«Ubersoldat» . Глава 13.

Глава 13.

Германия, концентрационный лагерь Заксенхаузен, 1944 г. –

 Московия, Пятигорск, август 2026 г.

 

Бух! Бух! Бух! Тяжелые ботинки уже почти сутки без перерыва стучат по кругу, вымощенному булыжником. Грязная полосатая роба, пропитанная потом, уже практически срослась с кожей, мешок, наполненной камнями превратил спину в сплошной синяк, а ботинки наполненные кровью от стертых до мяса ног при каждом шаге издают противный чавкающий звук. Хлюп! Хлюп! Хлюп! Но все больше ни имеет никакого значения потому, что наш «наркотический патруль» — это билет в один конец. Таблетки, которыми нас пичкали нацисты, создавали ощущение эйфории и снижали чувство усталости, однако и они были не всесильны. Нескольких испытуемых, которые свалились на землю от полного истощения, показательно расстреляли для «повышения мотивации» оставшихся в живых.

Последние часы меня сопровождают только хриплое дыхание, кровавая пелена в глазах и подбадривающие крики надзирателей: «Komm schon, schneller!»[1]. Однако теперь и мои ноги предательски подкосились, а скользкая от кровавых соплей брусчатка стремительно приблизилась к моему лицу. Боли от разбитого носа я не почувствовал и только тоскливо промелькнула мысль: «Настал мой черед». Краем глаза я заметил ноги обутые в начищенные до блеска сапоги, приблизившиеся ко мне, затем почувствовал ускользающим сознанием пару пинков, сопровождающиеся командой: «Aufstehen!»[2]. Затем звук выстрела.

Пробуждение от жуткого сна было мгновенным, как резкое всплытие на поверхность из темных морских глубин. Что-то меня внезапно насторожило, но я не сразу понял что именно. Потом дошло, немецкие голоса из кошмара никуда не делись. Они здесь, в пещере!

Рывком выскочил из спального мешка и выглянул в бойницу бункера. В темноте мелькали лучи света и чьи-то тени. Присмотревшись, я понял, что, судя по количеству фонарей количество «гостей» варьируется от двух до четырех. Приемлемо.

Метнувшись к ружью, перевернул стол и занял позицию перед входной дверью. Моя возня, судя по всему, привлекла внимание посетителей и они насторожились:

— Kurt, hast du das gehört? Was ist das? Schau nach[3], — сказал кто-то властным голосом.

— Ja, Herr Schmidt, ich komme schon[4], — ответил Курт без особого энтузиазма и потопал к двери моего убежища.

План действий, созревший практически мгновенно, я мысленно проговорил: «Судя по шагам и количеству переговаривающихся – противников всего двое. Это gut[5]. Первый, сюда по всему, обычная «торпеда», его можно валить наглухо. А начальничек нужен живьем».

Мои измышления прервала открывшаяся дверь с ярко освещенной крупногабаритной фигурой в проеме. Я нажал на спуск. От грохота выстрела в замкнутом пространстве заложило уши, и воздух наполнился кисловатым запахом пороховых газов. Прыжком, перемахнув сучащего ногами и мычащего Курта, я наставил оружие на второго и заорал:

— Hände hinter den Kopf! Auf die Knie![6]

Сюда по спешке, с которой он выполнил команду, явно не боец. Я с размаху пнул его ногой в живот, после чего, он, скрючившись от боли по-бабьи заскулил.

— Wie viele von Euch sind hier?[7]

-Ich bin unbewaffnet. Nicht Schießen. Zwei hier und einer in der Stadt[8], — ответил тот.

После этого я приказал:

— Runter! Hände hinter den Rücken![9]

А после связал ему руки его же брючным ремнем и быстро осмотрел на предмет членовредительских орудий. Расслабляться было нельзя, фашист мог и соврать. Надо было осмотреть все подземелье и область возле входа. Включив генератор, который осветил помещение (надо обязательно продумать подвоз горючего) я смог убедиться, что внутри кроме этих двоих больше никого не было. Затем взглянул на часы, почти шесть часов вечера, горазд же я дрыхнуть!

Перед изучением входа, надо было выключить генератор, чтобы яркий свет из пещеры не привлек не нужных свидетелей. Проделав все необходимые манипуляции, осторожно выглянул наружу. В закатных сумерках кроме деревьев, кустов и пожелтевшей от летней жары травы, никого не было. Хорошо. Теперь можно было заняться вплотную моими визави.

Здоровяк, который вероятно выполнял функции охранника, уже затих, перестав стонать и пытаться запихать вывалившиеся из брюха кишки. Кровищи с него натекло очень много. А кому теперь все это убирать? Опять же труп куда-то надо девать. Хотя с этим решилось довольно быстро. Можно было скинуть жмурика в сток ручья, который уходил глубоко вниз, возможно даже и до основания горы.  Но прежде осмотрел имущество убитого. Старенький ТТ[10], паспорт, несколько сотен евро, и бесполезная в отсутствии пароля теперь для меня кредитка. В рюкзаке – смена белья и небольшой запас продовольствия.

Пистолет переложил себе за пояс и подумал о том, что надо будет разобраться по вопросу источника появления оружия у немцев. Через границу они его вряд ли стали бы везти, значит, у них есть в городе сообщники. Эти, а также иные вопросы я намеревался обсудить с его пока еще живым приятелем. Интуиция мне подсказывала, что оставшиеся часы его жизни будут крайне грустными и неприятными.

Схватив за волосы, рывком поднял связного и осмотрел его повнимательнее. Типичный «ботан»: холеное лицо с признаками интеллектуальных потуг, остатки разбитых очков, рыхлое тельце. Встряхнув его и влепив для надежности пару пощечин спросил:

— Name?[11]

— Walter, — ответил явно трусивший немец.

— Ну что ж Вальтер, думаю, что нам надо поговорить, — сказал я и улыбнулся свой максимально доброжелательной улыбкой.

Вышло у меня, наверное, не очень убедительно, потому, что тот, заподозрив неладное и издав какой-то нечеловеческий рык, попытался вырваться, лягнув меня ногой. Быстро успокоив его парой ударов по почкам, оттащил его в бункер, где привязал к стулу. Надо было заняться уборкой.

Сбросив труп в сток ручья, куда следом полетели ненужные мне шмотки охранника, за исключением денег и небольшого запаса продуктов, которые оставил себе, я направился обратно в пункт управления, подойдя к которому услышал непонятные песнопения. «Со страху крыша поехала», промелькнула мысль. Перешагнув порог, увидел сидящего на стуле и бормочущего что-то немца. Заметив меня, он выпучил глаза и прокричал фразу на непонятном языке. После этого, мои ноги неожиданно подкосились, и я упал на пол, тут же попытавшись вскочить, но мои ноги будто одеревенели и совершенно меня не слушались. Наблюдая за моим беспомощным барахтаньем с глумливой ухмылкой,  колдун спокойно освободился от пут и подобрал выпавшее и моих рук ружье.

— Es ist Zeit zu töten[12].

— Это мы еще посмотрим, кто кого, — ответил я и, выхватив пистолет, прострелил ему колено. Истошно завопив от боли, тот повалился рядом со мной, теряя сознание от болевого шока. Оцепенение тут же прошло.

В этот раз я не стал совершать повторной ошибки, примотал «клиента» к стулу скотчем, уж не знаю, как он развязал веревки, но клейкую ленту никакой телекинез[13] точно не размотает.

Чтоб привести немца в чувство пришлось сходить к ручью и набрать воды. После того, как я вылил на него содержимое ведра, тот фырча и отплевываясь, попытался освободиться. «Успокоив» его парой оплеух я произнес:

— Не дергайся. В этот раз твои шаманские штучки не помогут.

Неожиданно, тот ответил на довольно приличном русском языке:

— Я не шаман.

— Твою мать, мы, оказывается, говорим на «великом и могучем[14]», — с сарказмом ответил я, — поговорим?

— Можно и поговорить, но у меня есть условия.

— Какие?

— Жизнь и медицинская помощь.

— Ты же понимаешь, что просишь очень много? Не боишься, что я не сдержу своих обещаний?

— Боюсь, но какой у меня есть выбор?

— Согласен с тобой, фашист. Выбора у тебя нет.

— Слушай, хватит меня дразнить фашистом.

— А как тебя называть? – удивился я.

— Я вообще-то русский, уехал на историческую родину вместе с родителями в 90-х годах и зовут меня Виктор.

— Ну что ж Витек, схожу за бинтами, а ты пока далеко не уходи, — сказал я ухмыльнувшись.

— Так себе, шутка, — отозвался он.

     

[1] Давай, быстрее! (нем.)

[2] Встать! (нем.)

[3] Курт, ты слышал? Что это? Сходи, проверь (нем.)

[4] Да, господин Шмидт, уже иду. (нем.)

[5] Хорошо. (нем.)

[6] Руки за голову! На колени! (нем.)

[7] Сколько вас здесь? (нем.)

[8] Я безоружен. Не стреляйте. Двое здесь и один в городе. (нем.)

[9] Лежать! Руки за спину! (нем.)

[10] Пистолет обр. 1933 г. (ТТ, Тульский Токарева) — первый армейский самозарядный пистолет СССР, разработанный в 1930 году советским конструктором Фёдором Васильевичем Токаревым.

[11] Имя? (нем.)

[12] Пришло время убивать.

[13] Телекинез (др.-греч. τῆλε — «далеко» и κίνησις — «движение»), или психокинез (др.-греч. ψυχή — «душа») — термин, которым в парапсихологии принято обозначать способность человека одним только усилием мысли оказывать воздействие на физические объекты.

[14] «Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины,- ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык! Не будь тебя — как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома? Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу!» (И.С. Тургенев, 1882г.)

0
25.07.2020
avataravatar
159

просмотров



Добавить комментарий

Войти или зарегистрироваться: 

Свежие комментарии 🔥



Рекомендуем почитать

Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

    Войти или зарегистрироваться: 

Закрыть