Волосы мёртвой царевны

Прочитали 773
Глава 1. Не может быть?

Волосы ползли по дороге, завиваясь в кудри, снова распрямляясь, преодолевая километр за километром, пытаясь обвиться вокруг какого-либо живого существа. Вот впереди замелькали жилые строения, а значит, найдётся и еда. Подползая к ближайшему дому и прячась за выступом крыльца, терпеливо и неотступно поджидать ничего не подозревающую жертву. Один лишь точный бросок — и тысячи мельчайших нитей впиваются в незащищённое тело, вгрызаются миллионами капилляров в плоть. Иссохшее, опустошённое, лишённое крови тело падает на порог. Всё дальше и дальше гонит ненасытный голод эти извивающиеся пряди прекрасных волос, отливающих медью в лучах солнца. Гибкие плети захватывают, оплетают, прокалывают кожу, впиваясь жадно и неумолимо. Незаметно подползая, лишают возможности сделать хоть шаг.

«Горячая кровь трансформируется в аналог эликсира жизни, придавая этим созданиям жалкое подобие извращённого разума. Впитывая живительную влагу, наполняясь силой, увеличивается и продолжительность такой формы существования. Без каждодневной подпитки утрачивается способность к синтезу необходимых веществ. Бурая полуразложившаяся масса, в которую превращается паразитирующий организм, распространяет смрадный запах, более всего похожий на гниение водорослей в застоявшейся воде. Сплетаясь в золотистую массу, увеличиваясь в размерах, нападают на любой теплокровный движущийся объект. В центре клубка извивающихся прядей вспыхивают искорки пробуждающейся сущности. С этого и начинается уверенное, неотвратимое наступление. Примитивный поначалу разум, не воспринимающий ничего, кроме голода, приобретает более сложную структуру. Количество жертв прямо пропорционально развитию этого организма. И чем выше интеллект пищи, тем качественнее, изощрённее становится мозговая активность. В своём полном развитии волосистая масса может достигать в длину до 5, а особо крупные экземпляры — до 7 метров. Чем крупнее она становилась, тем труднее было остановить это движущееся мыслящее и опасное существо, не подвластное внешним факторам, постоянно заряженное на поиск ничего не подозревающей добычи».

Вырванный из блокнота листок, заляпанный в некоторых местах чем-то, похожим на засохшую кровь, валялся на улице, гонимый ветром, и не было никого, кто бы заинтересовался никому не нужной бумажкой, обычным мусором, которого много на улицах любого города на каждом континенте. Страшное предупреждение, даже попав в руки, не вызвало бы ничего, кроме презрительной улыбки и вердикта: «Какой бред!»

Несколько лет спустя…

«Неизвестный маньяк терроризирует жителей столицы. Жертв находят обескровленными с многочисленными проколами по всему телу. Преступник не оставляет следов. Нападению может подвергнуться абсолютно любой житель. Обо всех подобных случаях немедленно сообщить в ближайшее отделение. Соблюдайте крайнюю осторожность, избегайте тёмных переулков и тому подобных опасных мест».

Объявления были расклеены по всему городу, звучали предупреждения по телевизору, в прессе. Со временем количество жертв стало увеличиваться. Поначалу в нападениях не прослеживалось никакой системы. Постепенно расширялся охват территории, жертвами всё чаще становились люди с более высоким уровнем умственного развития. Тварь выбирала уже не только количество, но и качество потребляемой пищи. Но эту закономерность заметили не сразу. Версия о маньяке держалась достаточно долгое время и, возможно, так бы и осталась, если бы под ногтями очередного убитого не были обнаружены несколько волосков. Результаты исследования ошеломляли, скорость распространения ужасала. На поимку были брошены лучшие, но коэффициент развития организма достиг уже такого уровня, что вначале поиски не приносили результатов. С трудом удалось выяснить сам принцип поглощения и переработки пищи, при котором достигается интеллектуальный рост.

Да, оно обладало разумом, чуждым, непонятным и оттого вдвойне опасным. Механизм уничтожения неизвестен, меры защиты не дают результатов. Паника достигла своего пика, угроза расползалась и ширилась. При таких темпах она грозила выйти за пределы столицы и захватить всё новые участки для размножения. Ибо их становилось всё больше. Достоверно установили, что, достигнув предельного уровня, часть целого отделялась и становилась самостоятельной единицей. И таких отростков с каждым днём прибывало, будто они росли в геометрической прогрессии, не давая даже малейшего шанса на уничтожение. Попытки заманить в ловушку частенько заканчивались смертельным исходом, а тем, кто выжил — неизгладимым впечатлением. В очередной раз была послана специальная группа по ликвидации опасных объектов, созданная в спешном порядке, испробованы различные способы поражения, но ни один из них не дал видимых результатов. Казалось, это совершенно нечувствительное к внешнему воздействию существо абсолютно не боялось всем известных методов, наоборот, с каждым разом прибавлялась его сила и мощь.

Следующие тревожные сигналы стали поступать из ближайших населённых пунктов, обрастая невероятными слухами. Якобы появилась банда, практикующая ритуалы вуду, которые требуют кровавых жертв. Ещё одна версия заключалась в проведении особо опасного эксперимента, но проводимый опыт вышел из-под контроля. О настоящем положении вещей власти не спешили сообщать, опасаясь панической истерики населения и его бегства. Но с ростом числа убитых пришлось обнародовать истинное положение вещей.

Как и ожидалось, началось повальное безумие перепуганных, впавших в неконтролируемую агрессию людей. Начало было положено. Мародёры, не скрываясь, грабили не только по улицам, но и забирались в дома, пользуясь тем, что у полиции не хватало ресурсов для отпора с двух сторон. Активизировались проповедники всех мастей, нагнетая обстановку предсказаниями о грядущем конце света, включая в свои пророчества не только Откровения Иоанна Богослова, но также экологическую катастрофу, инопланетный разум, роботов-убийц и перерождённых животных-оборотней. Нарастающий страх грозил перейти в вооружённые столкновения, стычки с полицией стали обыденностью, стихийные конфликты возникали в разных частях города, часто заканчиваясь потерями с той и другой стороны. То же самое творилось и в других городах, распространяясь подобно заразе. Массовый психоз набирал силу, стягивались войска, объявлялась чрезвычайная ситуация, но особых успехов добиться не удалось. Скорость перемещения существа опережала самые современные разработки в этом направлении, и оно продолжало делиться, разрастаясь и покрывая своими клонами всё большую территорию. Так бы, наверное, и продолжалось по сей день, пока вся масса не выплеснулась за границы государства, оставляя после себя обескровленные и опустошённые города, если бы не одна случайность.

Глава 2. Неожиданная находка.

Преследуя очередную «еду», ибо для порождения все теплокровные причислялись к топливу, хотя сами жертвы об этом и не подозревали, пытаясь спастись в самых неожиданных местах, и в этот раз таким местом стал открытый канализационный люк. Панический спуск, как ни странно, прошёл благополучно. Потянувшиеся следом пряди вдруг отпрянули и стали втягиваться обратно, двигаясь с немыслимой быстротой. Через несколько мгновений их уже не было. Но, уходя, они захлопнули за собой крышку люка! Крики впавшей в отчаяние девушки заглушались шумом проезжающих машин, сигналов тревоги и всеобщим хаосом испуганных людей. Оставался один путь — вниз.

Ступеньки, еле выступающие под слоем земли, внезапно круто ушли из-под ног — и девушка, не удержав равновесия, упала в чёрное склизкое нечто, источающее непереносимое зловоние. Содрогаясь, она попыталась быстро подняться, но поскользнулась и, пытаясь сохранить устойчивость, ухватилась за сук дерева, как ей сначала показалось, хотя откуда ему тут взяться? Послышался скрежет, посыпалась земля и открылся узкий туннель, слабо мерцавший в глубине голубоватым сиянием.

Не видя другого пути, Алиса побрела в этом направлении. Идти было неожиданно легко. От стен отражался свет неясного происхождения. «Может, это гнилушки? Но их что-то слишком много, — подумала она. — Надеюсь, здесь нет крыс». Но, к её удивлению и немалому облегчению, мерзких созданий, к которым относились, по её мнению, не только крысы, но и многие насекомые, а также змеи, здесь не наблюдалось. Коридор поражал какой-то необычной для этих мест чистотой. Не ощущался мерзостный запах, под ногами было сухо, даже дорога казалась более ухоженной, чем, например, во дворе того многоквартирного дома, где проживала сама Алиса. Время не ощущалось, застыло, исчезло. Можно идти бесконечно неизвестно куда, пока не превратишься в существо, бездумно бредущее всё дальше и дальше по уходящей в никуда тропе, оставшись навеки в этом подземелье прахом. Звук раздался неожиданно, он шёл сразу со всех сторон, вибрирующий, на одной ноте, отзываясь болью во всём теле. Идти стало трудно, кровь прилила к голове, дыхание прерывалось… и также неожиданно, как возник, звук резко исчез. Отдышавшись и немного придя в себя, девушка в изумлении оглядывалась вокруг. Она стояла в небольшом помещении, а перед ней возвышался алтарь, на котором на ветхом покрывале, ещё сохранившем остатки позолоты, находилась древняя Книга. Она была раскрыта, и от неё расходилось мощное алое сияние, наполнявшее всю комнату, погружая её в багровый полумрак. Неясные тени метались по стенам, отражались, сталкивались и снова разбегались по углам. Несмело подойдя ближе, Алиса протянула руку и коснулась кожаного чёрного переплёта, покрытого кое-где пятнами неизвестного происхождения. Заглавие было вытеснено золотыми символами, напоминавшими одновременно руны и китайские иероглифы. Страницы оказались гладкими и белыми, испещрены теми же непонятными буквами. Не зная, что делать с неожиданной находкой и как отсюда выбираться, она решила всё-таки взять её с собой и показать своему отцу, большому знатоку и любителю древностей. Но, стоило прикоснуться к тяжёлому тому (а весил он немало, уголки переплёта, застёжки были выполнены из какого-то серебристого мерцающего сплава), как сияние, исходившее из него и разливавшееся в помещении алыми всполохами, вдруг заискрилось и пропало. На алтаре лежала самая обычная на первый взгляд довольно увесистая книга. Даже надписи, казалось, поблекли и не выделялись на общем фоне. Раздумывая, как будет отсюда выбираться, девушка вдруг обнаружила себя стоящей… на улице под проливным дождём в нескольких десятках километров от того места, где она пыталась спрятаться от настигающего её монстра. Ошеломлённо покрутив головой по сторонам, расспросив поздних прохожих, наконец сориентировалась и поразилась тому, как далеко оказывается, простирался этот подземный путь. Но способ выхода на поверхность представлялся ещё более странным. Об этом ей и сообщил отец, когда, наконец, добравшись до своего дома, мокрая, грязная, с растрёпанными волосами и, как подозревала, окутанная облаком канализационных испарений, появилась на пороге с каким-то неопределённого вида томиком в руках.

Расспросы, обсуждения не стихали до ночи, но ясности не прибавили. Каким образом Алисе удалось выбраться на поверхность и почему книга, так ярко сиявшая в подземелье, теперь была просто тёмной, без всяких признаков чего-то необычайного — всё это оставалось загадкой. Внимательно осмотрев данный предмет, отец заявил, что, без сомнения, фолиант старинный, а язык, если эти символы можно принять за письменность, по его мнению, не похож на изученные древние языки. «Надо показать моим знакомым», — заключил он. Но быстрого результата не получилось. Долгое время специалисты разводили руками, не понимая, к какой группе древних наречий отнести надписи. Вызывало недоумение и то, почему книга перестала источать сияние, бывшее таким сильным в подземной комнате. Было решено направить экспертов в тот подземный туннель, из которого Алиса вышла таким странным образом. С трудом, но удалось точно установить место, где находился этот люк, потому что девушка в момент нападения находилась в паническом состоянии и не сразу смогла указать чёткое направление. Спустившись и проделав тот же путь, группа исследователей обнаружила, что коридор, которым так долго шла Алиса, заканчивается тупиком, да и само продвижение проходило не по чистой удобной колее, как им говорили, а по грязной, изрытой ямами и нечистотами тропке, да и сам путь оказался гораздо короче. Ничего не добившись, пришлось повернуть назад. Тем временем с самой Книгой стали происходить пугающие изменения. Надписи на обложке начинали тускнеть, символы-буквы выцветать, а листы, прежде бывшие гладкими и плотными, — стремительно превращаться в ветхий пергамент, готовый рассыпаться от легчайшего прикосновения. Процесс с каждым днём убыстрялся, и, возможно, скоро нельзя было бы различить ни слова, но вмешался случай. Изучая странный фолиант, разглядывая его со всех сторон, кто-то по неосторожности оцарапал руку об уголок застёжки, которые охватывали Книгу серебристым кольцом. Стоило капле крови упасть на металл (хотя и не было точно установлено, сплав это, металл или какой-то другой материал), как она тут же впиталась им и от него в разные стороны заструились красные лучи, проникая в страницы, которые обретали свой прежний вид и цвет. Вскоре вся Книга была охвачена этим сиянием, а на поверхности страниц появились знакомые буквы. Текст больше не нуждался в переводе. Но смысл его погрузил помещение, в котором находились собравшиеся, в звенящую тишину.

Глава 3. Говорящие страницы

«Мы, жители планетарной системы Альгерратус, хотим оставить это послание для будущих потомков, дабы они смогли избежать той злосчастной судьбы, которая постигла их предков, ибо велик риск повторения катастрофы, почти сокрушившей наш мир. В эти оставшиеся нам часы необходимо поведать о причине тех роковых событий, приведших к почти полному уничтожению нашей цивилизации. Чтобы ясно понимать всю безнадёжность создавшегося положения, придётся вернуться к начальным этапам исторических хроник и преданий.

Как вам должно быть известно, планета, на которой мы и, надеюсь, оставшиеся в живых, имели счастье и несчастье проживать, пронизана очень мощными силовыми линиями, позволяющими преобразовывать их и создавать и разрушать по своему желанию. Благодаря такой особенности мы развивались как цивилизация очень быстро и за короткое время достигли невиданных высот в совершенстве своего физического и ментального тела. Продолжительность жизни самого слабого из нас составляла тысячи лет, а наиболее могущественные — десятки тысяч лет. Мы не знали болезней и старости, оставаясь молодыми и сильными до самого Исхода, нам подвластны были любые искусства и ремёсла, а своими знаниями превосходили обитателей близлежащих планет, не так щедро одарённых силой. Но всеобщего благоденствия и благополучия не было на земле. раздираемой в клочья постоянными конфликтами, переходящими в затяжные войны. Cгубила и поставила народ на грань вымирания самая большая и жгучая страсть — желание несокрушимой власти. Гнев и зависть к более удачливым соперникам (а для большинства соперником мог оказаться даже ближайший родственник, не говоря о чужих, в которых видели извечных врагов), ярость побеждённых, торжество и мщение победителей разрывали и без того хрупкое равновесие. Самые могущественные и знатные кланы вели непримиримые бесконечные войны, длившиеся столетиями, не прерываясь даже ради оплакивания своих погибших. Жестокость и насилие царили повсеместно, сильные не щадили слабых, которые, в свою очередь, отыгрывались на тех, кто стоял в иерархии ещё ниже. Эта бессмысленная и кровавая река жертв продолжалась тысячелетиями, когда, понесшие невосполнимые потери потомки знатных родов были вынуждены склониться перед будущим повелителем, обладавшим могучим даром, а также беспримерным коварством и хитростью. Воспользовавшись разобщённостью и ужасающими потерями своих соперников, он заманил жалкие остатки некогда могущественной аристократии в хитроумную смертельную ловушку и, под угрозой неизбежного уничтожения, было сломлено сопротивление высокомерных лордов.

Так пришёл к власти один из самых могучих и злобных правителей Варгарус и с его правления началась новая эпоха. Не присягнувших и попытавшихся бунтовать обезглавили с особой жестокостью в назидание всем остальным. Оставшиеся вынужденно покорились. Варгарус стал основателем династии Риндемар. В его династии всегда рождались сильные властители, но в тот период, в котором жили мы, суждено было появиться непревзойдённой по силе владычице.

Царевна Мирриэлья из рода Риндемар обладала неимоверным могуществом и властью. Казалось, в ней соединились все потоки той Силы, которая и позволяла нам повелевать не только своим народом, но и близлежащими системами. Никто не мог превзойти её в искусстве созидания и разрушения сущего. Но не только этим даром славилась наша повелительница. Неподдельное восхищение вызывала также удивительная красота, не имевшая себе равных. Отдельных слов заслуживают прекрасные волосы, золотыми кудрями рассыпающиеся по плечам, переливающиеся на солнце сотнями бликов. Создавалось впечатление, будто они жили своей собственной жизнью, привлекая и завлекая. Эта роскошная масса локонов обладала одним изумительным свойством: она накапливала силу своей хозяйки, увеличивая её могущество. Подобное стало возможным из-за проведения очень древнего ритуала, ныне забытого и сохранившегося в тайниках немногих древних родов.

Но, чем больше власти сосредотачивалось в руках царевны, тем сильнее и беспощаднее становились гонения. Отныне никто не мог чувствовать себя в безопасности. Своим умом, коварством и жестокостью она превзошла всех правивших до неё. Беспредельным было охватившее нас отчаяние и не знали, откуда в следующий раз придёт беда. Казни следовали одна за другой, за малейший проступок следовало тягчайшее наказание не только самого виновника, но и членов его семьи, не щадили даже детей. Сам воздух, казалось, дрожал от потоков крови, лившихся повсеместно. Ожидание неминуемой расправы сводило с ума, повсюду царили страх. отчаяние и недоверие даже к самым близким, ибо страну наводнили шпионы, искавшими и, к несчастью, находившими подозреваемых целыми сотнями. Население стремительно сокращалось. Прежде боготворивший свою властительницу и восторгавшийся её очарованием и талантами народ теперь проклинал и ненавидел мучительницу Мирриэлью, но стихийные волнения подавлялись такими чудовищными методами, что выжившие не смели и помыслить о неповиновении. Единственная цель несчастных — постараться выжить любой ценой. Резкая убыль населения грозила полнейшим уничтожением нашей расы в недалёком будущем. И тогда было принято отчаянное решение. Жалкие остатки некогда могущественных родов в этой почти безнадёжной ситуации договорились о проведении ритуала, уходящего в глубь тысячелетий. Решиться его использовать могли только попавшие в смертельную ловушку, из которой не находилось иного выхода, ибо заклятия, произносимые во время его проведения, требовали принесения в жертву всех участников процесса. Мощь этого обряда в буквальном смысле вытягивала всю жизненную энергию, впитывая и забирая потоки сил, составлявших нашу сущность. Воспользоваться данным Источником мог не каждый, а только наиболее искусные и находящиеся на краю гибели. Менее подготовленным не стоило даже пытаться использовать Источник, так как по мере накопления потенциала на смельчака или. скорее, безумца обрушивался такой колоссальный энергетический удар, что без должных умений в совершенстве управления первозданных Сил его выжигало изнутри за считанные минуты, не оставляя даже пепла. Остальные в зависимости от их возможностей продержатся дольше, но их гибель от истощения неизбежна. Мы можем лишь оттягивать её, пропустив через себя гигантскую мощь Источника, направляя его потоки таким образом, чтобы уничтожить ту, которая своим безумием грозила превратить наш мир в выжженную пустыню.

Возомнив себя непобедимой, ослеплённая гордыней и неистребимой жаждой власти, царевна попала в расставленные сети и в решающей битве нам удалось с неимоверными усилиями избавиться от чудесных волос, её величайшей гордости и украшения, от которых она получала подпитку. Но, даже ослабленная, она сражалась неимоверно яростно и только объединёнными усилиями мы смогли, наконец. победить. Голову отделили от туловища, тело разрубили на части. Куски плоти раскидали по всем мирам, чтобы не дать им соединиться вновь с помощью волос. Для этой цели необходимо, чтобы локоны напитались кровью живых, благодаря чему они активизируются и начинают искать. По мере увеличения количества выпитой крови появляется подобие разума, у которого только одна цель — найти своё тело, соединиться с ним в единое целое. Масса волос будет нарастать, становиться беспощаднее и требовать всё новых жертв. Чем больше, тем лучше. Отдельные пряди начнут отделяться от остальных и продолжать неотступно искать. И да смилуются над нами Небеса, если они найдут! Могущество их нарастает и увеличивается вдвое, втрое с каждым поглощённым глотком крови, против них бессильны не только обычные, но и известные нам магические способы, если они войдут в полную силу. Единственное, что мы могли сделать — отсоединить их от своей Хозяйки и спрятать в недоступном, как надеемся, месте. К счастью, нам повезло и такое место было найдено совершенно случайно во время путешествия по отдалённым планетам. Одна из них хоть и была заселена людьми, но потоки Силы здесь не прослеживались. Совершенная пустыня в магическом смысле. Эта планета носила чуждое для нашего слуха название Земля. Живущие здесь существа в то время даже не подозревали о наличии других миров. Безопасное убежище для артефакта было выбрано, тем более что времени для поиска лучшего у нас уже не оставалось. Проведя сложнейший ритуал, проклятые кудри были намертво и, надеюсь, навсегда запечатлены в тайном месте. Пробудить их может только кровь, но мы приняли все известные меры и способы, чтобы подобного не случилось. Книга тоже укрыта в глубоком подземелье и заклята нашей кровью. Активируется она соответственно, достаточно одной капли.

Тем, кто придёт после нас, необходимо запомнить и передать своим потомкам: никогда не пытайтесь найти эти чудовищные локоны, ведь с ними возможно возвращение той, о которой я содрогаюсь думать даже сейчас. У неё отсутствует жалость, доброта и милосердие, Сила, власть и кровь — вот что пылает в этом сердце неугасимым огнём. Слабые и сильные одинаково подлежат уничтожению, оставшиеся служат забавой для жестоких игр, принуждённые жить в постоянном страхе, унижении и покорном служении.

Осталось дописать последнее и попрощаться навеки. Чувствую, как слабеют руки, в глазах мутнеет и дыхание прерывается хриплым кашлем. Использованный ритуал вытягивает из нас капля за каплей Силу и жизнь вместе с кровью, и чем ближе конец, тем сильнее уходит кровь. Не стоит жалеть нас, сделано то, что необходимо, чтобы по мере возможностей защитить свой народ и остальные расы от неминуемого уничтожения. Гордыню и жажду власти превыше всего ценили наши предки и мы сами, и как жестоко поплатились за это! Возмездие настигло неотвратимо. Надеемся, что вас оно обойдёт стороной. Не воскрешайте Мирриэлью, пусть сгинет навечно! Остаток отпущенных часов, а, может, и минут мы проведём в подземелье с единственной надеждой — обрести долгожданный покой после всех бессмысленных и беспощадных ужасов. Да будет мир со всеми!»

Глава 4. Прозрение

Несколько минут царило потрясённое молчание. Потом наступил хаос. Возбуждённые голоса, проклятья, скрип отодвигаемых стульев слились в несмолкаемый шум. Прервал это смятение потрясший здание до основания ужасающий грохот. Казалось, сам фундамент встал на дыбы, чтобы рассыпаться по кирпичику. Свет замигал и погас, и воцарилась темнота.

«Неужели так поздно? — удивился кто-то. — Ведь прошло не больше двух часов с обеда, даже в ноябре так рано не темнеет».

Раздались другие голоса, предлагавшие выйти из здания и посмотреть, что случилось на самом деле, так как дальше оставаться здесь было опасно. пол дрожал под ногами, в некоторых местах начала осыпаться штукатурка, стали взрываться лампы, усыпая пол осколками. Надо было срочно уходить. Осторожно балансируя на вздыбившемся полу и кое-где держась за стены, группа людей медленно продвигалась к выходу.

В коридорах царила полнейшая тишина, ни звука не доносилось из-за дверей. «Почему так тихо, где остальные?» — раздались недоумевающие голоса. Но долго раздумывать над этим было некогда: с потолка всё сильнее осыпалась штукатурка, по стенам змеились трещины, расширяясь с каждым мгновением. Идти становилось всё труднее, пол под ногами опасно наклонился, как будто древнее чудовище норовило вырваться из многолетней спячки. Пробираясь наощупь среди появившихся неожиданно препятствий, группа их семи человек наконец выбралась из грозившего вот-вот рухнуть здания.

На улице царила та же кромешная темнота, но воздух неожиданно оказался тёплым. «И это в конце ноября», — заметил кто-то. Данное обстоятельство было очень кстати, так как, выбираясь из норовившей развалиться постройки, никто не вспомнил о верхней одежде, так и оставшейся в пустующих помещениях.

«Может, кто-то захватил телефон?» — спросил Максим Александрович, под чьим руководством происходило изучение необъяснимой до сегодняшнего дня находки.

«У меня, только зарядки осталось мало,» — ответил один из сотрудников, Андрей Владимирович, более всех стремившийся разгадать таинственные письмена.

«Включи ненадолго, необходимо осмотреться и хоть в общих чертах понять, что случилось», — попросил Максим Александрович.

Но слабый свет фонарика только ещё больше привёл в недоумение и окончательно запутал столпившихся людей. Насколько можно было разобрать, повсюду царило страшное запустение. Улицы «радовали» горами раскиданного мусора, среди которого шныряли полчища крыс, совершенно игнорирующих собравшихся. Да и кого им бояться? Вокруг ни души, окна находящихся рядом домов зияли пустыми рамами, кое-где виднелись остовы давно покинутых автомобилей, искорёженные обломки которых изъела ржавчина. Гнилостный смрад разложения вызывал рвотные позывы, смешиваясь с застарелым и оттого ещё более въедливым запахом крови. Но последним штрихом к общей картине стали деревья. Обычные деревья с зелёными листьями!

«Что тут произошло?! — раздались недоумевающие испуганно-растерянные голоса. — Ведь за несколько часов, которые мы провели в лаборатории, исследуя книгу, не могло произойти столько разрушений!»

Взволнованные крики прервал чужой голос. Подошедший неслышно человек имел вид бывалого путешественника, готового к различным испытаниям, встречающимся на его пути. Одет в немаркую удобную одежду, не привлекающую внимания и не стесняющую движений, коротко острижен, лицо незапоминающееся. за плечами средних размеров рюкзак, в руках — мощный фонарь.

«Кто вы и откуда? — спросил он, пристально вглядываясь в замерших людей. — Я вас раньше здесь не встречал. Из какого убежища?»

Вперёд выступил Максим Александрович.

«Я — руководитель научно-исследовательской группы из Центра изучения древних языков и наречий, — представился он. Сегодня в здании, где мы работали, вдруг погас свет на всех этажах, а само оно начало разрушаться на наших глазах. Мы с большими трудностями выбрались оттуда, не встретив почему-то других сотрудников. Здесь обнаружилась совершенно потрясшая нас картина. Что за катастрофа привела город в такое ужасающее состояние? И, ради Бога, объясните, если сможете, почему в конце ноября деревья стоят с зелёными листьями?!»

На лице незнакомца появилось сначала изумление, которое сменилось подозрением и даже лёгкой угрозой.

«Что за игру вы затеяли, профессор? — интонация стала насмешливо-угрожающей. — Я ещё раз спрашиваю, где находится убежище, в котором обитаете? И прекратите рассказывать мне сказки, иначе могу и рассердиться». И с многозначительным видом похлопал рукой по рюкзаку.

«Я говорю вам чистую правду, это подтвердят и мои коллеги, находящиеся сейчас со мной. А про убежище, о котором спрашиваете, нам ничего не известно. Ведь так?» — обратился Максим Александрович к остальным. Они выразили полное согласие.

«Не может быть, — упорствовал так и не представившийся неизвестный мужчина. — Я жил неподалёку от того места, где стоял Центр. И знаю. что…»

«Почему стоял? = перебил его кто-то. — Разрушаться он стал недавно, ещё сегодня мы проводили исследования в нём».

«Потому, — сумрачно сказал мужчина, — что он был покинут всеми, кто там работал, незадолго до Исхода».

«Какого ещё Исхода?!» — вопросы сыпались со всех сторон.

Недоверчиво и ещё более подозрительно посмотрев на них, мужчина ответил:

«После того опустошения, которое принесла нам Тварь, прошло семь лет. Большинство сгинуло. послужив пропитанием для этой… — тут он выругался, — а немногие оставшиеся в живых прячутся в убежищах, вступая в борьбу за пропитание с крысами и другими такими же несчастными. Нас слишком мало, чтобы восстановить разрушенное, тем более вынужденные каждый день сражаться на пределе сил за немногие оставшиеся блага».

«А вы искали в других городах? Может…»

«Нет, — прервал незнакомец. — Это бесполезно. Там, где прошлось чудовище. не остаётся живых, только опустевшие земли да тучи крыс и падальщиков. Оно уползло искать новых жертв. Главное — подальше от нас!»

Пока продолжался этот необычайный разговор, началась гроза. Ярчайшие молнии вспарывали небеса, освещая пространство вокруг слепящими всполохами. Поднялся ветер, поднимая горы мусора и обрушивая его с высоты водопадом отбросов и грязи. Стоять становилось всё труднее, с неимоверной быстротой мелькали крысы, пытаясь поскорее укрыться от начинавшегося урагана.

«Надо уходить!» — раздались отчаянные крики в усиливающемся гуле ветра, но было поздно. Раскат грома, казалось, расколол землю до самого основания. Ослеплённые, оглушённые, потерявшиеся люди не понимали, в каком направлении искать спасения. Вдруг на фоне непрекращающихся вспышек молний небо озарилось сиянием. Еле удерживаясь на ногах, цепляясь друг за друга, люди подняли головы, чтобы посмотреть на источник, который своим блеском затмевал молнии. И они узрели…

По небу величественно плыла Она, Возрождённая. И хотя никто из присутствующих до этого ни разу Её не видел, а встретившийся учёным случайно человек даже не подозревал о наличии Книги, ошибиться было невозможно.

Волосы сияющим каскадом развевались у Неё за спиной. Казалось, всё небо горело золотым огнём, переливалось и сверкало живыми всполохами так, что смотреть было невыносимо и в то же время необъяснимо притягательно-пугающе. Чарующая прелесть всего облика манила и отталкивала одновременно, не давая отвести взгляд хоть на миг. Чёрные как бездна очи заглянули в самую душу, затягивая и пленяя слабеющий разум. Нежным как пение соловья голосом прозвучали гибельные слова, отчётливо различимые на фоне разразившейся вакханалии грозы и урагана:

«Я вернулась! И отмщение моё будет ужасно и неотвратимо, жалкие смертные! Я заставлю дрожать и трепетать передо мной весь этот никчёмный мирок с такими же обитателями! Клянусь именем своим Мирриэлья!»

И Мир содрогнулся. Но это уже совсем другая история.

06.09.2022
Анна Мурашкина


Свежие комментарии 🔥



Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

Закрыть