Да что уж говорить. Он и сам начала шумно урчать, постепенно проваливаясь в дрёму. Луна покинула комнату, оставив их одних и нет зная, что происходило между ними после.

0
01.02.2020
avataravatar
Lakky Dog

Я новичок в деле владения словом. Но не смотря на это полон решимости продолжать. Моя цель не в заработке. Моя цель - стать интересным, научиться на собственных ошибках и продолжить писать.
Внешняя ссылка на социальную сеть
390

просмотров



1 комментарий

  1. Очень хочется услышать ваше мнение по этой работе. Она далека от завершения. Но даже так я хотел бы выслушать все замечания. Всё плюсы и минусы этой работы. Заранее большое спасибо.

Добавить комментарий

Войти или зарегистрироваться: 

Свежие комментарии 🔥



Рекомендуем почитать

Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

    Войти или зарегистрироваться: 

Закрыть