Охотник за голоОхотник за головами. На службе Инквизитора.вами.

Охотник за головами. На службе Инквизитора.

Англия 16 век. Пьяные крики, возгласы и болтовня в нижней части таверны выдернули из блаженных пут сна.

Знатно вчера набрался! Ну, еще бы! Такой куш сорвал, а пришлось то всего пару глоток перерезать. Пусть даже и герцогских особ. Главное монета звенит в кармане.

С трудом распялил глаза, по привычке потянулся за спинным ножом. Пусто. Вскочил. Три симпатичных девушки, лет восемнадцати лежали вокруг. Вчера они были гораздо энергичнее!

Когда срывали с меня одежду!

Таверна “Путевой сторож” всегда пользовалась успехом у темных личностей. У тех, кто за молчание платит звонкой монетой. Обычных разбойников и бродяг отсюда вышвыривали, а профессионалы, к коим я и себя причисляю, могли получить тут самое лучшее обслуживание. В том числе и женское. Но я не пользуюсь услугами шлюх. Моя мать была куртизанкой. Лорд игравший с ней в игры, жестоко бросил ее и скинул свои темные делишки на бедную молодую шестнадцатилетнюю девушку. Мать никогда не была воровкой. Умела то что умела. А оказалась на виселице. После этого я ненавижу всех знатных людей.

А вот симпатичных прислуг и гувернанток никогда не пропускаю. С трудом поднялся и подошел к креслу с моими вещами. Взглянул на замызганное зеркало в позолоченной, облущенной раме.

Рана в боку еще кровоточила. Повезло. Только кончиком лезвия коснулись. Те четверо ночных охранников в доме лорда Экзекера. А вот им досталось от меня гораздо больше. Бывает легкая смерть, а бывает медленная. Предпочитаю вторую.

Еще один в коллекцию шрамов. Спасибо помощнику кузнеца! Билли талантливый парень.

Многие думают, что только сталь нельзя пробить. Дубленую и вымоченную в растворе Билли, кожу тоже не просто. А она и легче и вид простой деревенской одежды создает.

Оделся, еще раз посмотрел на девушек. Такие молодые, такие красивые и хрупкие. Вам повезло, что здесь работаете, у мастера Драга. Он в обиду своих не дает. Вытащил три золотых и положил на стол. За все нужно платить. Всегда.

Спустился к бару и сразу погрузился в клубы табачного дыма. Музыкант, старался изо всех сил, но видно рука ослабла и скрипка, раз за разом срывалась.

— Рой. Бутылку рому!

— Мистер Джон! Сейчас 6 утра! Мы скоро выгонять всех уже будем! Может не стоит пить с утра?

— Ты прав! Не стоит. Дай еще кружку пива к рому!

Бармен, хороший мужик. Полгода назад спас его дочь от мерзавцев, пристававших в трех кварталах отсюда. Теперь Рой всегда был рад меня видеть. Хоть и не часто, я бывал в этом городе всего раз в месяц. Остальное время работе. Кристин тоже меня отблагодарила, по-своему. За все надо платить.

Двери бара открылись, впуская зимнюю стужу внутрь и выпуская трубочный дым и запах крепкого алкоголя. Выпивохи, вояки, да все на секунду уставились на вошедшего. Мужчина высокого роста и худощавого телосложения, одетый в монашескую рясу с глубоким капюшоном.

Один из пьяниц попытался пошутить.

 

— Что случилось святой отец?! Монахини наскучили? Пришли повеселиться, пред утренней молельней? Ха-ха!

—А ну закрылся!

Рыкнул на него сосед рядом и грохнул кулаком по столу. Красный крест на левом рукаве – знак святой инквизиции. А нашивка поверх с голубой стрелой – специальный агент.

— Еще раз вякнешь, нас всех на костер отправят!

Люди вокруг поутихли, даже парень со скрипкой и пожилая дама, весело поющая бардовские песни. Тут он прав. Таким агентам можно все. Почти все. Укажут на тебя пальцем, и ты ведьма. Или клятвоотступник. Или людоед, убийца детей. Людям нужна власть, сила и те, кто эту силу умеют грамотно доносить, выкрикивать народу. А там уже хлеб и зрелища.

Великан медленно прошел в мою сторону и сел рядом. Подол его толстой рясы волочился по полу. Казалось, он не идет, а плывет.

— Уже не спим Джон?

— Уже нет. Доброе утро отец Гилберт! И как ваши говорят, осени себя крестом, пока глотку не перерезали!

— Так благочестивые люди не говорят, сын мой.

— Благочестивые люди в 6 утра и по тавернам не ходят. Как вы нашли меня?

— От глаз Господних ничего нельзя укрыть или спрятать, сын мой.

— Ясно. Что-то срочное? Я только как вчерашнюю ночь начал отдыхать от тяжелой месячной работы.

Я потянулся за кружкой пива, но монах накрыл ее ладонью. Сухой и огромной, как лапа паука.

— Боюсь, тебе придется отложить заслуженный отдых, сын мой. Срочное дело, не имеющее отлагательств требует незамедлительных мер.

— Отец Нолан? Или отец Джефри?

— Епископ королевства.

Потянувшись вырвать свою кружку, я замер.

— Епископ?

— И его святейшество из Ватикана прибыло. Все ожидают вас. Прошу пройти со мной. Карета подана.

Монах заулыбался, как чучело саламандры. Я протянул несколько серебряных подошедшему Рою и направился следом за монахом.

С 14 лет я стал заниматься разбоем. Но грабил не всех. Лишь мерзавцев, пользующихся своей властью и деньгами. Если деньги уже в крови, какая разница, чьи руки они еще измажут, а вот пустить их на благое дело можно. Помогал сначала портовой округе. А в 18 нанялся в наемники.

Те, кого заставили воевать за честь короля. Но руки марать и шкурой рисковать не хотят, нанимают таких как я. Если есть деньги.

Со временем ушел в “Серую” лигу, а к 30 стал самостоятельно оказывать услуги. Со временем меняешь взгляды, некоторые углы стираются. Деньги стирают углы. Я не боюсь ответить перед Господом за грехи. Каждый выживает, как может. Когда-нибудь моя копилка наполниться доверху, тогда найду себе самую красивую жену, нарожаю детей и стану жить мирно. А пока я еще молод и горяч.

В “Серой” лиге наемников познакомился с отцом Джефри. Нолан, его друг из соседнего аббатства, скрывает свою связь с наемниками. Он все передает через отца Джефри. Раньше никогда бы не подумал, что у церкви может быть столько врагов. Но мысль о том, что наказываю негодяев и служу свету, мне нравиться. Хотя не скажу, что очень уж Богобоязненный, но еще церковь хорошо платит. этого мне вполне достаточно.

Мы сели в карету, запряженную четверкой лошадей. Внутри сидел сам отец Джефри. Истинный борец за слово божие. Он считался едва ли не самым жестоким после испанских инквизиторов.

Всегда аккуратен, строг и краток. Не высокого роста, коренастый, с нежными руками и пухлыми чувственными губами как у женщины, этот человек обладал огромной властью в нашей стране.

Садясь в карету, впервые увидел растерянность на его лице. И еще интерес.

— Приветствую отец!

— Без формальностей. Тут нас никто не слышит. А Отец Гилберт закроет свои уши! Верно?

Проскрипел отец Джефри.

— Конечно, ваше святейшество!

— Так, что случилось? Что за срочность? Вы, можно сказать, вытащили меня из юных и пламенных женских объятий!

— В чем причина? И зачем вы везете меня на это собрание святош?

— Ты знаешь Джон. Если бы не твои ранние заслуги, я бы сам привязал тебя к столбу со стогом сена и черными котами в деревянных ящиках!

— Предпочитаю виселицу!

— Господи дай мне терпения! Слышал об указе папы Инокентия 11, касательно аббата Бартоломью?

— Нет. Не интересуюсь, куда и кого отправляет церковь на убой или вербовку в веру Христа. Если только это не мое задание.

Гилберт протяжно вздохнул, но промолчал. Ну и пусть, для меня он лишь посыльный.

— Он тоже здесь. Прибыл вчера из Франции.

— Из Франции? Мы разве с ними не на ножах?

— Все дело в отце Бартоломью.

Отец Джефри перешел на шепот.

— Он пропал.

— Вы хотите, что бы я нашел его и привел к вам?

— Я лично сомневаюсь в том, что вы сможете его найти. Не все так просто.

— Я ни разу вас еще не подводил…

— Туда отправляют целую комиссию и сотню королевских солдат впридачу!

— Куда?

— Говорят Аббат пропал в поместье некоего графа Кэвина Мэрчета.

— Это Англия?

— Да.

— Могу я узнать, с какой целью его туда отправили?

— Со священной! С целью нести слово Божие и карать всех отступников!

— Точнее…

— Я не могу вам всего сказать здесь! Вы все сами услышите в нужное время!

— Это сегодня? Или когда я приволоку аббата к вашим ногам, связанного в мешке?

— Сегодня ночью. Мы едем к графу Астрайскому. Он любезно предложил провести встречу в своем замке.

— Не в королевском?

— Нет! Не в королевском! Это тайная встреча! Ночью отец Гилберт проведет тебя, и ты сможешь все подслушать сам, через тайную дверь. А завтра отправишься с экспедицией к графу Кэвину Мэрчету.

— Я работаю один, а не в команде. Уверен, инквизиторам и королевским гвардейцам вряд ли понравятся мои методы вытягивания из людей информации.

— Ты поедешь со всеми! Как мой личный тайный агент! У тебя будет другое задание! Для всех ты помогаешь искать Бортоломью!

— А по факту…

— У него должна быть книга, которой я очень хочу обладать.

— Что за книга? Есть ее рисунки, название?

— Я сам не представляю, как она может выглядеть. Это дьявольская книга. Ее нужно будет сразу сжечь, но после того как ты привезешь книгу мне!

— А потом вы ее в Ватикан передадите?

— Это уже не твоего ума дела, что с ней будет! Мы платим тебе за информацию и за услуги, а не за твою философию и разглагольствования!

— Сколько?

— 10 000 шиллингов.

— Серьезно?! На эти деньги можно собственный замок отстроить! Вы что задумали, отец Джефри? Короля или папу хотите убить?

Я засмеялся. Такую сумму мне предлагали впервые в жизни.

— Будем считать, я этого не слышал. Мы готовы платить такую сумму за ваши услуги и молчание. У вас есть родственники?

— Нет. Либо я их не знаю. Могу назвать вам свою фамилию, может, потом найдете, кому передать, если я не вернусь. Может какая-нибудь куртизаночка наконец освободиться из объятий зажравшихся герцогов!

— Нет, нет! Как раз нужно, что бы вы вернулись живой! И желательно не с пустыми руками!

— Я вас услышал. Цена меня устроила. Название книги?

— Вермис Мистерис.

Прошептал отец Джефри.

— Не слышал о такой!

— Еще бы ты слышал! Если бы слышал, то уже горел бы на костре! И так мы уже почти на месте!

Отец выглянул в зашторенное окно.

 

— И запомни, сын мой. Никому ни слова.

— Если хотите, могу прикинуться немым.

Отец Джефри улыбнулся.

— Когда приедем, отец Гилберт проводит тебя в конюшню!

— Не в палаты? А шелковые подушки? Я ни разу не ел из столового серебра!

— Ты не дурак и понимаешь, я не могу рисковать и тащить к лордам за общий стол наемника за головами!

— Бутылку вина то хоть можно с собой взять?

— Даже не смей выходить от туда! Тебя вообще никто не должен видеть!

 

Как только пересекли внешние стены замка графа Астрайского, я с отцом Гилбертом вышли и направились в конюшню для знатных гостей.

— Все сын мой, сиди тихо и не высовывайся!

— А как же обещанное вино?

— Ты вчера уже нарушил запрет Божий, судя по запаху вдвойне за чревоугодие, и втройне за блуд.

Я рассмеялся, и отец Гилберт вышел и запер двери на ключ. Как, интересно, он угадал что втройне? По запаху что ли? Глаза у него вечно бельмом заплывшие. Первый раз увидел его, подумал он слепой и пахнет не как все монахи. Странно, раньше не думал об этом. Гилберт вообще ничем не пахнет, даже потом. А вот в конюшне пахнет что надо!

Сено свежее, лошадки вымыты и подкованы. Вот что значит знать! У них даже лошади лучше живут, чем простые миряне! Свалился в свободном стойле и сразу уснул.

— Джон! Подымайся ! Быстрее! За мной!

Отец Гилберт растряс меня, и я едва не перерезал ему глотку, остановившись в последнюю секунду. Рефлексы за годы жизни в вечной опасности работали безотказно. Мы выбежали из конюшни, и отец Гилберт повел меня окольными путями, вдоль стены замка и пристроек.

Спустя десять минут мы оказались в подвале, с пустыми бочками из-под вина. Гилберт подвел меня к углу стены, незаметно что-то нажал и квадратная плита открылась.

— Давай туда! Я тут посторожу.

Втиснулся внутрь, и прошел вглубь по коридору метров десять. Пауки, сырость и плесень, все как обычно. Подойдя вплотную к стене, услышал голоса. Похоже, там шла дискуссия и отец Нолан и отец Джефри активно в ней участвовали. Увидеть кто говорил было невозможно. Как понять и расслышать, если переходили на шепот. В стене была лишь тонка высверленная дырочка, прикрытая по-видимому гобеленом.

— Рассядетесь вы, наконец, или нет!

— Так по старшинству же ваше преосвященство?

— Да плевать на это старшинство и кто, куда сейчас сядет! Прости меня Всевышний! Мы не на официальном заседании! А на тайном!

— Тайном! Хе-хе! Уже, небось пол города прослышало про наше секретное собрание!

— Да налейте мне уже вина!

— Брусничный пирог где?

— Подайте мне вон ту оленину, пожалуйста!

— И так! Начинаем! А то так до утра тут просидим! Ваше преосвященство расскажите все!

— Отец Нассени прошу вас!

— С четвертого Октября, года 1680 от рождества Христова, в канцелярию поступили документы, сообщающие нам о том, что по просьбе папы Инокентия 11 аббат Бортоломью был направлен…

— Избавьте нас ради Всевышнего от этой канцелярской писанины! Ближе к делу!

— Да, но как раз эти сведения и важны! Каждое слово!

— Но…

Звук отворившейся двери.

 

— Могу я сказать?

Послышался властный и грубый голос. Судя по низкому голосу, мужчина лет 40.

Воцарилась тишина.

— Мастер Дреад Хед!

— Кто?!

— Это ваш лазутчик Джефри? Теперь ясно кто разбалтывает секретную информацию!

— Прикройте свой рот Астрайский! Или я расскажу ваши секреты!

— Могу я говорить?

— Почему мы должны вас выслушать? Судя по виду, вы бродяга и преступник с большой дороги! Как вы вообще сюда пробрались, мимо стражи? И как узнали где мы?

— Потому что мастер Дреад Хед пропал два месяца назад. Ему оставили записку в тайном месте. На случай если он объявится.

На секунду вновь воцарилось молчание.

— Ваше преосвященство! Так это ваш человек? Право мы не знали…

— Нет! Это мой человек! Отец Джефри советовал мне его! Мастер Дреад, прошу вас объяснитесь!

Послышался голос отца Нолана. ничего себе! он впервые сознался, что пользуется услугами наемников.

— Почему вы отсутствовали так долго? Что с экспедицией?

— Экспедицией?! Так вы отправляли не только аббата Бортоломью?!

Что там происходит? Так я далеко не единственный соглядатай святого престола. Что же там произошло с этим аббатом? И сколько людей туда вообще отправили?

— Нет, дорогая моя паства! Туда было отправлено 24 экспедиции. Общим количеством в 117 человек. И все пропали без вести. Вернулся только один. И он перед вами. Мы вас слушаем.

— КГХМ! ЭХХКГХМ! Мне нечего сказать. Я не нашел Бартоломью.

— Вы шутите?

— Я вынужден был прятаться. После увиденного. Это помутило мой рассудок.

— Что? Ваш рассудок? Ваш?! Что там случилось? С вами было 12 человек!

— Они мертвы.

— Как? Где?

— В горной местности. Выше болотистых лесов. Мили четыре от замка графа Мэрчета.

— Это были люди графа Кэвина?

— Не знаю. Вернее не уверен, что это вообще были люди.

— Его рассудок явно помутился!

— И что сделали с вашими людьми?

— Они мертвы! Что не понятно?

резким басом ответил вошедший.

— Я знаю, какая слава про вас ходит Дреад Хед. Сомневаюсь, что выпущенные кишки вас бы сильно испугали. Кто напал на вас?

— Сектанты в красных церковных балахонах. Такие во время чумы носили. Только нашивки другие. Позволите выпить? Жажда умучила с дороги! Угх! Угх! Угх! Аааахххх! Они рвали моих людей голыми руками. Отрывали руки и ноги. Рвали зубами доспехи!

— Да он спятил!

— И что? Вы просто стояли и смотрели, как ваших людей убивают? Да вы просто трус!

— О Боже!

— Прикройтесь! Ради Бога! Святые Угодники! Да хватит! Закройте куртку!

— Меня сейчас вырвет!

— И вы мне будете говорить про трусость?!

Взревел Дреад Хеад.

— Мы отправились по вашему поручению. Обследовать окрестности графства, с целью найти аббата. Кгрх! Тьфу! Выжидали до глубокой ночи. Потом нас привлекла странная процессия, идущая к лесу мимо замка. Мы стали следить! Отправились в … АКГХ! Тьфу! Отправились за ними в горы!

— Вызовите лекаря сюда! Немедля! Дред присядьте! Налейте ему!

— Уффф! Благодарю! УГХ! Угх! Уффф! Через лес, потом через болота. Они тащили с собой мешки.

Сначала мы подумали, что это инструмент для горняков. В темноте не сразу поняли что это.

Потом увидели, что мешки извиваются! В них были люди! Мы поднялись высоко в горы… Тьфу! Охххх! Все в тумане! Тени вокруг! Все оживает, даже тьма будто стала ощутимой. Мы вышли к пещере. Напротив нее, у обрыва в пропасть, стоял алтарь. Камни, монолиты, столбы. Очень старые. Не могу себе представить, какими немыслимыми усилиями эти глыбы притащили так высоко в горы. Эти камни не из этих мест. Покрыты узорами. Узорами из святого писания…

— Святого писания? Из Евангелия?

— Пещера… Оххх! Пещера! Такого смрада в своей жизни еще не нюхал! Как после побоища! Будто все трупы собрали и свалили грудой в той пещере. Скальные стены тоже исписаны!

Разными символами, указаниями…

 

Сектанты подошли к алтарю. Взялись за мешки. Вытаскивали от туда молодых девушек. Срывали с них одежду, клали на алтарь и резали! Но не глотки. Нет. Они полосовали их как свиные туши.

Снимали с них плоть, отделяли мясо и органы. Раскладывали по чашам у обелисков. В шестом мешке оказалась совсем девочка. Один из моих прошлой ночью трах… Простите. Спал с ее мамашей в одном трактире. Он ее узнал. Эту рыженькую девчушку!

Когда сорвали с нее одежду, он не выдержал и рванул! Завязалась драка! Мы неистово бились! Но не так как всегда! Я видел, как мои люди резали им глотки! Но чудовища не падали! Не умирали!

Я думал, это мне кажется! Туман сгустился, слышались голоса! Песнопения! Похожие на церковный гимн, только бы если пели бы не ангелы, а демоны в аду! Я выхватил фальчион.

Подкрался к одному из фанатиков. Он бился ко мне спиной. Внезапно он стал выше меня ростом на две головы! Будто все это время шел сгорбившись! Я подкрался и всадил фальчион в спину. Проткнул его насквозь, по самую рукоять и стал вертеть лезвие в ране. А потом начался ад на земле. Оно не умирало! Напротив, взревело как морское чудовище! Как дикий вепрь! Схватило моего товарища рукой за голову. Проклятье! Тьфу! Да это и не рука вовсе! Как клешня у стервятника, только в десять раз больше! Оно сжало голову нападавшему вместе со шлемом, и проломило череп. Отшвырнуло тело с такой силой, что труп отлетел на десять метров и застрял в кроне деревьев. Я вытащил запасной кинжал и всадил ему в лицо.

Потом я замер. Это вытащило клинок и смяло его в руках, словно это было коровье дерьмо, а не сталь! Когтями левой руки пропороло мне бок. От страха я не почувствовал боли и бросился со всех ног.

—А потом? Где вы были потом?

— Прятался.

— Вы же убежали?

— Было еще кое-что. Когда убегал, то несколько раз повернулся. Я видел, как они волокут в пещеру мешки и девчонку, видел, как они разрывали моих людей на части. Как сталь не могла причинить им вреда. Они мяли и ломали оружие и доспехи голыми руками!

— Почему вы прятались так долго? Отвечайте!

— Потому-то все время они издавали только бормотание и рык. А когда я побежал… Охх! Тот кому я всадил кинжал в рожу запел мне колыбельную!

— Я же сказал! Он тронулся!

— Колыбельную, которую знала лишь моя мать! Ее голосом! А потом он сказал! Стивен Дорн, мы ждем тебя в нашей обители! Мы найдем тебя, где бы ты ни был! Заберем твое лицо, твое тело и твою грязную душу!

Воцарилась тишина. Потом Дреад продолжил.

— Мы ночевали в одной из таверн города. Я нашел там бумаги. Бумаги Алистера Стюарта.

— Стюарта?! Это же предыдущая экспедиция! Рукописи у вас? Он был писцом ранее! До того как подался в раз… То есть в “Серую” лигу.

— Да. Вот они. Боюсь, от меня уже не будет толку. Не знаю, отслеживали меня или нет… Мне все время кажется,, что каждая тень у меня за спиной пытается до меня дотянуться… АЙЙЙ! Охххх!

—Вас отведут лекарю и наградят! Не волнуйтесь об этом! Вы меня слышите?

— Рана… Она загнила… у меня началось заражение… В этой местности даже воздух пропитан ядовитыми испарениями…

— А кто такой Стивен Дорн?

— Такое имя дал мне отчим при рождении…

БУБУХХХ!

— Проклятье! Унесите его лазарет! Может он заразился чем-нибудь?

— Чумой?!

— Не думаю. С такими ранами, удивительно, что он прожил так долго. Сила воли! Отправьте деньги его семье! Он заслужил!

— Господин, но мы даже ничего не знаем о нем! Я вот вообще только сейчас узнал его истинное имя!

— Наведите справки!

— Это бесполезно! Вы прекрасно знаете, то, на что идут наемники, это чаще смерть, чем жизнь!

Раз человека нет, то и платить никому не нужно! Сохраним заодно деньги!

Ах ты старый негодяй Отец Джефри!

— Джон! Быстро! Уходим!

Отец Гилбер провел меня обратно в конюшню. Уснуть уже не мог и решил тайком пробраться в лазарет. Пьяный в стельку лакей подумал, что я один из гостей и указал путь в больничное отделение.

Пробравшись в комнату, увидел соотечественника по работе. Мужчина невероятно крепкого телосложения и гигантского роста. Настоящий великан! Я бы и не подумал, что таких берут в лигу. Ему на боевых ямах гладиаторов участвовать, а не незаметно информацию добывать! Лет шестидесяти, не меньше. С лицом покрытым шрамами. Таким и пытать не нужно, только капюшон снять и подойти в упор, все выболтаешь! Я раскрыл его кожаную куртку. Охх! Ну и вонь! Рана просто кошмарная! Будто медведь рвал зубами! И истекает гноем. Я стал осматривать карманы. Пусто. Так, где же записи?

— Так! Так! Нарушаем уговор?

Не поворачиваясь, я промолвил.

— Отец Джефри! Вы уже проснулись? Я искал винный погреб, и случайно…

— Хватит! Я бы вам с утра все передал! Но мне нужно было самому со всем ознакомиться! Вот, держите!

Отец Джефри протянул мне кожаный кисет.

— Все здесь! Прочтете в дороге.

— Долго туда ехать?

— Если одному, то за четыре дня, меняя лошадей, без остановок! А если со всеми, как вы и сделаете, то около двух недель. Там же четверть вашей оплаты.

— Название?

— Что?

— Книга? Как переводиться?

— Книга червя. Аббат Бартоломью нашел ее. Значит и вы сможете. Общий сбор, через три часа. Поспите. Отец Гилберт поедет со всеми. С ним вы можете делиться своими мыслями и находками. Он моя личная почтовая голубка. Это все. Удачи.

Отец Джефри повернулся и вышел из лазарета и скрылся в тени, а я отправился в стойло. Обычно сплю, при любой возможности. Но сегодня были большие сомнения на счет сна.

создаем истории из жизни и из фантазии. Канал на яндекс дзен Автор:Дмитрий Галайда 

0
29.01.2020
avataravatar

Автор:Дмитрий Галайда Подписаться
Внешняя ссылка на социальную сеть
52

просмотров



Добавить комментарий

Войти или зарегистрироваться: 

Свежие комментарии 🔥



Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

    Войти или зарегистрироваться: 

Закрыть