Кровь ангела 2. Глава 19. В царстве холода

Солнце просыпалось медленно. Чуть приподнявшись над горизонтом, оно застыло на одной точке, скупо освещая уснувшую в ледяном панцире землю.

Ангелы всю ночь держали свой путь на север, пока не оказались над холодной белой пустыней, где-то за полярным кругом. Северно-Ледовитый Океан омывал безжизненный берег скалистого острова, который облетали стороной даже привыкшие к вечной мерзлоте немногочисленные птицы.

Природа на острове была мёртвой. Острые пики скал, ледяные торосы и нескончаемое покрывало снега — это всё, чем помог похвастаться местный пейзаж. Сейчас, под жёлтыми лучами светила, снег искрился и переливался, словно грани множества чистейших бриллиантов. От него слепли глаза, превращая местность внизу в размытую плёнку негатива.

Аурика, с беспечной радостью встретившая весть о том, что Беллор берёт её с собой, и наслаждавшаяся поначалу каждым взмахом крыльев, теперь с трудом ими шевелила. С непривычки она сильно устала, замёрзла и, к тому же, проголодалась. И хотя Беллор время от времени кидал на дочь внимательные взгляды, он ни разу не предложил ей помощь. Остановок не делали, так что Аурике ничего не оставалось, как только стиснуть зубы и упрямо следовать вперёд, вслед за их маленькой стаей.

В пути почти не разговаривали. Сандал, все ещё пытавшийся задавать вопросы, скоро смолк, так и не получив ответа ни на один из них. Офаниэль, казалось, и вовсе ушёл в себя. По крайней мере, он ни разу не поинтересовался, куда они летят. Просто молчал, глядя прямо перед собой. Лицо Беллора всё время оставалось непроницаемым, но Аурика чувствовала, как нарастает в его душе непонятное чувство ожесточённой горечи, замешанной на бессильной ярости. И только благодаря огромному усилию воли, блондин заставлял себя лететь вперёд.

Впрочем, наблюдать за отцом девушка больше не могла. Все силы сейчас уходили только на то, чтобы продолжать полёт. Плечи уже занемели, позвоночник сводила судорога, от отражавшего лучи снега, как от солнечных зайчиков, рябило в глазах. В какое-то мгновение у Аурики закружилась голова, и она едва не потеряла равновесие, угодив в полосу встречного ветра.

— Потерпи, мы почти на месте, — проговорил Беллор, тут же оказавшись рядом с ней. — Сейчас начнём снижаться, и станет немного теплее.

— Хо-хор-рошо! — стуча зубами, отозвалась девушка, думая о том, что, пожалуй, уже налеталась на год вперёд.

От этих невесёлых мыслей её отвлекло резкое снижение, на которое пошла стая. Нырнув в более тёплые слои воздуха, Аурика немного расслабилась. Однако ей пришлось полностью сосредоточиться на приземлении — неожиданно сильный низовой ветер едва не перевернул её вверх ногами.

— Осторожно! — Беллор успел подхватить дочь на руки и уже вместе с ней мягко приземлиться. — Нельзя терять контроль над ветром, малышка.

— Угу, — буркнула девушка, пытаясь улыбнуться. Сердце в груди предательски ёкнуло от страха.

— Ты в порядке?

— Да, только устала немного.

Беллор удовлетворённо кивнул, и тут же отошёл от неё и повернулся к Сандалу.

— Мы почти у логова Карлика, — негромко предупредил блондин. — Возможно, он здесь и уже поджидает нас. Но, как бы там ни было, советую держать себя в руках, Серафим. Карлик — личность непростая, и неизвестно, как он себя поведёт. Говорю сразу: убить его у вас не получится, поэтому разговор начну я. Прежде всего, необходимо понять, почему он вновь начал охоту и почему именно с нашей общины. После этого решим, как поступать дальше.

— Если он не бессмертен — значит, его можно убить, — процедил Сандал, не скрывая охватившего его гнева. — И я не разговаривать сюда прилетел!

— Тебе придётся разговаривать, если ты не хочешь потерять весь клан, Правитель! — жёстко пресёк Падший, ледяным тоном остужая его пыл. — И сила здесь бесполезна, нужны мозги!

— Посмотрим, — прошипел Сандал, упрямо сдвинув брови.

— Аурика, держись возле меня, — приказал блондин и первым направился в расщелину между скал, возле которой они приземлились. За ним двинулась Аурика, после неё Сандал. Офаниэль замыкал шествие.

Миновав узкий проём между камней, преодолеть который ангелам немало помогали крылья, Падшие вошли в пещеру огромной ледяной горы. Плотный мрак поглотил их сразу же, но превосходное зрение позволяло довольно быстро продвигаться по нескончаемому туннелю.

В конце концов, после получаса пути ангелы увидели вдалеке странное свечение, которое разрасталось, становясь ярче по мере приближения.

Подойдя к загадочному источнику, Беллор замедлил шаг и остановился. Жестом приказав всем молчать, он несколько секунд настороженно прислушивался.

— Карлик здесь, — коротко сообщив об этом спутникам, блондин, не торопясь, проследовал дальше. Падшие вошли в огромный зал под высокий ледяной свод, где гладкие, почти отполированные стены, переливались всеми цветами радуги. Этот свет, наполнявший собой всё пространство, исходил от странного сооружения посередине, напоминающего дерево. Приглядевшись, путники поняли, что это действительно было дерево, только довольно необычное: могучий ствол, покрытый шершавой коричневой корой, упирался в землю большими кряжистыми корнями, и уходил в высоту, теряясь под самым потолком. Ветви, отходившие от ствола, раскинулись в разные стороны. Они были тонкими, гибкими, и непропорционально длинными. Переплетаясь в хаотичном узоре, ветви громоздились на стенах и потолке, отростками вонзаясь в вечную мерзлоту, словно стараясь разрушить границы своей темницы. Но особенно удивительными были листья. Они зеленели буйно и красочно, как могла зеленеть растительность лишь ранней весной. И здесь, среди мрачного царства льда, этот живой цветущий гигант смотрелся поистине жутковато и противоестественно.

Дерево ярко мерцало. Но не зелёная листва наполняла его сиянием. Ветки украшали странные плоды, по форме напоминающие небольшие груши, только полупрозрачные и почти невесомые. Казалось, что плоды состоят только из одного света, заключённого в невидимую оболочку, придающего им форму и не позволявшего рассыпаться на мириады молекул.

— Что это? — спросила Аурика, заворожённо разглядывая растущее перед ними чудо. Повинуясь какому-то внутреннему зову, она шагнула на пышный ковёр травы, со всех сторон обступающей ствол, и протянула руку, в надежде коснуться одного из странных плодов.

— Не трогай! — мгновенно остановил её Беллор, схватив дочь за руку и потянув назад.

— Это что… Души?! — раздался потрясённый голос Сандала, который не мог оторвать от плодов заворожённого взгляда. Не удержавшись, он, как и Аурика, шагнул ближе, но тут же отпрянул, разглядев в светящемся фрукте чей-то размытый образ.

— Не прикасайтесь к ним, — вместо ответа предупредил Беллор, аккуратно обходя дерево, и направляясь дальше в узкую расщелину, видневшуюся на другой стороне. Вся компания последовала за ним, то и дело оборачиваясь на манивший к себе свет.

Наконец, Дерево Душ осталось позади и, пройдя вглубь по извилистому тёмному коридору, Падшие ступили в следующий зал. Он был поменьше и его периметр освещали не эфирные субстанции, а вполне земные, изящные светильники. В углублении пещеры пылал камин, потрескивая сухими дровами и разбрызгивая алые искры. Дымоход его был вделан прямо в стену так, что камин исправно отдавал помещению только тепло, создавая ощущение мирного, домашнего уюта. Аурике даже показалось, что они неожиданно оказались в чьём-то доме. На каменных стенах висели картины, полки с различными безделушками и кованые подсвечники с восковыми пирамидками свеч. В естественной нише горы стояла большая кровать, аккуратно застеленная чёрным, расшитым золотым орнаментом покрывалом. Очень красивый резной стол из красного дерева, возле которого располагались несколько стульев с высокими спинками находился в центре, а напротив камина — небольшое кресло, повёрнутое к источнику тепла.

Огонь камина и зыбкий отблеск свечей чётко вырисовывали на стенах тени предметов. И только кресло отражалось на них каким-то размытым, неясным пятном, которое, как показалось девушке, внезапно пошевелилось.

Беллор тоже рассматривал кресло, пока его спутники изучали обстановку вокруг.

Все невольно вздрогнули, когда тень от кресла внезапно разделилась и одна её половина стала преобразовываться в человеческий силуэт. Тёмный призрак выплыл на свет, и все увидели невысокого мужчину, с чёрными длинными волосами и густой, тщательно подстриженной бородкой, которая эффектно обрамляла его лицо. На мужчине был элегантный дорогой костюм, надетый поверх тонкой светлой водолазки. Высокие сапоги на небольшом каблуке, увенчанные серебряными пряжками. И хотя хозяина пещеры все давно называли Карликом, на карлика он не был похож. Хорошая, достаточно пропорциональная фигура, правильные, тонкие черты лица и горделивая осанка говорили о его принадлежности к высокому роду. Прозвище «Карлик» мужчина получил, скорее всего, за небольшой рост, который особенно выделялся сейчас рядом с такими гигантами, как Сандал и Офаниэль.

Окинув спокойным, чуть любопытным взором незваных гостей, Карлик остановил свой взгляд на Беллоре. Его светло-карие, с золотистыми искорками глаза долго и оценивающе разглядывали блондина.

— Давно не виделись, Беллор, — наконец, заговорил Карлик спокойным, небрежным тоном. — Я уже стал забывать, как ты выглядишь.

— А ты даже не изменился, — с холодной вежливостью отозвался Падший, в свою очередь, разглядывая хозяина.

— Не ожидал, что ты приведёшь ко мне столько гостей, — Карлик усмехнулся. — Зачем они здесь? Разве ты больше не беспокоишься о своих тайнах? Или ты и привёл их ко мне для того, чтобы эти тайны умерли вместе с ними?

— Ты слишком самонадеян, Нигар.

— Нигар?! — Сандал вдруг словно очнулся, вспомнив имя Адского Жнеца, который едва не погубил Натаниэль. — Ты и есть тот самый Нигар?!

— Беллор, что такое? Ты не сказал друзьям, куда их ведёшь? — Карлик вдруг рассмеялся. — Честное слово, у них такой вид, словно они увидели привидение! Ну, и повеселил ты меня, брат!

— Брат?! — тут уж Сандал окончательно опешил. Он в смятении обернулся к блондину, не веря своим ушам. — Ты… Его… Брат?!

Офаниэль, вслед за Серафимом, тоже широко раскрыл глаза, явно не ожидая подобного поворота событий. Однако, в отличие от Сандала, он ничего не сказал. Только немного побледнел. Одна Аурика осталась равнодушна к внезапному разоблачению. Она продолжала серьёзно и хмуро наблюдать за Карликом, стараясь улавливать малейшие оттенки настроения в его душе и анализировать приходящие образы.

— Давай отложим трепетные воспоминания на потом, — Беллор нахмурился, продолжив разговор с Карликом и оставив вопрос Сандала без очередного ответа. — Ты нарушил наш уговор, Нигар, и я пришёл узнать — почему?

— Скажем так: я соскучился, братец, а это был единственный способ заставить тебя меня навестить.

— И поэтому ты убил столько ангелов, включая наших детей?

— Ох, да брось ты, Беллор, — взгляд Нигара вдруг стал презрительным. — Роль щепетильного праведника тебе не к лицу. Я ещё помню, как мы славно охотились вдвоём, пока ты не выбрал себе скучную жизнь среди Падших.

— Я не охотился.

— Конечно, — Карлик скривился. — Ты просто забирал своё. Но мы оба получали от этого удовольствие, не отрицай.

— Значит, ты убивал детей ради удовольствия, тварь?! — не выдержав, вмешался Сандал, с шумом распуская крылья. — Ну, так я тебе сейчас устрою удовольствие! — и он метнулся к Карлику, с намерением тут же разорвать того на части. Однако прежде, чем смог к нему прикоснуться, Нигар исчез, просто растворившись в воздухе. Всё, что осталось вместо него — это струйка чёрного дыма, который тут же рассеялся.

Беллор, невозмутимо понаблюдавший за попыткой Тёмного Серафима, устало вздохнул и покачал головой. Потом отодвинул стул и уселся на него с таким видом, словно смертельно устал. Аурика, недолго думая, последовала его примеру. Как, впрочем, и Офаниэль.

Сандал постоял немного посреди импровизированной комнаты, при этом чувствуя себя полнейшим идиотом. Выругавшись сквозь зубы, он сложил крылья и отступил к стене, не представляя, что делать дальше.

Прошло несколько минут, в течение которых все молчали, думая каждый о своём. Но вот, послышались лёгкие шаги, и со стороны тёмного провала вновь появился Нигар. Он переоделся и теперь выглядел, как рок-певец на сцене. На нём были кожаные штаны, куртка, а на груди болталась большая серебряная цепь. В руках Карлик нёс запотевшую бутылку вина и несколько бокалов из горного хрусталя. Оглянувшись на Сандала, он невозмутимо проследовал в центр комнаты и уселся за стол, рядом с гостями.

— Прошу прощения, я слишком отвык от компании, поэтому просто забыл правила приличия, — бодро оправдывался он, откупоривая бутылку и разливая вино по бокалам. Рубиновая жидкость казалась тягучей и невесомой одновременно. Она медленно стекала в бокал, переливаясь неоновыми искорками.

— М-м, — почувствовав пряный и сладковатый аромат вина, который был подобен райскому нектару, Карлик блаженно закатил глаза. — Это моё любимое! Урожай тысяча четыреста пятидесятого года до нашей эры*, — прокомментировал он, подвигая каждому гостю по бокалу. — Попробуйте, не пожалеете!

Аурика и Офаниэль одновременно взглянули на Беллора, который помрачнел, странно сузив зрачки. Бросив холодный взгляд на бокал, блондин вдруг схватил его и в ярости запустил в стену. Хрусталь рассыпался брызгами осколков, а вино, едва коснувшись стены, облачком пара поднялось в воздух и исчезло.

— Ох! — карие глаза Нигара перестали лучиться добродушием и стали мёртвыми. — Ты не слишком вежлив, братишка! — выдавил он, тут же растеряв остатки напускного веселья. — Знаешь ведь, как много сил и средств вложено в это вино. Души зреют слишком медленно, а урожай ещё не скоро…

— Хватит болтать! — рявкнул Беллор, беря в руки бутылку. — Говори, зачем весь этот цирк, пока я тебя самого сюда не засунул! — и он многозначительно указал на узкое горлышко.

— Ты угрожаешь мне в ответ на гостеприимство? — Карлик презрительно фыркнул. — Где же твои манеры, Белл?

— Умерли вместе с моей дочерью! — процедил блондин, поднимаясь из-за стола. — На этот раз ты перешёл границу, Нигар. Ты убил Эйренис и вдобавок изнасиловал её! Думаешь, после этого я всё ещё буду помнить о том, что ты мой брат?!

— Стоп, Беллор! Подожди! — Карлик выскочил из-за стола и попятился к стене, примирительно подняв руки. — О чём ты толкуешь? Какое изнасилование? Я не занимаюсь подобными вещами, ты же знаешь!

— Я бы тебе поверил, если б собственными глазами не видел труп! Ты там был, Нигар! Вместе с подонками, которые насиловали мою девочку! Ты помогал им заметать следы и в других преступлениях! И я должен знать, почему ты в этом участвовал? Неужели, ради паршивого пойла ты пошёл на то, чтобы истязать мою дочь?!

— И мою тоже! — глухо выдохнул Офаниэль, вслед за Беллором поднимаясь со стула и направляясь к Карлику. Сандал подошёл с противоположной стороны, отрезая Нигару последний путь к отступлению. Тем временем, Аурика незаметно шагнула к выходу из пещеры, загородив собой проём.

— Погодите, давайте разберёмся, — заговорил Карлик, немного побледнев, однако продолжая сохранять спокойствие. Он смотрел только на брата, игнорируя всех остальных. — Белл, мне ни к чему насилие — это абсурд! Ты ведь отлично знаешь, что самки сами к нам липнут. К тому же инцест — это отвратительно! — Нигар скривился от омерзения.

— Тогда кто это сделал? — неожиданно прервал его Сандал, сверля Карлика пылающим взглядом. — Я тоже хочу знать!

— Беллор, это вообще кто? — внезапно спросил Нигар, с ноткой откровенного презрения. — Ты не представил своих друзей.

— Это Правитель Клана Падших — Сандал, — угрюмо пояснил блондин. — Офаниэля ты должен знать. С Аурикой — моей дочерью, вы уже встречались.

— Ах, так эта девочка — твоя дочь? — мурлыкнул Карлик, изобразив на лице искреннее удивление. — Перерождённая?.. Она прелестна!

— И поэтому, ты хотел убить и её? — прошипел Беллор, возвращая брата к разговору.

— Нет, — Карлик поморщился, словно кто-то наступил ему на ногу. — Я хотел лишь познакомиться с очаровательной девой, но ты приставил к ней какого-то болвана из общины. Я, кстати, так и не понял: кто кого охранял?

— Назови мне имена тех, кто во всём этом участвует, — проигнорировав его шутливый тон, повторил блондин. — Кто тебя направляет, и зачем?

— Почему я должен отвечать на твои вопросы? — выражение лица Нигара вдруг изменилось, превратившись в злобную маску. — Ты давно отрёкся от нашего родства, Белл. Бросил меня! Для тебя Ориэль всегда был большим братом, чем я!

— Об Ориеле мы ещё поговорим, — фиалковые глаза блондина стали быстро темнеть. — Но если ты не будешь отвечать на мои вопросы, и не скажешь имена тех, кто натравил тебя на детей — я за себя не ручаюсь, Нигар. Даю тебе минуту, чтобы сказать мне правду. Время пошло.

— Ну, давай, убей меня, — Карлик вальяжно облокотился о стену, широко ухмыльнувшись. — Тогда вообще ничего не узнаешь.

— Лучше отвечай по-хорошему! — в разговор внезапно вступил Офаниэль. Его губы задрожали, обнажая острые змеиные клыки.

— Ох, как страшно! Сейчас описаюсь! — протянул Нигар, издевательски скривив рожу. В следующую секунду он что-то шепнул, и воздух вокруг Падших моментально сгустился, превратившись в вязкую субстанцию, похожую на жидкое стекло. Офаниэль, а за ним и Сандал, застыли на месте, словно живые статуи. Беллор зарычал, тут же оглянувшись на Аурику, которая продолжала стоять возле выхода. Девушка махнула рукой, показывая, что с ней всё в порядке.

— Зачем ты это сделал? — с досадой рявкнул Беллор, брезгливо рассматривая прозрачную, плотную, клейкообразную плёнку, облепившую тела его спутников. — Не можешь без своих фокусов?

— Твои дружки мне надоели! — огрызнулся Карлик, отрываясь от стены и направляясь к Аурике. — Как интересно, — протянул он, с любопытством разглядывая девушку. — У твоей дочери отличная защита, Белл. Мало того, что она меня чуть не прибила там, на берегу, так ещё и магия моя на неё не действует! Потрясающе!.. Кто её мать?

— Касиэра.

— Быть не может! — Нигар даже подскочил. — Что, серьёзно?! — его хитрые, карие глаза наполнились восторгом. Он протянул руку и осторожно взял Аурику за запястье. Потянул за собой в комнату и усадил в кресло. — Бесподобна! — прошептал он, благоговейно её рассматривая. — Царица!.. И порода сразу видна!.. Как тебе удалось окрутить Касиэру? — он насмешливо прищурился. — Не удержался от своих старых привычек, да, братец?

— Не твоё дело! — осадил Падший, однако его тон немного изменился. Сейчас он был усталым и серьёзным. — Мне нужны ответы, Гин.

— О, ты вспомнил моё старое имя! — Карлик расплылся в довольной усмешке. — Давно ты меня так не называл, — он уселся за стол, жестом предложив брату последовать его примеру. — Помню, ты первым додумался переставить буквы, чтобы Нигар звучало более нежно… Какие это были времена! — он вздохнул. — Мы гуляли в райском парке, любовались радугой в водопадах, наслаждались ароматом цветов. Потом ты начинал петь, а я плакал от счастья, когда звучал твой голос… Мы были такими юными, Белл, такими прекрасными… Жаль только, слишком наивными и доверчивыми, — заключил он с досадой. — Мы могли бы и сейчас пить амброзию и любить весь мир, если бы не Михаил… Не его чёртовы воины, которые вышвырнули нас из Рая, как каких-то низших тварей! И всё из-за того, что он не смог простить своей возлюбленной Риане связь с нашим отцом! Мы мозолили ему глаза только тем, что появились на свет. Один Ориэль плакал, когда Светлые сначала вышвырнули Риану, а потом низвергли на Землю и нас… Ты забыл об этом, Белл?

— Нет, не забыл, — лицо ангела становилось всё белее, пока он слушал брата.

— Тогда зачем ты пришёл ко мне, и требуешь ответов? Или ты не понимаешь, почему я потрошу Светлых, как свиней? Почему забираю их души и делаю из них это чёртово вино? Они украли у меня жизнь, Белл! Украли мать, отца, тебя, Рай! Они считают себя чистенькими и наслаждаются амброзией — вином из райских фруктов! А я буду наслаждаться ими! И никто мне этого не запретит, даже ты!

— Война давно закончилась, Гин. Пора оставить детские обиды и идти дальше.

— И это говорит мне мой грозный братец?! — Карлик задохнулся от возмущения. — Мне больно об этом слышать, Белл! Больно видеть, в кого ты превратился. В кого превратился я. Мы — близнецы, но перестали понимать друг друга. Посмотри на нас! Ты и я — мы самые сильные Падшие. Но я должен прятаться, а ты вынужден подчиняться такому ничтожеству, как этот Серафим! Вспомни, кто ты! Вспомни, чей ты сын! Ты одним пальцем можешь раздавить Сандала, как червяка! Можешь заставить всех ангелов подчиниться тебе. И не только на Земле, но и в Аду, и на Небесах!

— Мне кажется, мы уже обсуждали это не раз, Нигар, — Беллор устало вздохнул. — Мне не нужна власть, и я не собираюсь нигде править. Так что оставь попытки потешить свои амбиции за мой счёт. Если ты хотел меня разозлить, то у тебя получилось. Но возвращаться к старому я не намерен, запомни!

— Я бы на твоём месте не стал зарекаться, Белл, — процедил Карлик, злобно сверкнув глазами. — На этот раз всё гораздо сложней. Тебе не удастся сделать то, за чем ты пришёл. Ты не сможешь никому помочь и остановить охоту.

— Почему?

— Условия сделки уже не те. Чтобы прекратить всё это, тебе придётся говорить не со мной, а с тем, кто давно ждёт вашей встречи и очень надеется, что ты на неё явишься. Догадываешься, о ком я говорю? — Карлик бросил быстрый взгляд в сторону застывших пленников и, убедившись, что они всё ещё неподвижны, посмотрел на Аурику, о которой почти забыл. — Очень жаль, малышка, но твоему отцу придётся тебя покинуть, — удручённо протянул он, обращаясь к девушке. — Вряд ли он захочет взять тебя на предстоящую прогулку.

— Я не собираюсь ни на какую прогулку, Гин, — Беллор тут же оказался возле Аурики и оттолкнул от неё Карлика. — Даже не надейся!

— Значит, ты не хочешь помочь бедняжке Эйренис и остальным несчастным из вашей компании? — Нигар насмешливо прищурился. — Их души сейчас томятся в Аду, но если ты не придёшь — они отправятся прямиком в мой погреб. В качестве чудесного напитка, разумеется.

— Так ты их не для себя похитил? — пробормотал Беллор, с досадой сжав кулаки. — Я так и знал.

— Увы, Белл, иногда лучше быть правой рукой Дьявола, чем стоять у него на пути. Тебе только предстоит понять эту истину, а я уже давно не питаю иллюзий.

Их разговор прервал протяжный сдавленный стон и странное шуршание со стороны пленников. Нигар обернулся и поморщился, наблюдая, как Офаниэль и Сандал ворочаются в невидимом вязком желе, облепившем их с головы до ног, безуспешно пытаясь высвободиться.

— Освободи их, Нигар! — внезапно потребовала Аурика, встав с кресла и подходя к нему, причём её вид на этот момент был вполне решительным.

— Аурика! — осадил дочь Беллор, но та не отреагировала. Продолжая хмуро смотреть на Карлика, она многозначительно кивнула ему на своих спутников.

Нигар некоторое время в упор разглядывал девушку, явно о чём-то размышляя. Потом, к удивлению Беллора, послушался, и жестом руки снял с них чары. Пленники словно вынырнули из-под воды. Они согнулись пополам, хрипло и глубоко втягивая воздух, отчаянно пытаясь восстановить дыхание.

Девушка вернулась в кресло, а Сандал и Офаниэль, шатаясь добрались до стола и рухнули на ближайшие стулья.

0
13.01.2020
avataravatar
Светлана Фетисова
20

просмотров



Добавить комментарий

Войти или зарегистрироваться: 

Свежие комментарии 🔥



Рекомендуем почитать

Новинки на Penfox

Загрузить ещё

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

    Войти или зарегистрироваться: 

Закрыть

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен автору: