Глава 3: Прошло расскажет всё про меня.

Прочитали 13
18+








Оглавление
Содержание серии

Доброта сильнее гордости.

Я открываю глаза и мир плывёт, лишь серость и мелькающее синее пятно. Взгляд постепенно проясняется: Алекс сидит рядом и неумело натягивает глупую улыбку, что постоянно созерцает на его лице. Я хочу в очередной раз сострить, но не могу вымолвить и звука, даже не могу вздохнуть. Я в панике тяну к нему руки, но он не реагирует, смотрит на меня, но словно сквозь.

На мгновение становится совсем тихо, словно пустота поглотила всё вокруг. Я не слышу его, он шевелит губами, что-то говорить, но я не могу распознать ничего, даже по губам понять.

Поздно. Пора просыпаться.

За окном уже стемнело, голова ужасно болела и тело ныло, затекло от долгого пребывания в лежачем положении.

В помещение попадали мягкие лучи луны, что пыталась пробиться сквозь тяжёлые тучи. В квартире стало свежо, я бы даже сказала, что присутствовала лёгкая прохлада.

Я поднимаюсь с дивана и прохожу на цыпочках к одной единственной комнате, помимо ванны, не решаюсь всего несколько секунд, но преодолеваю смятения и стучусь. Тишина. Приоткрывая дверь, та оказывается пустой.

Всё это начинало навевать скуку. Я вернулась на своё место, и телефон оказался разряжен. Зарядка конечно была, но я ещё некоторое время пыталась найти хоть одну розетку, попутно спотыкаясь о всё, что имело углы в гостиной. Всё что я могла сделать сейчас, пока экран мигал о разряженной батарее и не хотел включаться даже на зарядке — это заварить кофе и втыкать в серые стены до возвращения Алекса.

Отдалённый лай собак на улице, шаги на лестнице, паршивая музыка соседей и ругань. Всё это напоминало мне те времена когда наша семья еле сводила концы с концами и лишь Мэри выручала нас. Бедность — отстой, но тогда мы явно были счастливее и держались друг за друга. Неприятный ком горечи подступил к горлу, я заглушила его очередным глотком кофе, всё сильнее чувствуя холод.

Мои мысли и идиотские, никому не нужные, рассуждения испарились, когда я услышала неприятный скрип замочной скважины.

Входная дверь тихо закрылась и я чётко услышала поворот ключа. Дважды.

Через мгновение в гостиную прошёл Пряник, смотрел на меня склоняя голову то в одну сторону, то в другую, словно я была чем-то необычным для этого пса. За ним же прошёл и его хозяин, угрюмый как сама туча. Он повторил такое же движение, так же вопросительно склонил голову вбок, смотря на меня. Я сжала губы, пытаясь сдержать смех, иначе бы меня посчитали за сумасшедшую.

— Я думал ты долго ещё храпеть будешь. — он развернулся, сделал пару шагов в обратном направлении и щёлкнул переключатель, после чего я зажмурилась от яркого света. Его взгляд теперь казался добрее и как-то, чуток, привычнее когда я могла различать его черты. — Ау, Алекс вызывает Бекки, ты жива?

Я начала активно кивать ему в ответ, понимая, что смотрела в одну точку и не реагировала на слова до этого.

— Я думала ты решил меня тут закрыть.

— Чтобы ты мне, не дай боже, квартиру сожгла со своим везением? Нет уж.

— Я, по-твоему, совсем идиотка?

— Возможно.

— Иди к чёрту, Фостер.

Настало молчание. Больше никто из нас не пытался сострить и он проходил мимо, подзывая Пряника за собой и пропуская пса в ванную. Я же заваривала уже вторую чашку кофе, в ожидании их обоих. С ванной раздался грохот и ругань, после чего дверь отварилась и от туда вылетел пёс, с явно довольной мордой. Алекс вышел за ним и был частично мокрым, словно его облило с душа, когда он того не планировал.

— Ни слова… — он не смог опередить мои мысли и то, как вырвался первый смешок из-за его внешнего вида.

— Я хотела сказать, что у меня с везением всё в порядке.

Я честно пыталась держаться и не смеяться, но уже слёзы наворачивались от смеха и того, что он был похож на мокрую белку. Пряник продолжал носиться по квартире и в какой-то момент запрыгнул ко мне, на диван и начал вертеться, что в стороны летели мокрые капли. Теперь очередь насмешек перепала Алексу, что подошёл ближе и смотрел на моё недовольное лицо с едкой ухмылкой. Он согнал пса с дивана и приземлился рядом с тяжёлым вздохом. Убрал пятернёй волосы назад и прикрыл глаза, словно наконец-то смог расслабиться.

— Кофе будешь?

Алекс молча протягивал руку в мою сторону и я передавала ему кружку. С первого же глотка все его эмоции на лице заиграли новыми красками. Проглотив кофе он откашлялся и посмотрел на меня так, словно я была злейшим врагом в его жизни.

— Даже моя жизнь не такая горькая, как твой кофе. — я пожимала плечами, вовсе не понимая его негодования. Он поднимался с дивана, заваривал себе собственную порцию бодрящего напитка и усаживался обратно. Как-то задумчиво глядел в кружку и не улыбался, что казалось непривычным, по крайней мере за то время, что я его видела. — Ты почему убежала когда я в школе к тебе подошёл?

Я не знала как точнее ответить на этот вопрос и есть ли на него правдивый ответ который не будет звучать как бред сумасшедшего. Сейчас я ощущала то же самое, что и в первую встречу с ним в школе, да и на пляже в далёком детстве. Алекс никогда не казался мне обыденным, подходящим или правильным человеком в этом мире, словно он не вписывался в картину бытия.

— Было ощущение, что я смотрю на призрака.

Его взгляд менялся в мгновении ока и от этого складывалось скверное и липкое чувство, словно я сделала что-то плохое и непоправимое, тишина всё усугубляла. Может это был страх неизвестности, ведь тот, кто сейчас сидел напротив меня — абсолютный незнакомец, у которого осталось лишь имя моего давнего друга. Осознание приходило слишком поздно — спустя проговорённые обиды, травмы детства и изливание проблем на балкончике пожарной лестницы.

— Ты в порядке? — Алекс склонил голову, стараясь уловить мой взгляд, пока собственные пальцы нервно теребили ручку кружки. Я пожимала плечами в ответ, не понимая смешанных ощущений, лёгкой ностальгии и непонятной тревожности.

Неприятное жужжание телефона отвлекло от нашей молчанки и неудобных переглядок. Я спохватилась, стараясь вовремя ответить на звонок включившегося телефона, но на экране добавилось лишнее число пропущенных с очередного неотвеченного звонка. Отец.

— Чёрт… — очередной звонок и я медленно подношу телефон к уху, слышу размеренный, но с нотами строгости, отцовский голос и лишь молча выслушиваю его. Он не задаёт никаких вопросов, кратко и вполне спокойно призывая вернуться домой. В конце его монолога я лишь тихо выдавливаю: — Скоро буду.

— Домой гонят? — вопрос Фостера звучал с неприятной для меня усмешкой и издевкой, добивая и без того моя дряхлое желание возвращаться. Тем не менее я молча съедала этот комок неприязни и соглашалась с его словами. — Собирайся, провожу.

Молча шёл рядом и устало улыбался, изредка оглядываясь по сторонам. По внешнему виду о нём не скажешь ничего хорошего, тем не менее у него точно где-то проклёвывалась совесть и вежливость. Приближаясь к дому и видя парк издалека, он поглядывал в мою сторону чаще, нелепо размыкал губы как рыба в воде, словно пытался что-то сказать, но каждый раз останавливал себя, порой пытаясь делать вид, что зевает. Своими действиями он вызывал лишь больше вопросов, чем мне бы хотелось задать.

— Алекс, ты колдуешь что-то или язык проглотил? — он приостановился, хлопал яркими зелёными глазами и смотрел на меня так, словно не понимал, о чём шла речь. — Ты что-то хотел спросить?

— Тебе показалось. — я промолчала, не стала язвить в ответ на его неумелую ложь, но эти дурацкие косые взгляды не прекратились. — Для начала осени достаточно тепло, не находишь?

— Ох, правда? — я старалась выдавить максимум удивления от его слов, при этом пытаясь не смеяться.

— Да, я серьёзно.

— Напомни, когда ты последний раз жил в Сан-Франциско? До этого года. — он сделал неловкую паузу и я улыбнулась, ловя его на этой неумелой импровизации.

— Подловила. Дальше что?

— Ничего. Ты всю дорогу шёл и вёл себя как придурок.

— Не хотел досаждать своей болтовнёй. И прекрати уже обзываться!

— Не веди себя тогда как ребёнок.

— Кто бы говорил! — я шикнула в ответ, а он тихо посмеивался с этой перепалки. Мы подошли к дому и меня вновь понемногу начала накрывать тревога. — Бекс, всё будет хорошо. — Фостер положил руку мне на макушку и растрепал и без того не послушные волосы. Одаривал доброй улыбкой, это и вправду помогало. Хоть и немного. Я чувствовала слепую поддержку, малую толику надежды от этого жеста. — Пиши мне, если что. — мы обменялись контактами и я подошла к порогу, махнув ему и в ответ слыша: — До новых встреч, Бекки-Би.

Закрыв за собой дверь, я тихо оставляю обувь, снимая запачканную куртку и стараюсь тихо проскользнуть на второй этаж, но застывая, когда с кухни выходит отец, анализируя меня с ног до головы, словно я была его очередным клиентом в суде.

— Привет, Папуль. — он вскинул брови вверх, словно удивлялся моему появлению. — Там просто так сложилось, я на скейте покататься хотела и…

— Без скейта? — отец улыбнулся мне и я начала оглядываться по сторонам, пытаясь найти пропажу, но вспоминала, что никто из нас не нес его. — Если ты была у парня, то не надо придумывать отмазки. — кровь прилила к щеками и лицо вспыхнуло всеми оттенками красного от его слов, которые далеки от правды. — Я просто волнуюсь за тебя.

— Волнение за кого-то кроме себя? Удивительно. Тебя дома почти не бывает, а тут решил заделаться отцом года?

— Солнышко, прекрати.

— Это ты прекрати делать вид, будто тебе есть дело до меня! Сколько лет было всё равно, а тут решил спохватиться? Если тебя что-то не устраивает, поступи как с мамой — найди дочурку помилее.

Оливер потёр глаза и тяжко вздохнул, широкими шагами уходя в кабинет, громко хлопнув дверью. Чёртов цирк.

***

Я до последнего убеждаю себя лечь спать, хотя бы, раньше пяти утра, но эти попытки уходят когда наступает тьма, а с восходом солнца появляется моя неприязнь ко всему живому. От волос и ногтей пахло сигаретами и кофе, от чего в животе появлялся неприятный клубок вызывающий тошноту.

В фантазиях всё куда лучше, по-другому: счастье, спокойствие и стабильность. Как бы я не отчаивался от накопившегося, всё равно надеялся, что если сегодня падение — завтра взлёт. Но это ведь неважно. У судьбы есть на всё план. В конце концов я могу просто уехать, начать всё сначала как только мне будет нечего терять. Как и всегда. С этих мыслей всё страшнее, будто я только и хочу, чтобы всё погорело, стёрлось, лишь бы начать сначала.

Надоедливые мысли развеивались вместе с дымом, что с трудом проходил по горлу, словно царапая, но это не останавливало от очередной затяжки. Во рту пересохло, пока перед глазами в очередной раз плавали непонятные бесформенные кляксы, лишь отдалённо напоминающие силуэты, двигающиеся наигранно и мультяшно.

Всё это выглядело до безумия смешным, всё, кроме тлеющего косяка, от которого тянулась струйка дыма, пока тот медленно тлел, а пепел опадал на холодный, дешёвый, серый ламинат квартиры. Буду корить себя за это позже.

Я до последнего надеялся, что всё пройдёт, но вновь с болью втягивал влажный воздух, оглядываясь вокруг и замечая в прихожей два скейта. Бекки так и осталась невнимательной.

Я отвлёкся лишь на мгновение, но стало легче. Боль уже не была такой жгучей, а воздух не был похож на раскалённый металл заполняющий лёгкие при каждом новом вздохе. Приступ прошёл быстрее чем обычно и панический страх сменился удивлением.

Может есть маленький шанс на то, что я смогу вернуться в прежнее русло и не существовать, а наконец-то жить?

От последнего слова на языке почувствовалась горечь. Либо я ошибся в своих суждениях, либо окончательно свихнулся.

Всё смешалось с тем, что я не спал почти три дня, от чего немного пошатывало, но это не мешало мне соображать. Хоть как-то. Я считал дома на Клей-Стрит, стараясь не пропустить нужный, противного голубоватого цвета.

Парк перед домами облегчал задачу, чтобы не ошибиться в однотипных постройках проклятого города. Я поднялся по ступенькам, сосчитав каждую. Вроде бы их было восемь. Прокручивал это число в голове и пытался отогнать сомнение. Что если это не её дом и я сейчас кого-то побеспокою? Коврик под ногами неприятно хрустел, привлекая внимание к надписи: «Добро пожаловать домой!». Всё же я решился, несколько раз стуча по дереву, окрашенному в белый. Сначала тишина всё больше подбивала мои сомнения и я был готов уйти, ведь я просто мог отдать скейт в школе, но услышал шустрые шаги по ту сторону и чьи-то голоса, звучащие для меня размыто.

И вот дверь с ветром распахивается и на пороге стоит запыхавшаяся, растрёпанная и явно не понимающая происходящего Бекс. Её недоумение в глазах сменилось на злость, что вызвало у меня улыбку. Это веселило даже больше её нелепых колкостей, как и то, как быстро менялся этот взгляд, когда она слышала мужской голос, видимо с соседней комнаты:

— Ребекка, не рановато для прогулок?

За спиной через несколько секунд появляется её отец. Этот «ирландец» ещё и бороду решил пустить, хотя в детстве я его побаивался и без неё. Грозный взгляд Бекс достался ей точно от отца, как рыжина волос и манера всё иронизировать.

— Что ты тут забыл?

Даже шёпотом, со смесью шипения, она прекрасно сумела передать всю раздражённость от моего присутствия. В ответ её словам я приподнял скейт в руках, стараясь привлечь её внимание к собственному имуществу и она зажмурилась, словно осознала свою ошибку. Усмешка её отца вызвала гораздо больше волнений, чем её недовольство.

— Ребекка сама вряд ли скажет, но спасибо. — его надменная улыбка не предвещала ничего хорошего. При том для нас обоих. — Я собирался приготовить завтрак, можешь к нам присоединиться. Ребекка никогда не представляет своих друзей, а сейчас как раз замечательная возможность.

— А ты никогда не готовишь завтрак, с чего вдруг… — Бекки пыталась возразить, развернувшись к отцу, но мистер Блэр лишь смерил её мягким взглядом, призывая явно замолчать. — Наверняка у него есть дела. С собакой например погулять, да? — её умоляющий взгляд брошенный в мою сторону пробудил малую искру непонятного и совсем несвойственного азарта, словно я сейчас раздумывал, играть ли мне в русскую рулетку.

— Я с ним уже погулял. Спасибо за гостеприимство, я не откажусь, Мистер Блэр.

Он прищурился, довольно ухмыляясь, от чего походил на сытого кота, после чего удалился. Я перешагнул, всучая Бекс скейт, с надеждой, что он не вернётся ко мне обратно, желательно не по голове.

— Алекс какого… — она резко делала шаг вперёд, явно стараясь принюхаться. Выглядело странно. Бекс посмотрела своими, обычно свирепыми, карими глазами с беспокойством, после чего шепнула: — От тебя травой несёт, ты что творишь? — я склонился вперёд, ближе к уху, от чего её волосы защекотали щёку.

— А от тебя несёт сигаретами. — она посмотрела по сторонам и с дрожащими руками облокотила скейт на стену у обувницы, после чего вновь стала прожигать меня взглядом. Видимо это ещё одно её хобби, помимо тупых вопросов и не смешных шуток. — Не переживай, я не буду портить вам завтрак, просто поболтаю и «познакомлюсь» с твоим отцом, всего-то.

— Ага… Всего-то.

Кухня заполнялась приятным ароматом блинчиков, пока на столе уже стояли порции классического завтрака: яичница с беконом и тостами. Бекки помогала отцу, иногда подавая ему смесь для блинов и параллельно заваривала кофе на всех. Я смотрел на еду и вновь не чувствовал аппетита, зная, что всё опять будет на вкус как пластилин. Это раздражало точно так же. Не помню, когда в последний раз я наслаждался чем-то вкусно приготовленным, а не просто съеденным, лишь бы не терять вес и не упасть в голодный обморок.

Ребекка села рядом, кропотливо ковыряла кусочки бекона, явно нервничая. Я же лишь потягивал кофе, стараясь собраться с мыслями.

— Давно переехал, Алекс? — я обжёг язык, отпив больше кофе, чем хотел, от того что дёрнулся. Я не представился, да и слышать разговор в коридоре он не мог. — Думал, не встречу больше никого с Чарльстона. — слева от меня нож издал неприятный скрежет по тарелке, и Ребекка привлекла к себе внимание. Сейчас мне было неуютно без её притворного «дружелюбия». Во что я, чёрт возьми, ввязался? — Ребекка, ничего сказать не хочешь? — он смотрел исподлобья, явно пряча совсем иной вопрос, который можно было и не задавать. Только я не знал, как он узнал меня.

— Что мне сказать? — Бекс нервно смеялась, потирала шею и продолжала ковырять бекон. — Да, тот Алекс, что бегал со мной на заднем дворе лет пять назад, а потом…

— Толкнул под машину? — Мистер Блэр перебил её и она тяжело вздохнула, не отводя взгляд от блюда. — Вся твоя спортивная деятельность закончилась по вине человека, с которым ты сейчас спокойно сидишь за одним столом. Интересно получается, не находишь?

— Пап, хватит.

Толкнул под машину.

Я ожидал продолжения, хоть какого-то упоминания, что, то был несчастный случай, что оставил след в моей памяти, как бельмо на глазу. Её отец был непоколебим, пока она металась взглядом между нами, не зная к кому обратиться. Я натянул улыбку, сохраняя спокойствие и не отводя от неё взгляд, не в силах сталкиваться с Мистером Блэром.

— Я думаю, что возникло недопонимание, но Ребекке стоит самой вам всё объяснить. Извините, что побеспокоил, мне пора.

Я вставал из-за стола с неприятным осадком, не обращая внимание на какой-то шум под ногами и стараясь покинуть дом, в котором, как казалось, нечем дышать. Не успевал пройти все ступеньки, остановился на седьмой, когда входная дверь щёлкнула.

— Ал. — я разворачивался, смотря как она неуверенно ступает в смешных пушистых тапочках с котами, останавливаясь на ступень выше, почти ровняясь со мной ростом и протягивая мне мой же телефон. — Выпал, когда ты вставал из-за стола.

— Ну, спасибо. — она расшатывалась с пятки на носок, перебирала собственные пальцы и смотря на меня как провинившийся ребёнок. Бред собачий. — Тебе бы на досуге подумать, над собственными словами.

— Что? — я усмехнулся, не выдержав абсурдности ситуации.

— Ты дерьмово относишься к людям, которые просто пытаются сдружиться с тобой, так ещё и обвинила меня в том, что я пытался тебя убить. — в висках начало пульсировать и постепенно неприятно ощущение перерастало в ноющую боль. Я потёр глаза, пытаясь сказать как можно мягче моё небольшое предположение. — Возможно, если бы ты не соврала родителям, то могла бы приезжать и дальше и видеться с Мэри.

— Алекс, я была ребёнком и не думала о последствиях. Мне было страшно. — непонятная детская обида кусалась внутри, всё сильнее напоминая о дне аварии. Как бы я не рос и не видел плохих примеров, я бы не смог так поступить. — Прости.

— Чего? — я склонил голову в бок, словно пытался расслышать её.

— Да я виновата. Ты прав, что всё могло быть по-другому и возможно мне вправду стоить пересмотреть своё поведение. — Бекки выдала всё на одном дыхании и поджала губы, выжидая хоть какой-то реакции с моей стороны. Мне же хотелось поскорее уйти домой, избегая этой нелепости.

— Могло бы, но ты ведь уже накосячила.

— Всю жизнь меня отчитывать за это будешь что ли? — она сдержанно улыбнулась, ткнув указательным пальцем мне в грудь. В ответ я пожимал плечами, задумываясь над этой авантюрой. Ребекка явно пыталась развеять мнимое напряжение, но сама сомневалась в том, что у неё получится, постоянно выдавая нервозность. — Прости. — я задрал голову, смотря на кучные облака на небе и задумываясь о том, что я ведь совсем ничего не потеряю с того, что не смогу наладить общение с подругой детства, но что-то всё равно отдёргивало назад, не давая принять это решение. — Возможно мне стоит убрать свои иголки. Хотя бы постараться.

Иголки? Кактусы в большинстве своём безвредны, в отличии от её скверного характера.

Её детская манера сравнивать поведение людей с неодушевлёнными предметами навеяло воспоминание, как я рассказывал ей о своих снах. Столько времени прошло, не помню даже когда последний раз видел во сне хоть что-то.

Я посмотрел на неё, уже не с наигранной улыбкой, смотрел на этого виноватого ребёнка и обдумывал её слова.

— Вот видишь, идёшь к успеху, аж два раза подряд сказала «Прости». — она закатила глаза и звонко рассмеялась.

Наконец-то я узнавал её, ту Ребекку, что знал раньше.

Эва Эльс


Похожие рассказы на Penfox

Мы очень рады, что вам понравился этот рассказ

Лайкать могут только зарегистрированные пользователи

Закрыть