***

Ключи судьбы, заветные ключи
Нам открывают двери, чтоб вперёд идти,
И каждому, кто ни войдёт, они
Там зажигают синие огни.

Ключи — они такие разные, поверь!
Они так просто открывают дверь,
Но знай, что у твоей судьбы
Такие, может быть, ключи.

Метают искры синие огни,
Смиренны перед Господом они.
И могут снова дверь открыть ключи,
Чтоб кто-то по дороге мог идти.

Заброшенный дом

Среди танцев чистой природы
Ты в крапиву присел, загрустил,
А когда-то был той же породы —
Так же молча жизни хранил.

Ты могуч — как могли тебя бросить?
Кто оставил на пищу кустам?
Хриплый ветер торжественно носит
Гордый шепот: «Себя не отдам…»

Ты в смертельной своей колыбели,
Сам не зная того, манишь.
В шлейфе листьев, цветочной постели,
В бусах-ягодах дух свой хранишь.

Почему ничего не расскажешь,
Почему ты не пустишь меня?
Разве лучше, чтоб мучила радость
Голубого сияния дня?

Обреченный на вечную память,
Ты стоишь, словно призрак камней,
И способен лишь ветром править
Из великой трясины дней…

Акростих

Медленный день заливает упорно
Алою краской заблудшие души.
Рама тяжелая беспрекословна,
Маятник бьет без конца, ветер учит

Ездить на сером коне по туманным равнинам.
Лестница бесконечна, тьма — словно полдень,
Армия смерти не отступает на север.
День слушает шепот теней: «Мы без света не можем»…

Акростих 2

Белое поле безжалостно и бесконечно.
Есть цепь следов, и становится терпким вкус цели.
Тихие дали опасны, не виден чудесный
Храм на шестой дороге: стоят только ели.

О демон поиска! ну отпусти на мгновенье!
Вечер уж близок, зловещее поле темнеет.
Если бы можно было вернуться на землю!
Но цепи, что сам сковал ты, уж слишком крепки.

Велосипед

Он лежит у обочины на тротуаре,
Серебристый, мерцая на мутном солнце.
Всего лишь лежит по диагонали,
Свободный… Как неподвижны колеса!

Пуст переулок, исчезло движение,
Лишь западный ветер колышет ветви.
Чуть дальше жизнь — сопротивление,
А здесь — всего лишь пучок света.

Велосипедные спицы,
Быть может, в вас прячется жизнь…
Ведь вы как страницы, живые страницы,
Вы помните запах разной земли.

Пусть он лежит неразгаданной тайной
В сыром переулке… велосипед
Тайных надежд и пустых ожиданий,
Педали того, кому места нет.

Космический омлет

Простерлась скатом бархатная ночь.
Валяться в ее кляксе смысла нет,
Я выйду на крыльцо, чтоб ей помочь:
Мы сделаем космический омлет.

Пушистых звезд начинка руки жжет,
Я вытащу ее щипцами глаз.
Спиралька неба тихо уползет,
Взорвавшись бесконечностью для нас.

Но я ее поймаю (выдаст свет),
Добавлю ложкой в ледяную смесь —
И вот готов космический омлет,
Который людям никогда не съесть.

Зато мне можно крышку открывать!
В охапку звёзды, небо — поводок.
Чего еще возможно пожелать,
Отрезав от него такой кусок?

Кафка

Меня пугает громкий смех,
Когда я прохожу безмолвно,
И шаг мой переходит в бег,
Но скрыться без причины сложно.

Хоть и легко становится потом,
Я смешиваюсь со слепой толпою,
И это страшно тем, что тот вагон
Кипит, ревет, а ведь пришел за мною…

В толпе твое ничтожество сильней,
И лестнице не сделать тебя выше,
Ведь кто-то прошел дальше и быстрей.
Над всем есть верх, и нижнего не слышат.

Ничтожеством никто не хочет быть,
Все любят власть, но только вот не я.
Что я люблю? Ненужное ловить,
И не люблю, когда горит заря…

Я слышу шорохи исчезнувших следов,
Я вижу правильность обманчивых вещей.
За это мстят мне стаи злобных снов,
Кружа по ямам маковых полей…

Нельзя рождаться зеркалом всего,
Невольной губкою на дне.
Теряюсь я в глуши его,
И в мире неспокойно мне…

***

Смотри осторожнее в черное небо,
Пусть даже там есть хоть один оазис:
Оно затянет твои надежды
Черной дырой, но проглотит не сразу.

Сначала начнет вокруг извиваться,
Дышать эхом стали, ласкать паутиной…
Иди, не смотри и не поддавайся!
Разбавь хотя б лампой его чернила!

Улица

День загорелся. Грохот и тряска,
Скрипы и лязг опостылевших схем…
Хлюпает сонно дождливая краска,
Пенно заляпала cумрачный день.

Солнце, споткнувшись, вдруг оробело,
Спряталось нервно под куст облаков.
Небо кривится как-то несмело,
С глупой угрозой по крышам ползет.

Ноют нескладные серые крылья,
И осыпаются перья, как дым…
Мне притяжение все ж победить бы!
Только мешают вздохи машин…

Иногда

Иногда, дойдя до камня,
Что помечен твоим взглядом,
И, оглянувшись на пыль,
Что поднял в восторге действия,
Поймешь, что дошел до конца
И, оглянувшись, подумаешь:
«Зачем я так разогнался?
И где бы найти еще камень»?

И снова пойдешь бродить
Под танго дождя и ветра.

Вид из окна

Следы на снегу от листьев, собранных в кучи,
Похожи на зыбкие, мертвые черные дыры.
Что не укрылось — как будто с насмешливой скукой
Туманно глядит на нас из другого мира.

Зачем на втором этаже решетки? От ветра?
Цвет кирпича разгоняет тени раскраски.
Заляпана кистью какого-то мокрого цвета,
Улица вдруг предстает как набросок сказки…

Другой мир

За мною развевался шлейф туманов
И распускались красные цветы,
Я правила волнами океанов,
Рассыпав дождь с прозрачной высоты.

Но радуга змеилась стороною…
Я поняла — она меня зовет.
Куда? Решила изменить покою
Прыжком в сверкающий водоворот…

И оказалась в странном мире,
Где зелень борется с бетоном,
Где прошлое — зигзаги толстой пыли,
И ветер плачет под ночным покровом.

Но этот мир мне показался
Светлее, чем мои туманы,
И я решила в нем остаться,
Открыть другие океаны…

***

Не хочу говорить, не могу молчать
Лежу на асфальте — так небо виднее
Может быть, вспыхнет моя звезда,
Хотя кругом все только темнее

***

Можно, я буду чьим-нибудь страхом,
Чтоб узнать тайны изгибов вен,
Или мне лучше стать чьим-нибудь крахом,
Светящейся пылью обломков систем?

Можно, я буду чьей-нибудь болью,
Чтоб тенью опять не пройти сквозь глаза…
Нет, я хочу быть холодною кровью,
Чтобы потом опять согревать.

Лучше я буду чьей-нибудь смертью,
Чтобы увидеть, как небо запьет
Кровью ненужные взгляды и речи,
Которыми кто-то сквозь жизнь пройдет…

Пейзаж

Сквозь дыры на небе звезды светили.
Удачу они приносить не могли,
Лишь тех, кто не спал, за собой уводили,
Слабело тогда притяжение земли.

В зеркальную воду обрушились звезды
И плавали, или тонули, ломаясь.
Может быть, это и невозможно,
Но много картин в воде отражалось.

На том берегу в семействе деревьев
Стоял черный-черный заброшенный дом.
Какое могло там предстать отражение?
Наверно, украденный вороном сон…

***

Глупые лики,
Странные тени,
Тихие крики,
Приступы лени.

Что-то неясное ходит по кругу,
Ищет, а что — непонятно, ненужно…
Передаем без конца мы друг другу
Струны душ наших, тонкие струны…

Автобус

Автобус, давно потерявший контроль и маршрут,
Петляет по улицам треснувшего асфальта,
Ухабам, и мимо дач, где давно не живут,
В поселках, где можно дома сосчитать на пальцах.

Автобус увозит тех, кто не знает свой путь,
Они смотрят в запотевшие окна на солнце.
Дождевые струи по стеклам бегут, текут,
Как жизнь, бегут, текут они по стеклам…

Автобус из ниоткуда и в никуда
Взлетает и растворяется в небесах,
А тем, кто в нем ехал, снова вставать и бежать,
Или идти… с новым блеском в глазах.

Перезагрузка

Ступор фантазии,
Строки ломаются,
Зов прерывается —
И пустота

Никто не оглянется,
Перезагружается
Мозг; улыбается
Мне чернота

Усилия трения,
Мощность давления
И отчуждение
Выхода нет

Просто усталость
От энтузиазма
И от желания
Идти налегке

Созерцание
Отрицание
Загружается
Понимание

***

Масса лиц вокруг —
Это замкнутый круг,
И уходят из рук
Надежды тепла.

Им — искусственный свет
И ненужный привет,
Мне — лишь призрачный след
В их ненужных словах.

***

Гореть не значит греть,
Не жечь, не освещать:
Снаружи тихо тлеть,
А изнутри пылать.

И боль огня свою
Ты превратишь в цветок,
Дрожащий на ветру
Дыханьем лепестков.

И не нужны слова,
Когда ты так силен,
Что, выгорев дотла,
Опять зажжешь огонь…

0
10.08.2020
avatar
Наталья Шведова
29

просмотров



Добавить комментарий

Войти или зарегистрироваться: 

Свежие комментарии 🔥



Рекомендуем почитать

Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

    Войти или зарегистрироваться: 

Закрыть