ШАНХАЙ ДУРАК

Прочитали 15








Содержание

Территория секса затащила меня взобраться на самую высокую сосну города. Итак, лето, и я свирепею перед стойкой регистрации, в сиреневой майке, за то, что кресло не у иллюминатора. Я бронировал у иллюминатора, а меня скинули в проход. Солнце вам в помощь, дети мои: несмотря на то, что я успел загореть под звездой, я озаботился, что в Шанхае есть некий Лао-Цзы.

Я сел в самолет и полетел к нему. Мне хотелось узнать, что же творится во вселенной, что я нахожу ее такой легкой и просторной для меня – действующего странника.

Пройдя чуть более полушага, я уже сидел в конторе у Лао-Цзы.

Мальчик, по сути, в общем, мне говорит: «Как?»

Риторический вопрос; только близкие знакомые и друзья задают его и понимают с полуслова ответ… «Как ты здесь оказался?»

Лао-Цзы, как предлагалось в брошюре рекреационной фирмы, был серьезен. Он, скорее, походил на брутала, чем на ботаника. С серой кожей на голове – с его лба стекал пот.

— Я, – начал было я, но остудился в почтении перед мудростью; мне стало душно: у меня задергался правый глаз. — Я, говорю, хотел бы знать истину, вот, в общем-то, мой билет и посадочный талон. – Кроме, как сказать помимо пожелания об истине, у меня не получилось.

Я часом подумал, что Мальчик сейчас начнет истязать меня на счет того, что же я под истиной понимаю, но он, на удивление, оказался прост:

— Я знаю, что ты хочешь, но ты не знаешь, что хочу я.

Блин, начинается. Ещё бы мне вдаваться в детали, что там на уме у сердечного гиганта…

— Погоди, – сказал он, – разве тебе не стыдно?

— Мне? За что? – спросил я.

— У тебя из одного отверстия струится две струи.

— Извини, понервничал. (Блять, неужели все так?) Я съел у вас в аэропорту серебристые палочки мороженого, присыпанного ванилью и крабовыми палочками.

Лао повеселел от такого сочетания слов, но тут же скуксился – взгляд свой опустил, сказав при этом:

— Тема у тебя серьезная. Ты любишь и не любишь сразу безоговорочно.

Мне казалось, что Мальчик узнал мою проблему в самом корне. Я решил уточнить:

 — Люблю ли я?

Лао ухмыльнулся, но тут же стал таким же серьезным, как и принял меня 15 минут назад, когда меня втолкнули в его курилку мои достопочтенные гостиничные граждане.

— Ты любишь?  – спросил он.

Какая-то издевка прошлась по околесице, но у меня еще в шкуре было пять минуть экзекуции, чтобы спросить на полном серьезе:

— В принципе, я люблю, – сказал я, – только на меня это не действует. Это скорее влияет на того, кого я люблю. Психотизм, эротизм, невротизм…

— Ты любишь? — спросил меня Лао.

Поймав, по сути, меня в моем идиотизме, Мальчик что-то вынашивал, я видел это в его лице.

— Я люблю, – сказал гордо я. — И тебя, и Иисуса, и всех, кто против, и кто за.

Мальчик покачал головой. Казалось, что он пытается отстраниться. Он глубоко закатил вверх глаза, поливая клумбу, держа в руках лейку, и все стоя на коленях, сказал:

— Как зовут тебя, братан?

Я почему-то ответил ему правду.

— Так вот слушай, братан, ты в курсе, что ты – это всего лишь билет на самолет, который ты уже использовал, – теперь его пора выкинуть – подобно использованной дщери, резине в Стокгольме – её меняют.

Меня почему-то задели эти слова, да так, что я решил уточнить, в какой кабинке я нахожусь.

— Послушайте, эм, учитель, – вспылил я, — что за фигня с моим счастьем, что у меня с семьей никак не вяжется, не клеится: ни создать, ни побороться?

— Это твой фантазм, братан. Твои кучевые облака. Условия у тебя есть? – хитро подмигнул Мальчик. — Есть, где жить и странствовать? – продолжал он поливать из лейки огуречную грядку.

Блять, я вообще-то не понял этого Лао-Цзы. Он какой-то стрёмный. Доверчивый что ли?

Я прилетел в Новый Пудун, чтобы докачать карту Гугл, что по ней все сходится. Тут, наткнувшись на сталелитейный хард кор завод, я встретил проводника. Он посоветовал мне схему, по которой я попал в курительную кабинку.

— Фантазм? Разве за этим приехал я к вам? – вдруг подбоченившись и ища сигаретой зажигалку, спросил я философа.

— Именно за этим, – Лао поднялся с колен и отошел вглубь кельи, чтобы задуть старую свечу, поменяв её на новую. Когда он ее менял, он говорил, глядя свысока:

— У тебя сердца ноль. Души – ноль. Ты вообще не в курсе, как ты стрёмен в своей Москве.

Я почему-то продолжая сидеть на корточках, не смел оспаривать загадочный агрумент.

— Ты вот посмотри, – продолжил расхищать гробницы мастер, – зачем ты вообще уродился.

Лао начал, покачиваясь, ходить по кельи, сжигая кислород.

— Ты вот, родной, пойми, – сказал он, пройдя сквозь меня, наступив на мои пятки, – тебя мама родила? – спросил он, как вдруг поднялся на пальцы, чтобы зажечь очередную сиреневатую свечу.

— Ну дык, – ответил я.

— Ну, тогда пошёл ты до облаков.

Продолжение следует

09.06.2024
Sluice


Похожие рассказы на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

Закрыть