Глава 1

Прочитали 138
18+

– Аня, никого нет! – кричал в трубку молодой, спортивного телосложения мужчина. Одет он был в синию, с иностранной надписью футболку, заправленную в черные джинсы и легкие мокасины. На голове, козырьком назад, плотно сидела кепка – реперка. Он переложил трубку в другую руку, огляделся по сторонам, убедился в том, что ничего не изменилось, и заорал с новой силой:

– Да не прикалываюсь я, честное слово. Пока ехал сюда, на встречу ни одной машины. Я еще удивился, в час пик и никого. У магазина на парковке тоже никого. Аня, они все куда – то делись.

Трубка защебетала голосом жены:

– Кирилл, хватит уже, надоело. Ты купил, что я просила? У меня через час видео – урок и мне не до тебя. Давай быстрее.

– Не веришь? Смотри, – Кирилл покрутил телефон в руках, нашел нужный значок, ткнул в него пальцем. На экране появилось лицо Ани.

– Ну, показывай, выдумщик, – голубые Анины глаза сузились в ехидном прищуре. Переведя камеру в нужный режим, мужчина начал медленно передвигаться к входу супермаркета. На экране запрыгали снимаемые им стройные автомобильные ряды. Аккуратно лавируя между ними, чтобы не зацепить чье – нибудь зеркало, он поводил телефоном в разные стороны.

– Убедилась? – спросил он у застывшей у экрана Ани.

– В чем? В том, что на парковке у магазина никого нет? Просто все зашли внутрь. Кстати, тебе тоже туда пора. Не забудь, кефир должен быть обезжиренным, – Аня собралась отключиться, но что – то ее заинтересовало, – Стой и не шевелись, переведи камеру в режим селфи. Не оглядывайся, там что – то есть. Просто сними это на камеру, – вид у нее стал настороженно – испуганным. Кирилл почувствовал, как у него вспотели ладони. Он не считал себя непроходимым трусом, но и излишним героизмом не страдал. Если была необходимость, отстаивал свои права кулаками, но сам на рожон не лез и драк не затевал. Внезапно Анины глаза расширились от ужаса, губы что – то беззвучно прошептали.

– … но, – расслышал Кирилл. Медленно приподняв руку над плечом, он навел камеру телефона куда – то назад и сделал несколько снимков. Так же медленно вернул руку на место. Чувствуя, как предательски дрожат конечности, поднес телефон к лицу и уставился на экран. Ничего.

– Что там? – услышал он голос Ани.

– Просто улица. Пустая улица, – Кирилл еще не отошел от пережитого испуга. И, как он ни старался показаться крутым пацаном, голос выдавал его.

– Расслабься, я пошутила, – взорвалась смехом на том конце девушка, и его затрясло от гнева.

– Какого черта! Я чуть в штаны не наложил! – заорал он в трубку и отключился.

Сунув телефон в задний карман, он зашел в магазин.

Полки пестрели многочисленным товаром. Красочные баннеры бодро зазывали покупателей обратить внимание на рекламируемые ими бутылки, коробочки, флаконы и тетрапакеты.

Кирилл поискал глазами людей. Никого. Выругавшись про себя, он двинулся вглубь, продираясь между плотно заставленными рядами. Обойдя зал по периметру, он убедился, что находится в помещении один. Взгляд наткнулся на полку с молочной продукцией. Схватив первый попавшийся под руку пакет кефира, он быстрым шагом пошел к кассе. Уверенность в том, что уж сотрудники супермаркета наверняка должны быть на своем рабочем месте не покидала его до тех пор, пока он максимально не приблизился к тому месту, откуда ему хорошо была видна зона расчета. Место кассира пустовало. На соседних с ним кассовых терминалах также никого не было.

Кирилл схватился за телефон. Пару раз нажал не те кнопки, чертыхнулся, наконец, услышал недовольный голос Ани:

– Что там еще? Ты прямо как маленький, не можешь самостоятельно сходить в магазин. Купил кефир?

Кирилл взглянул на пакет в руке и, совладав с волнением, ровным голосом произнес:

– Я не могу за него оплатить. Не перебивай меня. Нет, я не забыл карту и не потерял портмоне. Тут тоже никого нет. Ни покупателей, ни продавцов.

На том конце повисла пауза. Кирилл жену понимал. Сам бы не поверил, если бы не видел все своими глазами.

– Совсем? – упавшим голосом спросила Аня.

– Ни одного человека.

– Куда они все делись? – Кирилл почувствовал в ее голосе истерические нотки. Так с ней бывает всегда, когда она чего – то не понимает или не хочет понять.

– Да я – то откуда знаю, черт побери! – сорвался мужчина и швырнул пакет на ленту кассы. Ничего не произошло. В другое время и в другой ситуации, обязательно бы произошло. Лента начала бы двигаться, отодвигая пакет все дальше и дальше от Кирилла. Он бы достал карту, вставил в терминал, сказал спасибо обслуживающему его девушке – кассиру и взял свою покупку. Но только не сейчас.

– Приезжай домой, – жалобно прошелестело в трубке, – Мне страшно.

– А кефир?

– Я жду, – Анин голос пропал.

– Твою мать, – смачно выплюнул Кирилл, никого не стесняясь. Раньше он бы себе такого не позволил. А теперь все равно. Люди ушли и даже не потрудились сообщить об этом, насмерть напугав их с женой. Почему он должен вести себя прилично? Оставив злосчастный кефир на ленте, мужчина пошел к выходу.

***

– Ты уверен, что ни одного? – Аня задавала вопрос за вопросом, как дотошный следователь.

– Ни одного. Я специально ехал медленно, чтобы разглядеть улицы, – в который раз повторил Кирилл, устало откидываясь на спинку стула. Страшно хотелось выпить, но сейчас позволить этого он себе не мог. Но, как только они разберутся, что за чертовщина творится вокруг, он даст себе волю. Напьется вдрызг и пусть Анька вопит сколько влезет.

– Да куда могли деться сразу все люди? Может их собрали в каком – то месте на совещание? В администрации, например? Какое – нибудь срочное сообщение или… – Аня беспомощно посмотрела на мужа.

Он не мог ей ничем помочь.

– Тогда как они об этом узнали? Если через громкоговоритель, то мы бы услышали. Понимаешь, все до одного. Если бы только продавцы. Я заезжал во все магазины на пути к дому. Они все исчезли.

В глазах Ани показались первые слезы. Кирилл напрягся. Только истерики ему еще не хватало.

Он обнял ее за плечи. Миниатюрная, пахнущая цветочным шампунем головка жены, прислонилась к его руке. Даже в таком состоянии она была прелестна. Нежные, утонченные черты лица, обрамленные густыми черными волосами, длинные стройные ноги. Но больше всего ему нравились ее губы. От природы ярко – красные, с четкими, чуть выпуклыми границами. Он мог целовать их вечно. Только не сейчас. Сейчас надо собраться с мыслями и что – то предпринять. Что именно, Кирилл не знал.

– Все будет хорошо, – выдавил он слова утешения, чувствуя себя американским киношным героем. Тот тоже всегда говорит о том, что все окей, даже когда находится на грани смерти. Хорошо еще, что у них не все так плохо. Или плохо и они просто об этом еще не знают? От тяжелых мыслей отвлекла Аня:

– Надо что – то делать. Кирилл, – она неожиданно вскочила со стула, так, что мужчина пошатнулся и чуть не упал, – какие мы с тобой недоумки! Надо позвонить, – ее глаза сверкали от радости. Подбежав к столу, девушка схватила с него телефон мужа, быстрыми движениями набрала чей – то номер и, приложив трубку к уху, принялась ждать.

Мужчина слышал гудки. Через минуту Аня скинула звонок и принялась за следующий.

– Мама, наверное, в огороде. Она никогда не берет с собой телефон. А папа, как всегда спит. Как у тебя забит Рома?

Рома был Кириллиным братом. Мужчина поймал себя на мысли, что говорит о нем в прошедшем времени. Его это неприятно поразило. Как – будто уже все предрешено. Он помотал головой, прогоняя лезущую в голову чушь.

– Брат, – ответил он и стал наблюдать за тем, как Аня набирает номер.

– Не берет трубку, – обреченно проинформировала она.

Спустя час в телефонной книжке Кирилла не осталось ни одного контакта, по которому бы они не пытались дозвониться. Никто из ста двадцать абонентов не взял трубку.

– Думаю, звонить по моему нет смысла? – спросила девушка и потыкала в телефоне пальцами – Интернета нет.

– Собирайся, – скомандовал мужчина, и Аня безоговорочно приняла новые правила. В другое время она бы начала капризничать и сопротивляться лаконично отданному приказу мужа, но только не сейчас. Кирилл с облегчением вздохнул. Хоть в чем – то повезло. Он пошарил глазами по комнате. Обстановка их небольшой квартиры, состоящей из просторной, в стиле хай – тек, кухни, тесной прихожей и одной единственной комнаты, ничем не отличалась от прежней. Кирилл еще раз удивился тому, как быстро его мозг перестроился на новый лад, сравнивая их с Аней жизнь до похода в магазин и после. Теперь все пропускалось им через призму прошлого, как – будто эти события случились не пару часов назад, а несколько лет. Кирилл вспомнил все пересмотренные за последнее время фильмы. Вычленил те, которые показывали жизнь во время апокалипсиса. Что делали герои в первую очередь? Куда – то ехали или бежали. Но это потом. Сначала они собирали в сумки то, что могло им пригодиться в дороге. Значит и они с Аней поступят на пример киношных героев. Кирилл добыл из шкафа объемную дорожную сумку, поставил ее на стул и стал перетаскивать в нее предметы первой необходимости. Сообразив, что от нее требуется, жена кинулась ему помогать.

– Зубные щетки взял? А мыло? – аккуратно завернув в фольгу бутерброды, она взялась за одежду. Смела с полок все вещи, рассортировала по кучкам, затем вычленила из каждой по паре тряпок и сложила их в пакет.

– Взял, – глухо отозвался Кирилл, прикидывая, брать ли ему инструменты с балкона. Решил остановиться на молотке, ручной пиле, топоре и гвоздях. Понадобится ли ему все это, он не знал, но так было спокойнее.

– Кажется, все, – выдохнула Аня, присаживаясь на краешек дивана.

– Тогда поехали, скоро стемнеет, – Кирилл проверил уровень заряда на телефоне, с удовлетворением отметил высокий процент и пошел к выходу. Новая Аня снова поразила своей покладистостью. Молча окинула родную квартиру грустным взглядом и понуро  поплелась за ним.

***

Последняя надежда рассыпалась, как карточный домик, когда они проехали вдоль и поперек несколько улиц. Ни одной живой души.

– Может, в полицию? – предложила Аня, слабо веря в то, что это что изменит.

Кирилл согласился просто потому, что не знал, что делать дальше и куда надо ехать. Угрюмо доплелись до городского управления внутренних дел. У входа стояло несколько полицейских машин. Оставив жену, мужчина направился к зданию, внутренне готовясь к тому, что ему предстояло увидеть. Опять ничего, вернее, никого. То обстоятельство, что куда – то пропали даже местные органы, обязанные как раз таки эти самые пропажи искать, пугало Кирилла больше всего. Уж если и их увели в неизвестном направлении, то дело явно серьезное.

Он взялся за ручку двери, потянул на себя, шагнул внутрь и оказался перед решеткой в узком проходе. Решетка в былые, опять в прошедшем времени, времена, была своеобразной чертой, между двумя мирами, преступным и гражданским. В полиции за свою жизнь Кирилл был раз пять. И все по каким – то незначительным поводам. Последний визит был из – за украденной у него из машины магнитолы. Мужчина подергал решетку. Заперто. Естественно, так как открывают ее изнутри дежурные. Он посмотрел через стекло туда, где обычно сидели люди в форме. В его новой жизни все было по – новому. И людей в форме там быть не может.

На улице пронзительно закричали. Кирилл вздрогнул, узнав голос жены. Несколько секунд ему понадобилось на то, чтобы рвануть на себя дверь, зацепиться о порог носком ботинка, вывалиться наружу и очутиться возле машины. Аня уже не кричала. Сидела, как он ее и оставил, на переднем пассажирском, обхватив лицо руками.

– Что случилось? С тобой все в порядке? – мужчина поводил по жене взглядом, убедился, что ничего страшного с ней не произошло, и немного успокоился.

Аня отняла руки от лица. Вид у нее был встревоженный.

– Просто испугалась. Все нормально.

– Просто испугалась? Ты орала как ненормальная, я черт знает, что подумал, – сев на водительское место, Кирилл завел мотор, – Там тоже никого.

– Пакет. Он появился ниоткуда и прилип к окну. А я испугалась. Мне показалось, что это кто – то или что – то, – виновато оправдывалась Аня.

– Бывает. У самого нервы на пределе.

– Куда теперь?

Кирилл задумался. И ежу было понятно, что в этом городе ловить нечего. Городок маленький, всего на тридцать тысяч жителей, они успели объехать его весь. Надо двигаться в сторону ближайшего мегаполиса, это километров сто отсюда. Машина медленно отползла с парковки.

– Бензина надолго не хватит. Надо залить полный бак и пару канистр. Неизвестно, что ждет нас впереди.

– Думаешь, там тоже также? – голос Ани дрожал. Мельком взглянув на жену, Кирилл понял, что она сейчас расплачется.

– Ну – ну, успокойся. Ничего страшного ведь с нами не произошло.

Боковым зрением он видел, как она раскраснелась.

– Ты смеешься? Все, что творится вокруг, по – твоему, ничего страшного? А как же наши родные и друзья? Что могло с ними произойти? Или они играют с нами в прятки? А может мы стали участниками нового реалити – шоу и сейчас вся страна смотрит на то, что мы будем делать?

– Извини. Вон заправка.

– Ты собираешься взять бензин просто так?

– Нет, оставлю деньги и записку, чтобы принесли сдачу по адресу, – Кирилл начинал злиться. По опыту зная, что ни к чему хорошему это не приведет, жена замолчала и отвернулась к окну.

Вести машину не составляло никакого труда. Кирилл держался посередине дороги, не обращая внимания на сменяющие друг друга цвета светофора. В прошлой жизни он наверняка бы страшно обрадовался такому вождению и развил бешеную скорость, но… Опять это деление на до и после. Перед глазами явилась картинка из рекламы. Толстая целлюлитная тетенька до принятия ею чудодейственного средства для похудения и умопомрачительная длинноногая красотка, после.

До заправки оставалось метров двадцать, когда Аня попросила его перестать петь.

– Терпеть не могу эту песню. Можно хотя бы в такой ситуации не действовать мне на нервы? – она в упор посмотрела на него и тогда он, резко надавив на тормоз, остановил машину.

– Я не пел, – сказал он.

– Я еще не сошла с ума. На эту дребедень у меня аллергия. Ты просто пел себе под нос и не заметил.

Кирилл был уверен в том, что после того, как он ляпнул жене про сдачу, он не произнес вслух ни одного слова. Ни себе, ни ей под нос.

– А – ня, я – не – пел – вслух! – четко, по слогам проговорил мужчина. Подумал, стоит ли дополнять дальше и решился, – Я пел у себя в голове. Вот так, – он почувствовал себя дураком. Петь про себя, чтобы доказать упрямой женщине, что он прав. Он прокрутил в голове несколько строчек из одной из своих любимых песен.

Вид у Ани сделался ошеломленным. Она развернулась на мужа и внимательно, не отрываясь смотрела на его губы.

– Убедилась?

– … шаланды полные кефали в Одессу Костя привозил… – фальшивым голосом пропела девушка и Кирилл понял, что проиграл. Она угадала. Назло ей он напряг память, вспомнил что – то и проговорил про себя два раза.

– Один раз не считается. А теперь?

– Однажды в студеную зимнюю пору… черт, дальше забыл, – прошелестела Аня тихим, севшим голосом и Кирилл понял, что она не шутит. Она действительно знает, – Ты ведь подумал именно так?

– Это невероятно, блин, что происходит? Аня, ты можешь читать мои мысли! – открытие стало первым приятным событием дня. Девушка не разделила его восторга.

– Кирилл, с нами творится что – то…, – она поискала нужное слово, – странное, а ты радуешься, как ребенок. Может и с ними сначала происходили такие вещи, а потом они исчезли.

Кирилл завел машину.

– Ничего плохого с нами не произойдет. Если бы что – то нам угрожало, как всем им, то мы исчезли бы вместе со всеми. А раз мы живы – здоровы, значит, самое страшное нас миновало по какой – то причине. Мы – избранные, только остается понять, кем и зачем.

Машина подъехала к заправке. Выйдя из нее, мужчина по привычке заглянул в окошко, убедился, что за ним никого нет, вставил пистолет в бензобак. Оставалось дело за малым. Попасть внутрь будки, нажать нужную кнопку и отлить себе столько бензина, сколько влезет в бак и подготовленные про запас канистры. Он дошел до машины, добыл из багажника монтировку, под хмурым взглядом Ани вернулся назад и принялся за дело. Немного повозившись, мужчина взломал дверь и проник внутрь будки. Будучи программистом, Кирилл оперативно разобрался, что к чему. Благо, управление подачей бензина происходило с компьютера. Наполнив бак и емкости до краев, Кирилл похвалил себя за находчивость и тронул машину с места.

– Первый раз в жизни беру что – то просто так. Чувствую себя вором, – виноватым тоном обратился он к Ане. Та не отреагировала, обернувшись, мужчина увидел, что она спит, привалившись головой к стеклу. Видимо, переживания последних часов сказались на ее нервной системе, и ей требовалась перезагрузка.

Кирилл выровнял автомобиль посередине, в этой жизни не существовало дорожно – постовой службы и других машин, и, глядя прямо вперед, задумался. Перед глазами ровной серой лентой скользила дорога.

Думать о том, что ждало их в большом городе было страшно. А если… Никаких если, приказал он себе, не может быть, что и там никого нет. Такие дела творятся исключительно в фильмах – апокалипсисах, снятым по чьим – то сценариям. Кто является сумасшедшим сценаристом их с Аней фильма, он не мог даже предположить. Если это чей – то розыгрыш, то в него вбухано немерено бабла. Голливуд отдыхает.

Аня проснулась, когда машина проносилась мимо одной из придорожных деревенек. Уже начало смеркаться, и видимость была не та. Хотя, чего осторожничать на пустой дороге, дави себе на газ и держи руль прямо.

– Кирилл, тормози, – закричала она и чуть не ухватилась за руль. Хорошо, мужчина вовремя перехватил ее руку.

– Ненормальная, ты что делаешь? – вильнув, машина вновь взяла правильный курс.

У Ани и правда был вид сумасшедшей. Вплотную прислонившись к боковому окну, она била по нему ладонью:

– Останавливайся, Кирилл. Съезжай на обочину. Она стоит там.

Кирилл благоразумно сбавил ход. Мало ли чего еще ожидать от потерявшей разум женщины.

– Кто, Аня?

– Вон там, метрах в десяти отсюда, бабушка с ведром.

Машина медленно поползла вдоль обочины. Аня оказалась права. Женщина стояла у дороги, под ногами у нее виднелось ведро. Приглядевшись, мужчина разглядел яблоки, горкой вздымающиеся над краем ведра. От неожиданности он забыл про руль и чуть не съехал в поле.

– Твою мать, – выплюнул он, останавливая машину почти вплотную к женщине.

Вблизи та оказалась пожилой, но не старой. Обычная бабулька в платье в цветочек, галошах на трикотажные носки, поверх седых волос белый платок. Таких в каждой деревне найдешь. В той жизни Кирилл бабушке бы не удивился. Прикупил ведро румяных яблок, расплатился, поблагодарил и поехал своей дорогой, хрумкая по пути витамины. Ну так это ж когда было, а теперь вид простой деревенской бабы вселил в него почти вселенский ужас. Открыв окно, Кирилл высунул лицо наружу:

– Почем яблоки, мать? – первое, что пришло в голову, ляпнул он, задним умом понимая абсурдность ситуации.

Кирилл видел, как напряглась и сжалась в комочек Аня. Женщина обрадовалась им как родным:

– Миленькие, задаром совсем отдаю. Все ведро за сто рублей. Три часа, как проклятая тут стою, хоть бы одна машина проехала. Авария там, что – ли случилась иль дорогу где перекрыли?

Кирилл с Аней переглянулись. Не знает. Или у них в деревне все как обычно. По улицам ходят человеки, бегают дети и тявкают во дворе собаки. За все время их скитаний по пустому городу, они не увидели ни одной зверюшки. Видимо, тех постигла та же участь, что и людей.

Мужчина почувствовал, как его отпускает.

– Дорожные работы ведутся, – не стал он пугать пожилую женщину, – Мы яблочки возьмем, да и вас до дома довезем. Чего вам пешком по темноте ходить, – Аня хотела возразить, но Кирилл зыркнул на нее и она притихла.

– Да вы что, ребятки, какое довезем, – разволновалась бабулька, – специально в деревню сворачивать ради меня.

Но Кирилл уже обернулся назад, расчистил место на сиденье и приоткрыл дверь, призывая женщину к действию. Помявшись для порядка, она вздохнула и полезла внутрь. Следом за ней Кирилл водворил яблоки. Салон наполнился деревенским ароматом.

– И часто вы яблоками на трассе торгуете? – спросил он, сворачивая на проселочную дорогу.

– Давно, милок. На пенсию – то нынче не проживешь. Вот мы с дедом и выкручиваемся, как можем. На его пенсию живем, а мою и приработок внуку отдаем. У него эта, как ее, ипотека на квартиру больно дорогая.

Кириллу вдруг стало жалко бабушку, вынужденную отдавать последнее внуку обалдую, не сумевшему войти во взрослую жизнь достойно.

– А чего дед с вами не ходит? Ведро – то тяжелое, – ожила Аня.

– Так он больной совсем, ноги не ходят. Вот в саду мне яблочек наберет и ждет на лавочке, когда я домой ворочусь. Так – то он у меня хороший, только выпить любит. Но смирный, не то, что некоторые. Ой, вон туда сворачивай, сынок, первые синие ворота, мои, – спохватилась бабулька.

Кирилл заехал на улицу. Покосившиеся, утопающие в зелени дома за щербатыми заборами, проржавелый, списанный еще в советские времена, колхозный трактор, сохранившийся до наших времен раритет – колодец журавль… Обычная российская деревенька, со своей выпирающей нищетой и вычурной красотой.

– Что – то деда – то и не видать. Как с утра куды – то ушел, так и пропал совсем. Видать к Ваське – хмырю, покамест я спала, в гости на стаканчик наведался, да там и уснул.

Лавочка перед почти провалившимся в землю домом, была пуста. Как и пуста вся деревенская улица. Мимо машины не пробежало ни одной курицы, не пронеслось на велосипеде ни одного мальчишки, и не залаяло ни одной собаки.

02.11.2021


Свежие комментарии 🔥



Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

Закрыть