Уже дома я стал рассматривать содержимое коробки. Это маленькая книжка без автора, лишь надпись на обложке: “ Проклятая биография”. Книга бордового цвета и ничего лишнего кроме названия. Я открыл первую страницу и начал читать.
“Параграф 1: Моего брата стащили дикие звери.Утро сырое, а нависшее небо пасмурное и серое. Вообще нет сил вставать с кровати, лишь бы раствориться в “ Великое ничто” и потеряться из этого мира. После того случая, небо для меня постоянно бесцветное, а дни то ли пролетают, то ли стоят на месте. “ Мой внутренний мир превращается в ад” – фраза, которая весь день вертелась у меня в голове. В жизни уже не происходит ничего хорошего.Вся жизнь, все, что меня окружает, падает в темную, сырую и зловонную бездну.Мой дом опустел и на чердаке обзавелись черные как смоль вороны. Они сидят на крыше и нависают над всем, над горем людским, над несчастьем и каркают свою симфонию мрачной мессы – черные вестники мора и несчастья. Точно так же, как в доме поселились вороны – в моей душе осела сама скорбь.Ближе к обеду меня накрыло отчаяние, и я достал коньяк из серванта. Это было богатое сбережение отца, которое он хранил десятилетиями, но я никогда не видел, чтобы он их пил.“- Я храню их для особых случаев. Вдруг к нам пожалуют твои друзья с радостной вестью о долгожданном первенце например, вот тогда-то и следует открыть бутылочку и скрасить вечер. Вот только никогда не запивай горе. И запомни это очень хорошо. Ты меня понял?” – говорил он.А работал он судьей, и таких вот подарков получал много. С таким вот мягким и добрым нравом, я думаю, судья из него очень даже не судья. Но кто знает, я никогда не интересовался его работой – никогда не нравилось все это дело.
— Кто бы мог подумать, отец, что я буду запивать потерю тебя твоими же заначками для счастливых случаев, — пробубнил я и выпил очередную рюмку.
Фары машин и мигание светофоров сливались в единый мазок, когда я ехал на своем мотоцикле по улицам города. С каждым часом погода портилась, как и подобает осени, все больше кусков опавшей листвы кидало интенсивным ветром на дорогу, а небо все так же хмуро нависало надо мной. Город же дышал своей шумной жизнью; группа школьников возвращалась со школы, дамы со своими детьми неспешно прогуливались по мрачным улицам – всех их привлекает шум моего мотора, дети с интересом наблюдают со стороны, а взрослые косо стреляют взглядом, будто я потревожил нечто сокровенное, которое спало крепким сном до того момента, как я проехал мимо них. Раньше я любил тревожить спящих людей среди ночи, озорно проехав мимо их домов среди ночи. Помню ту радость дворовых детей, когда я катал их сзади. Но все эти радости померкли после того случая, когда из-за меня теперь больше не найдут ее. Ни ее признаков деятельности, ни ее саму, ни ее тело. Сам того не осознавая, я приехал на кладбище. Из рыхлой земли высовывались парные надгробья – надгробие моих родителей, недавно ушедших из жизни. Вспомнил холодный и деловой голос, сообщивший, что моих родителей больше нет в живых. Они ехали домой, мой брат и мои родители. По докладам, отказ тормозов и полет машины с моста кольцевой. Помню, тогда просили приехать меня на отцовской машине, но я был на празднике с друзьями в горах. И поэтому позвонил брату и попросил забрать родителей, они были в гостях у друзей отца. Если бы я тогда не поехал в горы и остался бы дома, всего этого могло бы и не быть. И Донна осталась бы жива и родители не попали бы в аварию. Донна, – я убил ее. Я убийца Донны и своих родителей…Когда я стоял возле могилы своих родителей, уже вовсю бушевал ливень, как будто настал всемирный потоп из Библий и скоро весь мир потонет в каре Божьем за все людские грехи.В голове всплыли воспоминания, когда я вжался в истерике на руках у двух сотрудников, державших меня с двух сторон, когда увидел окровавленные и мертвые тела родителей. Это было глубокой ночью и все происходило как в тумане, но сейчас я отчетливо помню все события того дня. Но есть кое-что еще – тело моего брата загадочно исчезло, и никто до сих пор не нашел его. По версии следователей, его тело утащили дикие звери, так как дело происходило на трассе вдалеке от города и в тех районах водятся волки. Но никаких следов пребывания диких зверей не было найдено. Мой брат просто испарился.И снова проходя по тем же улицам, вспоминая все безутешное, что лежало во мне, я все же пытался найти успокоение. Но сейчас я чувствовал себя ребенком, рыдающим ребенком, которому порвали в клочья душу, а затем небрежно сшили их, заставляя страдать, бесконечно страдать.Я рыдал, сидя на коленях под проливным дождем, рыдал до неистового кашля и все же, во мне не было жалости к себе. Я сам оплот всего, что произошло, я сам свой грешник и сам свой судья. И жить мне с этим, пока не свихнусь, впрочем, мой финал тоже приближается к концу. В один момент меня вырвало кровью и я потерял сознание. Последнее, что я помню, это имена моих родителей высоченных на могильных обелисках и буйный ливень под тяжелой червоточиной неба.”
Какое-то вязкое чувство от этой книги оседает на душе. Я будто сам пережил все трагичные события, описанные в книге, но во мне что-то кричало о чем-то. Весь абсурд ситуаций не дает покоя и как эта книга оказалась у меня. Ее ведь специально подкинули мне, но какую цель преследует незнакомец, а главное – зачем? Решив не ломать себе голову, я отложил книгу и начал готовиться на работу, так как позвонил сменщик и попросил подменить его после обеда со словами, что он плохо себя чувствует и обязательно отплатит как-нибудь.Работаю я в аварийной службе горячего водоснабжения и приехав на работу, сразу же поступил звонок на наличие аварии в одном из жилых районов города. Нас было трое, когда мы ехали на очередное место происшествия; мой напарник, водитель и я. Как только я спрыгнул со спецмашины и ступил ногами на гравий, тут же прямо в метре от меня в небо выстрелил поток горячей воды, чуть ли не ошпарив меня самого.
– Вот же бахнуло, да, Аякс, – мрачно выплюнул мой временный напарник, обращаясь ко мне.
Судя по еще двум таким гейзерам появившимся после, не видать мне покоя до вечера, пока не устраним аварию.
Весь вымотанный, я возвращался с работы, из-за того, что какой-то машинист насосных установок не уследил за приборами и не смог вовремя среагировать на скачок давлений. Вдоль того проспекта сейчас трудится бригада ремонтников, скорее всего, они будут там всю ночь.
Свернув в очередной переулок, я прислонился к стене старого здания. Мне вдруг стало тошно, то ли оттого, что не спал этой ночью, то ли меня одолело беспокойство. Мне казалось, что за мной кто-то следил, тут и там за мной мелькали тени, растворяясь в пелене темноты. Эти образы не покидали меня.
– Черт его подери, – выругался я, закуривая сигарету. – У меня началась паранойя. С таким же успехом я мог бы написать такую книгу, которая лежала у меня в кармане.
На улице уже смеркалось и подул прохладный ветер. Стоял конец сентября, и бывшие на распашку окна жильцов уже были плотно закрыты. Дух осени постепенно нарастал и мало-помалу, с приходом прохлады, я остывал от жаркого лета.
Я зашел домой и сразу же принял душ, поскорее хотелось смыть с себя пот рабочего дня. Быстро приготовил ужин, поел и подошел к окну закуривая сигарету. При свете полной луны, на скелете мертвого дерева сидела кошка, будто у нее свои раздумья насчет жизни и никто не сможет ей помешать. Умиротворительный вид…

21.07.2022
Indiar Satvaldinov


Свежие комментарии 🔥



Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

Закрыть