Взгляд сокола

Прочитали 49
12+

Взгляд сокола

Дождь лил очень сильный. И еще помимо всего, холодный ветер кружился с ним в ритме танго. Было ничего не видно. На дороге было не разобрать ни машин, ни людей. Водители тем, что дорога их жить сразу же уменьшили скорость и прижались к обочине. А люди, которые шли вдоль дороги стали искать крышу, под которой можно было укрыться. Давно уже в Ростове на Дону не было столь сильного дождя. На сером, одинокому асфальте, лужи то и дело,что увеличивались. Вдруг, послышался странный грохот. Все, кто ехал позади на своих машинах сразу поняли, что это было. Это был не грохот даже, сколько удар. Причем такой сильный, что некоторые водители в своих машинах вздрогнули от неожиданности. Так произошло с водителем камаза, он давно уже ездил по этой дороге. И то, что он увидел заставило его встрепенутся. Там, на обочине возле столба лежал перевернутый автомобиль. Красное рено. А с другой стороны дороги прямо в канаве, лежала полу боком черная девятка. Все окна машин были разбиты. Вмятины свидетельствали об очень сильном ударе. Некоторые водители сразу остановились. Кто то ради любопытства. А кто то ради того, чтоб вызвать скорую. Водитель камаза же решил, что будет лучше если он проедет мимо. Хотя в его сердце появился страх.
Спустя десять минут на место аварии прибыли скорая и полиция. И стоило им приехать, как дождь незаметно закончился. Что это совпадение? Или просто злой рок судьбы? Выйдя из служебной машины, следователь сжал ладони и в окружении двоих дознавателей и судмед эксперта направился к машинам. Из них предоставили тела погибших, и на носилках относили в машины скорой помощи.
— Семен Павлович, у нас дтп- констатировал судмед эксперт следователю. Это был высокий, слегка полноватый мужчина с небольшой черной бородкой. Ему было на вид около 40 лет. Был одет в очередные брюки и белый свитер. А поверх него была надета черная куртка.
— Вижу. Как все произошло? -спросил следователь.
— Мы пойдем с Артуром допросим очевидцев- сказали дознаватели следователю. Это были двое невысоких, худощавых человека. Одного звали Арсений а другого Артур. Им обоим было под 30 лет. И в полиции работали уже достаточно давно.
— Давайте. А я хочу поближе посмотреть место аварии- сказал следователь, и подошел к красной машине, что лежала накапоте. Ему стало не по себе от того, что переднее стекло было почти все выбито. А из него были видны лужи крови. Кто тут может остался в живых? Вдруг, его размышления прервал один из врачей скорой помощи:
— Эта девушка еще дышит! Немедленно ее в машину!
Эти слова заставили следователя оглянутся назад. Он заметил, что двое врачей на носилках несут молодую девушку. У нее было все лицо и шея в крови. Следователь сразу же проследил за тем, как девушку увозят на скорой. Он сомневался, что в таком случае она сможет выжить. Обойдя две машины, следователь заметил, что у красной машины были проколоты шины. Но как это возможно? Ведь на дороге не было ничего острого.
— Семен Павлович, мы допросили всех- перебил его мысли Артур.
— Очевидцы говорят, что черная девятка ехала на большой скорости. И буквально проторанила. Также, у нас труп мужчины. Он вел как раз девятку. Скончался на месте. А девушку, что была на рено доставили в больницу. Но навряд ли она выживет- сказал Арсений, сжимая в руках папку с протоколом досмотра места преступления.
— Потом узнаем. И проверьте внимательнее шины на рено. Я заметил, что они спущены- сказал следователь. Вся эта авария показалась ему чересчур странной.
После этих слов, Артур и Арсений пошли к эксперту, чтоб узнать есть ли новости. А следователь лишь глубоко вздохнул, и тоже пошел в сторону эксперта…
Спустя месяц. Отделение полиции.

  • Моя жена пропала из больницы!- крикнул молодой мужчина лет 30. Он буквально ворвался в кабинет следователя.
    — Как это пропала!? Она же еще в коме лежит!- ответил ему Семен Павлович. Они были примерно одного роста. И оба достаточно мускулистые. Один занимался спортом ради забавы, а другому приходилось держать себя в форме по долгу службы.
    — Я пришел в палату утром…а ее там не было!
    Прошел месяц.
    Я лежала в больничной палате. В белой бесформенной носнушке под белым одеялом. Передо мной стоял какой то человек. Но, я не смогла разглядеть его. Голова все еще очень болела. И повернуть голову не могла. Мои длинные черные волосы небрежно лежали у меня на плечах. Так странно, я смотрела в потолок и не могла понять где я нахожусь. Наконец, меня заметил этот человек, что стоял не подалеку. Когда он подошел поближе, я разглядела на нем халат. И сразу поняла, что это мой врач. По моим ощущениям, за окном должно было светить солнце. И день должен был быть в полном разгаре.
    — Как вы себя чувствуете?- спросил меня врач, и ладонью прикоснулся к моему лбу.
    — Где я?- только и смогла выговорить я. В голове творилось нечто странное. Словно из меня вырезали часть памяти. От чего не могла вспомнить даже свое имя.
    — Вы в больнице- ответил мне врач.
    — А что со мной случилось? Почему я ничего не помню? — тихо произнесла я.
    И вдруг, еш мне в палату зашел высокий стройный мужчина. На нем была налета синяя рубашка с длинными рукавами и черные брюки.
    — Ваша жена пришла в себя. Только у нее частичная амнезия- сказал врач этому мужчине.
    Значит, я замужем? Инстинктивно попыталась найти кольцо у себя на пальце. Но его там не оказалось. А потом сразу поняла, что скорее всего его просто сняли с меня.
    — Как ты, солнце мое? -спросил меня мужчина, и подошел к моей кровати. У него были черные короткие волосы и светло карие глаза. Он был и правда очень красивым. Жаль, что я не помнила ничего.
    — Все нормально, голова только болит. Что со мной произошло? -осмелилась спросить я этого мужчину.
    — Ты попала в автокатастрофу. Не волнуйся, все уже обошлось.
    — А как меня зовут?
    — Тебя зовут Аурелия, а я твой муж Марат.
    — Я ничего не помню- с этими словами у меня на щеке появилась слеза. И вдруг в палату вбежали двое детишек мальчик и девочка.
    — Мама пришла в себя? -спросила девочка, ей было лет пять.
    — Теперь она вернется домой? -спросил мальчик, ему было лет семь.
    — Да, родные. Скоро мама вернется домой- ответил мужчина. И детишки сразу подбежали ко мне и поцеловали меня. А мне сразу стало не по себе. Я ведь не помнила даже имен собственных детей!
    — Через неделю сможете уже забрать ее. А сейчас ей лучше отдохнуть- сказал врач.
    Вдруг, раздался выстрел. Я не успела даже перепугатся. За окном был слышен мужской, разьеренный голос. Но я так и не смогла разобрать, что именно он кричал.
    — Не обращайте внимания, вам нельзя волноватся- сказал мне врач, а затем посмотрел на меня и улыбнулся.
    — Сабрина, Адам, пойдемте. Скоро мама поправится и мы все вместе поедем в наш дом- сказал мой новоиспеченный муж.
    — Пока, родные мои- прошептала я им на прощание. После чего они втроем вышли из моей палаты. А за окном мужской голос уже стих. Видимо полиция его уже схватила.
    — Вам сейчас принесут поесть. А потом хорошенько поспите, хорошо? Вы не волнуйтесь, память вернется- сказал мне врач, и быстро вышел из моей палаты. Помимо меня в ней больше никого не было. Лишь безликие одинокие стены. Интересно, сколько больных они повидали?

  • — Таня! Таня! Ты слышишь меня?!- вдруг закричал мужской голос с улицы. А потом послышалась полицейская сирена. И больше этого мужчины не было слышно. Мне стало даже любопытно,кого он так звал? И почему кричал на всю улицу? Кто эта Таня? Надеюсь, что хотя бы она помнит своих родных по именам. Надо же, какие имена оказывается у моих детишек. Сабрина и Адам. С этими размышлениями о своих детях я и не заметила как уснула.
    Семен Павлович, был очень зол когда к нему в участок привели нарушителя спокойствия. Который устроил беспорядки напротив больницы. Это был все тот же мужчина, чью жену похитили буквально из под носа.
    — Семен Павлович, а вот и он — сказал Артур, снимая наручники с этого мужчины. Кстати, его звали Павел Исаев. Ранее судим не был. Голубые глаза. Темно русые короткие волосы.
    — Зачем вы на все здание больницы кричали имя своей жены!?- грозно сказал Семен Павлович. Он сидел за своим рабочим столом. На котором стоял компьютер. А также стопка уголовных дел.
    — Я знаю, что моя жена там! Она у него!
    — Мы о чем с вами договаривались?
    — Что я не буду вмешиваться в вашу работу — ответил Павел, и присел на стул. Стоявший напротив стола. Артур же встал позади него сложив руки на груди.
    — В той больнице нет вашей жены…
    — Но, я видел его там. Значит, и она тоже должна быть там! Это же частная клиника!
    — Никакой Татьяны Исаевой там нет. И у нас нет ордена на обыск больницы. Вы понимаете, что это уголовно наказуемое дело? Кому надо прятать там вашу жену? Тем более, под другим именем?
    — Марату Идрисову. Я же вам рассказывал, что он опасный человек. Его даже в Турции все разыскивают. Из за него, я лишился собственного бизнеса. И к тому же, он замешен в смерти моего отца.
    — Но, его помниться оправдали. Так как не нашлось улик — решил похвастаться своим умом Артур.
    — Тогда я сам ее найду. Он опасный человек! — сказал Павел, сжимая свои ладони. Он уже давно точил зуб на этого человека. Если он конечно вообще человек.
    — Мы сами вернем вам вашу жену. Не стоит сюда впутывать Марата Идрисова — сказал Семен Павлович.
    — Он давно угрожал похитить ее. И тем более, у вас есть улики. Что это было покушение.
    — Но, никакой причастности к вашему делу Марат Идрисов не имеет. У него и алиби есть. Если еще раз, я увижу, что вы вмешиваетесь в ход следствия, то я лично посажу ваш за решетку на сутки. Вы поняли меня?
    — Не могу я смирно сидеть!
    — Мы вас прекрасно понимаем, но имейте терпение.

  • После этого разговора, Павел вышел из здания участка. На небе плыли как корабли, белые облака. Дул прохладный осенний ветерок. все листья с деревьев уже попадали. И деревья стояли голыми и не взрачными. Только вороны пытались украсить собой оголившиеся деревья. Но от одного вида на этих черных ворон, становилось не по себе. Как будто это предчувствие чего то не хорошего. Ведь именно осенью, вороны обретают новую жизнь. Они способны смотреть на тебя так, словно пытаются разгадать, что у тебя творится на сердце. А от их громкого крика, сразу веет какой то мистикой. Стараясь не смотреть на деревья и ворон, Павел пошел возле шоссе. На котором ездило много машин. Все они неслись кто куда. А люди, которые проходили мимо него, улыбались и о чем то разговаривали. Пошарив у себя в кармане, Павел нащупал фотографию. Достав ее из кармана, он начал разглядывать фотографию своей жены. Ему очень не хватало ее. Он ужасно боялся потерять ее. На задней стороне фотографии была надпись: Татьяна Исаева. А на самом фото у нее были черные волосы, карие глаза. И она была одета в свадебное платье. Это фото он сделал когда они ездили в свадебное путешествие. Он смотрел на ее улыбку на этой фотографии, и тяжело вздохнув, убрал фото обратно в карман. Так хотелось, что то сделать. Но, что? Он молился Богу, чтобы она лишь выжила. Она выжила. Но сейчас, она не с ним. И это очень печально.
    На следующий день, когда я открыла глаза, то голова уже не болела. Только была небольшая неразбериха. Все таки, я не могла еще вспомнить свое прошлое. И сейчас, лежа на больничной кровати я пыталась приглядеться к своей палате. И сразу подметила, что я тут одна из больных. Рядом, стол, два кресла, телевизор, шкаф. И даже микроволновка. Ничего себе. Видимо, это платная палата. Вдруг, мои мысли перебил крик моих детишек. Сабрина и Адам, сильно хлопнули за собой дверью. А потом подбежали и начали меня целовать. Я попробовала присесть, но голова начала кружиться, и поэтому быстро прилегла обратно на подушки.
    — Мама, мы заехали к тебе перед школой. Ты не скучай хорошо? И поправляйся- сказал мне Адам. На нем была школьная форма. Также как и на Сабрине. Только на ней в отличие от него была черная юбка.
    — Нам очень тебя не хватает дома- сказала мне Сабрина. После ее слов я улыбнулась. И даже не заметила, как тихо ко мне в палату зашел муж. Он подошел ко мне и присев рядом на кресло, взял меня за руку.
    — Скоро уже, потерпите немного. Скоро, ваша мама вернется домой — сказал мне Марат. Я посмотрела в его глаза, и попыталась вспомнить его. Хоть, что то. Но все было бесполезно. Они втроем были для меня словно чужими. Да, я сама себе честно сказать, словно тоже на миг стала чужой.
    Через десять минут, мои дети и муж ушли. А мне принесли обед. Но в горло даже кусок не лез. и медсестра заметив это, сразу стала меня уговаривать чтобы я поела. И в конце концов мне пришлось с ней согласится, и приняться за едва остывший обед. Действительно, мне нужно набираться сил. Нужно побыстрее выйти отсюда. Чтоб заново узнать мир, мужа и детей. А там, я вспомню уже все сама. Да, именно так. Ведь, память дана человеку не случайно. Чтобы, мы делали без нее? Чуть позже от врачей, я узнаю, что у меня травматическая амнезия. В следствие тяжелого удара. И это явление временное. И нужно верить, что память вернется ко мне как можно быстрее.
    Прошло две недели. Меня выписали из больницы. Я была этому безумно рада. Ведь, как же замечательно снова встать на ноги. Выходя с детишками под руку из здания больницы, я первым же делом посмотрела на синее небо. Было достаточно прохладно. На земле лежал белый снег. Рядом со зданием больницы, прохаживались медсестры с больными. А чуть подальше виднелась парковка. Именно туда Марат и повел нас. Всю дорогу он нес мой букет алых роз, что купил мне. А мои руки были заняты детишками. Они то и дело пытались рассмешить, На них были надеты теплые вещи и длинные пальто. На мне тоже было надето длинное черное пальто, а под ним были синие джинсы и белый свитер. А на ногах черные сапоги с высоким каблуком. Конечно, сначала было непривычно надевать такую обувь. Все таки отвыкла я от каблуков. Подойдя к серому рэнд роверу, я остановилась. Я не могла поверить, что это наша машина. Просто встала и смотрела на переднее лобовое окно. А детишки сразу забрались на задние сидения.
    — Поехали. У нас вечером самолет — сказал мне Марат, держась за дверцу машины.

  • — Мы куда то летим? — удивилась я, и сразу же подойдя к машине села в нее.
    — Да, мы летим домой — ответил мне Марат, и сев на водительское место, сразу вернул мне мой букет. А затем вставил ключи, и завел мотор.
    — А разве это не наш дом? — спросила я, разглядывая сувениры висящие на лобовом окне.
    — Нет. Мы летим в наш настоящий дом, родная — ответил мне Марат. И с этими словами, мы наконец тронулись с места. Выехав с места парковки, мы выехали сразу на шоссе. Где уже ездило много машин, и толпился народ на автобусной остановке. Дети сразу начали играть в свои телефоны, стоило нам поехать. А я смотрела в окно разглядывая белоснежные деревья. А затем изредка посматривала на Марата. Он вел машину с очень серьезным лицом. Что мне захотелось сразу же прикоснуться к его руке. Но потом сразу передумала. Почему, я ничего не чувствую ни к нему, не к детям? Почему, ощущение того, что они стали мне чужими, так и преследует меня по всюду? Когда наконец то, все это уже закончиться? Когда я вспомню все?
    Когда мы проехали здание особняка Парамонова, я заметила много табличек с надписью: «Ростов на Дону». И сразу отметила про себя, что видимо так и называется этот город. Через минут десять, Марат остановил машину возле отеля. Когда я открыла дверь и попыталась выйти, то чуть не подскользнулась на льду. И едва смогла удержаться на ногах. Дети вышли сразу следом за мной. А за ними и мой муж. Здание отеля было желтого цвета с большими белыми колоннами. У него было пять этажей. На нижнем виднелись красивые витражи.Войдя в отель, мы сразу подошли к зеркальному лифту и поднялись на второй этаж. А потом пошли прямо в наш номер. Это был номер разряда люкс. И когда Марат открыл передо мной дверь, то я открыла рот от удивления. Тут было так красиво. Вся мебель была выполнена в стиле барокко. Все настолько красиво, и дорого, что у любого смертного мурашки по коже поползут. Но, я еще мало что могла разобрать в тот момент. И приняла все как данность. Подойдя к большой двухспальной кровати, я заметила на стене картину. Она была вышита бисером. На ней была изображена средневековая пара. В такой момент жалеешь, что это не больница. Хотя, этот номер слишком шикарен для больницы.
    — Адам! Сабрина! Собирайте вещи. У вас есть ровно час. А затем поедем в здание аэропорта- сказал Марат нашим детям. И те сразу же скрылись в соседней небольшой комнате.
    — Дорогой, а что мы жили в отеле пока я не попала в аварию? — спросила я, и присев на кровать стала рассматривать ковер на полу.
    — Нет, конечно. Родная моя, мы прилетели сюда лишь на время. Но нам пришлось задержаться тут. Скоро, мы полетим в наш настоящий дом. Наши с тобой вещи я уже собрал. Не волнуйся — сказал мне Марат, и присев напротив меня на корточки, поцеловал нежно в ладони. А я лишь погладила его по волосам, и улыбнувшись произнесла:
    — Дома то, я точно все вспомню.
    — Тебе нельзя волноваться. Помнишь, что врач говорил? И принимай таблетки, хорошо?
    — Хорошо — ответила я, и засунув руку в пальто, нащупала маленькую баночку своих таблеток. Не знаю как, но врач сказал мне, что они помогут мне побыстрее прийти в себя.
    Я смотрела на своего мужа и сердце обливалось кровью. Интересно, а как мы с ним познакомились? Как полюбили друг друга? Наверно, у нас была красивая история любви. Но сейчас я ничего не помню. И гладя его по волосам, у меня такое ощущение, что я даже не знаю его. Значит, нужно заново его узнать. Да, получается так.
    — А как мы с тобой познакомились? — решилась я наконец то спросить мужа.
    — Давай сначала вернемся домой. А там, я тебе даже это место покажу. Я все тебе расскажу. Не беспокойся — сказал мне Марат, и улыбнулся.
    Через полчаса, мы вчетвером спустились на первый этаж и зашли в ресторан. Марат решил, что у нас хватит времени. И действительно, нам хватило даже десяти минут, чтобы вкусно перекусить. А потом только направились к выходу из здания отеля. На улице шел снег. Такой белый. Чистый. его хрупкие хрусталики сразу же таяли, когда ложились на землю. Вдохнув на прощание этот холодный воздух, мы сразу же сели в наш ренд ровер и направились в сторону аэропорта. Надеюсь, что там, куда мы полетим тоже есть снег. Не знаю почему, но мне ужасно захотелось повалятся в нем. Подъехав к зданию аэропорта мы сразу же вышли из машины. Марат помог достать два чемодана, а затем сдал ключи от машины. Это была арендованная машина. Через несколько минут, мы заняли большую очередь на регистрацию. А еще через полчаса наконец то сели в наш самолет. Я заняла место рядом с мужем. А дети сели прямо позади нас. Неужели, мы сейчас взлетим? Или может это все сон? Летала ли я раньше на самолетах? Не успела я и с мыслями собраться, как наш самолет начал взлетать. Держась весь полет за руку мужа, я молилась лишь об одном, чтоб поскорее долететь. А то не терпелось уже взглянуть на наш дом. И какой вообще он?
    Весь перелет занял почти четыре часа. Мне ужасно хотелось взглянуть в окно, чтоб знать куда подлетаем, но от одного взгляда мне становилось не по себе Ладно, пусть это будет сюрприз. Когда мы прошли таможенный контроль, и нам поставили печать в паспорт, мы наконец то смогли выйти из здания аэропорта. Я думала, что там на дворе тоже зима, и уже собралась поплотнее укутаться в пальто.

  • — Мам, там нет снега! У нас всегда лето! — сказала мне Сабрина, и поспешно надела на голову платок. Так как подобает настоящей мусульманке. Оглянувшись вокруг, я заметила, что тут на всех плакатах были надписи на совершенно незнакомом мне языке. А местные женщины ходят в длинных черных платьях и с платком на голове. Только иностранки, одеты более раскрепощенно. Боже, куда я попала? Держась за руку мужа, я просто шла следом за ним. И просто доверилась ему. Когда двери аэропорта открылись, я заметила, что здесь действительно нет снега. И достаточно тепло. Даже жарко. Когда мы подошли к такси, то я принялась сразу снимать с себя пальто. Но, едва сняв его заметила на себе удивленные лица детей и мужа. Да и водитель смотрел на меня с каким то непонимаем. И я тут же набросила пальто обратно на плечи.
    Расставание

    Помнишь, печалясь,
    Склонясь пред судьбой,
    Мы расставались
    Надолго с тобой.

    В холоде уст твоих,
    В сухости глаз
    Я уж предчувствовал
    Нынешний час.

    Был этот ранний
    Холодный рассвет
    Началом страданий
    Будущих лет.

    Удел твой — бесчестье.
    Молвы приговор
    Я слышу — и вместе
    Мы делим позор.

    В толпе твое имя
    Тревожит любой.
    Неужто родными
    Мы были с тобой?

    Тебя называют
    Легко, не скорбя,
    Не зная, что знаю
    Тебя, как себя.

    Мы долго скрывали
    Любовь свою,
    И тайну печали
    Я так же таю.

    Коль будет свиданье
    Дано мне судьбой,
    В слезах и молчанье
    Встречусь с тобой!

    Джордж Гордон Байрон.

  • Всю дорогу пока мы ехали в такси, мне пришлось сидеть и мучится от жары. Как только моим детям не было жарко! В моей душе столько вопросов сразу возникло. Взглянув в зеркало переднего вида, я увидела хмурное лицо мужа. Ну, почему я ничего не помню!? Зачем вообще было уезжать из Ростова На Дону? Все эти вопросы просто раскалывали мою голову. За окном машины, я увидела большие многодтажные дома. Порой, в проезжающих мимо машинах я замечала женщин. Они были полностью в черных одеяниях. А взгляд смиренно опущен вниз. На всех домах было написано что то непонятное. А возле них стояли туристы с картами в руках. Какой странный город. Тут чувствуются старинные обычаи, которые влились в современный мир. Неужели, я и правда тут живу? Посмотрев на детей, я заметила, что они уже не играют с телефонами. У обоих закрыты глаза, опущены головы. Сначала я сразу забеспокоилась. А увидев, что их губы шевелятся, то сразу поняла что это молитва. Так мы ехали около часа. А потом свернули в сторону одинокого шоссе. По сторонам которого виднелись большие коттеджи с высокими заборами. Как раз возле одного из таких мы и остановились. Забор был ярко коричневого цвета. Он был наверное метра три в высоту. А за ним было даже и дома не видно. Только кое где проглядывалась черная крыша.
    Мой муж вышел первым из такси, и расплатился с водителем. А следом выбежали радостные дети. Открыв дверь машины, я тоже решила выйти. Тут не было асфальта. Обычный песок с камнями. Только небо синее синее в ярко белых облаках. Моя шея уже очень вспотела от этой мучительной дороги. А ноги сразу повели следом за мужем и детьми. Марат постучал в дверь забора и что то сказал на непонятном мне языке. А затем двери сразу же распахнулись перед нами. Первое, что я заметила, это было двое охранников. У них были очень суровые лица. А прямо впереди показались деревья с каштанами и небольшой фонтан. А прямо за ним, стоял двухэтажный белый дом. Мне показалось, что это самый настоящий замок. Боже, куда я попала? Только я хотела спросить мужа о том, что это за дом,как вдруг послышались голоса. К нам на встречу вышла пожилая женщина, в длинном синем платье и платке. А сразу за ней вышли мужчина и женщина вместе с мальчиком, лет десяти. Мои дети и муж сразу пошли к ним здороваться. А я же стояла в сторонке. И не понимала ни слова. Как я могу жить тут? Если даже не понимаю их? Они улыбаются, обнимаются.
    Видимо наши родственники.
    Через пару минут, я уже совсем отчаялась. И принялась разглядывать свою обувь. Вдруг, меня кто то окликнул. Подняв голову я заметила, что это была пожилая женщина. Она махнула мне рукой, и сказала на русском:
    — Подойди, дочка.
    Я не осмелилась ослушаться. И сразу подошла. А в глазах было больше вопросов, нежели ответов.
    — Марат! Отведи дочку ее комнату! И глаз с нее спускай! — сказала женщина на арабском языке.
    После ее слов, мой муж взял меня за руку и повел в дом.
    — Кто это? -спросила я мужа, едва мы зашли в дом.
    — Моя мама Аиша. А рядом с ней был мой брат Давуд вместе с женой и сыном. Ты обязательно все вспомнишь дорогая- ответил мне Марат. От его улыбки, мое сердце ушло в пятки.
    — Ты должна будешь заново изучить арабский язык. Тут, в Йемене, все на нем говорят. Ты тоже на нем говорила. И знала все наши обычаи. Поэтому, ты должна сначала, переодеться в платье. И надеть хиджаб. Как настоящая восточная женщина.
    — А что если я не смогу? Что если…
    — Просто доверься мне.
    — Тут все так отличается от России.
    — Каждая роза, способна завянуть в пустыне, когда она одна. А ты не одна. У тебя есть я.
    — Это меня очень радует.

  • Марат проводил меня на второй этаж,прямо по коричневой винтовой лестнице. Затем отвел меня прямо в нашу с им комнату. Открыв дверь я ожидала увидеть роскошную комнату. Как в том отеле. Но комната оказалась достаточно скромной. Но весьма уютной. Большая кровать напротив окна. А рядом несколько шкафов, и кресло возле небольшой пальмы. Возле стены стоял стол, а на нем аквариум. Там, плавали чудесные цветные рыбки. Пол был полностью застелен ковром. А на потолке висела хрустальная люстра. Я сразу же подошла к кровате и присела на нее. Матрас достаточно мягкий. Инстинктивно даже попрыгала на нем.
    — Не прыгай на кровате!- рявкнул на меня муж.
    — Я сломаю ее! Сломать, мы сможем ее только вдвоем- ответила я ему, и сразу встав с кровати, подошла к нему и крепко обняла. Мне захотелось, что то пошалить.
    — Не сейчас- сказал мне Марат, и вырвавшись из моих обьятий, вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.
    — Ну, ну- заворчала я про себя, а затем решила проверить свою одежду в шкафу. А заодно и переодеться.
    Переодевшись в длинное, ярко-голубое платье с длинными рукавами, я сразу же подошла к окну. Интересно стало посмотреть, что же за аид такой у меня из окна. Честно говоря, этот вид меня сразу опечалил. Прямо перед окном виднелалась лужайка с цветами, а за ней огромный забор. Возле которого, то и дело бродят охранники с ружьями. И как ни пыталась найти во всей этой картине, все было бесполезно. Оранжевые цветы на зеленой травке были какими то блеклыми и потускневшими. А солнце так и палило. Хоть радовало, что форточка слегка приоткрыта. В этом платье было очень душно. Взявшись за подол платья, я отошла от окна и сразу обернулась к двери. И чуть ли не крикнула от неожиданности. Позади меня стояла невысокая женщина. У нее были черные глаза. Единственное, что я смогла разглядеть. Так как она была одета в черный хиджаб. Присмотревшись, я узнала в ней ту женщину, стоявшую возле брата Марата.
    — Здравствуй- произнесла мне она. Голос у нее был тихий. Видимо, она очень покорная жена.
    — А вы наверное, жена брата моего мужа? -осмелилась спросить я. Надо же было хоть что то вспомнить.
    — Да, меня зовут Алия. Меня твой муж попросил научить тебя всему заново- ответила мне женщина.
    От одного ее вида, мне стало немного не по душе. Ну, почему я ничего о себе не помню!?
    — Марат обещал сам мне все рассказать. Мы еще в больнице об этом договорились. Я ведь даже не знаю кто я!
    — Вы, Аурелия Идрисова. Вам 29 лет. Вы родились в Йемене. Закончили университет в Саудовской Аравии. Также, вы мусульманка, хвала Аллаху! И мать двоих детей! Они очень любят вас.
    — Я в этом уверена. А что еще вы знаете обо мне?
    — Вам нельзя сразу много вспоминать. Врач запретил. Я буду учить вас арабскому языку и нашим обычаям. И научу снова полюбить вашу родину.
    — А что я люблю? Что мне не нравится? Люблю ли я читать книги? Во что играю с детьми?
    — Каждую пятницу, вы с мужем и детьми ходите в мечеть. А каждую субботу вы готовили праздничный ужин для всего дома. У вас кулинарный талант.
    — А откуда я знаю русский язык?
    — Ваша мать была русской, а отец араб.
    — А они живы?
    — Нет, ваша мать умерла год назад от приступа.
    — А какой у меня характер?
    — Покладистый. Мне сейчас нужно идти готовить ужин. Я приду к вам завтра утром. После завтрака. Мы будем учить арабский.
    — Спасибо вам, у меня хотя бы один пазл памяти уже сложился. До встречи.
    — Всего доброго вам. ИншАллах, вы не заметите как все вспомните- сказала женщина, и вышла из комнаты. Где за дверью ее уже поджидал Марат.
    — Алия, ты все рассказала ей ка нужно? -спросил Марат, и грозным взглядом посмотрел на нее.
    — Да, как вы и просили- ответила Алия. И быстро побежала на кухню.
    А я в этот момент просто сидела на кровати и улыбалась. Ведь, это была моя маленькая победа. Я уже начала складывать все пазлы в своей голове. Теперь, когда я дома мне нужно и с детьми больше общаться и с мужем. И тогда все придет на место. И все будет как положено.

  • В нашей жизни, порой всегда кажется, что минута может длится целую вечность. Особенно, если мы ждем чего то, или кого то. В моем новом доме, мне стало скучно уже на следующие утро. Проснувшись, я заметила, что муж еще спит. Тихонько встав с кровати, я накинула халат на свою длинную ночную рубашку. Форточка была открыта, и через нее дул прохладный ветерок. Было еще достаточно темно. И дом освещался ярко-оранжевыми фонарями. Поправив волосы, я взглянула на себя в зеркало. На кого я похожа? На не причесанное чучело. Не меньше. Да и под глазами следы от недосыпания. Возможно, все это результат того, что я долго пробыла в больнице. Своих тапок я не нашла в этой темноте, и поэтому решила пойти босиком. Подойдя к двери, я тихонько открыла ее и вышла в коридор. Он то освещался боковыми хрустальными люстрами. Стены были покрашены в кремовый цвет. И кое где оставались следы от пальцев. Дойдя по коридору до лестницы ведущий на первый этаж, я тут же начала спускаться вниз. Тут уже стены были в белых обоях. И висели картины. А на каждой ступеньке лестницы, лежал чудесный ковер. Спустившись вниз, я заметила, что оказалась в большом просторном зале. Тут были кресла, столы, шкафы. На потолке висела огромная хрустальная люстра. Но она была выключена. Только фонари с улицы наполовину освещали этот чудесный зал. Пройдя несколько шагов, я наткнулась на дверь. Она была не заперта. И мне не составило особого труда, чтобы с легкостью открыть ее. Это оказалась дверь ведущая прямо на улицу. А точнее в сад. Сделав пару шагов, я почувствовала холодный ветер. Повсюду было темно. Взглянув на небо, я стала рассматривать звезды. А потом мой взгляд упал на высокие стены забора. И у меня тут же возникло желание убежать отсюда. Посмотреть, что же творится там? За этим забором? Сделав несколько шагов, я увидела у входных ворот двух охранников. И тут же передумала идти дальше. слишком лица у них были грозные. Любого напугают. И обоих виднелась черная небольшая борода. Через пару минут, я почувствовала как по спине побежали мурашки. Это знак того, что пора возвращаться в дом. В моей голове все еще была неразбериха. И я никак не могла этого объяснить. Это была не Россия. Это другая страна. А я так привыкла к России. Хочу обратно. В Ростов. С этими мыслями, я зашла обратно в дом. А потом сразу же вернулась в спальню. И легла в кровать к мужу. А с тех пор, как мы приехали он даже не поцеловал и не притронулся ко мне. Может, он просто оберегает меня так? Поцеловав мужа в лоб, я тут же прижалась к нему. Как же холодно там на улице. Все таки под одеялом лучше и теплее.
    Рассвет медленно приближался. Солнце вставало с ярко оранжевыми лучами солнца. Чем больше восходило солнце, тем больше лучей, начинали целовать все дома в этом небольшом поселке, в окраине Йемена. Тут, повсюду были песчаные горы. И от этого, ветер то и дело гнал песок прямо в сторону домов. Поэтому, местные жители старались ставить огромные заборы, которые, не дали бы ветру с песком попадать в окна. Тут всегда погода очень жаркая. Но от этого, все женщины все равно ходили в хиджабе. К сожалению, для меня вся красота востока и поселка была скрыта большим забором. Конечно, мне хотелось бы сразу выйти отсюда. Едва проснувшись, я почувствовала как солнечные лучи греют мне лицо. Протерев лицо руками, я повернулась в сторону мужа. Но там его уже было. Присев на кровать, я заметила, что муж совершает на полу молитву. И просто молча надела на себя халат, и наблюдала за тем, что будет дальше. Этот человек, хоть мне и муж, но все равно он по прежнему оставался для меня чужим.
    — Проснулась? — спросил меня муж, едва закончив свою молитву.
    — А что это было? — вырвалось из меня. В эту минуту было ощущение у меня, словно я первоклассница.
    — Намаз. Скоро ты тоже начнешь его делать. Милая, не переживай. Память вернется. Потерпи чуть чуть. Я пойду принесу тебе завтрак — сказал мне улыбнувшись муж. На нем была надета длинная белая рубашка с рукавами и белые штаны.
    — Это будет романтический завтрак в постель?
    — Да, только не привыкай — ответил мне муж, и быстро скрылся за дверью.
    — Ага! Не привыкай. Еще как привыкну. Каждый день будешь завтраки мне в постель носить! — пробубнила я про себя. А потом рассмеялась. Сама то не ожидала. Как давно я не смеялась? Или смеялась?

  • Марат вышел из моей комнаты и направился на первый этаж. Ему не особо хотелось делать этот завтрак. Но он хотел выглядеть галантным в моих глазах. С детства, его приучали к порядку и чистоте. Его раздражала любая грязь в доме. А также то, что его слова в этом доме редко слушали. Самым главным человеком в его семье была мама Аиша. Ей было почти шестьдесят. Но здоровье было что надо. Ее слово все уважали. И все подчинялись ей. Давуд, был старше своего брата на десять лет. Как мы уже знаем, у него есть жена и сын. Жена выполняет все поручения по дому, а также готовит. Марат, всегда завидовал своему брату. Ему хотелось быть лучше его. Но так сложилась судьба, что брат преуспел больше него. У Давуда был собственный бизнес по изготовлению мебели. А, что было у Марата? Свой собственный бизнес он давно провалил. Своих детей он очень любит. В них, он видит прежде всего отражение себя. Но все таки, под добрым, красивым личиком Марата скрывалась огромная тайна. И эту тайну знали все в доме. Конечно все, кроме меня самой.
    Спустившись на первый этаж, Марат сразу же позвал Алию и попросил приготовить завтрак. Алия поспешно поспешно побежала на кухню. Ведь она не могла ослушаться его. Погрузившись в свои мысли, Марат даже и не заметил как к нему подошла мама. У нее был суровый взгляд. А морщин на лице, с каждым днем становилось все больше. На ней было надето темно синее длинное платье с рукавами. А волосы убраны под платок. Но все же, кое где из платка виднелись ее седые волосы.
    — Ты должен запретить ей выходить ночью из дома! — крикнула на Марата мама.
    — Кому!? — удивился Марат, и вопросительно посмотрел на маму.
    — Жене! Она ночью выходила в одном халате! Это запрещено! Не разрешай ей даже из дома выходить! Пока она не вспомнит все и не поумнеет! Она твоя честь сын! — с этими словами, мама развернулась и поспешно ушла к себе в комнату. И тут же к Марату подошла Алия с подносом. На нем был горячий чай, конфеты, фрукты и омлет. Все так вкусно пахло, что сразу же его отрезвило. Взяв поднос Марат пошел обратно в нашу комнату на втором этаже. А про себя рассуждал, да как он может давить на собственную жену? Она ведь ничего не помнит. Просто нужно время. Вот и все.
    А я в этот момент сидела на кровати и ждала мужа. И от скуки чуть не смяла всю белую простынь. Ну, где он? И вдруг, дверь открылась и вошел Марат. От подноса так пахло, что у меня в животе все заурчало. Наконец то! А то прибила бы!
    Поставив поднос мне на колени, Марат начал смотреть как я кушаю. А затем произнес:
    — Ты выходила ночью из дома?
    — Да. Хотела подышать воздухом.
    — Голова не болит у тебя, родная? Таблетки приняла?
    — Нет еще. И как я буду их принимать, если тут даже стакана воды нет.
    — Логично, родная. Прости меня.
    — Чем мы будем сегодня заниматься?
    — Сейчас придет Алия. Вы позанимаетесь. А потом…
    — Ты сводишь меня на то место где мы познакомились?
    — Нет, сегодня не получиться. У меня много дел. Да и ты должна хорошенько отдохнуть. Лучше побудь с нашими детьми.
    — Какие такие дела у тебя без жены!?
    — Узнаю свою жену. Ты всегда умела подшутить.
    — Правда?
    — Да, родная.
    — Жаль, что я не помню этого.

КАПЛЯ

Между скал струя бежала
И холодною слезой
Вся по капле ниспадала
В море, полное грозой.

«Это что? Мне сестры — бури,
Молний луч на мне горит,
Слито с небом я в лазури, —
Море гневно говорит. —

Крошка! Ты о чем хлопочешь?
Мне ль — гиганту ты помочь,
Мне ль воды прибавить хочешь?
Труд напрасный! Плакса, прочь!»

«Да, бассейн твой, море, полон, —
Струйка молвила, — но я
Влить хочу в него… он солон…
Каплю годного питья».

Виктор Гюго. 1858 год.

По истину, как мало мы знаем. И как много хотим. Хотим понять смысл жизни. Хотим наполнить всю нашу жизнь хотя бы малейшим проблеском улыбки. Все хотим. Ведь, у нас есть мечты, воспоминания. А я же? Я ничего не помню. Я словно заново начинаю узнавать себя. С самого чистого листа. Когда Алия читала мне стихи на арабском, и рассказывала мне о культуре, часть меня как будто не слушала ее. Ведь, она даже толком не смогла ответить на все мои вопросы. После двух часов занятий с ней, я закрыла за ней дверь и присела на кровать. По лицу текли слезы. Я не могла понять, что же со мной. Откуда взялись эти противные, соленые слезы. Мне стало страшно. Так, я проплакала минут десять. Пока ко мне в комнату не зашла Сабрина. Заметив мои слезы, она подошла и присев рядом, оняла меня без лишних слов. Нельзя отвергать тех, кто любит тебя и являются частью твоей жизни. Но мне сейчас хочется лишь одного, побыстрее все вспомнить. Так, хочется что я готова съесть хоть гору таблеток, что мне прописал врач.
— Ты покормишь со мной птиц? — спросила меня Сабрина.
— У нас есть птицы? — удивилась я, вытирая свои слезы.
— Да. Раньше, мы с тобой всегда кормили птиц вместе. Там попугаи разных видов и цветов. Помнишь, как ты сама поймала одного попугая? У него было сломлено крыло. И мы вылечили его. И теперь он живет в нашей беседке.
— Тогда отведи меня туда. Давай покормим- сказа я дочке, и улыбнулась. У нее были папины глаза. Такие же яркие и проникновенные.
С этими словами, мы вдвоем спустились в сад. А потом зашли в закрытую беседку. В ней было много кустов и цветов. А над потолком летали попугаи. И маленькие и большие. Все они обрадовались нашему приходу. И тут же начали кружить над нами. Сама беседка была сделана из дерева. А кое где на стенах виднелись резные окна. Я наблюдала как моя дочка достала пакет и начала кормить попугаев. Их тут было не меньше десяти точно. У каждого попугая на крыле была красная ленточка. Чуть позже, я узнаю, что это фамильная лента. Чтоб легче потом было найти птицу если улетит. Наблюдая за полетом птиц, у меня слегка начала кружиться голова. Поэтому, я сразу вышла в сад. А Сабрина осталась. Чтобы не беспокоить ее, я вернулась в дом. Действительно, попугаи очень подняли мне настроение. Они такие красивые. Их перышки буквально светятся на солнце. И кондиционер у них стоит там. А вот в доме кондиционера я что то не почувствовала. В отличие от беседки, дома было намного жарче. Пройдя на кухню, я увидела, что Алия готовит обед. И сразу предложила ей помочь, но она отказалась. И тогда пошла обратно в гостиную. Там, я заметила маму Марата. Она проводила меня недобрым взглядом. Что то напугало меня в ней. И от этого, я чуть не споткнулась об стол. Почему, мой дом стал мне чужим?
Семен Павлович, уже неделю находился в отпуске. И вовсю готовился к празднованию нового года. Столько еще нужно было всего купить. И подарки жене и детям. Семен Павлович жил в трехкомнатной квартире прямо в центре Ростова на Дону. Вид из его окна выходил на покрытый снегом парк, и заброшенный фонтан. А прямо напротив парка стояли еще несколько многоэтажных, серых домов. Сколько он тут уже живет? Наверное, с самого рождения. Эта квартира досталась ему после смерти родителей. А теперь он живет в ней вместе с женой Анной, и двумя сыновьями. Вся работа в полиции, его уже изрядно утомила. И то, что он дождался наконец то заслуженного отпуска, очень его обрадовало. Особенно жену. Анна работала учительницей в одной из школ. Преподавала рисование. Она была высокой, стройной блондинкой. Семен часто любил смотреть как она рисует. В ее картинах, он всегда замечал сказку. То, чего ему так не хватало на работе. Максим и Влад, его сыновья учатся в школе. В шестом классе. Они редко видят своего отца. Особенно в последний год. Он выдался очень тяжелым. Семен постоянно работал целыми сутками, за что ему часто попадало и от жены тоже. Скоро его должны были повысить в звании. И он надеялся, что как его повысят и поднимут зарплату, то он сможет купить свой собственный небольшой домик в пригороде. Который, он уже вместе с женой давно подыскал.
— Дорогой, вынеси мусор — попросила Анна, подойдя к Семену. Он в этот момент сидел на диване и смотрел телевизор.
— Сейчас вынесу- ответил ей Семен, и встав с дивана посмотрел на жену. На ней был надет старый. поношенный халат. Но от этого она все равно не переставала ему нравится. Хотя халатик можно было давно и новый купить.
— Когда там тебя повысят уже?
— Да, вот, после нового года обещают.
— Побыстрее бы. А то хочется уже съехать с этой квартиры!
— Скоро все так и будет — сказал ей Семен, и пройдя на кухню, взял пакет с мусором. А затем надел свою куртку и пошел на улицу. А Анна лишь посмотрела ему в след, и улыбнулась. Она не хотела расстраивать его, что один из их сыновей разбил окно в школе. И теперь его надо оплачивать ремонт. Анна поистине была очень доброй женщиной. Всегда умела выслушать и помочь. Только котлеты, то и дело часто подгорали у нее на плите.
Едва, Семен переступил порог дома. И ступил ногой на снег. Как вдруг он увидел знакомый мужской силуэт. А этому, что здесь надо? Промелькнуло у него в голове. Это был Павел Исаев. Он все еще надеялся, что он узнал что нибудь о его жене.
— Семен Павлович, удалось что нибудь узнать? — спросил Семена Павел. Он был одет в синие джинсы, и черное длинное пальто. А в руках крепко сжимал шапку.
— Я же сказал вам. У меня сейчас отпуск. Если бы я узнал что нибудь, то сообщил вам. Единственное, что удалось узнать, что вашей жены не было ни в одной больнице нашего города — ответил ему Семен, а потом быстро дошел к мусорному баку и выбросил мусор.

  • А, как же Марат Идрисов? Он точно не причастен? Вы его допрашивали!?
    — Этот человек давно живет в арабских эмиратах. Я понимаю, у вас ним личные перепалки. Вы вините его в гибели отца…
    — Он угрожал ему много раз! И один раз они подрались…
    — Все это слова. Недостаточно фактов, улик. Вы поймите, я делаю все, чтобы вашу жену поскорее нашли. Мы открыли дело об покушении на убийство.
    — Я умоляю вас, найдите ее.
    — Найду — сказал Семен. Из его рта так и клубился пар. На улице становилось все холоднее.
    — Спасибо вам — ответил ему Павел, а затем поспешно ушел в сторону высоких домов. Все так делают. Преследуют буквально по пятам, лишь бы следователи поскорее искали их родных. Ничего тут не поделаешь. И Семен понимал, что на его месте он бы суетился и умолял точно также. Ведь нет ничего дороже близкого человека.
    Вернувшись к себе в комнату, я тяжело вздохнула. Тут, все по прежнему было мне чужим. Достав с полки книгу, я присела на диван. Хотела немного почитать. Но мне не удалось. Книга была написана полностью на арабском. Погладив холодные листы книги, я убрала ее на место. Как же плохо, когда беспамятство становится твоим другом. Через пять минут, я решила снова выйти из своей комнаты. И направилась в сторону комнаты сына. Может хотя бы с ним мне удастся поговорить хоть немного? Но открыв дверь, я заметила, что он играет в компьютер. И не став беспокоить, закрыла дверь. Как же одиноко в этом доме. Или же это только мне тут одиноко? Не знаю. Вдруг, мои мысли перебил голос моего мужа. Он видимо вернулся. И я сразу же побежала встречать его на первый этаж. Марат, был очень удивлен когда я крепко обняла его и поцеловала. И только взгляд его мамы, заставил меня испугаться. Она всегда так незаметно появляется.
    — Я уладил все дела, мам. Теперь мы сможем спокойно купить второй дом- сказал Марат маме. А затем убрал мои руки со своих плеч.
    — Слава Аллаху! — произнесла ему мама, а затем поспешно удалилась к себе в комнату. Не знаю чем, но она пугала меня. Мне не хотелось к ней даже подойти. А она со мной не хотела говорить.
    — Зачем нам второй дом? — удивилась я.
    — Для второй жены — ответил мне Марат.
    — Как? У тебя вторая жена есть?!
    — Мы с тобой говорили, не помнишь? Ты сама разрешила мне взять вторую жену. Она будет жить отдельно. Но внимания я буду уделять вам поровну.
    — Разве я могла согласится?
    — И не только, ты сказала сама ее найдешь.
    — Хорошо, найду — сказала я, опустив голову.
    — Да, шучу я! Глупенькая ты моя! Это второй дом лично для нас. Для тебя, меня и наших детей!
    — Шутишь да? Надо мной, да? А я тебе поверила! — сказала я, и сняв с себя тапок начала бить им Марата. А он стал убегать от меня. Но ему это мало помогало. Все равно, я бежала за ним и улыбаясь била тапком. Как же мне это понравилось! Через десять минут такой беготни по дому, мы вдвоем споткнулись и упали на пол. Марат упал на спину. А я на него сверху. Оказавшись на нем, я сразу перестала улыбаться. Я смотрела в его глазах, и надеялась, что сейчас все вспомню.Но, нет.
    — Вставай, ты тяжелая как бегемот — сказал улыбаясь мне Марат.
    И с этими словами, мы стали подниматься на ноги. Вдруг, мимо нас прошла прошла мама Марата. Она как всегда строго посмотрела на меня. От ее взгляда у меня всегда бегут мурашки по спине.
    — Ты обиделась? Да, не бегемот ты! А ты стройный цветочек — сказал мне Марат, и обняв за талию попытался меня поцеловать. Но я сразу вырвалась из его объятий и побежала наверх в комнату. Все таки, он оставался мне еще чужим. Не смогла я просто взять и просто поцеловать. Я же ничего не чувствую к нему. Он хоть догадался все в шутку перевести, хоть это меня радует.
    Когда я поднялась к себе, Марат не пошел за мной. Он пошел в комнату матери.
    — Усмири эту девчонку, пока не поздно! — громким голосом сказала Марату, мама. Она стояла возле окна, сложив руки на груди. И даже не посмотрела на сына.
    — Она и так слушает меня — прошептал Марат. Рядом с матерью, он всегда ощущал себя просто маленьким мальчиком.
    — Сейчас, она твоя марионетка. И не дай Аллах, чтобы она все вспомнила! Ты понял меня!? И научи ее, как нужно себя вести настоящей мусульманке! А то где это видано! Валятся на полу! Вы, что дети малые!?
    — Мама, она еще…
    — Не хочу ничего слышать! Позови мне своего брата! Немедленно!
    — Я делаю все…
    — Значит, этого недостаточно!
    С этими словами, Марат вышел из комнаты.

  • Что ему было делать? Он был обязан хранить тайну, и делать все, чтобы я ее не узнала. Но откуда ему было знать, что все окажется так трудно? Откуда он мог знать, что теперь со мной ему еще и спать придется в одной постели? Все же, в глубине души, Марат хотел избавиться от меня побыстрее. И вместе с детьми отправить в новый дом. А самому заняться делами семьи. И всем тем, что скажет ему мама. С детства он был приучен к повиновению. В пятнадцать лет, ему впервые дали оружие, чтоб он застрелил собаку. И за всем этим наблюдала его семья. Особенно отец. Отца Марат очень боялся. Он был жестоким человеком. И уже с детства приучал и сына к этому. Быть беспристрастным и властным. Когда отец скончался, отца заменил ему старший брат Давуд. Он был весь в отца. Чуть, что мог и ударить. Причем так сильно, что синяки от его побоев еще долго не сходили. А мать смотрела на все это с улыбкой. Она верила, что часть семейного дел передаст именно Марату. А семейный бизнес заключался в контрабанде золота. Конечно, Марату пришлось смирится и с этим. Поэтому все то доброе, что оставалось к него в сердце он похоронил заживо. Его семья не терпит трусов. И если завтра брат скажет ему: собирайся! Он поедет не задумываясь. И не важно куда. На перестрелку. Или красть перевозимое золото. Марат всегда был верен только семье. Он ничего не боялся. Да и не мог. Иначе бы, брат застрелит его на месте. Пулей в лоб. Ведь, у него была такая судьба. Судьба, в которой любовь- всего лишь слово. Любовь, делает людей слабыми. И они первыми гибнут. Причем, от своих же рук. А Марат, он никого не любил. И с детей всегда спрашивал строго. Как его и учили.
    На следующий день, я опять проснулась раньше мужа. Он как всегда сладко спал на правом боку. Поправив одеяло, я посмотрела на мужа и медленно встала на ноги. Тапок я не смогла найти. Только свой халат. Быстро накинув его я пошла на цыпочках в сторону двери. Убедившись, что муж еще спит я вышла из комнаты и направилась на первый этаж. Но едва я вышла из комнаты, меня сразу же настигло разочарование. Я даже и не поняла, как кто то схватил меня за рукав халата.
    — Кто это? -испуганным голосом, спросила я.
    — Вернись к мужу!- сквозь темноту послышался грозный женский голос. Я сразу узнала этот голос. Это была мама Марата. Приглядевшись к силуэту, через боковое освещение коридора я узнала эти знакомые черты лица. Мне стало страшно не на шутку. И поэтому, я быстро решила вернуться в свою комнату. Как то не хватило мне смелости ослушаться ее. Ведь она старше меня. Закрыв дверь, я быстро вернулась в постель,и забралась под одеяло. А затем выключила боковую лампу, и стала смотреть в темный потолок. Так хотелось спать. Но сон как на зло не шел. Я все думала о маме своего мужа. Почему она так поступает со мной? Заставляет боятся ее?
    Я проснулась снова позже Марата. Он проснулся первым. И сразу же, когда присела на кровать, меня ждал приятный сюрприз. Поднос с едой. От которой веяло ароматом крепкого черного чая.
    — Доброе утро, родная — произнес мне Марат, и присев напротив меня, убрал с моего лица прядь волос. Которым так и не терпелось попасть мне в чай. Даже лохматой, непричесанной и заспанной, я казалась Марату самим ангелом. А мне были очень приятны все его ухаживания. Вот бы они не кончались никогда. Вот бы, все было между нами также романтично и искренне. И тогда бы, я вновь научилась любить его.
    — Ты покажешь мне место, где мы познакомились? — спросила я, выпив немного чая.
    — Нет. Я лучше покажу место, где я тебе сделал предложение. Давай доедай и одевайся. И поедем.
    — Ты всегда такой?
    — Какой?
    — Романтичный?
    — А это плохо?
    — Не знаю. Послушай, а может, и детей тоже возьмем с собой?
    — Давай сначала без них. Ты приняла таблетки?
    — Нет еще — ответила я, и сразу же потянулась рукой к столу, на котором стояла моя белая коробочка с таблетками. Как же не хочется их снова принимать. Почему, нельзя просто взять и все разом вспомнить? Почему? Я смотрела в глаза мужу, и мне казалось, что я смотрю через него. А ему же казалось, что наоборот. Что я пытаюсь приглядеться к нему. И честно говоря, мой взгляд в этот момент даже напугал его.
    — Все в порядке? — спросил меня Марат.
    — Ты говорил, что Адаму семь лет, да? Он наверно ходит в школу?
    — Да. Но уже много пропустил. Завтра уже пойдет в школу.
    — А Сабрина? Ей пять лет, да? Она в садик ходит?
    — В частный садик. Мы ее всегда вдвоем отвозили. Ты ведь всегда тоже стремилась работать. А теперь, ты будешь сидеть дома с ней. Пока она не пойдет в школу.
    — Скажи, а я не обижала их?
    — Что за расспросы? Ты хорошая мама.
    — Хорошая мать никогда не забывает о том, что у нее есть дети.
    — Давай лучше одевайся! Надень темно зеленый хиджаб. Я жду тебя в гостиной- сказал мне Марат, и поцеловав в щеку быстро вышел из комнаты. А я лишь глубоко вздохнула. Нужно быть сильной, чтобы скорее все вспомнить. И спасибо мужу, что он не давит на меня.

  • Надев одежду, я взглянула на себя в зеркало. Эта одежда скрывала меня почти полностью. Видны были только лишь мои глаза. Нащупав на столе золотой браслет, я тут же надела его на руку, а затем вышла из комнаты. Мимо меня прошла Алия. Своей улыбкой, она заставила мое сердце дрогнуть. Дойдя до лестницы, я заметила внизу Марата. Он смотрел на часы, и нервно наворачивал круги по ковру. Сделав несколько шагов я стала разглядывать ступеньки. А потом только начала спускаться вниз. Дойдя до мужа, я взяла его под руку и улыбнулась ему. После чего мы сразу вышли из дома. Это был мой первый выход из этого дома. И счастью не было предела. Хотелось бежать, прыгать и радоваться. Словно птица, выпущенная на свободу. Когда охранники открыли перед нами двери ворот, я увидела одинокую улицу. А чуть дальше еще несколько домов. С точно такими же высокими заборами. А за домами красовались песчаные горы и пальмы с финиковыми деревьями. Небо было синим, но кое где виднелись сиреневые облака. Солнце, еще грело не настолько сильно. И его лучи напоминающие языки, готовые тебя сразу съесть — видимо еще спали. Это конечно радовало. А то жару я просто не люблю. Марат, первым дошел до машины. За рулем уже сидел наш водитель. Когда я взглянула на эту машину, то чуть рот не открыла. Какая она была красивая. Ярко оранжевый цвет. И двери открываются с помощью кнопки. Полностью автоматические управление. А на лобовом окне уже встроенный навигатор. Сев на заднее место рядом с мужем, я сразу же затаила дыхание, и принялась осматривать салон. Все сиденья обшиты светло коричневой кожей. И пахло как то по особенному. Неужели, я реально тут нахожусь? Или это всего лишь сон?
    — Это ламборджини последней модели. Я решил что на романтический вечер, это в самый раз будет — сказал мне Марат, взяв меня за руку. И только сейчас, я обратила внимание, что у него смуглая кожа, а у меня белая.
    Когда мы тронулись с места я стала смотреть в окно и любоваться пустыней, горами и изобилием солнца. Вдруг, мимо моего окна пролетела какая то странная птица. Я успела только заметить, ее серые большие перья и острый клюв.
    — Это сокол — пояснил мне Марат.
    Я ничего не ответила. По мне это была сейчас лишь обычная птица. И не более того.
    Через полчаса езды, мы наконец остановились. Впереди виднелись зеленые горы.
    — Мне заехать наверх? — спросил водитель Марата.
    — Нет, мы сами. Выходи, дорогая — сказал мне Марат, и тут же вышел из машины. Я сразу же вышла за ним следом. Впереди горы, а сзади была бескрайняя пустыня. Под ногами белый горячий песок. И солнце уже стало печь жарче. Мне стало жутко любопытно, что же за место мне хочет показать Марат. Сейчас, вокруг меня все было каким то скучным. Взяв меня за руку, Марат проводил меня до лужайки, которая вела мимо гор. На этой лужайке, рос огромный зеленый мох. Из за которого, мое платье то и дело цеплялось за него. Марат шел вперед меня уверенными и быстрыми шагами. А мне уже через пять минут стало душно идти. И ругала себя зачем вообще сюда? Да и вообще, куда мы идем? Через десять минут, Марат остановился, и откинул ветви фисташкового дерева. То, что я увидела было очень сказочным. Я сразу же вышла вперед. Передо мной на солнце, переливался белый песок с галькой. С обоих сторон стояли величественные горы. А впереди синее море, и волны бившиеся о камни. Вдалеке плавали яхты, и кое где виднелись плавники дельфинов. Мне сразу же захотелось снять все с себя и забежать босиком в это море. Кстати, это море называется Красным. Но, красного тут единственное, что и могло быть, так это лишь кораллы. Подойдя к воде, я все же сняла с себя туфли и решила помочить ноги. Марат шел за мной следом. Кроссовки он не стал снимать. И от этого, через минут, он конечно же промочил свои ноги.

    — Значит тут, ты сделал мне предложение? — тихо спросила я.
    — Иди сюда — сказал мне Марат, подойдя к небольшому выступу в горе. Я тут же подошла к нему, и увидела надпись: «Хабиби». А под ним было высечено сердечко.
    — Что значит хабиби? — спросила я.
    — Любимая. Я высек ножом эту надпись и сердце. За два месяца до нашей свадьбы- ответил мне Марат. А я провела рукой по вырезанному на горе сердечку. Значит, мы действительно очень сильно любили друг друга — пронеслось у меня в голове. И тут, с моря пронесся прохладный ветер. Хорошо, что под этим нарядом мои волосы надежно спрятаны. А то представляю, как бы ветер с ними стал играться. Не знаю, почему но мое сердце как то странно екнуло. Я посмотрела на Марата, и даже не поняла, каким образом его губы соприкоснулись с моими. Он так нежно поцеловал меня, что даже сил не хватило отстраниться от него. Через пару минут после поцелуя, Марат вдруг резко переменился в лице, и сказал:
    — Поехали пообедаем в ресторан.
    Ему не хотелось больше оставаться в этом месте. А мне же хотелось остаться тут еще. Но я не стала спросить. И в ответ лишь качнула головой. После чего мы направились обратно в сторону машины. На этот раз, мы поехали вдоль песчаного побережья. И я еще раз смогла насладиться прекрасным видом моря. И морским одурманивающим запахом. Ресторан в котором, нам пришлось пообедать, находился в столице Йемена — Сане. И был похож на древнюю крепость. Напротив же стояли невзрачные каменные дома. За которыми красовались мечети и рынки. Во время нашего обеда мне очень не хватало детей. Я все думала о них. И мне не давало покоя то, что они остались дома. Поэтому, после обеда я попросила Марата отвезти меня домой. Но, Марат сказал, что нужно сходить в мечеть а потом только ехать домой. И уже на этот раз я не выдержала.
    — Дети совсем одни. Какая мечеть? Лучше поедем домой! А вдруг, что случилось?- начала кричать я, когда мы вышли с мужем из ресторана.
    -Дети дома не одни! Там, моя мама и жена моего брата. И не кричи на всю улицу! — сказал мне Марат, и больно схватил меня за руку.
    — Отвези меня домой! А сам иди в свою мечеть!
    — Ты хоть думаешь, что ты говоришь?!
    — Я думаю, а ты нет!
    — Садись в машину! — громко закричал мне Марат, и открыл передо мной заднюю дверь. Я его очень рассердила. Поэтому, нам ничего не осталось, как просто вернуться домой.

  • Все, что творилось в моем сердце, разрывало на части. И не давало мне покоя. Я только смирилась с тем, что у меня есть муж и дети. Так теперь начинаю и заново узнавать их характеры. Всю дорогу до дома Марат молчал. И даже не смотрел на меня. Я решила, что он просто обиделся. Хоть, это было очень глупо. Когда наша машина остановилась возле забора, за которым стоял дом, Марат наконец то произнес мне:
    — Тут, не Россия! Тут Йемен! Ты видимо забыла, как ведут себя истинные мусульманки! С завтрашнего дня, ты начнешь читать намаз вместе со мной! Ты поняла надеюсь!? И не смей на меня повышать голос. Ты женщина!
    — Можно подумать, что ты мужчина — пробубнила я себе под нос. Хорошо, что моих слов он еще не расслышал. А то представляю, что за истерику он бы закатил мне. Я едва вышла из больницы, а он уже так много требует. Может, он и не муж мне вовсе?
    Марат вышел первым из машины, и сразу же приказал охране закатить машину в гараж. А я же вышла совсем не хотя. Мне совсем не хотелось идти в этот дом. Коричневые кирпичные стены забора, от них так и веяло холодом. А от стен дома, веяло одной сплошной тайной. Пройдя следом за мужем прямо в дом, я и не заметила, что там на пороге как всегда стоит его мама. И как всегда, первым же делом окинула меня пронзительным взглядом.
    — Вы где были? — спросила мама Марата. Ко мне она не обращалась из принципа.
    — Ездили за город. Все в порядке?- спросил маму Марат.
    — Не совсем. Стоило тебе уехать, и начались проблемы! Пусть жена твоя позанимается с Алией. А мы обсудим дела- ответила мама Марату.
    — Дорогая, иди в комнату. Я позову Алию — сказал мне Марат. Мне так и захотелось, что нибудь ответить. Но, взглянув на свекровь сразу передумала.
    — Конечно- ответила я, и быстро стала подниматься в комнату.
    — Что произошло? — спросил обеспокоенно Марат, и присев на диван в гостиной.
    — А вот, что — ответила мама Марату, и присев рядом с ним на диван, достала из кармана абаий платок.
    Взяв этот сиреневый платок в руки, Марат внимательно осмотрел его. Платок как платок. Только на нем был нарисован василек, внутри которого перевернутый треугольник. Это был знак их конкурентов. Точно такой же платок, он когда то нашел на могиле своего отца. Совсем не к добру это.
    Поднявшись наверх, я заметила, что комната сына приоткрыта. Дверь не заперта. И слышно, что кто то плачет. И на сердце возникло беспокойство. Открыв дверь, я заметила Адама. Она лежал на кровати и смотрел на какую то фотографию. А на его щеках виднелись слезы.
    — Что такое, сынок? Почему ты плачешь? — спросила я. И подойдя к его постели, присела рядом.
    Но он ничего не ответил мне. Лежал на спине и продолжал рассматривать фотографию. Мне стало любопытно, что же это за фотография. и поэтому попыталась взять ее из рук Адама.
    — Не смей трогать ее!- крикнул Адам, прижимая фотографию к груди.
    — Расскажи, что случилось? Сынок… — сказала я, и положила свою руку на ногу сына.
    — Не трогай меня! Ты мне не мать! — заорал на меня Адам, и вскочив с кровати, выбежал из комнаты. Эти слова, обожгли меня словно пламень. Как это, не мать? Ты же мой сын. Видимо, он очень обижен на меня, что оставила его так надолго. Тяжело вздохнув, я посмотрела на компьютер сына. Как ни странно, но он был не выключен. И я решила подойти к нему. Нажав на кнопку мышки, я выключила спящий режим компьютера. Странно, откуда я могла это знать? Видимо, это рефлекторные навыки. И раньше работала за компьютером. Когда я увидела заставку на компьютере, мое сердце забилось с бешеной скоростью. Это была моя фотография вместе с Маратом. Это похоже наше свадебное фото. Я в свадебном мусульманском платье. А Марат в деловом черном костюме. Присев на стул, я дотронулась ладонью до экрана монитора. Он был такой холодный. Эта девушка так похожа на меня. Это точно я. Только вот, я ничего не помню. Вдруг, мои размышления прервал звук шагов. Это была моя доченька. Она тихонько подошла ко мне, и обняла меня за плечи. Мне было очень приятно, что хотя бы она не обижается на меня.
    — Мам, тебя тетя Алия зовет. Говорит, что нужно позаниматься — сказала мне дочка. У нее такой ласковый голос, что я сразу улыбнулась ей в ответ. Да, мне действительно нужно было идти заниматься арабским. Да, и принять таблетки нужно. Хотя… нет. С этого дня не буду их больше принимать. На зло мужу. Вот успокоится, тогда буду.
    В эту ночь, всему дому снились разные сны. Слишком тяжелая аура висела над этим домом. Она летала словно ветер, по всему дому. И своими крыльями била тех, кто когда то совершил ошибку. В эту ночь, мне снился сокол, он парил прямо передо мной и пытался мне что то сказать. Марату, снилась его настоящая жена. А точнее сюжет из его воспоминаний. Как он надевает кольцо на палец и делает ей предложение. Этот сон заставил его вспотеть ни один раз. И жалеть о том, что привозил меня на свое место. Я же ведь не знала, что я ему не жена. Моему сынишке Адаму, снилось, что ему подарили дорогой мотоцикл. И он разъезжал по нему, и улыбался на весь город. Сабрине снилось, что она стала волшебницей. Одним словом, только детям спалось спокойно в эту ночь. Аише, матери Марата снилось воспоминание. И это воспоминание, всегда очень сильно ранило ее. Ей снилась ее первая любовь. Как они познакомились друг с другом в Москве, напротив Кремля. Прямо в новогоднюю ночь.
    — Ой, простите- сказала улыбаясь Аиша. Почувствовав, что наступила кому то на ногу.
    — Это вы меня простите -ответил ей молодой парень со светлыми волосами и карими глазами. Он был на две головы выше ее.
    — Аиша! — вдруг раздался среди народа крик ее родителей.
    — Иду — закричала Аиша. В этой толпе было легко заблудиться. Хоть, ее семья и не отмечала новый год, но они пришли просто посмотреть салют. Аише тогда было всего пятнадцать лет. Она приехала вместе с родителями в первый раз в Россию. Она была тогда так молода и красива, что ее родители очень боялись, что она может влюбиться раньше времени. Но, увы. Она влюбилась. Влюбилась, и к сожалению не в мусульманина. Его звали Роман. Ему на тот период было двадцать лет. Они влюбились с первого взгляда, прямо в новогоднюю ночь. Каждый раз, когда Аише снилось их знакомство, она начинала плакать. И только дом в котором она жила, знал ее тайну. И только стены, способны были скрывать ее слезы. Так случилось и в эту ночь. Она проснулась по среди ночи со слезами на глазах. И сквозь зубы прошептала: «Я же не виновата. Не виновата». Эти слова пронеслись эхом по ее комнате, а затем легли на пол и растворились.
    Говорят, что ночь обладает порой магией. И силой, что способно моментально, открыть все душевные раны человека. Жаль, что на меня ночь пока не так сильно действует. Ведь, я бы тоже не прочь за одну минуту вспомнить все. Все, что так забыла после аварии.

  • Месяц спустя…
    Марат стоял гел то по середине пустыни. Солнце пекло очень жарко. И он ни минуты не пожалел, что на его голове был надет платок. Ветра было очень мало, и его белое арабское одеяние ни что не продувало. Только в синем небе, с грозным взглядом носились орлы. Рядом с Ренатом возле машины сстоял его брат. Он был одет в синие джинсы и черную рубашку с короткими рукавами. И в своей руке сжимал пистолет. Пока Марат любовался пустынными горами, его брат уже начал изрядно нервничать.
    — Почему они не едут? На верблюдах, что ли тащятся!?- заворчал Давуд. На его шее появились первые капельки пота. У него была особая черта характера: стальная выдержка. Но в этот раз, это выдержка как и терпение начали кончаться.
    — Смотри. Они едут- сказал Марат, указывая на машину, что медленно к ним приближалась.
    — Если они так будут плестись, то я за себя не ручаюсь.
    — Не волнуйся. Все пройдет без проблем.
    Давуд сжал в ответ пистолет в руках еще сильнее. А Марат, спрятал руку за спину. Где мог запросто нащупать пояс, некотором висел пистолет. С каждым приближением машины, они старались не подавать особо виду и оставаться безразличными. Только солнце продолжало обживать их смуглые лица.
    Когда машина черного цвета наконец то подъехала. То Марат разглядел на ней знак мерседес. А затем и потрепанные шины, и грязный капот. Видимо, что эта машина побывала во множестве переделок. Во всяком случае, модель явно не из новых, но и не из дешевых. Остановилась машина прямо напротив Давуда. И тут же, из машины вышел полноватый мужчина. На каждой его руке было по золотому кольцу. Да и одет в строгий черный костюм, с белой рубашкой и открахмаленным воротничком. Подойдя к нему поближе, Марат разглядел на его носу черные солнечные очки. Эх, он бы и сам сейчас не отказался от них. Следом за ним, из машины выползли двое парней. От силу им было лет двадцать. Одеты в военную одежду. А в руках держали автоматы. Серьезные типы, ничего не скажешь. Прямо как главарь мафиози со своей охраной.
    — Товар привезли? — спросил Давуд. Ему хотелось поскорее перейти к делу.
    — Для начала, можно и поздороваться. Ас саляму аляйкум господа! Конечно. Товар у нас — ответил полноватый мужчина, снимая с себя очки.
    — У нас времени нет, с вами тут сюсюкаться. Ближе к делу! — сказал Давуд, и сурово посмотрел на всех.
    — Как скажешь. Фатил, покажи товар! — сказал полноватый мужчина. И тут же, один из парней достал из машины небольшой чемодан. А затем подошел к Давуду, и открыл его перед ним. В чемодане красовалась на солнечных лучах золотая статуэтка. Эта статуэтка была в виде парящего орла. Где то двадцать сантиметров в высоту.
    — Настоящая? — спросил Давуд, и достав статуэтку из чемодана, стал разглядывать её.
    — Зачем мне врать? Конечно, настоящая! Чистое золото! — ответил Давуду мужчина.
    — Я не верю ему, брат — сказал Марат, доставая с пояса свой пистолет. Уж очень эта ухмылка не понравилась ему, когда товар передавали брату.
    — Я тоже не верю. Это подделка! Даже не золото! Вы обманули нас! — крикнул Давуд, и кинул со всей силой эту статуэтку на песок. А затем… затем началась настоящая перестрелка. Что обычно бывает в каких нибудь боевиках. Когда передают подделку. Марат И Давуд, прятались за своей машиной и стреляли не переставая в своих врагов. А те, тоже спрятались за своим мерседесом.
    — Вам, так просто будет не уйти! — крикнул толстяк, и выйдя из машины начал стрелять, что есть силы. И это стало его главной ошибкой. Марат сразу же выпрыгнул из за машины и начал стрелять в него. В результате чего, конечно же подстрелил этого наглеца. А Давуд стрелял прямо по бензобаку, до тех пор, пока их машина не взорвалась и не откинула своим пламенем двоих телохранителей. И вдруг, послышался звук полицейской сирены. Давуд и Марат сразу же забрались в свою машину, и тронулись с места. Правда в начале, машина как на зло начала немного буксовать из за песка. Несмотря на то, что все окна машины были разбиты, и пол бампера по пути отвалились, но они с легкостью смогли скрыться от полиции.
    Не зря же, имя их семьи ходило у всех на устах. Их семью все уважали в городе. И многие даже боялись. Марат и Давуд, стреляли мастерки. И могли часами пропадать в тире. И еще ни разу, они не возвращались домой ранеными. А этот случай, был конечно не единичным. Чаще всего конечно, сделки проходили без перестрелки. Но, что поделаешь. Этот бизнес весьма суров. И достался им по наследству. По пути, Марат и Давуд заехали в авто мастерскую. И сдали машину в ремонт. А потом пешком пошли домой. И оба с усталыми лицами. Финиковые деревья, с их зелеными листочками всю дорогу старались их спрятать от солнца. Ведь дома, их уже вовсю ждали. Когда охрана открыла им ворота и они прошли в сад, к ним вышла их мама Аиша. У нее как всегда был суровый, сердитый взгляд. Махнув подолом своего платья, она сказала:
    — Как прошло? Надеюсь все в порядке? Вы же решили проблему?!
    — Да решили. Только они прислали нам подделку. И пришлось их застрелить — ответил Давуд, и подойдя к матери поцеловал ее в руку.
    — Как они посмели! Немедленно найдите Али. И расскажите ему обо всем. Скажите, что больше мы не будем иметь с ними дел. И найдем нового поставщика — сказала Аиша.
    — Я уже нашел новых партнеров. У меня сегодня как раз с ними встреча. Я уверен, что они не подведут — начал было говорить Марат, как вдруг раскрылись ворота и в сад вбежала его расплаканная дочка. А следом за ней мужчина и женщина. У обоих были огненные глаза. За платьем матери, прятался мальчик. Ему было лет десять. Он то и дело прятал свои глаза. И боялся даже выглянуть.
    — Что произошло!? Почему вы врываетесь в наш дом!? — воскликнула Аиша.

  • — Папочка — сказала Сабрина, и вся в слезах прижалась к руке Марата. Он погладил ее по волосам, и бережно прижал к себе.
    — Что вы забыли тут?! Или забыли, кому это дом принадлежит!- воскликнул Давуд. Он него так сильно пахло потом, что он держался чуть в сторонке.
    — Ваша дочь, осмелилась играть с нашим сыном. Они держались за руку. Да еще и по середине улицы!- сказал отец, испуганного мальчика.
    — Ваша девочка, еще и украла у нашего мальчика игрушку. И отдавать не хочет! — вступилась на этот раз женщина.
    — Это так? — спросил Марат.
    — Нет, папочка. Это моя машинка. Они наговаривают — ответила Сабрина, и умоляющим взглядом посмотрела на отца.
    — А кто вообще разрешал тебе выходить из дома!? Я кажеться не разрешала! — сказала Аиша.
    Тем временем, я сидела у окна и скучала. Услышав крики, я моментально спустилось вниз. А затем тоже прошла в сад. Эта картина меня немного ужаснула.
    — Отдай игрушку живо! — крикнул Марат Сабиране. И та, вся в слезах, вытащила из кармана платья маленькую машинку. Давуд сразу же подошел к племяннице, и ударил ее так сильно, что та упала на землю.
    — Что вы делаете!? Вы не в своем уме! — запаниковала я, и подбежав к дочери, присела рядом с ней. А Давуд поднял игрушку и вручил ее родителям мальчика.
    — Спасибо большое, и проучите вашу дочку не воровать! — сказала женщина, и впихнула машинку в руки мальчика. Конечно, это была не его машинка, но он очень боялся и просто молчал.
    — Ты правда трогала его за руку? — спросила Аиша Сабрину.
    — А, если она его поцеловать потом захочет? Это же позор!? — заворчал мужчина.
    — Мы все уладим. Извините, за все эти неудобства. Мы накажем её. Обязательно. А теперь, чтобы сгладить свою вину, наш охранник отвезет вас в самый лучший ресторан. Можете заказать все, что хотите за наш счет — ответил Марат этой паре.
    — Пусть будет доволен вами Аллах — сказала одновременно эта пара. А затем вместе с сыном они поспешно вышли за ворота.
    А я смотрела на эту сцену, и меня как ножом кольнуло.
    — Кто тебе разрешил выходить из дома!? Какой позор! Позор! — воскликнула Аиша.
    — Это я разрешила. Нельзя же всегда сидеть дома в четырех стенах — ответила я. И лучше бы, я не говорила этих слов. Аиша, Марат и Давуд, одним только взглядом были готовы закопать меня.
    — За месяц ты так и поняла наших традиций!? Что за жена у тебя такая Марат?- спросил Давуд, а затем подошел к Сабрине, и выхватил ее из моих объятий.
    — Не трогайте мамочку! — закричала Сабрина, и еще сильнее расплакалась. А Давуд с такой силой сжал ее руку, что во мне проснулись силы, чтобы высказать все что я о них думаю.
    — Как вы так можете? Откуда эта жестокость? Она же ребенок. И ничего вам не сделала. И никому не сделала. И это ее игрушка. А не того мальчика. Муж мой, ты то, что молчишь!? Твою дочь обижают, а ты молчишь как трус!? — сказала я, вставая на ноги.
    — Кто я? — спросил меня Марат, подойдя ко мне.
    — Трус! Пойдем Сабрина! — ответила я Марату, и только отела взять дочь за руку, как вдруг получила сильную пощечину от мужа. От этого удара, на моем лице появились слезы.
    — Давуд, немедленно отведи Сабрину в её комнату! И чтобы не смела без моего разрешения выходить! И никакого ей сегодня ужина!- приказала Аиша.
    — Пойдем, тебе повезло, что ты еще маленькая! — сказал Давуд, и увел Сабрину в дом.
    — Кто ты? — спросила я Марата, и пристально посмотрела ему в глаза.
    — Твой муж. И ты обязана меня слушаться. Ты поняла!? Иначе порву тебя! — крикнул на меня Марат.
    — Нет. Ты мне не муж — ответила я Марату, а затем побежала в дом. Мне нужно было узнать, что с моей дочкой все в порядке. Да и разобраться в своих мыслях.
    — Видишь, что происходит!? А это ты виноват. Я тебе, что говорила? Не нужно было привозить сюда эту девчонку! — строгим голосом произнесла Аиша, а затем присела на скамейку под пальмой.
    — А, что я должен был делать? — спросил сам себя Марат. Мои последние слова очень ранили его. Хотя он знал, что я сказала правду. И эта правда уже никого не интересует. Я и сама не поняла как стала марионеткой в этом доме. Что мной постоянно помыкают и командуют. Что не стараются не замечать. Моя память так и не начала возвращаться ко мне. И по прежнему, я ходила словно в тумане и лишь соглашалась со всеми. А этот случай, он положил начало моей новой, реальной жизни. И теперь я уже понимала, что как раньше уже не будет. Придя в комнату, я уселась за стол и стала плакать. На мой шум пришла Алия. Она пыталась меня успокоить. И что то говорила. Но я не слушала ее. А затем неожиданно вошел Марат, и выгнал Алию.
    — Видимо зря, я привез тебя сюда. Лучше бы оставалась в той больнице в Ростове! А то не думал я, что ты такой змеей станешь — сказал мне в спину Марат.
    — Если я такая змея, то зачем ты привез меня домой? Оставил бы там, раз тебя не устраивает мой характер! — ответила я мужу.
    — Не смей мне перечить перед матерью, ты поняла да!?
    — Поняла, поняла! Надоел ты мне уже со своим поняла! Я тебе не кукла!- сказала я, ударив кулаком по столу.
    — Посмотри на меня.
    — Не хочу. Желания нет.

  • — Посмотри я сказал!? Не заставляй меня ругаться на тебя всеми словами!
    — А ты мне ничего не сделаешь. Я твоя жена.
    — Вот так, да? Отлично — с этими словами, Марат взял меня со всей силой за волосы и оттащил меня от слова. А затем повалил на кровать, сел на меня сверху и начал бить меня всей силой до тех пор, пока у меня силы кончаться. Потом, он начал целовать меня в губы, шею. Гладить меня по ноге, попе и прижимать к себе. А я просто лежала на спине и плакала. А он же делал свое дело. Брал меня силой.
    Даже в потолок не было сил смотреть. Не то, что бы стонать. Мне было больно от всего. От его поцелуев, от его рук. Когда он закончил, он повернулся к стене и уснул. А я так и осталась лежать в порванном платье, чуть ли не раздетой. Даже сил не было и желания накинуть на себя одеяло. Только следы на плечах от его побоев, болели и немного кровоточили. Но мне было уже все равно. Странно, но вскоре и я тоже уснула. Мне снился зимний лес. Дорога, заснеженные деревья. Я еду в запряженных санях. И улыбаюсь. На лошади повязан колокольчик. И от каждой кочки он то и дело издавал звук. Рядом со мной сидел какой то мужчина. Я не могла во сне разобрать его лица. Он накрыл меня вязаным сиреневым шарфом, и шептал мне на ушко: «Таня, моя принцесса». На мне во сне были надеты валенки, джинсы, свитер и длинное коричневое пальто. А на голове бобровая шапка. Мой нос немного замерз и покраснел. А от деревьев отдавало запахом зимы. За заснеженными деревьями впереди красовалось розовое небо. И солнца совсем не было. Видимо, оно пряталось за белыми облаками. На мужчине, что сидел рядом были надеты тоже валенки. И тоже серого цвета как и у меня. А также спортивные штаны и черное длинное пальто. Шапки на нем не было. Я отчетливо помню, как во сне я замерзла. И от этого, даже проснулась вся с ознобом. Мне стало очень холодно. Хотя за окном стояла жара. Марат, проснулся чуть раньше меня. Заметив, что я вся дрожу, он тут же накрыл меня одеялом и принялся мне говорить:
    — Прости любимая. Я обещаю, что больше никогда не подниму на тебя руку — с этими словами, Марат меня поцеловал в губы.
    А я честно говоря даже не знала, что и ответить. После этого сна, меня еще час где то знобило.Что даже на ужин не пошла.Тем временем, Давуд с довольным видом зашел на веранду, что находилась на втором этаже дома. Оттуда виднелся красивый вид на горные хребты. А если приглядеться, то можно было увидеть желтое здание конюшни. Давуд встал опередить на перила, и посмотрел на солнце. Оно уже потихоньку начинало уходить за горы. И вместе с розовыми облачками, как будто в последний раз решило станцевать. Ведь теперь, солнце и облака встретятся лишь завтра. Вздохнув свежий ветерок, Давуд достал из кармана брюк зажигалку. Эта была не простая зажигалка. Она была сделана в виде слоника. Давуд считал эту зажигалку своим талисманом. Это была единственная вещь, которая досталась ему от отца. Посмотрев на свои босые ноги, он посмотрел вниз. Там, внизу, Давуд заметил охранников. Они как всегда нервно ходили рядом с забором. А затем он заметил и меня. Я просто решила пройтись по саду, и зайди покормить попугаев. Ведь Сабрина заперли в комнате, и накормить было не кому. А я даже не видела и не знала, что за мной кто то следит. И вдруг, Давуд почувствовал как по его волосам пробежался легкий, прохладный ветерок. А затем он услышал чьи то шаги за своей спиной. Это как всегда была его жена. Он всегда мог определить, что это она по звуку. Ведь, когда Алия ходила она не заметок шаркала по полу, и это всегда ее выдавало.
    — Давуд…- начала говорить Алия. Временами, она боялась мужа. Ведь его настроение было подобно тайфуну. И могло напросто сбить ее с ног. Знаете, когда находишься в браке очень долго, то порой не замечать чего то становится уже закономерностью. Но всегда остается одна самая важная вещь: в браке надо уметь слушать и понимать друг друга. Алия это прекрасно понимала. Хоть уже и забыла, когда муж в последний раз смотрел на нее с любовью.
    — Чего тебе? -спросил Давуд, и оглянувшись на нее. От его голоса порой часто Алию бросало в дрожь.
    — Я всего лишь…
    — Не молчи! Чего пришла?
    — Хотела сказать, что наш сыночек просится с тобой на соколинную охоту в воскресенье.
    — Когда у нас воскресенье?
    — Через четыре дня.
    — Хорошо, возьму.

  • — Только не давай в руки ему оружие, умоляю.
    — Ты меня учить собираешься!?
    — Нет, нет.
    — Иди тогда!
    — Скажи, ты любишь меня? -вырвалось с уст у Алии. Этот вопрос заставил Давуда обернуться. Его глаза начали гореть словно огонь. И испугавшись его, Алия сразу же побежала в комнату. А про себя она рассуждала, что какая же она глупая. А так не видно что ли? Он заботиться о ней. Они ни в чем не нуждаются. Только романтика прошла. А так все нормально. Лучше зря его не волновать такими темами.
    Стоило жене выйти, как Давуд снова обернулся и стал смотреть в сад. Я как раз уже выходила из беседки. И только сейчас, подняв голову заметила Давуда. А затем опустила голову, и пошла в дом. Зачем на меня столь пронзительно смотреть?
    Вернувшись обратно в дом, я пошла на кухню. Алия разгорела мне остывший ужин. Я все смотрела на эту невысокую, худую девушку и все думала про себя: как же она уживается в этом доме? В доме, где все покрыто какой то тайной. Чем больше проходило дней, тем больше мне хотелось просто вырваться из этого дома. Эти стены очень давили на меня. А потолок будто бы угрожал упасть мне на голову. Поужинав, я помогла Алие помыть посуду. А затем отправилась посмотреть как там Сабрина. На мое удивление, дверь ее комнаты была открыта. А войдя внутрь, я заметила как муж читает ей сказку перед сном. На моем лице сразу появилась улыбка. И я хоть немного забыла о произошедшем. Так приятно видеть когда в твоем доме царит уют и покой. Мне даже начало казаться, что я заново влюбляюсь в своего мужа. Все таки, он может быть добрым когда захочет. Отойдя от двери, я вдруг почувствовала как кто едва не сбил меня с ног. Это был Адам. К сожалению, с сыном мои отношения так пока и не наладились. Он постоянно избегали толкал меня. И еще умудрялся не хорошо подшутить надо мной прямо за обеденным столом. Конечно замечание ему делал только Марат. Он души не чаял в сыне. И все уши мне пропел о том, что скоро отправится с ним на соколиную охоту. Интересно было бы и мне сходить на эту охоту. А то давно уже как птица в клетке живу. Туда не ходи, то не делай. Может, и дышать я должна тоже по разрешению? Эх…как же много я оказывается забыла.
    На следующее утро, я проснулась раньше Марата. И быстро одевшись вышла из комнаты. Мне так стало душно в этом доме, что я прямиком отправилась к выходу. Из одежды на мне была длинная юбка и белая блузка с поясом. А на ноги я надела обычные балетки. Волосы я кое как пригладила, чтобы они не казались такими взъерошенными. Хотя все таки мне бы не помешало и причесаться. Выйдя тихонько из дома я подошла к фонтану, и посмотрела по сторонам. Небо начало приобретать нежно малиновый цвет. Кое где из за забора проглядывались первые солнечные лучи. Ветра совсем не было. Посмотрев на финиковые деревья, я заметила них несколько белоснежных голубей. Как же они попали сюда? Кто их впустил? Через пять минут, я словно погрузилась в транс. Меня так было приятно дышать свежим воздухом, что я даже и не заметила, как кто то подошел ко мне сзади. Я сразу же испугалась, что вдруг это Аиша. Но, нет. Это был Давуд. Он был намного выше меня ростом. И казалось, что смотрит на меня словно ястреб на мышку. А взгляд всегда был холодным. Поэтому, я всегда сторонилась этого человека.
    — Ты, что страдаешь лунатизмом? — спросил меня Давуд.
    — Нет, просто орешков на ночь переела- подшутила я.
    — И видимо они были зелененькие. И с антенной. Как у инопланетян.
    — Лучше уж с антенной, нежели с рогами.
    — А у меня есть?
    — Видимо есть, раз спрашиваешь.
    — А ты решила, блеснуть остроумием?
    — Почему бы и нет? Раз вокруг меня одни олени.
    — Ты поаккуратнее. А то нарвешься.
    — На тебя, что ли?! Да ты первым как шарик лопнешь!
    — Ты… — с этими словами, Давуд хотел уже было ударить меня. Но передумал, и лишь сжал свои ладони в кулаки. А я лишь молча вернулась в дом. Надо же, а его оказывается легко из себя так вывести.
    — Я проучу тебя. Кем бы ты не была- заворчал себе под нос Давуд. Его очень злило мое нахождение здесь. И он по всячески это скрывал.
    Через несколько часов, на всех заголовках газет Ростова на Дону, виднелась надпись: «Найден труп девушке в реке. Кто же эта, прекрасная русалка?».

  • Прочитав этот заголовок, Семен Павлович сразу же швырнул газету в мусорное ведро. Он сидел за своим рабочим столом, в своей обычной полицейской форме. На столе как всегда лежали тома уголовных дел. А еще прочие всякие документы, вместе с уголовным кодексом. Взглянув обратно в мусорное ведро, и на скомканную газету, Семен тяжело вздохнул. А потом посмотрел на свой стол. В стопке уголовных дел, он нашел дело Исаевой Татьяны. Это дело имело свой особенный номер. По которому, его можно было бы легко найти в архиве. Открыл папку, он стал изучать каждый лист этого дела. В нем совершенно все казалось странным. Сначала автокатастрофа. Которую явно спланировали. Потом бесследное исчезновение ее тела из больницы. И вроде бы, прокуратура уже не раз пыталась закрыть это дело. Но, каждый раз в нем появлялись все новые и новые улики. Особенно последнее событие, на это повлияло в значительной мере. У реки Дон, был найден вчера в 23:15, труп неизвестной девушки. Смерть наступила от переохлаждения. На трупе имеются механические повреждения. Явно был удар по голове тупым предметом. Также имеются признаки оледенения тела. Этот труп нашел рыбак, когда пробил ломом дыру в реке. И начал ловить рыбу. Он заметил чью то руку. И немедленно была вызвана полиция. Как сказали мед эксперты, после удара по голове девушка оставалась еще жива. Но кто сбросил ее в реку? И когда? На дворе же зима еще. Повсюду лежит снег. На правой руке трупа были обнаружены следы от укусов. А по описанию труп похож на Татьяну Исаеву. Сегодня, Павел ее муж, вместе с ее отцом должен был отправиться на опознание тела. И теперь, Павел Семенович ждал от них звонка. И время от времени нервно сжимал ладони. Он был лично на месте происшествия, и видел как вынимали тело этой девушки. На него было страшно смотреть. Оно все было сине фиолетовым. А кое где появились и гнойные пятна. Хорошо хоть, что тело было еще в пределах того, чтобы его можно было опознать. Вдруг, раздался звонок. От этого звонка, Семен Павлович чуть было не подскочил с места. Взяв телефон, он взглянул на экран. Звонил Павел. И он сразу же ему ответил:
    — Але. Я слушаю.
    — Да, это она — сквозь слезы прошептал Павел.
    — Вы уверены?
    — Как я могу быть не уверен? Это она. Моя жизнь.
    — Завтра утром подойдете ко мне. Нужно оформить все документы. Сочувствую вам.
    — Вы будете искать того, кто убил ее?
    — Ничего не могу вам обещать. Только если мы не найдем улики, что выведут нас на убийцу. Во всяком случае, сейчас трудно определить, как долго плыл труп. и с какой стороны. Мне очень жаль.
    — Это не моя дочка! — раздался мужской голос. Семен Павлович, сразу понял что это был отец Татьяны. Конечно, кто поверит в смерть родной дочери? К тому же, она была его единственной дочерью.
    — Роман Максимович, не волнуйтесь так. Я понимаю, вам тяжело- сказал Павел отцу Тани, не вешая трубку.
    — Это не она — упорно говорил отец.
    — Еще раз сочувствую вашему горю. Приходите завтра в мой кабинет — сказал Семен Павлович. А затем отключил звонок. Ему всегда было тяжело сообщать родным такие новости. Особенно, когда они так очевидно. Вложив протокол досмотра места происшествия в дело Татьяны Исаевой, Семен посмотрел на часы. Скоро обед. а есть совершенно не хотелось. Смерть преследует его очень часто. Но такова его работа. Нельзя быть слабым. Хотя, вспоминая все трупы можно было запросто сойти с ума. Всегда нужно сохранять прежде всего спокойствие. А иначе просто нельзя. Дома его ждет жена, дети, и это было его самым лучшим успокоением.
    Прошло несколько дней. Наступило воскресенье. Рассвет выдался по настоящему сказочным. Все небо было поистине нежно розового цвета, а восходящее солнце отдавало красным оттенком. В воздухе пахло немного мятой и пряностями. А все ближайщие дома были укутаны прозрачным туманом. Я проснулась одновременно с Маратом. Он как всегда погладил меня нежно по волосам, и произнес:
    — Доброе утро, дорогая.
    — Доброе, милый- ответила я, и рукой убрала волосы со своего сонного лица. Марат окинул меня таким взглядом, что мне стало немного не по себе. В его глазах было столько любви, что я не смогла не улыбнутся ему в ответ.
    — Ты собери Адама, мы поедим с ним на соколинную охоту. Вместе с нами еще и Давуд поедет. Тоже с сыном.
    — А можно я тоже с вами поеду?
    — Мы же говорили, что нет. Эта первая охота наших сыновей. По своему, особая традиция. И поэтому, матерей не берем. Лучше останешься с мамой и Алией.
    — Нет, только не с твоей мамой. Она не любит меня.
    — С чего ты так взяла?

  • — Ну, пожайлуста…
    — Эх… ладно. Будь по твоему! Только мы через час должны уже выезжать. Давай одевайся!
    С этими словами, ч крепко отняла мужа и поцеловав его в щеку, начала быстро собираться. Мне и правда, стало очень интересно посмотреть на эту охоту. Чем же она так удивительна? И что особенного в ней? Встав с кровати, я оделась и взглянула в окно. Небо по прежнему было алым, и к горлу подступил какой то странный комок. Словно предчувствие. Но, то ли беды… то, ли еще чего то? Я не стала особенно прислушиваться к сердцу, и сразу побежала в комнату сына. Надо было побыстрее разбудить его и идти завтракать. Адам, очень разозлился в начале, что я слала спихивать с него одеяло и будить. Но когда я напомнила му про охоту, то он тут же вскочил с кровати и стал одеваться. Выйдя с его комнаты, я буквально ударилась в Давуда! Прямо ему в живот. Надо же так тихо подходить!
    — Собираешься, да? Брат сказал ты с нами едешь. Смотри как бы соколы тебя не уволокли- как всегда подшутил надо мной Давуд. Он был уже полностью одет. В черные брюки и футболку. На которой красовалесь золотая цепочка.
    — Не волнуйся, не заберут меня. А вот тебя возможно.
    — У меня пистолет на этот случай.
    — А у меня муж, и который тебя прибьет. И подравняет тебе челюсть если что!
    — Он не посмеет.
    — Тогда сам получишь!
    С этими словами, я обошла Давуда и спустилась на первый этаж.
    — Ну, ну… у тебя ручки как у мышки- сказал мне в след Давуд. Ему понравилось меня подкалывать. Он решил, что теперь не оставит меня без своих шуток. Я конечно, это сразу поняла. Только вот, зачем он так хочет меня подкалывать? Через десять минут, вся наша семья собралась на первом этаже, чтобы позавтракать. Даже Сабрина проснулась, чтобы проводить брата на охоту. Она уже хорошо наслышана про этот обычай. Только я была как серая мышь, которой даже память еще не вернулась.
    Тем временем, в России, в Ростове на Дону шли похороны. Снег уже почти немного растаял. Было где то минут десять градусов. Гроб закопали достаточно быстро. И весь народ, присутствующий на похоронах поспешил положить цветы на могилу. Было где то около двадцати человек. Родственники и друзья. Все, кто знали Татьяну Исаеву спешили поскорее проводить ее в последний путь. А затем отправиться в квартиру где она жила. Именно там, и должны были состояться поминки. Павел, все последние дни, как нашли его жену ходил мрачнее тучи.И винил себя в ее гибели. Что вообще разрешил ей сесть за руль этого автомобиля. А затем ее похитили, и убили. Ему хотелось бы знать, за что ее убили? Ведь, она была такая молодая. Такая красивая. Они так мечтали о детях. Посмотрев на деревянный крест, Павел посмотрел на ее фотографию. На которой была написана дата ее рождения: 20.07.1985. Дату смерти еще написали. Мед эксперты должны дать точное заключение каких то анализов. И говорят, что через неделю они смогут назвать хотя бы приблизительный день смерти. Конечно, ему было очень трудно поверить в то, что его жены уже нет. Он же так искал ее. Был готов ломиться в любую дверь, лишь бы найти ее. И до последнего не терял надежды, что она жива. Последний раз когда он видел ее живой, она еще улыбалась. Играла с ним в бой подушками. Она всегда любила эту игру. Порой, до безумства. Но, Павел никогда ей не отказывал в этом сумасшествии. В этом была вся она. У них даже было общее горе. Они потеряли кого то из своих родных. Мать Тани умерла десять лет назад от сердечного приступа. И теперь, у не оставался лишь отец. Роман Павлович. Ему было почти под шестьдесят лет. И он души не чаял в своей любимой и единственной дочери. Даже, когда Павел приходил сватать ее, он долго не хотел соглашаться. Сейчас, после того, как тело его дочери предали земле, он присел на корточки и снял свою шапку. Его седые волосы бережно обдувал ветер. А ноги были наполовину в снегу. Павел подошел к нему, и положив руку ему на плечо, сказал:
    — Роман Максимович, пойдемте. Сейчас начнутся поминки.
    — Моя доченька. Моя бедная доченька, что же я наделал — прошептал Роман Максимович. Он был готов расплакаться и биться головой о могилу. Ему было очень плохо. Это было одновременно раскаяние и крик души. Который вырвался на свободу из его прошлого.
    — Танюше больно видеть ваши слезы. Не нужно так.
    — Таня не умерла…
    — Конечно, она всегда будет жить в наших сердцах.
    — Ты не понимаешь меня. Она жива.
    — Конечно, конечно. Вставайте.
    После этих слов, Павел помог ему встать на ноги. А затем проводил его до дома. Где уже собрались все друзья и родные. У каждого из них в этот момент были слезы на глазах. И каждый, по своему любил ее. Кто то, учился с ней в школе. А кто то вместе с ней работал. Все они были огорчены и потрясены ее смертью. Но ни один из из не говорил в слух слово убийство. Семен Павлович вместе с женой тоже зашли на поминки. Чтобы выразить свои соболезнования. За это время, Павел очень сдружился с Семеном. Они стали друг другу почти как братья.
    После поминок, когда все разошлись, Роман Максимович зашел в свою комнату. Порывшись в ящиках шкафа, он нашел красную шкатулку. В ней находился самый важный секрет в его жизни. Там, лежала фотография двух маленьких близнецов. Это было фото из роддома. И он отчетливо помнил тот день. День, когда он забирал жену из роддома вместе с двумя его дочерьми. А еще на глубине шкатулки лежала и еще одна фотография. На ней была изображена девушка в восточной одежде. Из под платка были видны черные кудрявые волосы. А в черных глазах, была видна искорка. И не простая искорка. Это была искорка любви и надежды. Роман Максимович помнил тот день, когда он познакомился с этой девушкой. Это было в новогоднюю ночь, возле Кремля. Перед тем, как он отправился по контракту служить в Арабские Эмираты.
    Говорят, что время оно лечит. Возможно и так. Только, вот нон лечит ту рану, что не столь глубока. Ведь воспоминания все равно остаются. Аиша, проводив сыновей, внуков и меня на охоту, сама принялась кормить попугаев вместе с Сабриной. Она не часто ходила к попугаям. Временами, даже ругалась, что развели тут не понятно что. Но все же, эти птички порой могли затронуть сердце любого человека. Покормив с внучкой птиц, Аиша решила посидеть возле дома. Взглянув на алое небо, ей стало как то тревожно на сердце. Закрыв ненадолго глаза, она и сама не поняла как уснула. Ей опять снился он. Ее первая любовь. Ей снился тот день, день их расставания. Когда она прибежала к нему вся в слезах и сказала, что родители выдают ее замуж. Роман, был весь в гневе. Он сразу же пошел к ее родителям, чтобы просить ее руки. Конечно, его и на порог не пустили. Только ей потом, очень сильно досталось. Ведь она встречалась с не мусульманином! А это было просто не мыслимо. Кое как родителям удалось выдать ее замуж. А после свадьбы, она наивно ждала, что Роман украдет ее. А вскоре узнала, что он женился. Буквально через год после ее свадьбы. А еще через год, она узнала, что его жена была беременна. И она решилась сама сбежать из дома, чтобы увидеться с любимым. Он же сказал ей, что больше не любит ее и все это было простой влюбленностью. Что любит только жену.
    И никогда не бросит ее. Он говорил эти слова с каменным лицом. И Аиша поверила. Вернувшись домой вся в слезах, она первым же делом приказала одному из охранников украсть у него ребенка. Охранник выполнил все. Только вот он не знал, что у Романа родились двое близнецов. И он забрал одну девочку. Муж когда узнал о том, что натворила его жена, что она украла ребенка грозился сначала просто убить ее. Но, она хорошо, что была беременна. И тогда это спасло ее. Муж Аиши, отдал эту девочку на воспитание своему другу. Ее назвали Аурелия. Чуть позже, через несколько лет, судьба странным способом соединить Аурелию с Маратом. Ее сыном. Возможно, это было особого рода наказание для нее. Но она не смогла противится их браку. Ведь тогда был еще жив ее муж. А сейчас, когда в дом пришла эта вторая близняшка, ее сердце стало болеть еще сильней. Как можно принять теперь и ее? Как? Она ведь дочь ее врага. Человека, который разрушил всю ее жизнь. Который, взял и просто отказался от нее. И теперь, Аиша знала, что ни за что на свете не оставит меня в покое. И конечно же, она знала мое настоящее имя: Татьяна. Проснувшись, от этого сна, Аиша почувствовала резкую боль в сердце. И сразу же крикнула Алию, чтобы та принесла ей воды. Надо собраться с мыслями и силами. Нельзя позволять воспоминаниям брать вверх над собой. И это, она прекрасно понимала.
    Солнышко пригревало морские волны. Дул приятный, теплый ветерок. Песок был кремового цвета, и на нем не было ни одного камушка. С моря доносилось пение птиц. А небо было по прежнего алого цвета. На этот раз мы ехали в больших черных джипах. В одном, была я, Марат и наш сын. А в другой сидели Давуд с сыном. По пути конечно же не обошлось и без игр. Только играли Марат с Давудом. Кто кого перегонит. Большие шипованные колеса, с легкостью ехали по песчаным горам и песку. И ни разу не буксовали.Но все же, во время их такой игры в догонялки, я не раз жаловалась Марату, чтоб он прекратил. Но он меня не слушал. Нажимал педаль газа до упора, и мчался под двести километров в час. Что за нами образовались облака пыли и грязи. думала, что у меня только один сын. А теперь оказывается их двое. Хорошо хоть, пеленки не надо обоим надевать. Держась за ручку возле своего сидения, я поправила свой розовый платок и заметила, что наконец то мы остановились. Прямо возле побережья. А вокруг ни души. Давуд вместе с сыном сразу же вышли из машины и начали готовить двух соколов. Адам сразу же выбежал из машины, чтоб понаблюдать за этим. Как Давуд будет надевать на руку перчатку и доставать из клеток двух соколов.
    — Только не смотри как соколы будут лететь за крысами. И закрывай глаза, если сокол полетит прямо на тебя. Договорились, родная? — спросил меня Марат, помогая мне выйти из машины А затем стал доставать из багажника черный чемодан.
    Встав ногами на песок, я посмотрела на солнце и сразу же натянула на свои глаза черные очки. А потом прошла в сторону Давуда. Он уже надевал детям перчатки и рассказывал о мерах предосторожности. Как это кстати. Молодец, однако. А в клетке на земле уже томились двое серо черных птиц. у них был пронзительно яркий взгляд. сразу видно, что двое хищников. Мне захотелось подойти и погладить птиц, но потом резко передумала. И тем более, все вокруг меня так суетились. Марат, открыл чемодан и выпустил маленьких крыс на свободу. Чтоб те успели спрятаться. Но, только где тут они будут прятаться? Везде ровный песок. Да, и солнце печет. Затем, Давуд и Марат начали доставать птиц. Тут, я и решила подойти к ним поближе. Наши мальчишки, должны были сами посадить птиц на свои руки. А затем запустить их высоко в небо. А Давуд с Маратом должны были наблюдать. И та птица, чья больше поймает крыс получит какой то подарок. Вот так мне объяснили всю их традицию. Для меня это было конечно, что то новое. И все же очень интересное. Спустя какое то время, дети наконец то отпустили птиц. И те взлетели под самые облака. Их изящные силуэты, было легко разобрать. А крылья помогали им парить в нужную сторону. Я наблюдала как парят птицы и улыбалась. Марат и Давуд, же стояли не подвижно. Они не имели права помогать детям. Затем, с молниеносной скоростью птицы устремились прямо вниз. А, что было дальше я не могу вспоминать без страха. Птицы приземлились на песок, и буквально начали рвать и есть этих крыс. Повсюду была кровь. Марат сразу же подошел ко мне, и крепко обнял. И произнес мне:

  • — Я же тебя предупреждал.
    — Что, трусишка испугалась?! — воскликнул мне Давуд.
    — Давуд, она первый раз здесь. Успокойся — заступился за меня Марат.
    — Ничего я не боюсь! — сказала я.
    И вдруг, никто из нас не заметил как сокол Давуда, полетел прямо на его сына. И клюнул прямо ему в глаз. Что тот сражу же закричал. Марат сразу же поймал птиц и спрятал их в клетке. А Давуд подбежал к сыну, пытаясь рассмотреть его окровавленный глаз. А я с Адамом быстро побежали за аптечкой в машину. Тот сокол, что ранил сына Давуда прямо в глаз, смотрел на все происходящее с удивлением. Словно, он и не понимал, что тут твориться. А его окровавленный клюв, была единственная и самая важная улика.
    Меня жутко трясло не сказать словами как. Я настолько испугалась, что ни Адам, ни Марат не могли меня упокоить. И даже когда мы доставили сына Давуда в больницу, у меня до сих пор была паника. Я была готова устроить скандал прямо в больнице. Это не детская охота! Почему, никто не сказал, что птицы будут есть крыс прямо на наших глазах!?
    Когда, я позвонила Алие и все рассказала ей, она тут же прибежала в больницу к сыну. Давуд за это очень на меня разозлился.
    — Зачем ты устраиваешь тут истерики!? Прекрати! С нашим сыном все в порядке. Просто зрение может потерять- сказал Давуд Алие, обхватив ее за плечи. Она плакала не переставая. И мне было очень жалко её.
    Вдруг, из палаты вышел врач, и сказал:
    — К сожалению, глаз распух. Было большое кровотечение…
    — Скажите, что все хорошо с моим сыном!- закричала сквозь слезы Алия.
    — Дай врачу договорить, женщина! — сказал Давуд. Ему плохо удавалось успокоить жену.
    — Он потерял зрение на этот глаз. И к сожалению, зрение не вернется. Слишком повреждена сетчатка глаза. Сочувствую, вам. Сейчас, лучше его не беспокоить. Приходите завтра утром- договорил врач, и сразу же вернулся в палату.
    — Мой сынок — закричала Алия.
    — Перестань. Это всего лишь зрение. Скажи спасибо, что вообще жив остался — сказал ей Давуд.
    Тут, во мне закипела кровь. И сдерживать свои эмоции уже не смогла.
    — А между прочим, это ты виноват! Ты знал, что эта охота совсем не для маленьких детей! Ты своими руками, лишил сына зрения! — закричала я, и подошла к Давуду. А Марат с Адамом, сидела на скамейке возле стены.
    — Что ты сказала!? Как ты смеешь!? — сказал рассерженно Давуд. После го слов, Марат сразу встал со скамейки.
    — Ты совсем не любишь своего сына! Если бы любил, то не допустил бы этого! — крикнула я.
    — Дорогая…- попытался сказать мне Марат.
    — Думай, что говоришь- сказал мне Давуд, и улыбнулся.
    — У тебя сын, мог погибнуть! А ты смеешься как ишак! — сказала я.
    — Ах, ты змея! — сказал мне Давуд, и со всей силой ударил меня по щеке.
    — Дорогой, не надо. Успокойся — сказала Алия, взяв мужа за руку.
    — Эта змея ответит за свою наглость — закричал Давуд.
    — Всё, хватит! Иначе нас выведут из больницы! Милая, сынок, пойдемте — сказал Марат, и взяв меня и сына под руки вывел нас из больницы. Вся щека у меня грела. И меня не волновало, останется ли синяк.
    Когда мы сели в машину, Марат посмотрел на меня и поправив мой платок на голове, произнес:
    — Ты моя куколка, нельзя же так.
    — Он вывел меня из себя — прошептала я. Мне хотелось плакать, но слез не было. Лишь, Адам с заднего места взял меня за руку и сказал:
    — Дядя Давуд очень злой. Не связывайся с ним, мамочка.
    Я была удивлена словами сына. Впервые за это время, он обратил на меня внимания. Впервые, он перестал на меня обижаться. А я же просто представила, а что если бы это нашего сына заклевал сокол? Да, не дай Аллах. Я бы тогда не дала жизни никому в нашем дома. Я очень полюбила и Адама, и Сабрину. Они стали мне по настоящему родными людьми. Только вот к Марату, я пока ничего не чувствовала. То он добр ко мне, то резок. По истину, он человек настроения. И никто кроме него, не мог догадаться что же за букашки такие вертятся у него в голове.
    Приехав домой, нас сразу вышли встречать Сабрина и Аиша. Мать Марата как всегда одарила меня своим суровым взглядом. Что мне даже захотелось ей язык показать. Но, пожалуй, что это бы уже все таки было бы перебором. Хотя… нет, лучше не стоит.
    В эту ночь, мне снился удивительный сон. Мне снилось, что я катаюсь на велосипеде. На мне короткое белое платье. Волосы распущены, и украшены венком из цветом. А рядом со мной едет молодой парень. Он тоже на велосипеде. Мы останавливаемся на поляне, где растет овес. И он берет меня на руки и начинает кружить. Я была так счастлива во сне, что просыпаться не хотелось.

  • Прошла неделя, Марат уехал в командировку в Россию. Как он мне сказал,, у него какие то срочные дела. Они связаны с семейным бизнесом. Без него, мне стало очень одиноко. Хоть дети и были рядом со мной. Буквально, на следующий день после его отъезда начался несказанный ужас. Аиша, мама Марата решила полностью подчинить меня себе. А началось все так. Было где то где 11 утра. Я все еще нежилась в своей кроватке под одеялом. Сквозь открытое окно дул свежий, теплый ветер. И вдруг, дверь моей спальни резко распахнулась. На пороге, в черном хиджабе, стояла Аиша. Увидев, что я еще сплю она заорала:
    — Ты почему до сих пор спишь!? Давай вставай! По делу очень много дел! Помоги Алие прибраться в доме! Она сегодня пол дня пробудет в больнице у сына. И некому даже пол помыть! Давай вставай лентяйка.
    — Хорошо, я встаю — ответила я ей. Ее слова разбудили меня моментально. А через минуту ко мне в комнату зашла Алия.
    — Давай за работу! А то обленилась совсем! Алия, и пусть она поможет тебе приготовить обед — сказала Аиша Алие.
    Именно так, и начался мой ад. В начале, я помогала Алие просто из вежливости. Ведь у нее сын в больнице находился. Потом, его выписали через три дня. Но, Аиша была настроена принципиально. Я даже, и поняла как стала в этом доме служанке. Одним словом, мама Марата очень вредничала по отношению ко мне. Если ей не нравилось как я мою пол, то она заставляла меня его перемывать. Да, и еще заставляла меня по четыре раза вытирать пыль в ее комнате. Что уже к исходу дня я просто падала на кровать. У меня не было времени даже на детей. Сын ходил в частную школу. А с Сабриной занималась няня, которую наняла Аиша. Видите ли, ей не нравится как я воспитываю своих детей.И ее надзор оказался для меня сравним пожизненной каторге в тюрьме. Да, и Марат пока не торопился домой. А у меня не было сил даже, чтоб как следует умыться. И во время намаза и то, Аиша как на зло влетала ко мне в комнату, словно ведьма на метле. Чтобы очередной раз выразить мне свое недовольство. А я боялась и лишнего слова ей сказать. Вот, ворчать на остальных то пожалуйста. А вот на нее, даже и голос поднять не могла. Ведь она была уважаемым человеком в этом доме. Но, это было только начало. Худшее, оказалось только впереди. Спустя несколько дней, Давуд начал проявлять ко мне странные знаки внимания. Раскидывал в моей комнате лепестки роз. То, предлагал за мной поухаживать. А один раз, когда я мыла пол, то вообще наглым образом подошел ко мне и замер на месте.
    — Убери ноги, дай пол домою! — сказала я Давуду, намывая тряпкой пол рядом с его черными ботинками. Даже смотреть на него особо не хотелось.
    — Помой и мою обувь за одно — ответил он мне.
    — Боюсь, что тут ничего не поможет. Лучше опусти их ванну покупаться, словно маленьких утят.
    — Так и сделаю, только потом. А сначала так помой.
    — Я же сказала, нет!
    И тут, как на зло мимо проходила Аиша. Она таким взглядом на меня посмотрела, что я молниеносно прошлась тряпкой по обуви Давуда. Как же меня это все достало!
    — А теперь встань на ноги!
    — Нет!
    — Встань, женщина!
    — Хватит так со мной обращаться! Я тебе, что, уборщица!? — воскликнула я, вставая на ноги. Глаза у Давуда были немного хищные. Ох, что тут ждать не известно. Но, вместе этого Давуд сделал другое. Он начал прижимать меня к стене, и поглаживать по плечу. Мне стало страшно. Через пару минут, когда Давуд положил свои руки мне на попу, я уже не сдержалась. Я ударила ему коленкой между ног! А затем поправила свою длинную голубую юбку и пошла к себе в комнату. Врезала я ему конечно сильно, даже уходя я ушами слышала его вопли. Так ему и надо! Придя в комнату, я заметила, что на мой телефон пришло сообщение от Марата. Он сообщил, что через два дня вернется. И я была очень рада.
    Но не прошло и пары минут, как вдруг послышался громкий крик Аиши. Эх, не даст она мне покоя за эти два дня. Главное, суметь выжить. Только вот как? Быстро положив телефон на стол, я спустилась на лестнице на первый этаж. По середине гостиной стояли Аиша и Давуд. Увидев его, я сразу побледнела. Дети в этот момент играли в саду, а Алия наводила порядок в их их комнате.
    — Ты, совсем ума лишилась!? — закричала на меня Аиша.
    — Что случилось? — спросила я. И попыталась не волноваться. Хотя, это было достаточно трудно. Да, и Давуд смотрел на меня с полу улыбкой.
    — Давуд сказал, что ты ударила, это так?
    — Да, правда. Он это заслужил. Он домогался меня.
    — И ты еще, врать вздумала?!
    — Ничего я не вру! Он сам приставать ко мне начал! Надо было сильнее видимо его врезать!
    — Мам, ты же видишь, она совсем ума лишилась после аварии. Сама говорит то, чего и быть не могло! — сказал Давуд матери.
    — Как ты смеешь такое говорить!? Это у тебя видно, жуки в голове через уши выползли, и видимо все мозги унесли- сказала я.
    — Ты моих жуков, оставь покое! Лучше за своими присмотри! — ответил мне Давуд.
    — Хватит! Аурелия, ты не медленно должна извиниться! — крикнула Аиша.
    — Я не перед кем извиняться не буду! И вообще, мне все это надоело! Хватит. Я вам не уборщица в этом доме. И в рабыни не нанималась, чтоб всем подряд одно место гладить! — сказала я. Ох, лучше бы я промолчала. Аиша меня одарила пощечиной. Хотя удар ее был слабоват. Вот, Давуд тогда ударил меня сильнее.
    — Давуд, проучи эту девчонку! — сказала Аиша, и сжав ладони ушла к себе в комнату.
    — Видимо, ты решила, что ты здесь имеешь права голоса, да? Ты ошибаешься! — сказал мне Давуд, и схватив сильно на правую руку кинул меня со всей силой на пол. Что я упала от неожиданности. Хорошо, что ногу не подвернула. И не ударилась головой.
    — Я все расскажу Марату! — сказала я, не вставая с пола. На моих щеках появились первые слезы.
    — Ты ничего, и никому не скажешь! Поняла!? — сказал мне Давуд, а затем присел напротив меня и со всей силой ударил меня кулаком по подбородку. Что от его удара, у меня потекла из губы кровь. Он разбил мне нижнюю губу. И похоже, даже зуб выбил. Мне стало очень больно. Поднявшись обратно на ноги, Давуд положил свою руку мне на голову. Я думала, что ударит меня еще раз. Или добьет. Но вместо этого, он лишь плюнул рядом со мной, а потом ушел. Я еще какое время лежала на полу, на животе. И не в силах была даже подняться. И вдруг, в дом зашел Адам. Он решил вернуться за какой то игрушкой. Увидев, что я лежу на полу он сразу подбежал ко мне.
    — Мама, что это было? Кто это сделал? — спросил меня Адам, и помог мне присесть на корточки. А я сняла платок со своей головы, и приложила его к своей окровавленной губе.
    — Сынок, все хорошо. Иди играй. Спасибо тебе- ответила я сыну сквозь пелену слез.
    — Нет, мамочка. Я так не могу. Ты очень добрая, ты такая же как моя настоящая мама. Только жаль, что ты не она. В этом доме все врут тебе. Ты не моя мама, и не жена Марата. И не мать Сабрины. Наша мама погибла. А ты просто очень похожа на нее. Пойдем, я покажу тебе кое что — сказал мне Адам, и помог встать на ноги. А затем взял меня за руку и повел в свою комнату. Я ничего не понимала, просто шла следом за сыном. Неужели, я настолько напугала его? Приведя меня в свою комнату, Адам встал на кровать и достал со шкафа фотоальбом. Потом присел с ним на кровать, и протянул мне. И я не смогла просто не открыть этот фотоальбом. Там были цветные фотографии. Когда я начала листать фотоальбом, Адам все говорил мне и говорил. А я просто слушала его, и не знала как поверить.
    Как поверить в то, что тебе врали? Как?…
    — А вот, это свидетельство о смерти моей мамы. Аурелии Идрисовой — сказал мне Адам, показывая вставленный листочек в фотоальбоме. Достав его, я почувствовала как сильно бьется мое сердце. В свидетельство все было написано так, как сказал мой сын.
    — Как же тогда мое настоящее имя? Почему все скрывают это? Зачем? — у меня началась паника. В голове была такая неразбериха от услышанного.
    — Твое имя Таня. Я слышал как отец говорил, что нашли двойника мамы. Что она должна заменить ее. Чтобы не возникло никаких лишних споров. Я точно не знаю- ответил мне Адам.
    — Спасибо тебе родной.
    — Беги из этого дома, беги. Тебя не оставят живой.
    — Дорогой мой- с этими словами я обняла Адама, и поцеловала в лоб. Он тоже плакал. Он ужасно боялся, что со мной будет тоже самое что и с его матерью.
    Эта новость меня конечно выбила из колеи. Выйдя из комнаты сына, я пошла к себе в комнату и стала искать в вещах Марата, хоть что нибудь. Снизу, доносились крики Аиши и Алии, но я не обращала внимания. Я буквально выбросила все вещи из двух шкафов. Затем принялась за комоды и столы. Наконец, в одном из ящиков я нашла паспорт на имя: Татьяны Исаевой. А рядом паспорт на имя: Аурелии Идрисовой. Внимательно посмотрев на фотографии в паспорте, я не поверила своим глазам. По коже ползли мурашки. Я начала дрожать. Так, это правда? Меня как куклу привезли сюда? Словно марионетку? Которой, просто дали чужое имя? Но, зачем!? Спрятав паспорта в свою сумку, я вышла из комнаты. И тут же ко мне подошла Алия. Она сказала, что мама просит чай. Хорошо, будет ей чай. А ночью я убегу. И вы больше никогда меня не найдете. И это будет мой последний день в вашем доме.
    Вечером, ко мне в комнату зашли Адам и Сабрина. Они сказали, что помогут мне убежать. Я так полюбила их за это время, как родных. как же не хотелось мне расставаться с ними.
    А ночью, после того как все уснули. Начался наш план. Сабрина отвлекала охранников. А Адам помог открыть мне дверь забора. На мне была надета сиреневая кофта, белая юбка. А волосы надежно прятались под розовым платком. На плече висела черная сумка. В которой были кое какие вещи, а еще два паспорта и деньги. Которые, я стащила из пиджака Марата. Только оказавшись за забором, я поняла, что вот он мой шанс. И побежала куда глаза глядят. Мне было важно как можно быстрее покинуть страну. Так не терпелось побыстрее найти свой настоящий дом. Я бежала по одинокой дороге, кое где горели фонари и лаяли собаки. Вдруг, я заметила машину, и решила остановить ее.Это было такси, как кстати. Сев в машину, я сказала на арабском, чтоб меня довезли до аэропорта. Побыстрее бы убраться с этой страны. Всю дорогу до аэропорта я смотрела в окно. Было ничего не видно, кроме ярких звезд, и мигающих огоньков самолетов. Я даже и не заметила как уснула. Вместе с этим сном, ко мне начала возвращаться моя память. Я начала вспоминать то, что у меня есть муж Павел. Мы с ним познакомились совсем случайно, в парке аттракционов. Ему понравилось как я кричала, во время катания на горках. И он решил , что обязательно познакомиться со мной. Только последнее, что я не смогла вспомнить, так это саму аварию.
    — Приехали! — разбудил меня внезапно голос водителя. Расплатившись с ним за такси, я пошла в здание аэропорта. Он как всегда был полон народу, не смотря на то, что за окном все еще глубокая ночь. Какое странное ощущение, я была никем, а теперь вдруг всё вспомнила. Мне дали чужую жизнь, словно маску. И так безжалостно. Так коварно. Что просто трудно удержаться на месте, чтоб не расплакаться. Подойдя к кассе, я решила, что воспользуюсь паспортом Аурелии. А то боюсь, что по паспорту Татьяны меня найдут. Хотя, меня так и так ведь найдут. Хотя, лучше бы не нашли. Я купила билет в Ростов, через Москву. Прямого рейса не было. Но мне и этот сойдет. Все равно я лечу домой, в настоящий дом.
    Марат прилетел поздно ночью, и сразу на такси поехал домой. Он не хотел никого будить, и поэтому тихо прошел на второй этаж прямо в комнату. Быстро раздевшись, он в полной темноте забрался в постель. В надежде, что я уже сладко сплю. Поискав меня рефлекторно руками, он меня не нащупал, и очень удивился. И только тогда включил боковую лампу. Повсюду были разбросаны какие то документы, и еще несколько его брюк. Этот беспорядок, очень его взволновал. Но все же, ему так хотелось спать, что он сразу же заснул. Подумав, что возможно я сплю в комнате детей. Ему снилась я. И этот сон заставил его сердце биться чаще. Он улыбался во сне. Если бы я в этот момент находилась бы рядом, то обязательно бы не удержалась и поцеловала его в носик. Через несколько часов, наступило утро. Но небо еще было темным. Марат сразу же встал, оделся и пошел умываться. Ведь нужно было совершить утренний намаз. Только вот, он не знал еще, что этот намаз ему придется пропустить. Всему виной стали крики его матери внизу, она кричала по имени его жену. Перепугавшись, Марат спустился на первый этаж. Там уже горел свет. И по середине гостиной стояли Аиша и Алия.
    — Доброе утро мама, в чем дело? Почему, вы кричите на весь дом?- заволновался Марат.
    — Ты уже вернулся, сынок? Почему не предупредил?- спросила мама, и подойдя к Марату обняла его.
    — Решил вернуться пораньше. А почему, у вас такой шум с утра пораньше?
    — Да, просто Аурелия хотела мне ноги помыть с утра. Вот жду ее. Она сама вызвалась. И еще чай должна была принести.
    — Так, это же обязанности Алии.
    — Сынок, она сама предложила. Да, и пора бы привыкать к домашнему хозяйству. А то столько дней в больнице пролежала.
    — Мама, не нужно так её волновать. Прошу, вас.
    — Хорошо, милый. Как успехи?
    — Я заключил все договора. Всё прошло успешно. Через две недели будет новый товар. А вы как тут поживали без меня?
    — Всё хорошо. Никто никого не обижал!- сказала Алия, и обеспокоенно посмотрела по сторонам.
    — Пойду поищу ее. И за то скажу, что вы ее звали — сказал Марат, а затем вернулся к себе в комнату. Там, рядом с его чемоданом стояла клетка с рыжим фенеком. То есть с маленькой, рыжей, миниатюрной лисичкой. Он купил ее в подарок детишкам. Дети давно уже просили купить ее. Лисичка, все еще спала после перелета, и поэтому Марат тихонько взял ее и отнес в комнату Сабрины. Она уже как раз совершала намаз. А вместе с ней и Адам. Марат очень удивился и этому. Ведь дети никогда не молились вместе.
    — Папа! Ты привез ее нам! — воскликнула улыбаясь Сабрина.
    — Тише, она еще спит — сказал Марат.
    С этими словами, Марат и Сабрина тихонько вынули из клетки лисичку и положив ее на кровать, начали гладить ее. От чего лисичка начала урчать от удовольствия.
    — А где мама? Я думал, что она с вами- спросил Марат, присев рядом с детьми на кровать.
    — Ну…- начала Сабрина, и опустила свой взгляд на лисичку. Она боялась признаться.
    — Дядя Давуд поднял на нее руку, и мне стало страшно. И я рассказал ей. Всю правду. Прости меня, пап- сказал Адам, стараясь не смотреть на отца.
    — Пап, они хотели убить её! Она хорошая — сказала Сабрина, и посмотрев на отца, заплакала.
    — Я не буду вас ругать. Только скажите, где она сейчас — сказал Марат. В его душе все перевернулось. Хотелось накричать на детей, но смысл?

  • — Мы помогли ей сбежать — одновременно признались ему дети.
    — Маленькие вы мои, что же вы наделали — прошептал Марат, закрывая лицо руками. Если его мать узнает, что она сбежала и тем более, что она все знает, то только Бог знает, что с ней будет. А согласно традициям семьи, то ее могут и убить. Да, и навряд ли ее оставят в живых, после всего.
    Пока детишки гладили лису, Марат все еще рассуждал как быть. Вся эта ситуация могла бы плохо сказаться на добром имени семьи. И где это мыслимо, чтобы девушки в их городе сбегали из дома, и оставались при этом в живых? Вот именно, пока это никому не удавалось. Хотя в том, что произошло он тоже был виноват. Не стоило изначально так делать. Ведь, он знал, что играет моими чувствами. Что просто очень сильно любит жену, а я всего лишь похожа нее.
    — А она не сказала вам, куда едет?И на чем? — спросил Марат детишек.
    — В Ростов, на самолете — ответил Адам.
    — Родные мои, а не хотите ли, покинуть этот дом? И полететь к ней? К тете Тани? Она же вам понравилась, так ведь? — спросил Марат.
    — Да, очень — ответила, улыбаясь Сабрина.
    — Тогда одевайтесь. И соберите вещи. А после завтрака все полетим. Только, никому не слова хорошо? Если спросят про маму, скажем, что она приболела и к ней нельзя. Договорились? — спросил Марат.
    — Ура! Мы летим в Россию!- сказала Сабрина.
    — Тише, тише — попросил Марат.
    — А мы туда на совсем? — спросил его Адам.
    — Думаю, что да.Давайте собираться. За то и лисичку покормим- сказал Марат. И после этих слов вышел из комнаты. Ему показалось, что и правда, это был самый лучший выход. Только вот, он подставит под сомнение свое имя. И его мать откажется от него. Пусть лучше так, чем терпеть все это . Марату и так уже надоело постоянно слушаться. Словно, он не имел права голоса. Хотя, идти против матери было очень рискованно. Теперь, и жизнь детей, он тоже ставил под вопрос. Но, это лучше, чем просто ждать когда мне вынесут смертный приговор. А его похоже останется ждать совсем не долго.
    Выйдя из комнаты, Марат спустился вниз, и сказал, что я заболела. И что не стоит ко мне пока заходить. Аиша этому не очень то удивилась. Только Алие, стало меня очень жалко. Она ведь знает как я тут страдала, и что жизнь в этом доме превратилась в настоящий ад.
    После завтрака, Марат собрал детей и покидал немного вещей в машину. Это все нужно было сделать как можно незаметнее. Чтобы никто в доме не догадался о том, что они улетают. Сабрина и Адам сказали бабушке, что идут в гости и Марат их проводит. Конечно, Аиша согласилась. И никто ничего не заподозрил. А Давуда в это время уже не было дома. Он с утра пораньше уехал на деловую встречу. Добравшись до аэропорта, Марат выкупил заказанные им билеты для себя и детей. Дети всю дорогу восхищенно обсуждали то, как они будут в России. Что завтра, первый день весны. И наверно, там еще кое где лежит снег. Только вот Марату снег был совсем безразличен. Пройдя досмотр, они быстро сели в самолет.
    — Пап, а Таня уже прилетела в Ростов? — спросил Адам.
    — Да, пап. И как мы ее найдем? — добавила Сабрина.
    — Как нибудь найдем. Мне сказали, что ее рейс уже давно прибыл- ответил им Марат.
    Когда самолет взлетел, Марат посмотрел в окно. Он последний раз любовался песчаными горами, изобилием песка и солнца. А также куполами мечетей, и каменными домами. Возможно, что они уже сюда больше никогда не вернуться. И только сейчас он понял, что полностью зависим от бизнеса семьи. И что скоро ему придется искать новую работу. Начинать все с самого нуля. Но, пока что это всего лишь его фантазии. Это лишь на первый раз всегда кажется, что легче не бывает. Главное, чтоб ему и его детям ничего не угрожало. Все время перелета, он думал и о том, что не плохо было бы сменить паспорта. А за то и сбрить щетину. Одним словом, немного измениться не только по паспорту, но и внешне.
    Через несколько часов самолет спустил шасси, и начал приземляться. Дети спали в обнимку. Только Марату, совсем не спалось. Разбудив детей, он сказал им:
    — Сейчас перекусим, а то полет был долгий. И я отвезу вас в отель. А сам поеду искать Таню.
    Я открыла глаза, и ничего не могла разобрать. Только руки от чего то начали побаливать. Немного пошевелив ими, я поняла, что руки связаны сзади. И я сижу на чем то твердом. Похоже, что это стул. Поморгав, чтобы глаза привыкли к плохо горящей лампочке, я попыталась осмотреться. Вокруг меня были серые, каменные стены. Кое где виднелись надписи на арабском. Из мебели ничего не было, кроме стула к которому меня привязали. Что же я тут делаю? Я уже ничего не понимала. Слабое свечение лампочки, очень часто мигало, и от этого становилось не по себе. Мои ноги жутко онемели и замерзли. Тут было и правда, очень холодно. Словно это сарай, или погреб. Как же я тут оказалась? Тут, даже не было ни одного окошка. И трудно было вообще что либо осознавать. Я закрыла глаза, и попыталась вспомнить, что же произошло со мной. Начнем сначала: я купила билет, села в самолет. Помню, что заняла свое место. Потом, самолет взлетел, и я уснула. А потом ничего не помню. Видимо, меня нашли… но, как!? Неужели, так быстро можно было найти человека? Только вот, почему я привязана? Это, что похищение? Я попыталась открыть рот, и закричать. Губами было очень больно шевелить. Все же, этот удар Давуда оставил отпечаток на моей губе. И навряд ли, она так быстро заживет.
    Вдруг, я услышала чьи то шаги за стеной. Мое сердце начало биться со с немыслимой скоростью. А когда, дверь открылась, то я и вовсе замерла от удивления. Это же… Давуд?! Я тут же попыталась вставать со стула, или снять веревки, но все было бесполезно.
    — Удивлена, да? — спросил меня Давуд.

  • — Что тебе нужно от меня? Как ты нашел меня? — воскликнула я. Мне стало страшно от одного его вида. На нем были красные брюки, и черный свитер. А на груди висел деревянный крест. Можно подумать, что он из какой то секты.
    — Всему свое время, радость моя. Всему свое время- сказал мне Давуд. Он держался в стороне от меня. Возможно боялся, что не сдержится и сразу убьет меня.
    — Это ты убил Аурелию?
    — Я ее всего лишь усыпил.
    — И вижу удалось, что пришлось ее заменить на меня.
    — А я и не менял. Вы же родные сестры…
    — Не смешно! — я не могла поверить в эти слова. Я прекрасно знала, что я одна в семье. И я уже извини не маленькая, чтобы верить в собственную сестру близняшку.
    — Если б я шутил, то у тебя бы все зубы выпали.
    — Мне не страшно, у меня новые вырастут. А вот у тебя навряд ли!
    — Опять дерзишь да?
    — Пока всего лишь разогреваюсь.
    — Только не спали тут все своим остроумием.
    — Остроумие удел сильных. А не таких безрассудных хомячков как ты!
    — Я любил Аурелию. Но она выбрала не меня. А я предупреждал ее, что за все придет своя расплата. Что однажды, она заплатит мне за все.
    — А я тебе зачем нужна? Я с тобой не собираюсь в нарды играть. Отпусти меня.
    — Действительно, как сильно вы отличаетесь. Она была тихой и послушной. А ты же, дикая как кошка. Ну, ничего. Тебе тоже осталось немного. И знаешь еще, что? Твой муж сбежал в Ростов с детьми, чтоб найти тебя. А ты же тут, в Москве. Хотя прости, он не муж тебе…
    — Отпусти меня! — крикнула я, и начала прыгать на стуле. От чего сразу же упала вместе со своим стулом на бок. И успела не сильно удариться о каменный пол. Как же много загадок в этой семье. Но, я не я, если не найду от них все ключи. Я уверена просто, что Давуд найдет меня. Но, для начала бы неплохо выбраться сюда.
    — Ты не думай, что так легко можно отсюда сбежать. А если и сбежишь то, что дальше? Куда ты пойдешь без денег и документов? — спросил меня Давуд, и бросил прямо передо мной паспорта и деньги. А затем поджег все это на моих глазах. Ничего, я и без этого справлюсь. Он не сможет меня запугать!
    Спустя несколько часов…
    Марат оставил детей в номере отеля вместе с их маленькой лисичкой. Эта лисичка была способна поднять настроение, буквально всем. Только не ему. Ведь, он осознавал свою вину и ошибку. И надо же было ему еще и влюбиться в меня!? Как такое вообще возможно?
    Посмотрев как дети играют в догонялки с лисичкой, он сказал им:
    — Смотрите, что он всю мебель не порвал. Я предупрежу администратора внизу, чтобы отвечал на ваши любые звонки. Вам придется побыть одним. И я не знаю как вернусь. На листочке возле телефона, я написал вам свой номер мобильного. а также администратора отеля. Не волнуйтесь, я постараюсь вернуться через два часа уже вместе с Таней.
    — Пап, а она ведь согласиться стать нашей мамой? — умоляюще посмотрела на отца Сабрина.
    — Конечно. Я не сомневаюсь, что она полюбила вас как родных- ответил Марат, а затем поцеловал детей в лоб. А лисичку просто погладил по пушистой мордочке. У лисы были глаза цвета чая. И только сейчас, он заметил это. дождавшись пока Марат закончит ее гладить, лисичка сразу же прыгнула на диван и улеглась рядом с красной подушкой. А Сабрина присела рядом с ней. А Адам пошел налил в маленькое блюдце водички. Вот и хорошо, им будет чем заняться. Тут еще и телевизор есть, и большая двухспальная кровать. А также шкаф. В который, Марат уже давно поставил чемоданы. Пол был выстелен полностью ковром, и от этого детишки еще больше обрадовались. Они часто любили ходить босиком по дому в Йемене. Надев пальто, Марат еще раз улыбнулся и помахал детишкам рукой. А потом только вышел из номера. А потом из отеля. Этот отель находился в простом желтом здании. Ничего обычного в нем не было. Рядом, стояли жилые дома и здание школы.
    На улице пахло весной. На дорогах были лужи, и следы от снега. Кое где на крышах, висели сосульки. И с них стекали капельки. Солнце светило еще слабо. И согреть оно к сожалению, было еще не в силах. Поэтому, Марат ни разу не ошибся, что надел пальто. Выйдя на улицу, он вздохнул нежный аромат весны, наполненный свежестью. Рядом с отелем ходило много людей. В том числе, и женщины с колясками. И молодые пары. Небо было пасмурным, и совсем угрюмым. Даже деревья, казались очень одинокими и покинутыми. Но, это конечно до поры до времени. Пока на них не расцветут почки. Марат шел по дороге и даже не заметил, как наступил ногой в лужу. Выругавшись про себя, он прошел дальше. Хорошо, хоть ногу не промочил. Весну он очень не любил. За ее гололед и невзрачность. Хотелось сразу лечь куда нибудь и просто уснуть до лета. Когда вокруг будет уже все зелено. После жаркого Йемена, весенний Ростов показался ему городом, который просто спит. И от этого ему показалось, что он тут был совсем лишним. Да и лица людей тоже выдавали погоду. Все они были какими то печальными. Словно еще не проснулись. Если бы, Марат шел рядом с памятниками архитектуры, то он бы заметил и свадебные кортежи. И красивые пары. Но, Марат шел совсем другой дорогой. И даже если бы увидел молодоженов, то просто бы прошел стороной. У него уже была когда то настоящая свадьба. Свадьба с Аурелией. Эта была настоящая мусульманская свадьба. На которой были соблюдены даже древние обычаи его семьи. Марат тогда купил в подарок невесте дорогое золотое ожерелье. За, что получил сразу же выговор от своей матери. Как же он раньше не догадался, что жил в Йемене словно в тюрьме? Ему все нужно было делать с позволения. Даже, бизнес вести и то. Всегда нужно было советоваться прежде с братом или мамой. Как же ему надоели и эти вечные разборки. Вся эта контрабанда золота в Йемен. Ведь, это был незаконный бизнес. Ради которого конечно, приходилось и убивать. Все эти мысли очень тревожили Марата. И с этими мыслями, он даже и не заметил как наткнулся на Павла.
    — Ты? Это ты? Что ты здесь делаешь?!- завопил Павел так словно ему на ногу слон наступил.
    Никто из них не ожидал такой встречи. Особенно в такое время.
    — И тебе привет- сказал Марат, и остановился напротив Павла.
    — Ты думаешь, что убил мою жену, и тебе так просто это сдастся?! — сказал Павел. Он был уже готов подойти и хорошенько врезать ему.
    — Я никого не убивал. Татьяна жива!

  • — Шутишь, да? Я видел её тело в морге…
    — Как!?
    — А тебе ли не всё равно? Ты у меня отца отнял. А теперь и жену. Кого дальше, а?! Может и меня заодно?
    — Ты следи за своим языком…
    — Не учи меня! Ученых не учат.
    — Я бы поговорил с тобой, но я идти должен.
    — Ишь, быстрый какой. Сбавь обороты, да!?
    — Мне и правда некогда с тобой говорить.
    — А мне есть о чем. Вот скажи, какого это? Убивать?
    — Мне правда некогда с тобой говорить — сказал Марат. И почувствовал как от Павла несет алкоголем. А потом присмотрелся к нему и понял, что тот вообще еле на ногах стоит. Сколько же, он выпил интересно?
    — Скажи, а зачем было заказывать убийство Тани? Прикончили бы ее сразу в автокатастрофе? А то выкрали ее из больницы, а потом еще и убили.
    — Автокатастрофа, это всего лишь случайность.
    — Случайность!? Да ты смеешься!?- с этими словами, Павел подошел к Марату и начал бить его. Конечно, Марат мог с легкостью отбиться. Ведь Павел был настолько пьян, что его координация очень хромала. И было удивительно, как он мог и пару фраз связать то?
    На эту драку собралась и толпа народу. А потом пришел и полицейский. И к совпадению или нет, но это был наш старый знакомый Семен. Он сразу же разнял Павла и Марата, а затем посадил их к себе в машину, а затем отвести в участок. Всю дорогу, Марат молчал. А Павел спал положив свою голову ему на плечо. На обоих были надеты наручники. Павел, часто оглядывался на них через зеркало. ясное дело, что они не сбегут. Только вот, из зач чего они подрались? Только в участке, Семен догадался, что один из них, это известный бизнесмен Марат Идрисов. Как же он мог не узнать его? И сразу начал теперь догадываться, что же произошло между ними.
    Первым, он вызвал к себе в кабинет Марата. Тот сел напротив него, и просто молчал.
    — Меня зовут Семен Павлович. Рассказывайте. Иначе, я буду вынужден посадить вас на сутки за драку — начал говорил Семен, и присев за свой рабочий стол, взял в руки чистый проток и синюю ручку.
    — Как это произошло? — спросил Марат, нервно сжимая ладони. Он очень боялся, что меня и правда уже нет в живых.
    — Вы подрались с Павлом. А из за чего, то я хотел бы, это уже у вас узнать.
    — Нет. Я хотел узнать… правда ли, что Татьяна Исаева умерла?
    — Да. Это так. Её убили.
    — Кто!?
    — Мы сейчас это как раз выясняем. Так, ваша драка с Павлом, произошла именно из за этого?
    — Он думает, что я убил ее. Но, я только сейчас узнал обо всем. а когда это произошло?
    — Несколько месяцев назад. Её даже уже похоронили.
    — А можно её фото с места происшествия? Я знаю, это звучит странно. Но, очень прошу вас. Даже, умоляю.
    — Это против правил. Хорошо, только одна минута — сказал Павел, и взяв в руки рабочий телефон, набрал своему помощнику Арсению. И попросил его сходить в архив и принести дело Татьяны Исаевой.
    Через несколько минут, когда дело наконец то принесли, Марат стал рассматривать фотографии. Не каждый бы смог спокойно смотреть на снимки с места преступления. Любого бы могло и вовсе вырвать.
    — Это не Татьяна Исаева. Не она. И я могу вам это доказать — сказал Марат. От его слов, глаза Семена приобрели оттенок удивления и сомнения одновременно.
    — Это… Аурелия. Моя жена. Сами посмотрите. У нее на верхней губе есть родинка- с этими словами, Марат достал свой бумажник и вынул из него фотографию. Это было семейное фото вместе с детьми. И родинку было совсем не трудно разглядеть.
    Даже Аресений, что стоял возле Семена Павловича резко побледнел. ему было очень любопытно все это необычное дело. И поэтому, принеся дело, он решил остаться прямо в кабинете.
    — Этого просто не может быть — сказал Семен, и перевернул на страницу с фотографией Татьяны. Там действительно не было родинки. Только на трупе она была. Как же он сразу не понял в чем дело? Да, и еще отец Тани говорил, что это не она.
    — Похожи, да? Они двойники. Я должен вам признаться, что Аурелия пропала очень давно. И вся наша семья искала её. И моя мама, чтобы ее отсутствие не вызвало ни у кого подозрения, заменила мою жену двойником. Как раз, Таня попала в больницу. И мы с легкостью смогли сделать эту подмену. Все говорили Тане, что она Аурелия. Вся наша семья знала эту правду. Даже мои дети. Только вот, она узнала обо всем. Что она не Аурелия, а Таня. И она купила билет на самолет. И вот я приехал сюда, чтобы найти её- признался Марат. Он понимал, что фактически был соучастником похищения.
    — То есть вы хотите признаться, что похищение всё таки было? А кто тогда подстроил автокатастрофу? И выходит убил вашу Аурелию? — спросил Семен, и взяв ручку в ладони, стал нервно ее крутить. Ему совсем не хотелось сажать его в тюрьму.
    — Что значит подстроили автокатастрофу? Мне про это ничего не известно.
    — Да, были следы того, что машину вывели из строя.
    — Странно. Я даже не представляю, кто бы это мог быть. И вы сказали, что Аурелию убили? Нет, это тоже невозможно. Я не верю, чтоб она могла кому то перейти дорогу.
    — Дети прилетели с вами?
    — Да со мной. я обещал им, что найду Таню.
    — Напишите подписку о не выезде. И можете идти обратно в отель. И оставьте свой номер. А мои помощники прочешут весь город. И я лично займусь её поиском. Не волнуйтесь. Мы найдем ее быстро, раз она прилетела в Ростов.
    — Спасибо вам.
    — Только имейте в виду, что сейчас, вы чудом избежали тюрьмы.
    — До свидание — сказал Марат, вставая со стула. И тут же к нему подошел Арсений и снял с него наручники.
    — Вы можете идти — сказал ему вслед Семен Павлович. И как только Марат вышел, Семен сказал Арсению:
    — Проследи за ним. Чтобы ничего не натворил.
    — Хорошо — ответил Арсений, и не заметно вышел из кабинета. А Семен Павлович, встал со своего стула и стал размышлять про себя. Почему, Аурелия и Татьяна так похожи? Разве, может это быть просто совпадение? Нет, тут явно кроется что то большее.
    Выйдя из отделения полиции, Марат облегченно вздохнул. Только на сердце у него все равно было очень не спокойно. Он вспомнил, что мама говорила ему, словно его жена сбежала с любовником. Она пыталась таким образом утешить сына. Хотя это было безусловно глупо с ее стороны. Он очень любил свою жену. А теперь увидел меня, и снова влюбился. Ведь я так похожа на нее. Только мой буйный характер сводил его порой с ума. Не успел Марат дойти до отеля, как у него в кармане зазвонил мобильный. Он сразу подумал, что это были детишки. Но на дисплее высветилось брат. С кем с кем, а с братом ему сейчас не особо хотелось общаться.

  • — Алё, привет брат — ответил Марат. Он все таки решил ему ответить.
    — Привет, брат. Ты где сейчас? Мама волнуется- ответил ему Давуд.
    — Далеко, очень далеко. Скажи ей, что я не вернусь домой.
    — Как же так?! Оставишь свою Таню одну в Москве?
    — Откуда ты…
    — Знаешь? Я много чего знаю. И поверь, я лично убью её, а затем и тебя.
    — Что ты с ней сделал!? — заорал Марат. Он был готов разбить телефон о стены ближайшего дома. Злость так и накатывалась на него, словно горячая волна.
    — Прилетай в Москву. А там и узнаешь, что и как. И кстати, мама еще не знает, что ты сбежал ради этой девки — ответил ему Давуд и отключил звонок.
    — Ну, скоти…- выругался вслух Марат. И как же ему теперь быть? Возвращаться в полицию, и все им рассказать? Времени было мало. И он решил, что зайдет к детям в отель, а затем сразу полетит в Москву.
    Арсений, конечно же слышал данный разговор. И сразу же доложил обо всем Семену Павловичу. И тот сразу ответил ему, чтоб полетел в Москву вместе с Маратом. И обо всем ему докладывал. Конечно, Арсению не очень хотелось снова ходить по пятам за Маратом, подобно мышке. Хотя, долг есть долг. И если начальство приказало, то нельзя было ему противоречить. Подбежав к Марату, Арсений ему обо всем рассказал. Что они полетят вместе.
    А я в это время, все еще сидела привязанная к стулу. Обычно в такие моменты, все заложники мечтают о том, чтобы их побыстрее спасли. А мне же еще хотелось, чтоб меня не только спасли, но и накормили. В моем мозгу все еще были сомнения о том, что меня вообще ищут. Да, и можно ли снова поверить Марату? Вдруг, он как принц примчится сюда и спасет меня? Хотя нет, они же оба сообщники. И откуда мне знать, что он тоже не захочет меня убить? А потом все мои мысли внезапно закончились, от чего стало очень скучно, что хотелось немного позевать. Ну, и где мой принц на белом коне? Где моя любовь таранит стены с помощью танка? Ох, и правда, что за фантастика такая? Чересчур похоже я замечталась. А в животе так и урчит. Нет, придется мне одной все решать. Самой себя спасать. Вдруг, кто то открыл дверь. И дневной свет сразу же налетел прямо на меня. Это был не Давуд. Какой то парень, лет пятнадцати. Неужели, он вербует подростков? Едва он подошел ко мне с подносом, на котором был кусочек торта, я тут же наклонилась и ударила его головой в живот. Что упала вместе с ним на землю. Надо признаться, этот парень еле еле поднял меня вместе со стулом. А потом и сделал свою самую ошибку. Он встал ко мне боком, и я тихонько вытащила из его кармана нож. Чтобы отвлечь его пока я разрезаю веревку с рук, я крикнула ему:
    — Слушай, а зачем тебе это все? Зачем, ты работаешь на этого гада?
    — Не твоего ума дела!
    — Конечно не моего, но все таки? Неужели, так деньги нужны?
    — Ты покажи мне того, кому они не нужны?!
    — Слушай, подними что там упало рядом с дверью. А то я слышала какой то громкий хруст. Если со мной что то случится, то Давуд убьет тебя.
    — Сейчас посмотрю — сказал парень, и быстро повернулся к двери, чтобы проверить. А я в это время спокойно развязала веревки со своих ног. Надо же быть таким глупым! Едва он захотел ко мне повернуться, как я подбежала к нему и схватив его со всей силой толкнула в сторону стены. А сама спокойно вышла из этого убежища, и закрыла за ним дверь. Оказавшись на свободе, я поняла, что была заперта в какой то подвал. И теперь придется искать выход наружу. Тут был узкий туннель, а на нем лежали какие то шпалы. Видимо раньше, тут была подземная дорога. А возможно и метро. Кто его знает. Стены со всех сторон освещались лампочками. Что твориться впереди было совсем не разобрать. Впереди было настолько темно, что мне ничего не оставалось, кроме как молится, чтобы там навстречу мне не вышел Давуд. Прибавив шаг, я буквально побежала вперед. Как же не терпелось мне оказаться там, на воздухе. Я уже и забыла, что хотела есть, и была очень голодна. Через десять минут, я наконец то увидела дверь. Но она оказалась заперта. Я попробовала всяческими способами выбить ее. Но, это оказалось бесполезным. И тут, позади себя я услышала чье то зловещее рычание. Это были две боксерские собаки. Ярко черного цвета. Одним своим видом они были способны испугать каждого. Особенно меня.
    — Тише, тише, хорошие мои — прошептала я собачкам, видя как они оскалили свои пасти. Посмотрев направо, я обнаружила возле себя окно. И оно было открыто. Тут же быстро смекнув, я подбежала к этому окну и буквально прыгнула в него. Одна из собак успела вцепится в мою обувь, что пришлось ее оставить им на память. Мгновенно оказавшись на свободе, я закрыла а собой окно, и показала язык этим собакам. Вот так вот! Будут знать, как на меня нападать. Только вот… без одного кроссовка мне стало как то холодновато. Вокруг меня было какое то поле. И на нем еще кое где лежал снег. Вокруг поля, меня окружали деревья. Вдруг, я услышала выстрели из этого туннеля, и тут же побежала куда глаза глядят. в юбке бежать было достаточно трудно. Но бежать и спасаться, было просто необходимо. Почему в этот момент, я вспомнила один фильм ужасов. Там девушка бежала по лесу, а за ней гнался маньяк. В моем случае видимо, маньяком был как раз Давуд. Хорошо хоть, что не гнался сейчас за мной по лесу с бензопилой. И со своей ухмылкой во все зубы. если бы у меня была лопата, то я бы ему как дала по этим зубкам! В тридцать два карата! А локоны его… я схожу с ума ребята, а губки у неё… нет, это уже с другого фильма. Точнее с песни. Что то я отвлекаюсь. так вот, я бежала по этому полю и уже начала задыхаться, как вдруг заметила странную избушку. Хоть не куриных ножках она. И то радует. Но все же я осторожно и тихо подкралась к ней. Там никого не было. Поэтому я быстро зашла в неё и начала бы искать чего поесть. Вы будете смеяться, я знаю. Что только думаю сейчас лишь о том, чего бы поесть. Но, правда, на голодный желудок просто грех бегать. К тому же на одной из полок я нашла охотничье ружье. В этом домике была всего одна комната. Она была очень скромно обставлена. Лишь кровать, стол, два стула и деревянный шкаф с вешалкой. Ну, и на стене ковер как раз с этой полкой с ружьем. Так, что так сказать, я была теперь вооружена и опасна. Почти как девушка Бонда. Хотя, честно говоря мне до нее еще все таки далеко.
    После того, как Арсений позвонил Семену и сообщил о том, что они вдвоем летят в Москву, сам направился к моему отцу. Он хотел чтоб он смог ему подтвердить всю эту историю с родинкой. И может быть таким образом, это даст ему возможность за что нибудь зацепиться. Приехав на своей машине прямо к дому, он сначала позвонил Роману и узнал ли дома ли он. А потом только стал подниматься к нему наверх. Он уже был в этой квартире на поминках, и уже хорошо ориентировался в ней.
    — Здравствуйте, Семен Павлович, так неожиданно, что вы решили навестить меня- сказал Роман, то есть мой папа, пропуская Семена прямо на кухню. Где собирался как раз выпить чаю.
    — Здравствуйте, извините, что я потревожил вас. Просто у меня к вам есть один вопрос- сказал Семен, встал рядом со столом.
    — Присаживайтесь, прошу. Чай будете?

  • — Нет, спасибо.
    После этих слов они сели за стол напротив друг друга. Мой папа все же налил чай и себе и гостю. Как будто ничего не расслышал. Уж очень не часто к нему приходили в гости. А зять и подавно его не радовал своими визитами.
    — Кто из этих девушек ваша дочь? — спросил Семен, и положил на стол две фотографии.
    — А, что то случилось?
    — Кто из них Таня?
    — Вот эта, без родинки — указывая пальцем произнес Роман.
    — Значит, мы похоронили не ту. Эта правда. Мне очень жаль, что произошла такая нелепая ошибка. Вот эта вторая девушка, её зовут Аурелия. Она двойник вашей дочери. Именно ее убили и похоронили вместо вашей. Как бы это нелепо не звучало.
    — Но, Аурелия, она тоже моя дочь.
    — Что?
    — Минуту — сделав глоток чая из белой чаши, Роман вышел из кухни и направился в комнату. А Семен остался сидеть на месте. И все же решил пока попить чай. Через несколько минут, вернулся Роман. В руках он держал какой то лист.
    — Это было нашей тайной. Нашей семейной тайной — сказал Роман, и вручил лист Семену.
    — Вы меня запутали — произнес Семен, и взяв лист в руки стал его читать про себя. Это был документ из роддома, о рождении двух девочек близнецов.
    — Мне сказали, что вторая девочка умерла, сразу после того, как родилась. И у нее как раз была эта родинка. У меня и фотография есть из роддома. Никто не знал о нашей тайне. Мы с женой не любили вспоминать об этом.
    — Выходит, что Таня и Аурелия сестры?
    — Да, они обе мои родные дочери. А как это произошло? Где все время пропадала моя девочка?
    — Она была женой известного бизнесмена Марата Идрисова, у неё двое детей. И долгое время жила в Йемене.
    — А его мать зовут случайно не Аиша?
    — Вы знаете эту семью?
    — Что же это за круговорот событий? Я любил когда его маму. Можно было сказать, что мы даже хотели пожениться. Но, судьба распорядилась очень жестоко. Её выдали замуж. А я вместо того, чтобы за нее бороться, просто пустил руки. И смирился со своей судьбой. Если бы я только знал, что наши дети встретятся.
    — К сожалению, Таня сбежала из Йемена. А потом её поймал Давуд. Сейчас Марат вместе с моим помощником едут в Москву.
    — Значит, у неё два сына?
    — Вы не переживайте так, мы обязательно найдем вашу дочку.
    — Правду говорят, жизнь бумеранг. Она возвращает со временем все наши грехи. Хотим мы того или нет, но судьба всегда соединяет в тот момент, когда кажется, что все забыто.
    — Я сам отец, и прекрасно понимаю ваши чувства. Спасибо, что помогли мне разобраться. Теперь, мы сможем возобновить уголовное дело.
    — Вы заходите еще на чай, и семью приводите.
    — Обязательно. Я заберу пока на время этот документ?
    — Конечно, конечно. Только найдите того, кто убил Аурелию. И спасите мою Танечку- сказал Роман, а затем проводил Семена до двери. Почему прошлое всегда возвращается именно в тот момент, когда этого совсем не ждешь? Когда кажется, что вроде все раны уже зажили. А теперь получается, они снова начнут болеть. Закрыв за Семеном дверь, Роман еще долго вспоминал о том, моменте когда акушер сказала ему о том, что у него родились чудесные близняшки. Только одна постоянно ерзала ножкой, и била свою сестричку. Явно у нее будет буйный характер, догадывался про себя Роман.
    Выйдя из подьезда дома, Семен Павлович взглянул на небо. Оно приобрело темно серый, одинокий цвет. Начало холодать, и полил мелкий моросящий дождь. Накинув капюшон на головы, он пошел в сторону отделения. Тут, он почувствовал в кармане брюк вибрацию. Это звонил телефон. Странно, он даже не заметил как поставил его на вибрацию. Это звонил Артур, его второй помощник.
    — Привет, у меня есть новости. Я иду в отдление, и там все расскажу тебе- сказал Павел Артуру.
    — Погодите, у нас убийство. Я как раз выехал на место. Вам тоже следует сюда приехать- перебил его Артур. Он стоял возле реки. Из которой доставали труп молодой девушки.
    — Хорошо, диктуй адрес.
    После этих слов, Павел сел в автобус и поехал на место преступления. А то если идти пешком, то можно было запросто промокнуть. Хотя идти было не очень далеко, но все же лучше доехать. Как Семен догадался, это снова было убийство. А как добрался то все его опасения сразу же подтвердились. Все тоже самое как и с убийством Аурелии. Те же самые следы, и удар по голове. Совпадение ли это? Вряд ли. И мед эксперт добавил ещё, что девушка еще была жива какое то время. И возможно все эти убийства совершил один человек. Только вот как найти его? Если от него нет никаких следов. Убийца явно был умным. Ни одного следа, который бы смог вывести на него. И даже можно было сказать, что это был суицид. Но нет, Семен был точно уверен, что это было не самоубийство. А что то нечто большее.
    — Семен Павлович, я нашел кое что! Вам следует посмотреть! -закричал Артур.
    — Иду- сказал му Семен, и пошел в сторону Артура, немого шурша подошвой о снег. Артур стоял наклонившись возле большего дуба,ветви которого наполовину лежали в реке.
    — Девушка хватались за ветки, посмотрите, они поломаны. Видимо пыталась выбраться из реки.
    — А тут еще и следы крови- заключил Семен, когда наклонился к веткам дерева.
    Это были необычные следы крови, немного расплывчатые. Но экспертизу можно было сделать, даже нужно. Семен Павлович тут же подозвал мед эксперта, чтоб снял пробу крови. Наконец то хоть улика есть. И он очень надеялся, что с помощью нее наконец то смогут найти убийцу.
    Тем временем, Павел сидел за решеткой. Он только проснулся, и только осознал где находиться. Потерев руками лицо, он увидел полицейского, который следил за ним. Значит все таки он в отделении? Только где этот Марат? Он же с им дрался? Эти вопросы очень мучили Павла. Только и от них ужасно болела голова. Он даже и не помнил сколько выпил на днях. За окном отделения лил дождь, а желтые обои казались очень мрачными. Встав на ноги, Павел крикнул дежурного. Тот ничего не ответил, уставился в монитор своего компьютера. Ясное дело, что он там делает. Только вот когда его теперь выпустят отсюда? Схватившись за железные решетки, он положил на них голову и вспомнил меня. Свою жену. Как же ему было плохо без меня. До сих не мог поверить в то, что меня убили. Что он хоронил мое тело. Что теперь ему делать? Как быть! ? Эх, сейчас бы снова напиться. Только вот жаль, что в этом курятнике нельзя. А то бы снова напился от души. Ведь что ему оставалось? Боль перекрывала ему воздух. А в горле стоял комок отчаяния. Который так и требовал, чтобы его чем то залили. И по возможности лучше бы спиртным.

  • Бой

    Сыны небес; однажды надо мною
    Слетелися, воздушных два бойца;
    Один — серебряной обвешан бахромою,
    Другой — в одежде чернеца.
    И, видя злость противника второго,
    Я пожалел о воине младом;
    Вдруг поднял он концы серебристого покрова,
    И я под ним заметил — гром.
    И кони их ударились крыльями,
    И ярко брызнул из ноздрей огонь;
    Но вихрь отступил перед громами,
    И пал на землю черный конь.

    Михаил Лермонтов.

    У каждого человека рано или поздно происходит собственный бой. Самый важный, и решающий в судьбе каждого из нас. Как говорится: «Последний бой, Он трудный самый, Последний бой, Победой награжденный. Последний бой, Заставляет кровь кипеть, А сердце биться чаще, И в чудо верить до конца». И главное конечно, чтобы после такого боя, никто не ушел на покой. В моей же истории надеюсь, что будет хороший финал.. хотя…ладно, не буду вас томить. Продолжим. Вы, же хотите знать, что произошло после того как Марат и Арсений прилетели в Москву? И смогут ли, они найти меня? Обещаю, что конец точно будет необычным и смешным!
    Оказавшись через несколько часов в Москве, Арсений и Марат договорились, что будут действовать сообща. Но для начала, Арсений надел жучок и диктофон на Марата, чтобы он смог его слышать. Ведь он не мог пойти вместе с ним на эту встречу с Давудом. А его хоть и маленький еще опыт работы говорил ему о том, что лучше все делать согласно логики.
    — Вот этот шнур надо еще спрятать под пальто — сказал ему Марат, указывая пальцем на торчащий из пальто провод.
    — Только не позволяй ему близко к тебе подходить. А то могут возникнуть помехи, и я не услышу тебя — сказал ему Арсений, и спрятал провод за пальто Марата. Они стояли на улице, напротив большого грузовика. Это был автовокзал. И людей тут было в это время еще мало. Больше машин. Ведь, небо начинало постепенно темнеть. Наполняя воздух ночной прохладой.
    — Я должен набрать Давуду- сказал Марат, и достал из кармана телефон.
    — Звони, посмотрим, что он скажет — ответил ему Арсений, и подмигнул левым глазом.
    Марат на автомате быстро набрал номер брата. Его сердце так и билось. Он молился, чтобы со мной ничего не произошло. Давуд ответил ему за третий гудок звонка. Видимо ждал его звонка.
    — Привет, брат. Как насчет поиграть для разминки? — спросил Марата Давуд.
    — Я тебе не мышь, чтобы играть с тобой в кишки мышки! Лучше скажи, где Таня!?- спокойно произнес Марат.
    — Кровь кипит, она бушует. Просто прекрасно. Значит так, слушай меня. Если хочешь, чтобы я ее отпустил, ты должен встретиться с одним человеком. Забрать у него золотые слитки а затем доставить их в Йемен! Причем лично.
    — Я не собираюсь больше заниматься контрабандой!
    — Тогда, твоя Таня умрет.
    — Где встреча с этим человеком? Кто он?
    — На бассейной. Через час. Секретная фраза, взгляд сокола. Кстати, отличное название для нашей операции!
    — А если я просто сдам это золото полиции?
    — Брат, ты видимо не понимаешь, что тут по всюду за тобой будут следить мои глаза. И если ты свяжешься с полицией, то я лично прикончу и тебя, и её. а затем принесу ваши головы маме- после этих слов, Давуд сбросил звонок. А Марат резко покраснел. Ярость так и текла по его венам. Ему так и хотелось, врезать этому Давуду. Еще недавно, они были командой и родными братьями. А теперь, кто он? Хотя и сам он хорош, отказался ради девчонки от семьи. Арсений прекрасно расслышал этот разговор через наушники. А потом снял их и сказал Марату:
    — Ты не беспокойся. Я наберу шефу. Он поможет с контрабандой в Йемен. А теперь, лучше бы тебе поторопиться. Эта улица достаточно далеко. Вон там автобус, он как раз тебя довезет.
    — До встречи! — сказал Марат, и хлопнув Арсения по плечу, побежал в сторону автобуса. На который ему указал рукой Арсений. Только когда он сел в этот автобус, он задумался и том, что получается он своими же собственными руками может посадить брата в тюрьму. Хорошо ли это? Хотя он тоже преступник как и он. Доехав до улицы, Марат вышел из автобуса и направился один по темной улице. Она освящалась только светом из ближайших домов. А фонари и вовсе не горели. Пока он шел он чувствовал, что за ним кто то следит. Обернувшись, он заметил двоих мускулистых парней. Ростом под два метра точно. Они моментально налетели на него, и началась драка. Марат с легкостью отбивался от них. Приемы каратэ, которыми он владел безупречно пришлись совсем кстати. Только вот пистолета не хватало. Не успел он и глазом моргнуть, как вдруг один из этих великанов ударили его чем то тяжелым по голове. А затем отнесли в свой грузовик. Неожиданно, правда? Очнувшись, Марат почувствовал как сильно связаны его руки и ноги. Он к чему привязан. И похоже, что он сидит на чем то. Он оказался в том самом помещении, откуда я еще недавно так ловко сбежала.
    Тем временем, я шла по лесу с ружьем в руках. В той избушке я нашла сапоги, и сразу решила надеть их. Хоть они и были мне явно большими. Ну, ничего не поделаешь. Это лучше чем босиком. Перед тем как одеть, я замотала тряпками ноги, чтобы им было теплее. И за то, чтоб сапоги меньше спадали. И честно говоря, не особо меня это и спасало. Я то и дело проваливалась в лужи, или спотыкалась о камни. Уже совсем стемнело, и мне все сложней было найти дорогу. И вообще понять, куда я иду. Может быть, я и вовсе заблудилась?
    Вдруг, я заметила впереди, что то горит. Похоже на фонари машин. И действительно, это была одинокая дорога. И по ней совсем редко ездили машины. Эта дорога меня очень обрадовала, я тут же перелезла через канаву и встав на обочину стала махать руками. Как будто умоляя, чтобы меня кто нибудь спас. Но как на зло все машины проезжали мимо. Неужели, я настолько отпугивала всех своим видом? Наконец, минут через десять передо мной остановился черный мерседес. Из него вышли двое здоровенных парней. Одеты во все черное, с золотой цепочкой на груди. И еще в солнечных очках. Типо, такие крутые. Тоже, мне! Однако, я успела перепугаться, и сделать несколько шагов назад.

  • — Не кипишуй детка! А то башка лопнет! Лучше к нам садись. А то Давуд уже тебя заждался! — крикнул мне один из этих громил.
    От этого имени я испугалась не на шутку. Развернувшись, я побежала в обратную сторону. А потом не успела и понять, как вдруг споткнулась и упала. Эти двое качков, сразу подошли ко мне, подняли с земли, а затем сразу затащили в машину. Я пробовала вырваться и убежать. Но, было бесполезно. Лишь свои сапоги по дороге потеряла. Ну, почему я такая везучая на каких то недоумков?! Жилось ведь спокойно до этого. Ничего не помнила и не знала. А тут вдруг вспомнила, и все понеслось со скоростью света. Когда машина тронулась, я оказалась одна сидящей на заднем сидении. Все двери были плотно закрыты. Мне ничего не оставалось кроме как смириться в этот самый момент. Через несколько минут, машина остановилась. Меня привезли обратно в тоже место. И опять отвели в этот ужасный тоннель. Проходя мимо двух черных собак, я сразу подметила их ухмылку. Конечно, им было весело наблюдать мое возвращение. Когда меня привели обратно в ту комнату, я заметила там Марата. Он был крепко привязан к стулу. А рядом с ним стоял улыбаясь Давуд, вместе с двумя качками. Только я хотела обернуться, как вспомнила, что позади меня еще два таких же великана стоят. Совсем как то не кстати.
    — А вот и звезда нашего концерта! — воскликнул Давуд.
    — Тоже мне, босоногая звезда — ухмыльнулась я.
    — Марат, а ты знаешь, зачем вы тут вдвоем? — спросил Давуд, положив свою руку на плечо Марата.
    — Отпусти её! Лучше меня убей!- крикнул ему Марат.
    — Заканчивайте этот спектакль. Я и так знаю, что вы вдвоем все это подстроили! Только знайте, вам это все не сойдет с рук- воскликнула я, хлопая в ладоши. Я и правда подумала в тот момент, что все это было подстроено.
    — Подстроено, да? — спросил меня Давуд, и достав с пояса нож, начал царапать им плечо Марата. Заметив кровь, я стала кричать:
    — Всё хватит! Прекрати!
    — Теперь веришь? Привяжите ее к нему! — сказал Давуд, качкам стоявшим рядом с ним. Они сразу подошли ко мне, с хватив за руки повели к Марату. А затем поставили меня к нему спиной и начали привязывать меня к нему.
    — Прости меня, прости — прошептал мне Марат.
    — Не поздно ли извиняешься? Вы нашли двойника и решили заменить меня! А теперь своими же руками и прикончить хотите! — сказала я Марату.
    — Знаешь Марат, я любил Аурелию. А ты отобрал её у меня. И я не мог просто взять и допустить то, чтобы не поиздеваться над вами обоими!- сказал Давуд, и присел на корточки напротив Марата.
    — Только не говори, что ты её и убил!- сказала я. От этих веревок, даже шевельнуться было просто не возможно.
    — А ты догадливая- сказал Давуд, и встав с колен подошел ко мне.
    — Что!? Ты убил мою жену!? Так это ты похитил её? — воскликнул Марат.
    — Да. И это было сделать совсем не сложно. Труднее было, привезти ее в Ростов- ответил ему Давуд, а затем схватил меня за подбородок. Но, я оказалась умней и сразу укусила его за руку. Что он сразу же закричал от боли, и быстро убрал свою руку.
    — Я убью тебя! — закричал Марат, и начал дергаться на своем стуле.
    — Темп сбавь, а то упадем, и не кому будет наши кости потом собирать — ответила я Марату. И он сразу же перестал шевелиться.
    Вдруг, послышались странные звуки. Они были похожи на выстрелы. Через какую то долю секунд, я не успела и глазом моргнуть, как вдруг дверь резко отворилась. На мое удивление, это был ОМОН. Группа захвата. Они моментально с помощью своих автоматов и собак разыскали нас. Давуд и его люди даже не успели схватиться за свои пистолеты, как на них сразу же надели наручники. Тут, среди общей массы появилась голова Арсения. Он подошел радостный ко мне и Марату, и стал нас развязывать. Неужели, все закончилось? Хоть бы так.
    — Как ты нашел меня? — спросил Марат Аресения, и сразу же пожал ему руку.
    — Я же следил за тобой. Когда я заметил, что тебя схватили, я сразу же связался с местной группой захвата — ответил ему Арсений.
    А мне же ничего не хотелось говорить. Я просто тихо вышла вместе со всеми из этого жуткого помещения. На улице уже было совсем черное небо. На нем сверкали яркие звезды. Всех преступников сразу же посадили в машины и отвезли в участок. Только я, Марат и Арсений немного задержались. Теперь то, у меня хватило смелости сказать:
    — Спасибо, что освободили нас. А, что теперь будет с Давудом?
    — Его посадят за контрабанду золота, и за убийство Аурелии — ответил мне Арсений. Он был одет в обычную полицейскую форму с бронижелетом.
    — Как же жестоки бывают люди — тихо произнесла я.
    — Меня тоже посадят. Я ведь помогал с контрабандой золота. Но, об одном ни каплю не жалею, что я встретил тебя- сказал мне Марат. А я лишь улыбнулась ему, и посмотрела на свои босые ноги. Прочитав мои мысли, Марат сразу же взял меня на руки и посадил в машину. А Арсений сел рядом с нами. Теперь, нам троим предстояло вернуться в родной Ростов на Дону, чтобы прояснить все оставшиеся загадки.
    Я долго смотрела в окно самолета, и пыталась понять, кто же я на самом деле? Если бы мне задали вопрос: «значит, вы Аурелия Идрисова и Татьяна Исаева? Как это возможно?». То я бы ответила так: «нет, я даже теперь и не уверена, кто я вообще. И как меня зовут. Я просто кукла, которой так любят давать имена». И чтоб убедиться кто я на самом деле, нужно было для начало вернуться домой. Я пыталась не смотреть на Марата, но все часто оглядывалась на него. В голове было столько мыслей. Ведь это так странно осознавать, что у тебя был двойник. Но, в одном я была уверена просто однозначно. Я полюбила Марата как мужа, а его детей как своих собственных. И очень скучала по ним. Поэтому, когда в аэропорту я заметила полицейского вместе с Сабриной и Адамом, то просто кинулась сразу им в объятия. Дети были очень счастливы, что я снова с ними. как вы уже догадались, этим полицейским был Семен Павлович. Он решил, что пусть дети повидают отца. А то их зверек, гляди то и дело всю мебель отеля разорвет. Лисичка была в клетке, которую держал в руках Семен Павлович. и я сразу же обратила внимания на эту прелесть.
    — Это нам папа подарил — пояснил мне Адам.
    — Обещай, что больше никогда не оставишь нас — попросила меня Сабрина, и крепко обняла меня за плечи. А я просто сидела перед детишками на коленях, пытаясь сдержать слезы.
    — Сейчас все вместе проедем в участок. Мне нужны будут ваши показания. Затем я отпущу вас- сказал Семен Павлович. Он не стал говорить в слух, что и Марата могут посадить тоже. Ему было жалко его детей.
    — Конечно, поедем семен Павлович. Саби, Адам? А вы не хотите и папу обнять? — уже хотел обидеться Марат. И детишки сразу подбежали к нему, и принялись его обнимать и целовать. а он гладил их по волосам и улыбался. Встав на ноги, я посмотрела на них, и сердце мое в пятки ушло. Вот, что значит настоящая семья. А я про свою только недавно вспомнила.
    — Машина ждет нас уже у входа- сказал Арсений. И с этими словами, мы все вышли из здания аэропорта. Где нас жал полицейский автомобиль. Только как мы все туда поместимся?
    — Арсений, возьми детей и поезжай с ними в отель. И побудь с ними. Мы совсем ненадолго украдем вашего папу — сказал Семен Павлович, и улыбнулся Сабрине и Адаму.
    — Возвращайся побыстрее папочка, и Таню тоже с собой возьми- сказал Адам, и крепко обнял отца на прощание. А затем, я Марат и Семен сели в машину, и поехали в отделение. К тому времени когда мы подъехали, за окном уже расцвело. Небо приобрело нежно розовый цвет. Кое где переливаясь с сиреневыми и черными тучами. А солнце начало медленно выглядывать со стороны гор. Выйдя из машины, я осмотрелась. И узнала эти места. Особенно эту улицу. По ней я любила бегать на перегонки вместе с Павлом. Со своим настоящим мужем. Помню как один раз я споткнулась и упала, прямо напротив этого отделения полиции. А Павел поднял меня на руки и отнес в больницу. Марат вышел из машины следом за мной. Он подошел незаметно ко мне сзади, и обнял за талию шепнул мне на ухо:
    — Сабрина и Адам хотят, чтобы ты стала их мамой. Ты выйдешь за меня?
    Я промолчала. А через две минуты вышел и Семен Павлович. После чего все дружно направились в его кабинет. Там, как всегда было не убрано. Везде пыль и куча грязи. похоже, что давно тут же убирались. Сев за стол, я с Маратом дали нужные показания. А потом только нас отпустили. Я решила, что пойду прямо к отцу. А Марат отправился в отель. Конечно, он дал мне возможность еще немного подумать над его предложением. Но, сейчас мне было абсолютно не до этого. как же давно я не была дома? Мне показалось в тот момент, что целую вечность. Поднимаясь по лестничной площадке наверх, я чувствовала как мое сердце вот вот выпрыгнет наружу. Жизнь в Йемене, была для меня очень тяжелой. Там, я жила не своей жизнью. А жизнью другого человека. И как не печально это, но я теперь понимаю, что я тоже изменилась.

  • Постучав в синюю дверь, я замерла на месте. И уставилась на каменный пол. Через несколько минут дверь открылась. На пороге стоял мой отец. Вот он, самый важный человек в моей жизни. Увидев меня, он сразу же подошел ко мне и крепко обнял. А я же просто заплакала на своем плече. В это мгновение я вспомнила, как отец научил кататься меня на велосипеде. Вспомнила, сколько раз я огорчала его. Порой, даже могла накричать на него. Сколько он страдал из за меня. Теперь я снова здесь, и теперь у меня есть способность начать все заново. Еще спустя несколько минут, отец пропустил меня в квартиру. А затем прямо на кухню. Где сразу же налил мне свой любимый черный чай. Помню как однажды, я нечаянно рассыпала этот чай по полу. От чего он долгое время еще пах этим крепким, приятным запахом. У отца должна еще где то храниться целый набор чая. Он очень любит его коллекционировать.
    — Рассказывай доченька, как ты жила все это время? — спросил меня отец, и присев за кухонный стол сложил руки на груди. На нем были надеты спортивные джинсы, и майка с безрукавкой. он недавно совсем проснулся.
    — Я была куклой. Марионеткой в чужом доме. И там было очень страшно. Я думала, что уже умру. что меня не оставят там в покое. Знаешь, там совершенно другие обычаи. А меня, взяли и поменяли. Словно я вещь. Заменили на двойника. И сказали, что я Аурелия. И только недавно я все вспомнила, кто я есть на самом деле. Знаешь, мне рассказал следователь, что моего двойника убили. Это был Давуд. Брат, моего нового мужа — начала рассказывать я, и села напротив папы.
    — Подожди, зачем ты так торопишься? Ты на поезд, что ли опаздываешь? — спросил меня отец.
    — Я так устала — сказала я, и закрыла лицо руками. Слезы так и текли по моим щекам.
    — Расскажи все по порядку.
    Тут, я рассказала отцу все по порядку. Свою аварию. Жизнь в Йемене. Бегство. И как меня чуть не убили. Даже рассказала и про то, как успела влюбиться в Марата. Как полюбила его детей. Что начала мечтать о нем. и напрочь забыла моего мужа Павла. Папа, слушал меня очень внимательно. И каждый раз он содрогался, когда я упоминала имя Аиша. Я конечно этого не заметила. Закончив свой долгий рассказ, я умоляюще посмотрела на отца. Надо же было так запутаться в себе. Особенно после провала памяти.
    — А теперь ты меня выслушай, родная. И не перебивай, хорошо?- спросил меня отец, и положил свою руку на мою.
    — Не буду — ответила я. Мне стало очень любопытно услышать, что же мне сейчас хочет рассказать мой отец.
    — Во первых, Аурелия тебе не двойник. Она твоя сестра близнец. Все думали, что она умерла сразу после родов. Но, оказалось, что ее похитили. Во вторых, я знаю Аишу. Она была моей первой любовью. И я очень жалею о том, что когда то совершил эту ошибку. Что бросил ее тогда. Что она вышла замуж за другого. Что решил, что на будет счастлива без меня. Твоя мама, была очень хорошей женщиной. Но, я все равно любил только Аишу. И всегда ждал момента, что спустя некоторое время мы с ней встретимся. И похоже, что этот час уже настал. Ты прости меня родная, что мы с женой не рассказывали тебе про сестру. Мы считали, что иначе ты будешь очень тосковать по ней.
    — А я уже и так тоскую. Я на себе прочувствовала всю ее боль. Как ее унижали в том доме. И все из за того, что ты когда то бросил Аишу. И она просто сошла с ума.
    — Не говори о ней плохо. Когда нибудь ты поймешь, что любовь заставляет нас делать просто безрассудные и глупые вещи. Ведь когда человек любит, то он слеп.
    — Давуд очень любил Аурелию и убил ее. Разве это любовь?
    — Это ревность. Это плохой пример того, как стоит бороться за того, кого действительно любишь.
    — Возможно ты прав, но я изменилась.
    — А внешне осталась прежней.
    — И еще стала совершать намаз.
    — Все равно ты моя дочь.
    Месяц спустя. Давуда посадили в тюрьму за контрабанду золота, убийство Аурелии. А также за то, что он организовал убийство и второй девушки. Семену Павловичку также удалось разузнать, что Давуд уже много лет сотрудничает с сектой. Которая по уши помешена на золоте. Людей Давуда тоже посади. Марату дали условный срок, а также депортировали из страны обратно в Йемен. И запретили ему в течение пяти лет приезжать в Россию. Я выступала в суде в роли свидетеля. И всячески старалась, чтобы Марата не посадили в тюрьму. Ведь у него были такие прелестные детишки. Как я знаю, Аиша простила сына, и приняла его обратно в семью. А насчет Алии и ее сына, я ничего не знала. Надеюсь, что у них там все хорошо.
    После оглашения приговора я впервые за долгие месяцы смогла спокойно вздохнуть. Когда Марату сняли наручники, он тут же подошел ко мне и спросил:
    — Ты подумала над моим предложением?
    — У меня есть муж, Марат. Хоть, нас и развели. Но, он есть- ответила я Марату. За время, что шло следствие я была рядом с Павлом. И помогала ему выйти от запоя. В которое он погрузился по моей вине. Я была очень виновата перед ним.
    — Желаю тебе удачи с твоим мужем. Прощай — сказал мне Марат, а затем повернулся ко мне спиной и направился в сторону выхода. И тут, ко мне подошел отец, и сказал:
    — Ты совсем забыла о нашем разговоре, милая.
    — О каком? — спросила я, повернувшись к отцу.
    — За любовь нужно бороться. Это испытание, оно было не зря. Если у меня Аишей ничего не вышло, то у тебя с Маратом обязательно получиться.
    — А как же муж?
    — Муж объелся груш. Иди давай к Марату! — сказал мне отец, а затем хлопнул меня по спине. А я еще постояла где то минуту, а потом со всей силы побежала на выход. Да, блин! Я люблю Марата! Я не смогу без него! Отец прав! Выбежав из здания суда, я заметила как Марат садиться в такси. И сразу же закричала на всю улицу:
    — Стой! Я согласна! Я люблю тебя!
    Все люди стоявшие на улице, сразу же обернулись на меня. И Марат тоже. Он захлопнул дверь машины и сразу же побежал ко мне навстречу. Когда он подбежал ко мне, я крепко крепко обняла его. А он поцеловал меня в губы. Только когда мы закончили целоваться, все зеваки разошлись кто куда. А я смотрела в глаза Марата и просто не могла насмотреться. Действительно, сердцу не прикажешь. Оно уже все решило за меня, что и как.
    — Теперь нам нужна будет машина- сказал улыбнувшись мне Марат. Его глаза так и сияли. А я просто таяла. Как снег по весне. В объятиях любимого человека, всегда забывается все плохое.
    — На десять килограмм белья сойдет?- подшутила я.
    — Я вообще то не про стиральную…
    — Зачем она мне нужна? У меня же есть ты! — сказала я, а затем обошла Марата стороной и прыгнула ему на спину. И обхватила его руками как ребенок. Что он еле еле удержал меня на себе.
    — Вообще то рабство запрещено.
    — Так конь мой! Отставить разговоры! Разворот на право, и медленным шагом ко мне домой!
    — Ну, я тебе покажу…- сказал Марат, а затем сбросил меня в ближайшую канаву. Только я оказалась немного хитрее, и тоже его за собой уволокла. После чего мы оба вымокли, так как в канаве была холодная, грязная вода.
    Мой папа все это видел. Он смотрел на нас и просто улыбался. Наконец то его мечта сбылась. Он избавил меня от возможности прожить жизнь с нелюбимым человеком.
    В заключение…

    Я поехала вместе с Маратом и детьми в Йемен. Там, мы сняли квартиру. Марат смог найти себе работу. Конечно, сначала зарплату обещают не высокую. Но, это все же лучше, чем заниматься контрабандой. Алия вместе с сыном остались жить в доме. Вместе с Аишей. Ей нужно время, чтобы она смогла принять меня как свою родную. И я честно говоря, не собой хочу к ней навязываться.
    Вы, спросите наверно, неужели это конец? Не совсем…
    Мой папа на все скопленные им деньги купил билет до Йемена. Он прилетел, чтобы повидать свою первую любовь. Увидев его возле ворот, Аиша чуть в обморок не упала. Она просто не могла поверить своим глазам.
    — Зачем ты здесь? — спросила Аиша, поправив свое длинное, черное платье.
    — А ты все такая же красивая — ответил ей Роман (мой папа).
    — Только вот поседела, чуть чуть.
    — Вот именно, совсем чуть чуть. Я приехал, чтобы забрать тебя с собой. Сделать то, что я должен был сделать уже давно.
    — Я… я, я ждала тебя все эти годы — со слезами на глазах произнесла Аиша, подойдя к фонтану.
    — А я тебя. И теперь, я уже точно тебя никуда не отпущу — сказал Роман, а затем подошел к ней, и крепко обнял её. Они еще долго бродили возле дома, им нужно было о многом поговорить. И попросить прощения за всю ту боль, что на протяжении стольких лет их мучила.А потом еще досталась и их детям…

  • Что касается Павла, то он смог бросить пить на совсем. Даже устроился работать в школу. Где познакомился с молодой и красивой учительницей. Ему было тяжело меня отпускать, но он и сам понимал, что я изменилась после всего. И смотрела на него совершенно другими глазами.Да, и он не узнавал уже меня. Все мы изменились. Или же, изменилась только я. А все вокруг осталось прежним. Такое ведь тоже может быть?
    Спустя год, я и Марат сыграли свадьбу. Достаточно скромную для Йемена. Но, все согласно мусульманским обычаям. На свадьбе был и мой отец с Аишей. И моя милая Алия с сыночком. Как же он у нее подрос за это время. И даже приехал Павел со своей подругой. А я была настолько счастлива, что и не замечала ничего вокруг. Конечно кроме мужа и детишек. А теперь еще и ради одного… да, я беременна. У меня уже вот и животик есть. Только какой то он слишком круглый. Или такой и должен быть? Я смотрюсь с ним очень полной теперь. Но, Марат лишь шутит, что я и так его бегемот. Куда дальше то? А то на руках меня носить больше не станет. Ха, ха, не станет! Это мы еще посмотрим! Гарантирую ему, что наша жизнь будет полна новых изюминок. А то нечего будет мне на сливки на мороженое класть….

    — Хватит там уже печатать — раздался голос из спальни.
    А я просто сижу и набираю этот скромный текст. Пусть детки потом его прочтут. Какая у нас великая любовь была с Маратом!
    — Иду, иду! — кричу я ему в ответ. Вечно без меня ничего не может! Смотрит там с детьми мультики… ничего.. сейчас пойду и разрушу их веселье! Где же тут мой топор? А, вот под компьютерным столом. Ну, все я пошла! Ха, хаха, ха!!!

02.09.2022


Свежие комментарии 🔥



Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

Закрыть