Лизи еще не знала, она родилась в семье политика. Отец ребенка жил одной политикой. Часто между супругами возникали споры, ведь даже стол накрыть нужны деньги, а честный политик приветствуется лишь незащищенным народом. Лизи играла у потрепанного дивана, для игры ребенок использовал небольшой лоскут материи. Девочку настолько захватила игра, она не слышала, когда в дом ворвались люди в масках, лишь хлопки заставили ее тело вздрогнуть. Глаза ребенка видели лежащие на полу окровавленные тела ее родителей, сознание боясь перегрузок покрылось покровом темноты, и в этой темноты наступила тишина.

   На следующий день в одном из богатых кварталов супружеская пара говорила о случившемся.

– Представляешь, Том, по телевидению прошла информация, человека, который открыто выступил против тебя, более нет в живых.

– Попутали жилье, не более, мечтали поживиться, но облом случился.

– Как же поживиться, в том квартале одна беднота.

              — Лучше следи за дочерью. Не нравится мне няня ребенка.

              – Вторую на этой неделе меняем.

– Нашей дочери нужна умная няня.

   Время словно песок в пустыне гонимое сознанием народа быстро продвигалось к некой отметке, в которой снова всплывут имена наших героев. Лизи подросла, девушка могла спокойно ходить коридорами спец школы, знала, где находятся кабинеты, в которых ее руки проходили обучение. Тревогу забила простая учительница, девушку начали обижать и стоило принять меры. Директор согласилась поискать человека, который возьмется найти того, кто способен защитить ребенка лишенного зрения и слуха.

– Присаживайтесь, госпожа Хольда. Признаться, для меня остается загадкой, почему именно к нам, в наше заведение. Здесь вовсе не мёд, дети все из сложных семей.

– Госпожа директор, для меня честь работать рядом с вами, а науку которую здесь осилю применю в своем личном заведении для таких же брошенных детей.

– Признаться, не все понимают, какие трудности испытывает здесь обычный учитель. Дети могут вам нагрубить. Позвала вас, Хольда, по другой причине. Вам стоит проехать в один из участков, попросить документы на ребенка, девочку зовут Лизи.

– Когда ехать?

– Прямо сейчас. Признаться, старшенькие взялись над ней издеваться. Ребенок слеп и глух, девочка не видит у себя на пути натянутый канат.

– Это все происходит в ваших стенах?

– Увы, да. Вам, Хольда, стоит сразу узнать правду.

   Машина медленно продвигалась к точке, указанной директрисой. «Странно, -раздумывала девушка по пути к участку, — Чего можно нарыть такого в том заведении? Всего лишь нужно собрать всех и призвать не трогать беззащитного ребенка.»  

   Дежурный взял записку и предложил дожидаться в коридоре, здесь стоял небольшой журнальный столик, где несколько журналов дожидались своего читателя. Хольда успела пролистать пару страниц одного модного издания, когда дежурный принес лист, еще отдающий краской ксерокса.

– Госпожа Хольда, вам стоит передать бумагу лично в руки директору.

– Немаленькая, передам.

   Девушка удобно расположилась на сиденье дорогого спорт кара, но машина не завелась — звуковая команда не поступила. Хольда раздумывала над одной задачей, медленно рука девушки тянулась к бумаге. В заведении она появилась имея на лице размазанную тушь и красные глаза. Директор вздохнув взяла из ее рук бумагу.

– И зачем сунула свой нос в чужую жизнь?

– Я удочерю девочку, она мне будет словно родная.

– Мужем придется обзавестись.

– Составлю фиктивный брак, муж мной пока не предусмотрен.

– Решила все ляжет по-твоему, нет, ничего ты не изменишь. Можешь быть свободна.  

   Хольда разыскала Лизи. Девушка шла по коридору, и она попросту встала у неё на пути, затем тыкнула руку ребенка в шрифт и приступила к разговору.

– Лизи, смею предложить свою помощь.

Девушка шевелила губами повторяя выводимые рукой учителя слова. Затем она повела, лишь слово «Нет», более ответа от ребенка она не дождалась. Решив пробить защиты Хольда встала на колени и положила ладонь ребенка на свою голову, надеясь пробудить в сердце девушки некие чувства. Лизи покачала головой и обойдя преграду пошла дальше.      

   Директриса в волю наплакавшись закрыла на ключ свой кабинет и вскоре лишь дежурное освещение тускло освещало коридоры. Прижимаясь к стене спинами к заветной двери шло несколько детей, всем было интересно узнать, какая тема смогла пробить непробиваемую директрису. Открыв отмычкой дверь в кабинет зашел лишь один из лазутчиков, остальные вели наблюдение на случай появления ночного сторожа. Прикрыв дверь группа маленьких людей прошла в сторону спорт зала, здесь состоялся совет, всем было интересно, что расскажет их лидер. Но тот молчал. Лишь победив волнение без дрожи в голосе произнес. – Кто обидит Лизи обретет в моем лице себе врага, более вам знать о ней не стоит.

   Когда все улеглись спать, в постели лазутчика послышалось тихое скуление, у многих в то время от боли сжались сердца. Ведь родители плачущего погибли в авто катастрофе, видимо судьба Лизи оказалась пострашнее. Лизи в тот момент шла коридором, девушка открыла двери огромного спорт зала. Двое людей притаившись в углу наблюдали за странными движениями девушки.

– Давно это происходит?

– Госпожа Хольда, тише говорите, иначе уйдет.

– Бред, она ведь не слышит.

– Слышит, еще как слышит. А танцевать Лизи начала недавно, может переходный возраст.

– Здесь она взялась за руки.

– Заметили? На самом деле девушка танцует не одна, рядом целая толпа.

– Странно все.

– Лизи спит, останавливать ее движение бесполезно.

– Она видит своим зрением.

– Знать бы кто ее развлекает.

– Долго продлится танец?

– Часа два, более за ней не наблюдалось столь интересного состояние.

Между тем танцующая сделала несколько движений, которые для простого смертного оказались бы вроде приговора к сидячей жизни в инвалидной коляске.

– Что это было?

– Эти твари заставляют за собой повторять движения. Но ведь Лизи не знает, у них то нет хребта.

– Директриса знает?

– Нет. Вы второй человек, который все действо видит.

– Ведь реально сломать хребет, начнется разбирательство.

– Кто знает, страшнее эти тени или люди, которые довели ребенка до такой жизни.

   Утром Хольда прошла в кабинет директрисы и положила на стол бумагу.

– Я ухожу.

– Стало быть решила уйти. Сломали свои зубки о слепого ребенка.

– Невозможно оставаться рядом, от нее исходит некая энергия.

– Прощупывает пространство. Девушка хотя и слепа, но знает, кто находится рядом. Скрываясь в углу спорт зала вы не остались незамеченными.

– Почему ребенок продолжил движения?

– У нее своя жизнь, у вас своя. Зона восприятия для каждого из вас разная, для тебя — дорогая машина имеет некую ценность, для нее — ваша машина ценности не имеет никакой. Ваш уход на лице ребенка не отразится, купить ее невозможно, все ценности земли от нее скрыты.

– Но ведь кто-то должен быть рядом, тот, кто поможет в трудную минуту.

– Ребенок зафиксировал в памяти некую запись, родители всегда рядом, зачем нужны другие.

– В этом мире.

– Именно, в этом мире. Нападки на Лизи прекратились, мы достигли некоего результата.

– В мире, который вы создали, имеются секреты.

– Дети пережили нешуточные жизненные катаклизмы, такого ребенка коленками не подманишь.

– Мой порыв был искренен.

– Но бесполезен. Ваши деньги, ваш мир, которым вы грезите, зачем он нужен человеку, который не может ко всему прикоснуться своим взором, прочувствовать сердцем.

– Когда открою свое заведение, смогу взять к себе ребенка.

– Хитрость и обман всегда ходят рядом, и ребенок как никто в курсе таких вещей. Ничего у вас не выйдет.

– Я растоплю сердце ребенка.

– Или же убьёте. Советую забыть о странном случае, который случился в вашей жизни.

– Ну нет, я пробью брешь в ее защите.

– Смешно говорите. Лизи выстроила вокруг себя такие высокие заборы, вам на вертолете их не преодолеть. Девочку и ранее звали, были и богатые, и бедные, разный народ приходил, но сердце растопить не смог. Для Лизи мир умер, и воскресить его практически невозможно.

– Но ведь возможно. А вы сами пытались к ней пробиться? А растопить лед в сердце девушки? Танцы, они ведь опасны.

– Прекратит танцевать загнется сразу, психика даст сбой и уничтожит сердце ребенка.

– Хотите сказать, психика гонит тело в спортзал.

– Но ведь не преподаватель.

– Можем начать работу, которая в дальнейшем принесет нам массу денег.

– Нажиться на горе ребенка предлагаешь.

– Именно. Почему и нет, плата за вредность работы.

– Глупо прозвучит, но ребенок через танцы общается на своем языке, и кто за всем стоит мы незнаем.

– Возможно для другого человека ваши слова были непонятны, только не для меня.

– Хольда, вы прекратите свои нападки на ребенка, иначе вышвырну вас отсюда словно котенка. Хольда, вы для себя самой поставили цель, вот и идите к ней.

   Время неумолимо стирало краски за окном, но Лизи жила в своем мире. Другие дети вырастали в стенах заведения и дальше шли по жизни сами, но Лизи осталась в стенах, в которых прошло ее детство, юность, где пришла зрелость. Девушка сдала экзамены и приступила к учительской деятельности.

– Лизи.

Девушка повела рукой по доске созданной своими руками.

– Госпожа директриса.

– Привыкаешь?

– Признаться, не думала, очень сложно учить незрячего.

– В таком случае, возвращайся к нам, зрячим.

– Мне непонятен ваш разговор, госпожа директриса.

– А мне он полностью понятен. Мы приходим в этот мир не для посиделок в четырех стенах. – Но мной достигнут некий результат.

– Где-то, Лизи, вы правы. Прошло время, уже сейчас стоит пересмотреть участки жизненных этапов. Хотя, простите, лезу не в свое дело. Только для достижения результата вам потребуется вскоре не только нюх, но и глаза.

– Ну, и зачем же?

– В то время, когда вся в трауре, слепая девушка гуляет коридорами заведения, в миру живет такая же, но вся живая.

– Госпожа директриса, она моя копия?

– Вас объединяет один жизненный момент. Хотя девушка непричастна к твоей судьбе, все же вас двоих именно этот узел связывает.

– Лично против ничего не имею.

– А вот лично я имею. Ты росла на моих глазах и в моем сердце росла вместе с тобой боль. Нет, я не прошу идти убивать, в наших стенах воспитывают вовсе не дебилов, отсюда вышли в мир отнюдь неглупые ребята, да и девушки умом не обделены.

– Мне больно, вы делаете мне больно.

– Погаси мою боль, частично, но погаси.

– Но идя проторенной дорогой невольно сам становишься ее заложником.

– Пришло время вылезти вам, Лизи, из-под моего подола, пойти по жизни не слепой мышкой, а кошкой. Используй свои когти, за тобой правда и справедливость, боги встанут на твою сторону.

– Боги безмолвствуют.

– Ошибаешься, они говорят через мое сердце. Даю время подумать до завтрашнего утра.

– Мне утро незнакомо.

– Лишь комната спорт зала, в ней гасишь свою злобу. Не скрипишь по ночам зубами, резцы не стачиваешь в своей злобе.

– Госпожа директриса, видела в вас святую.

– Моя жизнь текла в другом русле, святые учат совершенно другим наукам. Адам обещал подтянутся, представляешь, у него девушка.

– Девушка. Разве?

– Именно, девушка, и они встречаются.

– Как же я?

– А что ты, живи дальше в своем мире. То, что ты воспринимала, как любовь, были лишь чувства, словно к родной сестре. Родители парня погибли в автокатастрофе. Вот такие дела. Глазки начинай продирать, иначе мир, в котором ты засела, сломает тебя.

– Нет, мне в нем комфортно.

– Тебя ведут дорогой мрака. Человек попадая в жизненный завал старается вылезти из него, он тянется к свету.

– Тьма на моей стороне.

– Лишь заблуждение. Тьма от тебя устала. Стоит уже сейчас сделать для себя выбор. Ты умная, пойдешь по жизни, эти стены достаточно на тебя смотрели.

– Мои ученики.

– Они не пропадут. Придет другой учитель, он может быть мудрее, и смотреть на все открытыми глазами, имея зрение сможет передать свет мирозданья. Твое учение Лизи оно на самом деле очень эффективно, но пустое, в нем нет жизни.

– Признаться, я пыталась, ничего не выходит.

– Обманывала себя столько лет. Нет, одним напряжением силы воли. Цепь, которую накинула на себя, не разорвать. Сейчас везде разруха, строить не хотят, лишь осваивают остатки, ты просто обязана положить свой кирпичик в жизненном устое.

– Всего один кирпичик.

– Нет, я не ошиблась, более ненужно. Все наши выпускники — это кирпичики, у всех другое мировоззрение. Обогащаясь человек утяжеляет себя в этом идеальном мире, а снимая последнюю рубаху из таких же смертных, сжигает себя еще при жизни. Все в мире временно, и утащить земные блага туда, увы, просто нереально.

– Но ведь в Египте переносили.

– Была цивилизация, но время стерло краски прошлого. До нас они дошли в сильно искаженном виде. А тот, кто ринулся их постигать, увы, в мир нового ничего не принес, лишь выпустил на волю хаос, разруху и злость. То, что когда-то замотали и положили, на самом деле брать нельзя. В современном мире человеком движет лишь жажда собственной наживы. Уже сейчас в небе просто обязаны летать бесшумные суденышки, перенося людей на большие расстояния, но нет, мир пошел топтать простых людей, а втаптывая в землю себе подобных осваивает некие ресурсы, которые ему на самом деле не нужны. Мир очень сложный, а деньги перестали выполнять свою прямую функцию. Идет уничтожение людей. Ты долго оставалась в неведенье, проснись, и наведи на земле порядок.

Девушка согнулась будто от непосильной ноши, – Задача, которую вы, учитель, передо мною ставите, очень непростая. Ведь я слепая и глухая одновременно, для моего мира все земные передряги прошли безболезненно.

– Прочувствуй земную боль, пусть тени тебе покажут косяки земные.

    Хольда повзрослела, девушка превратилась в молоденькую женщину, на которую все чаще засматривались мужчины. Двое укрылись в стенах спорт зала.

– Возможно вам показалось, и девушка в танце осталась прежней.

– Нет, госпожа Хольда, сейчас другое, совершенно другие движения Лизи выводит. Тише, она идет.

Хольда смотрела на движения молоденькой учительницы. Даже не верится, она, Хольда, желала назвать девушку своей дочерью.

– Сейчас не поняла. Что происходит?

– Лизи вырвалась из круга, в котором ее все это время сдерживали невидимые нашему глазу танцовщицы.

– Очень интересно.

– Смотрите танец Лизи дальше.

Между тем девушка в своем порыве совершала большие перебежки, и сейчас казалось, что для ее танца огромного спорт зала было мало.

– Расшибется ведь.

– Нет. Проходит в миллиметре от стены, но еще ни разу одежда танцовщицы препятствия не коснулась.

Движения танцовщицы ускорились, Хольда видела в танце схожесть каждодневного движения мироздания.

– Ее нужно остановить.

– Каким образом? Руки словно пропеллеры самолета, неровен час зашибет.

Хольда покинула место засады, и заняв центр огромного квадрата принялась ждать танцовщицу, и когда та приблизилась, она вытянула вперед руку.

– Замри.

Сторож видел, как два тела разбросало в разные стороны. Нащупав в стене тревожную кнопку он впервые за столько лет подал сигнал тревоги.

   Хольда проснулась в больничной палате. Открыв глаза, вернее один глаз, увидела белый потолок. Ее пробуждения ждал человек в строгом гражданском костюме.

– Госпожа Хольда, вы можете говорить?

– Да, могу.

– Расскажите мне, что на самом деле случилось в стенах спорт зала?

– Мы разучивали танцы.

– Сторож говорит тоже самое. Мне вот зрячему иногда сложно удержать равновесие, а здесь слепая девушка.

– Лизи стремилась к совершенству, слепота девушку вовсе не пугала.

– Скорее всего директрису уволят.

– Почему вдруг?

– Лизи все еще не пришла в сознание.

– Лизи молодая, выкарабкается.

– Пробуждение Лизи ничего не изменит, время директрисы вышло, хотя бы по возрастной категории. Или вы все решили будто она вечная?

– Нет, но все же, выглядит она молодо.

– Просто видитесь вы каждый день, отсюда проблема. Пусть отдохнет.

   Лизи открыла глаза и поняла кто дежурит у ее постели, руки девушки потянулись к доске. – Госпожа директриса. Мама…

Женщина и до этого момента плакала, сейчас слезы потекли быстрее.

– Дочка… ты прости меня.

– Вовсе вашей вины нету. Мне сон приснился.

– Поделишься?

– Статуя сошла со своего пьедестала и пошла между кварталов.

– Бредовый сон.

– Видимо да. Глаза странной девушки воина были завязаны повязкой.

– Нет, ты ошиблась.

– Все четко видела. Ноги девушки были прикованы цепями, эти цепи волочились за нею следом.

– А руки. Что было у нее в руках?

– В одной руке девушка держала огромный меч, во второй — две чаши на цепях.

– Богиня. Лизи, во сне ты видела Богиню. Вспомни еще какие моменты.

– Змея, она запуталась в ногах Богини и волочилась следом, источая при том потоки крови, а меч божества рушил дома.

– Какой ужас. Ты прости меня, похоже Богиня собралась на войну. Лизи, забудь о том разговоре, месть плохая штука. Вдруг прольется кровь.

– Госпожа учитель. Мама, мне развязали руки.

– Зачем мое сердце вынашивало в себе чужую злобу? Зачем плодило всходы чужой беды? Остановись сейчас.

– Нет, поздно. Темнота более не контролирует меня.

– Но и прозрения не наступило.

– Мой сон, он насыщен красками дневного света, он совершенен.

– Разве увидев потоки крови усмотрела момент совершенства?

    Повязку сняли, и доктор осмотрел глаз, – Госпожа Хольда, зрение вернется, но вам придется походить в повязке. Некоторое время.

– Для меня, доктор, зрение на первом месте, хоть месяц готова терпеть повязку.

– Вот и славно. А сейчас отдых.

   Когда Хольда проснулась рядом сидел мужчина в строгом костюме.

– Это снова вы.

– Пришел вас проведать, яблок принес.

– Ваша миссия, она официальна?

– Нет. Я могу к вам приходить, госпожа Хольда?

– Зачем?

– Не знаю. Вы мне интересны. Госпожа Хольда, вы скоро пойдете на повышение.

– Повышение?

– Именно. Директриса сложила свои полномочия, ваша кандидатура на рассмотрении властей.

– Мечтала открыть свое дело, свое спец учреждение.

– Зачем делать вложения, когда ваша мечта совершенно бесплатно прет в ваши руки.

– Но здесь прохожу лишь практику.

– Люди трезвой политики сейчас востребованы. Ресурсы не вечны, вселенная потребовала вывести из тени людей готовых созидать, строить новое, новый мир. Менять сам мир, само мироздание.

– Откуда вам столько известно?

– Лизи рассказала. Девушке снятся сны.

– Лизи не видит сны.

– Все изменилось, Лизи сделала несколько предсказаний.

– Какой ужас, девушку определят в психушку.

– Признайтесь, испугал вас. Всего лишь шутка, не более. Ваш мир, госпожа Хольда, требует изменений.

– И вы собрались навести в нем порядок?

– Лишь с вашего согласия, засучив рукава.

– Моя личность к сожалению, уже сформировалась.

– Признаться, не заметил. Время неумолимо. Где делись рыцари, они канули в вечности.         

   Для Лизи жизненные удары еще не закончились. Узнав о произошедшем проведать девушку приехал ее покровитель.

– Адам… Адам.

– Лизи, успокойся, я здесь.

– Адам, мой мир рушится. Кто тот, который стоит за твоей спиной?

– Моя будущая жена Беатрис.

– Разве мой мир Адаму неинтересен?

– Понимаешь, ты мне словно сестра.

– Хочу видеть лицо твоей девушки.

– Беатрис, Лизи хочет посмотреть твое лицо.

    Лизи плакала изучая каждый сантиметр лица Беатрис. Девушка, упросившая своего парня привезти ее сюда заподозрила неладное.

– Адам, нам пора идти. Ты забыл, нас пригласили к себе мои друзья.

– Лизи, извини, нам пора.

– Ты еще придешь?

– Не сегодня, завтра выберу минутку и забегу тебя проведать.

    В машине долго молчали, наконец Беатрис решилась на серьезный разговор.

– Адам, ты говорил, что она твоя сестра, вовсе не увидела между вами родства.

– Поверь мне, Лизи для меня словно сестра.

– Девушка тебя ждала, а ты вел свои игры за ее спиной. Ко всему, тебя любила слепая.

– Зачем мне слепая, когда зрячих полно. — Адам понял он сказал не то. – Извини, хотел сказать другое.

– Мне нужно подумать, разобраться во всем. Давай все встречи и планы оставим на потом. – Что мы скажем родителям?

– Чьим родителям?

– Твоим родителям.

– Мои родители, они меня поймут.

   Директриса собирала в картонную коробку свои вещи, когда к ней в кабинет заглянула Хольда.

– Госпожа директриса.

– А, это ты. Проходи, что в дверях застыла.

– Вот, мне сказали вы уходите.

– Хорошо, что на мое место станешь ты, Хольда.

– Нет, вынуждена была отказаться.

– Это еще почему?

– Мечтала открыть спец учреждение у себя на родине.

– Но здесь вам все идут навстречу.

– О том никого не прошу.

– Глупенькая. Ну, а роман твой, он в разгаре?

– Его мысли и слова для меня непонятны, он серьезный.

– Работа у него такая.

– Да, но и быть каждый день его подозреваемой вовсе не собираюсь.

– Признаться о том не подумала. Пару раз встретились и уже подозревает?

– Слишком погряз в своей работе. Лизи обо мне говорила?

– Нет, о чем здесь говорить. После столкновения танцы прекратились, в мозг девушки прокрался свет.

– Ваше лицо, о чем оно говорит?

– Лизи послушала меня.

– О чем вы говорили?

– Меня начали мучать сердечные боли, только от одного воспоминания о ее горе. Вот я и сказала, мол жажду мести, но без крови. Но кровь уже пролилась.

– Ерунда, царапина, не более.

– Лизи приснился сон, в нем много крови, уже сейчас жалею о принятом мною решении. Монстр, который все это время дремал в душе Лизи, он огромен.

– Откуда ему взяться в душе ребенка?

– Кто его знает. Ночные танцы, вечная улыбка на лице, еще предательство Адама.

– У нее был парень?

– Адам считал Лизи своей сестрой. Девушка разрешала ему находиться в одной комнате во время переодевания. Все сошлось для нее в некой точке жизненного пространства. Выдержит ли ее рассудок, или убежит еще дальше.

– Могу проведать Лизи.

– Не стоит. Мной у нее в душе наворочено, еще и ты своего подкинешь.

   Беатрис ушла в себя, ко всему у девушки появились зачатки депрессии. Проведать девушку пришел ее несостоявшийся парень.

– Генри, тебя вызвали мои родители?

Мужчина уселся на диван, – Скрывать не стану, твои родители в шоке, дело шло к свадьбе. Беатрис взялась рассказывать события прошедших дней. Генри не стал ее перебивать.

– Генри, она слепая. Представляешь, ко всему общаться может лишь через дурацкую доску. – Мне все понятно. Адам встретив тебя сразу же влюбился. Лизи он не любил, она была ему словно сестра, подруга, по несчастью.

– Но она слепая, а он зрячий. Я не верю в его слепоту.

– Послушай, Беатрис, Адам повстречав тебя, рассчитывал на большее.

– На большее? К сожалению, у меня, как и у всех, всего две груди.

– Нет, уже потом тело. Адам мечтал обрести семью, полноценную семью, в ней предусматривались родители. Лизи здесь проигрывает.

– Почему, ты, Генри, не выполнил мою просьбу, сейчас и проблемы не было вовсе.

– У меня дочь растет.

– Понятно. Везде моя вина, не туда пошла, поздно оттуда вышла. Хорошо, я постараюсь за ум взяться. А сейчас, пожалуйста, уходи. Мне нужно время, все переосмыслить.

Когда Генри ушел, Беатрис сползла с постели на дорогой ковер и заплакала.

– Господи, за что посылаешь мне такие муки?

   Лизи пришла в норму. Тело девушки полностью выздоровело, синяки, которые она получила после столкновения, полностью сошли и сейчас ее ученики по очереди озвучивали на доске свои мысли. Дети были рады возвращению учителя. Время потекло обычным руслом, но лишь до той поры пока не появился Адам. Двое положили руки на доску.

– Привет, Лизи.

– Привет, Адам. Почему один?

– Беатрис заняла выжидательную позицию, относительно нас двоих.

– Но я смирилась, ты свободен.

– Свобода вовсе здесь не причем. Мир Беатрис намного больше, чем я себе мог его представлять.

– Девушка жила в семье?

– В семье. Видимо здесь причина моего поражения. Пришел пригласить тебя на свидание. – Нет, не стоит. Беатрис неправильно поймет нас.

– Это ее проблемы. Лично я ничем Беатрис не обязан.

   Двое решили проведать недорогое кафе, тем более они здесь были словно свои. Кухня заведения не изменяла своим принципам, они заказали себе еду. Адам часто отпускал шутки, Лизи улыбалась. Неожиданно девушке пришла странная мысль. Какая у нее улыбка? Красива или страшная в своей гримасе? Какое ее лицо? Возможно время оставило на нем свои отпечатки.

– Лизи, о чем задумалась?

– Адам, ответь мне, только честно. Я красива?

– Признаться, каким мерилом прилаживать, понятия красоты у каждого человека разное.

– И все же, моя улыбка.

– Она чистая и открытая.

– Беатрис красивая?

– Беатрис живет в семье.

Адам мельком взглянул на уже немолодого посетителя, тот присел за соседний столик, за спиной Лизи. Адам почувствовал дрожь в пальцах девушки и поспешил поинтересоваться, в чем причина ее волнения.

– За моей спиной убийца моих родителей.

– Ты только, пожалуйста, держись. Я сейчас вызову подкрепление.

– Нет, остановись. За столько лет сумела подготовить свою психику. Полиция ничего не решит, он пойдет в отказ, и мы потеряем нить.

– Пошлю СМС Беатрис, попрошу у нее помощи. Мы выследим убийцу.

Еще некоторое время двое оставались в кафе, затем Адам подал девушке руку, и они вышли за пределы помещения, которое на них давило.

– Беатрис, мы здесь!

Девушка поспешила к ним.

– Адам, я прочла СМС, но ничего не поняла.

– Лизи встретила человека, который расстрелял у нее на глазах родителей.

– Ничего не пойму. Она узнала убийцу?

– Нет, они были в масках.

– Не один суд не поведется на обвинения, которые выдвинет Лизи.

– Лизи в курсе. За столько лет она создала идеальный план на случай встречи человека, уничтожившего ее мир.

– Потребуются некие средства, ко всему контролировать сам план мы не сможем.

– Просто ответь. Ты с нами?

– Моя роль во всем этом какая?

– У тебя машина.

– Оружия у меня нет.

– Лизи не жаждет крови, сделаем все цивилизованно.

Беатрис подняла ладони на уровень глаз и сейчас смотрела, как они у нее трясутся.

– Хорошо, я согласна. Но ты поведешь машину. И почему сама девушка спокойна?

– В деле Лизи лишь появились первые зацепки. Путь, который стоит пройти, в надежде получить справедливость в этом мире, еще стоит пройти.

– Логично.

   Поздно ночью Лизи попала в свою спальню. Здесь девушку ждала Хольда. Руки двоих встретились на доске.

– И где мы шлялись все это время?

– Ты мне никто. Я вправе проводить время на свое усмотрение.

– Нет, на ваше поведение смотрят твои ученики.

– Они все слепые.

– Но имеют чувства, и эти чувства тебя не разу не подводили.

Лизи не выдержала, по лицу девушки потекли слезы.

– Поплачь, тебе станет легче. Поделись со мной своим волнением.

– Случайно встретила убийцу моих родителей.

– Лизи, прошло столько лет. Ты сдаешь позиции.

– Нет, вовсе нет. Я выведу его на чистую воду. Столько лет вынашивала план, использую ресурсы, которые имею.

– Берешь меня в долю? Решу по твоему плану финансовые вопросы.

– Откуда у вас деньги?

– Продам машину, сейчас данные модели поднялись в цене, верну потраченное, еще останутся проценты.

– Но без машины зрячему плохо.

– Сколько еще пробуду в этой стране я и сама не знаю. Лизи, спросить хотела. Для твоего же блага будет лучше покинуть пределы страны, от которой одни плохие воспоминания.

– Когда все закончится, озвучу свой ответ.

   Прошло несколько дней. Группа людей собралась в парке. Тема, которую они обсуждали, находилась под постоянным наблюдением. Лизи общаясь через доску, выслушала всех.

– Внучка говорите. Вот здесь и ударим. Стоит подыскать девочке ровесницу, постепенно двоих подружить, и предложить побег из собственного дома, где ребенка очень любят.

    Рубину на занятия возил отец на дорогой машине. Сегодня сами занятия девочку не интересовали, всем в подготовительной группе была интересна новенькая. Активность, которую та проявляла на занятиях, была завидной. Не один раз новенькая загоняла в тупик учителя, мышление ребенка было сравни взрослому, а вопросы, которые она задавала, были неподъемны для человека, имевшего за плечами какой никакой жизненный опыт. Рубина выбрала момент и подошла к новенькой, но лишь злость увидела на лицей той с которой стремилась подружиться.

– Отвали, недоразумение текущего момента.

– Разве мы не можем дружить?

– Ко мне в друзья напрашиваются принцессы. Посмотри на себя, в зеркале нет отражения даже твоей тени.

   Вечером Беатрис допрашивала соседскую девочку.

– Рассказывай.

– Слишком простая, такой мозги запудрить плевое дело.

– Почему не запудрила?

– Сдалась она мне, вызывает лишь отвращение.

– Деньги плачу, всего на три дня вырви проблему из зоны ее комфорта.

– Подумаешь, деньги, захочу и завтра стану миллионером, за мной пойдет толпа.

– Охотно верю. Есть тема.

– Спорим, все, что предложишь, будет мной отвергнуто.

– Мне известно ты развиваешься во всех отношениях.

– Некоторые темы для меня еще недоступны, к сожалению.

– Здесь особо ты не несешь потери.

– Согласна, время вынесет мое тело к новому течению.

– Лишь проблем куча, поверь мне, спешить взрослеть ненужно.

– Не спорю, дорога до нас протоптана, но не сглажена, много ухабин. Беатрис, у тебя ведь есть парень.

– Вроде да, а вроде и нет. Мне помощь твоя нужна.

– Назови хотя одну причину.

– Мне по наследству перешел кирпич.

– Тот, который упал на голову твоей мамы, при ее рождении.

– Вовсе нет. Кирпич выбит из башни, строительство которой описывает библия.

– Ведь врешь.

– Нет, к сожалению. Хотя была маленькой, но помню, камень пытались выкупить, и деньги предлагали большие.

– Человек предлагавший деньги знал о подлинности камня.

– Именно.

– Признаться, за деньги могли и продать камень.

– Он говорил такие слова. Еще слышала, камень способен погубить, слишком долго пробыл в одних руках. Аннет, помоги мне.

Было заметно как девочка дрожит, ведь она понимала, обладая камнем можно в себе развить нешуточные активы.

– Стало быть без моей помощи не обойтись.

– В случае чего, ответственность ляжет на меня.

– Дело запутаем, годами о него биться будут, не распутают. Согласна. Показывай кирпич.

Аннет смотрела сквозь стеклянный колпак. Трудно было понять по лицу ребенка, какие мысли посетили ее голову.

– Угол отколот, кирпич выбивали из стены. Родители узнают, орать на тебя станут.

– Мне он перешел по наследству, видимо всем надоел.

– Кушать просит?

– Иногда мозг штурмует.

– Вот это тема. Мой ему не взять. Сжалюсь над тобой, перетащу проблему в свой угол.        

    Рубина предприняла еще одну попытку, и вроде в этот раз загадочная девочка поддалась на уговоры. Аннет на бумаге делала какие-то закорючки, и они очень заинтересовали Рубину.

– Замок рисуешь?

– Нет, план захвата рабовладельческого судна.

– Насколько мне известно, сейчас на земле такой темы нет.

– Спроси у своего папы, получишь ответ на интересующую меня тему.

    Беатрис остановила машину недалеко от парка, двое не спеша принялись прогуливаться среди деревьев.

– Передай Лизи, пусть приготовиться, внучка интересующего человека готова покинуть свитое убийцей гнездо.

– Быстро вам удалось справиться.

– Сколько времени потребуется для осуществления нашего плана?

– Пару часов.

– На три дня исчезну из поля зрения. Укроемся в парке для развлечений, в нем всегда много детей, и жилье возможно снять.

– Оставайся на связи, когда все закрутится, пришлю пустое СМС.

   Лизи заплакала, Адам терпеливо ждал решение девушки.

– Я не оступлюсь.

– Хольда в состоянии помочь.

– Каким образом?

– К ней клеится следователь, намерения вроде серьезные. Лишь на рабочий телефон отослать нужное нам СМС.

– Поговорю на эту тему. А ты уходи.

– Сердишься на меня?

– Сейчас и сама не знаю.

   Хольда перед сном решила проведать Лизи. Девушка казалось ее ждала.

– Привет, Лизи.

– Привет. Решила меня проведать?

– Ты чем-то огорчена?

– Беатрис готова рискнуть ради меня, у девушки все готово для осуществления нашего плана.

– Лизи, игра, которую ты затеяла, очень серьезная, и может в любой момент выйти из-под контроля.

– Чепуха, все продумано.

– Но мало кто знает о твоих планах, а убийцы и подавно.

– Мной приняты правила их игры, пусть примут мои правила.

– Прошло много времени. Полиция не станет возиться, ведь время упущено.

– Любое преступление не имеет в себе срока давности.    

   Хольда легко узнала номер телефона следователя и ждала лишь сигнала. Исчезновение ребенка привлекло внимание не только службы полиции, преступный мир начал свои поиски исчезнувшей девочки. Единственная зацепка в данном деле была коротенькая записка, в ней говорилось о морских просторах, куда устремилась душа ребенка. Катера рассекая воду подходили к разным судам, но пока поиски результатов не приносили. Лишь на телефон следователя пришла СМС. В ней и была описана причина, по которой исчезла Рубина. Дело уходило в прошлое и касалось оно одного известного политика.

– Когда пришло СМС на ваш номер?

– Всего пол часа назад.

– И где все это время пропадал мой лучший следователь?

– Провел пол часа в раздумьях, попытался продвинутся в сторону единственной свидетельницы давнего преступления.

– И зашли в тупик.

– Ребенок вырос, но все еще не видит красок нашего прогнившего мира.

– Дела земные сейчас нас менее всего должны интересовать. Какие движения решили предпринять?

– Предложить сотрудничество.

– Приговор он себе не подпишет, ко всему придется сдавать подельников. Что по главному подозреваемому?

– Тишина. Хотя, есть в семье движение, дочь интересующего нас объекта на днях выходит замуж.

– Время для удара подобрано идеально, не иначе гений вызвался поиграть с нами.

– Каковы будут результаты столь сложной игры?

– Все утонет в крови. Решение, принятое гением, оно неверное.

– Но ведь совершено преступление, преступник должен понести наказание.

– Ответь мне. Сколько погибло во время преступления?

– Допустим двое, и третий пострадал, но по-своему.

– Сейчас погибнут десятки.

– Преступники работали несколько лет подряд, руки их достаточно запачкались в крови.

– Скажу больше, за желающими отомстить мы можем не поспеть вовсе. Дочь политика не единственная пострадавшая от их рук. Следует все учесть. Разрешаю потащить за нить, которую нам столь любезно предоставили.

Следователь не стал спешить, он назначил свидание в парке. Хольда до парка добиралась на такси.

– Случилось чего? Мне пришлось забросить занятия с детьми.

– Хольда, мне поговорить хотелось насчет вашего бывшего директора.

– Спрашивайте, мне несложно ответить на ваши вопросы.

– Ответь мне, Хольда, бывшая директриса может быть гением?

Девушка напряглась, на ее лицо легла странная тень, но всего лишь на миг, затем маска снова сменилась на дежурную.

– Однажды рылась в бумагах, мне попали в руки результаты исследований. Видать директриса и сама верила в свою гениальность, но увы, директриса человек среднего ума. – Ведь держала на своих плечах такую сложную организацию.

– Директриса обладала редкими качествами, они компенсировали умственные недостатки, ко всему нормальному человеку трудно прижиться в том мире, который наполнен болью и потерями.

– Здесь соглашусь с тобой. Хольда, Лизи говорит с тобой?

– Иногда.

– О чем, если не секрет?

– Больше по работе.

– Прошлое гнетет девушку?

– Лизи нашла в себе неплохой баланс. Прошлое волнует девушку, но по-своему. Сейчас, когда она сама учитель, такая тема очень редко всплывает у нее в голове.

– Парень у Лизи есть?

– Лизи верила, ее любят, но ошибалась все это время. Девушка получила новый удар и сейчас зализывает раны.

– Все столь плачевно в ее мире?

– Они в ссоре, видимо не поняли друг друга.

– Скажи, а Лизи, она может начать мстить? Ну не знаю, своему парню, например.

Хольда засмеялась.

– Каким образом? Разве при встрече доску на голову оденет через которую общается с внешним миром.

– Стало быть, не здесь рою.

– Смотря какая тема вас волнует.

– По делу Лизи начались подвижки, решил они от вас пошли.

– Мир Лизи умер, а тот, который в ней прижился, далек от настоящего.

    Рубина будто в рай попала, днями на пролет они втроем форсировали аттракционы. Аннет объясняла их активность подготовкой к переселению в надводный мир, где возможны волнения воды. Троица не снимала масок даже во сне. В то время, когда дед Рубины давал показания, сама Рубина беззаботно спала. Прошло несколько часов прежде, чем Рубина поняла, ее попросту бросили. Сняв маску она подошла к дремавшему на стуле охраннику и назвала свое имя.

   События развивались стремительно, следствие слишком отставало. В первый же день пролилась кровь, подозреваемый в убийстве родителей Лизи бросился под проходящий поезд и был буквально перерезан пополам.

   Хольда дожидалась в парке, мужчина опаздывал, а когда присел рядом, оставался в своих раздумьях.

– Проблемы?

– Босс говорил мне, все утонет в крови. Признаться, не верил. Преступники не сдадутся живыми.

– Странный случай, прошло столько времени.

– Не первый год работаю в следственном отделе, но с таким столкнулся в первые. Человек неспособен поднять столь огромную волну, ко всему странно запутывает за собой следы.      

   Рубина всю ночь проплакала, сейчас дремала на стуле.

– Рубина, Рубина.

Девочка открыла глаза. Следователь задавал вопросы и ждал на них ответы.

– Нет, мне они незнакомы.

– Лиц своих подруг вы не видели?

– Лицо девочки, обещавшей мне золотые горы, видела, но таких лиц тысячи.

– Корабль, который вы договаривались захватить, когда он встанет на якорь у наших берегов?

– Сегодня, трюмы корабля забиты рабами.

– Возможно твоя подруга говорила бред.

– Нет, она все продумала. У нас был взрослый, действовать предполагалось через него.

– Мозговым центром был ребенок.

– Именно.

   Сегодня Хольда спешила к небольшому кафе, следователь был уже здесь.

– Ваше лицо уходит.

– Забыл, когда последний раз ел. События по следствию развиваются стремительно, полиция не успевает добраться к подозреваемому. Приезжают на место, а тот уже зарублен мечем.

– Мечем?

– Самурайским мечом. Хольда, прошу тебя, в случае, если в деле замешана Лизи, попроси девушку остановиться. У меня сложилось такое чувство, будто весь город шел убивать ее родителей. И еще, если девушка собиралась отомстить, она это сделала, главный подозреваемый по делу убийства покончил с собой, его дочь попала в психушку. Все рушится, при том обагряясь кровью.

На телефон следователя позвонили, и он был вынужден отойти. Когда возвратился был слишком растерян.

– Еще убийства?

– Нет, информация подтвердилась. В порт прибыл странный корабль, и груз, который он доставил, оказался не менее странным. Ребенок не мог такое провернуть.

– Простите, что вы сказали?

– Извини, мысли в слух, не более.

   Хольда возвратилась в заведение и разыскала Лизи. Девушка проверяла домашнее задание просто в классе.

– Лизи, стоит все свернуть. Погибло много народа, кровь течет рекой.

– Остановите, кто вам не дает.

– Следователь просит, он очень напуган, столько убитых.

– Убитых. Ты сказала, убитых?

– Да, бывших преступников убивают самурайским мечем, полиция не поспевает собирать трупы.

– Это Богиня.

– Какая Богиня, их убивает человек. Главный подозреваемый по твоему делу наложил на себя руки, его дочь попала в дурдом. Ты достаточно отомстила, прошу, остановись.

– Попробую. На самом деле все столь серьезно?

– Мир, которому ты все эти годы желала отомстить, его более нет.

   Лизи тревожно спала, сон требовал приложения некоторых усилий. Богиня продвигалась к центру города, в ногах Богини запуталась змея и источала потоки крови.

– Остановись! Хватит убивать. Ты слышишь меня?! — Лизи бросилась наперерез и уцепившись руками в цепь попыталась остановить движение Богини. В следующее мгновение девушка потеряла равновесие и попросту упала, держась за цепь тащилась следом испачкавшись при том в потоках крови. Предприняв усилие она все же встала на ноги и отперевшись на подвернувшийся камень решила стоять до конца. Видимо Богиня почувствовала некую помеху и обернулась. Увидев девушку державшую в руках цепь, легким взмахом меча решила избавиться от проблемы. Лизи видела, как лезвие приближается к ее телу. Девушка выпустила цепь и подалась вперед, решив для себя, будет лучшим решением проблемы умереть от руки Богини.

   Хольда спала, когда до ее ушей донесся глухой крик. Вскочив с постели она выбежала в коридор, здесь успели собраться слепые ученики Лизи, они словно котята тыкались просто в стену. Девушка забилась в угол и оттуда с ужасом смотрела на вбегающих в помещение детей.

– Стойте! Не подходите к ней! — Хольда остановила продвижение. – Лизи, ты слышишь меня? – Да, я слышу тебя…  И вижу…  Я все вижу.

– Сегодня покидаем страну.

– Согласна.

    Аннет подошла к стеклу. Прошло много времени прежде, чем девочка услышала камень. – Заткнись, подумаешь гений. Гениев полно, мне нужен пост президента.

– Дорога к президентству не столь и коротка.

Аннет не спеша подошла к зеркалу, отражение выдало для нее результат.

– Кто эта засранка? Кого я вижу в отражении стекла?!

– Проверять меня ненужно. Раз в год станем обговаривать наши дела.

– Хочу говорить чаще. Каждый день.

– Одного раза в год для тебя будет достаточно. Иначе сойдешь сума.

– Согласна. Давай, начинай меня вести к большому креслу.  

11.06.2021
Анатолий Вишневский


Войти или зарегистрироваться: 

Свежие комментарии 🔥



Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

    Войти или зарегистрироваться: 

Закрыть