«Королеве» нанесено оскорбление

 

   Сказать, что нахальство только что вылупившейся девчонки не взбесило Фризи, значит не сказать ничего. Но она не была бы собой, не была бы достойной звания «королевы», если бы не простила провинившуюся. Что в этом было больше: истинного великодушия или коварства? Сложно сказать. Даже подумать сложно: очень уж многогранная и противоречивая личность была эта «королева», за которой числилось множество неординарных и неподдающихся оценке поступков. Да и то верно, кто был ей судья? Кого и чего могла она бояться? Кого и чего ей стоило бы остерегаться? В своем королевстве, обладая абсолютной неограниченной властью над детьми, она могла позволить себе все, что хотела.

   Что касается отношений с взрослыми… ну, тут свои, сложные и запутанные взаимоотношения, которые пока не стоит и затрагивать в повествовании. На то нужны особые причины и желание – писать новый роман. 

   Винди выплыл из своих воспоминаний, причем поднялся на поверхность омута одним рывком, или толчком, ибо из оцепенения его вывел окрик Фризи:

— Повтори, что ты сказал?

   Винди замешкался.

— Повтори, — Фризи переспросила, перебирая слова, как бы на ощупь пробуя каждую невесомую буковку и оценивая её на вес. – Что ты сказал?

— Чего добивалась, то и получила, — как можно спокойнее ответил Красавчик.

   Жест рукой, намекающий на равнодушие, а глаза выжидающе, настороженно окидывают примолкший зал. Вероятно, в уме всплыл тот факт, что только что, всего несколько минут назад Фризи уже снизошла до прощения. Почему бы не повторить трюк? А вдруг сегодня этот её прием, не сказать, чтобы излюбленный, но чем черт не шутит, опять подействует, подумал Винди?

— Мне уйти?

   Этот вопрос прозвучал, как ультиматум, но в нем угадывались нотки примирения. Если б обида была велика, Фризи могла бы и не спрашивать о таком пустяке. Собралась бы и ушла.

   Красавчик почти обрадовался ему, хотя на губах застыли не успевшие сорваться слова: «Как ты можешь об этом говорить?» Но тут произошло событие, менее всего ожидаемое им, да и публика была застигнута врасплох.

   Сюзи, хранившая молчание и не подававшая признаков жизни и вообще какой-либо активности, да и желание общаться у неё напрочь отсутствовало после перенесенных экзекуций над организмом, внезапно подала голос. И выдала фразу, которая, как пишут в романах: одним росчерком пера, казалось навсегда перечеркнула надежды Красавчика на возобновление добрых отношений с «ее величеством».

— Хорошо бы, — сказала она без видимых угрызений совести.

   Это было неслыхано. Непривычно, необычно и совсем уж бестактно с её стороны: все-таки это именно Фризи спасла её и помогла выйти из пьяной комы. Пусть и намочив ей волосы и создав некоторые неудобства, но того требовали обстоятельства, так чего жаловаться. Да уж, благодарность никогда не была отличительной чертой характера Сюзи.

   Вид у неё был такой, какой бывает у вернувшейся к жизни больной, или мертвеца, открывшего крышку гроба и сказавшего: «Привет, я вернулась к вам!»

   Да и голос… голос был похож на могильный, неестественный и надломленный, будто в её горло вливалась не вода, а до этого виски, а пылающее огнем масло, или расплавленный свинец.

   Рыжая, встряхнув копной своих непокорных волос, резко встала, опрокинула с грохотом деревянный стул навзничь, звякнул разбитый бокал, рассыпался по полу сотнями крошечных осколков. Размашисто, неуклюже зашагала она к выходу. Как же сильно сейчас отличалась она от той красавицы, которая входила в зал часом ранее, в зал, гремевший от музыки, заполненный бесчисленной толпой молодежи, их устойчивым, неумолкаемым шумом, и которая точно по команде тотчас же разразилась восторженным криком-приветствием при ее блистательном появлении в дверях! Как сильно отличалась её походка, как ловко, показательно красиво виляла она прежде своим откормленным королевским задом, едва умещавшимся в короткой юбчонке! И как разительна была перемена, произошедшая с ней!

   Десятки глаз со всех концов бара: и от столиков, и от стойки, и от танцевальной площадки, где еще толкались глухие парочки, следили за ней и проводили её обратно до дверей, также как и встречали, только без прежнего энтузиазма и восторга. Казалось, что-то изменилось в них. То ли поменялись их предпочтения, то ли сместились приоритеты, которые накладывали на них некие обязанности, но теперь это были уже другие люди, другие подданные. С родившимся сомнением внутри и странными мыслями, которые явно не понравились бы «королеве».

 

0
01.02.2020
35

просмотров



Добавить комментарий

Войти или зарегистрироваться: 

Свежие комментарии 🔥



Новинки на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

    Войти или зарегистрироваться: 

Закрыть

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен автору: