Урсула

Прочитали 1350

Я тихо проживал на пенсии, как Алехандро Альварес. Место мне выбрали и имя тоже подобрали. Отказаться я не мог, это условие найма на работу, которая продлилась, без малого, 20 лет. Иногда я вспоминаю своё настоящее имя, но оно мне уже ничего не говорит. Я уже забыл сам себя. Есть какие то отрывочные воспоминания, но они разрозненны и кажется, что это был давний сон. Фамилия Альварес и имя Алехандро очень популярны среди испаноязычного населения и искать конкретного Альвареса, всё равно, что искать иголку в стоге сена. Если выдать номер социального страхования и подправить возраст, сделать пластику лица и поменять кожу на подушечках пальцев, то можно начинать новую карьеру. Так было два раза. Теперь третий, для ухода на пенсию.
        Работа не подразумевала дом и родственников, поэтому для всех я уехал на заработки и со временем затерялся на просторах от Аляски до Алабамы. Если ли тяга к родным? Думаю нет, они меня не искали, даже не пытались, хорошо устроились и были всем довольны.
Я тоже всем доволен. Наш городок имеет мэра на общественных началах и пара полицейских на таком же положении. Место тихое и спокойное, их никто не тревожит. Я ковырялся на своем участке, когда спиной почувствовал, что кто-то подходит сзади. Походка была чужая, человек не из нашего городка. Но шаги были знакомые. Это Симон. Мой побратим. Что его принесло и что его заставило нарушить инструкцию? Не оборачиваясь громко говорю:
— Симон, иди на веранду, я сейчас закончу и подойду.
— Ни слова не говоря, шаги удалились в сторону веранды. Раздался скрип ступенек и звук плюхнувшегося тела в плетеное кресло.
-Поправился он за три года,- отметил я про себя.
Закончив дела я пришел на веранду. Симон поднялся и мы обнялись. Я вошёл в дом и вынес два стакана с бренди. Отхлебнули и он сказал:
— Сачо, я проигрался и должен очень много.
Симон назвал меня именем, которое было до поступления на работу, оно тоже не настоящее, как и его. Это означало, что сумма крупная. Я отхлебнул и молча продолжал слушать. Таких денег у меня нет. Он же пришёл не просто так, а с планом. И план должен быть очень сложным в целом, но простым по выполнению. Любая сумма свыше десяти тысяч уже тянет на много лет тюрьмы. Но, раз он приехал, то есть шанс и шанс хорошо продуман.
— Сачо, нам надо взять шесть банков в шести штатах. Ты ничего не знаешь, но тебе надо шесть раз удрать от преследования. И не просто удрать, а профессионально с увлечением максимального количества полицейских машин.
— Симон, я не специалист по гонкам на длинные дистанции, меня этому не учили. Моя специальность захват или освобождение заложников.
— Сачо, вся группа в сборе, кроме тебя. Мы дадим подменные машины. В последней будет твоя доля и твои новые документы. Мы же друг друга не бросаем.
— Хорошо. Похороните меня в соседнем графстве. Жаль, мне тут нравится, что ж придётся покинуть приятное место.
— Сачо, всё сделаем.
Я чертовски устал за сутки, так как проехал более восьми сотен миль и сменил три машины. Все лихие дела делаются при свидетелях, это только кажется, что никто не знает о деле. Знают все, но не все его могут чисто выполнить, наблюдают и берут на заметку проколы. У нас проколов не было. Задача у меня средней сложности, только уйти от погони, увлекая патрульных за собой, подальше от других участников, которые делают основное дело, к которому я не причастен. Я просто удираю от шерифов одного штата в другой, а когда машины шерифа в пути, парни берут банк. За сутки они взяли шесть банков в шести штатах.
Через некоторое время вся информация поступит в центр и делу, возможно, придадут федеральное значение, если им хватит ума. От федеральных агентов не уйти, на задержках в бюрократических процедурах вся идея и держалась. Пока же, шесть штатов имеют по одному ограблению, которое на федеральное не тянет. В последней машине лежала моя оплата чистыми деньгами и новые документы, чтобы жить в Мексике.
Уходить в Мексику я решил без помощи, которую мне предлагали. Инстинкт самосохранения сработал. Грабители всегда стараются скрыться в Мексике и первый же сигнал федерального ведомства, усложнит пересечение границы. Надо пересекать легально и с деньгами, а этой легальности у меня пока нет.
Ближе к вечеру я тормознул у маленького бизнеса по продаже подержанных автомобиле и обменял с доплатой за конфиденциальность свой «Каприс Классик» на небольшой кабриолет Санфайр. Мелкие автодилеры не задают вопросов, а называют цену за услугу, по сравнению с ценой твоей свободы и с ценой его жизни, цифра разумная. За счёт таких сделок их бизнес и держится.
      Я уже стал закрывать глаза на секунду-другую от усталости, мне ведь уже седьмой десяток и я не в кино снимаюсь. Драпать на автомобиле от Алабамы до Аризоны, это не на космолёте заниматься звёздными войнами. Могут патрульные и дрон поднять, а этот робот “Hände hoch” говорить не обучен. Увидел огни придорожного ресторана «Две стрелы» и свернул. Голод уже пересилил напряжение. Свет внутри горел, а входная дверь была закрыта. Посмотрел в окно и увидел, что молодая женщина под громкую музыку убирает зал. Барабанить в дверь не стал, а обошёл дом и ногой пару раз ударил в заднюю дверь. Внутри залаяла собака. Значит рабочий день закончен, если пёс внутри, выручку пока инкассаторам не сдали и девица будет там до сдачи выручки. Раз веселится и танцует за уборкой, то времени еще много. На лай собаки к задней двери подошла женщина и щелкая замком сказала:
— Рано вы сегодня.
Дверь открылась и она уставилась на меня.
— Вовремя, не волнуйся, мне передохнуть надо.
— В такое время только грабители заходят.
— ОК, считай меня грабителем, но сделай кофе и картошку поджарь, пожалуйста.
— Так я кассу уже закрыла.
— Какая ты глупая, накорми странника, а то я сейчас умру от голода, а потом будешь шерифу рассказывать, что я умер сам. Держи деньги.
Я открыл кошелек и протянул ей двадцатку.
— Это много.
— Это за эксклюзивное обслуживание.
Пёс увидев деньги замолчал. Понимает ситуацию. Молчание пса дошло и до молодухи, она пропустила меня внутрь и указала на кухню.
— Там удобнее будет, а то зал я уже прибрала, может телевизор включить?
— Включи, включи, там сейчас меня показывать будут.
— А за что?
— В смысле?
— Что ты натворил?
— Грабитель, граблю придорожные рестораны, похищаю молодых женщин и ем жареную картошку .
— Тебе бургер сделать?
— Нет, два яйца, пожалуйста. Где в твоём городишке переночевать можно?
— У нас нет гостиницы, но можешь поспать у меня на втором этаже. В доме три спальни.
— Мне нравится твоя идея. Сколько ты берешь за ночлег?
— Ничего не надо, это комнаты сестер, они давно живут отдельно.
— А где твой муж и дети?
— У меня нет мужа и нет детей.
— Прискорбно, ты ещё молодая и очень хорошо выглядишь.
— Вот и женись, а не комплименты говори.
— Сначала поем, потом отосплюсь, а утром поговорим на эту тему, устраивает?
— Ну вот, ты и задний ход дал. Все вы мужики такие.
— Все, это сколько?
— Один у меня был в школе и обманул, отец меня так отходил кнутом, что отбил охоту на это дело, заодно и почки.
— Извини, я не хотел доставить тебе такие воспоминания. Отец жив?
— Год, как на кладбище и, даже в последний момент, не простил «позора».
— Верующий был?
— Староста общины, а ты верующий?
— Тебя как зовут?
— Урсула, а тебя?
— Меня зовут…., хороший вопрос, меня зовут по-разному, можешь придумать имя и сама, я не обижусь.
— Понятно, значит крупно влип.
-Совершенно верно, очень крупно, но вернемся к вопросу о боге. Бог есть, я это знаю и мне нет нужды в это верить. Но я человек и грешен. Поскольку при всех моих грехах я ещё жив, то это означает, что Бог мне их прощает. Лучше получить наказание от Бога, чем от человека, даже, если он твой отец.
— А как Бог наказывает?
— Ты бы мне отказала в хлебе и не предложила кров.
— А почему так случилось?
— Может я тебе понадоблюсь сегодня, раз ты понадобилась мне.
— Я с тобой спать не буду.
— Я не об этом
По телевизору стали показывать новости, а потом прервали и сделали сюжет об ограблении банка.
— Ты грабитель?
— Лично я банк не грабил, но был в районе ограбления и удрал от греха подальше, но копы за мной увязались. Они могут на меня навесить это дело, а мне сидеть за решёткой не интересно.
— Это правда?
— Какой мне смысл тебе врать? Ты мне сказала правду о себе и горькую, а моя тоже не сладкая.
— Почему ты удирал?
— Были причины, я вообще с ребятами шерифа не дружу.
— У нас с ними мало кто дружит.
— А ты?
— Я тебя не выдам, можешь работником на кухне поработать некоторое время, пока всё утихнет. Кого-нибудь, да и обвинят.
— Вот именно, кого-нибудь.
На задний двор зарулил старый пикап из которого вышли двое мужчин и направились к двери. Из окна кухни их хорошо было видно.
— Урсула, кто это? Не их ли ты ждала?
— Это плохие парни, я им плачу за одно дело и уже выплатила долг, но они не отстают. А ждала я ребят из Бринкс, которые выручку принимают и в банк сдают. Я одна веду бизнес..
Раздался стук в дверь и Урсула поднялась, чтобы открыть её. Я её взглядом успокоил и показал на свой пояс, где был небольшой короткоствольный Смит и Вессон немецкого производства. Пока она открывала дверь я спрятался за металлическим шкафом и навернул глушитель на ствол. Мужчины шумно вошли и довольно грубо стали тискать Урсулу с шуточками, а потом потребовали деньги. Урсула сказала им, что ей надо подняться на второй этаж и они от неё отстали. Женщина проскользнула мимо меня и стала подниматься по лестнице.
Пока она там возилась пикап вырулил со двора и уехал. Она выглянула в окно, потом спустилась вниз, но ни мужчин, ни меня там не было. Урсула села, подперла голову рукой и в таком положении дремала, пока ее не разбудили ребята из Бринкс. Она им отдала выручку и заварила свежий кофе, поджарила хлеб и положила на стол мягкий сыр с клубничным джемом. Всё было, как обычно.
            Утром она меня нашла спящим на ступенях возле двери заднего крыльца, растолкала и потащила на второй этаж, где указала комнату с ванной. Я принял ванну и уснул. Проспал до следующего вечера. Лежал долго с открытыми глазами и моя душа проходила очистку на небесах. Я не считал сделанное грехом. Опять не в то время и не в том месте оказался и сделал всё по зову сердца, а не за деньги. О деньгах, я даже и не думал.. Вошла Урсула и принесла покушать.
— Приходили копы и интересовались теми двумя, они с ними в доле. Сказала, что не заезжали, хотя деньги приготовила.
— Как в фильмах с Робертом Де Ниро.
— Сказали, что теперь платить не надо, дело об утоплении взяло себе ФБР. Они меня не знают, а я их. Вот для этого Бог мне и велел тебя впустить.
И вообще, хватит валяться, сегодня было много посетителей, спускайся и помоги мне прибраться.

19.07.2019


Похожие рассказы на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

Закрыть